Xreferat.com » Рефераты по истории » Социально-политические причины упадка династии Пехлеви (1960–1978 гг.)

Социально-политические причины упадка династии Пехлеви (1960–1978 гг.)

проявили заметный интерес к инвестициям в сельское хозяйство Ирана, чему в немалой степени способствовало издание 27 мая 1968 г. закона об эксплуатации земель в районе крупных плотин с привлечением частного национального я иностранного капитала. Основным районом приложения иностранного капитала стали земли, орошаемые при помощи ирригационной системы в районе плотины на р. Диз в Хузестане, где под создание агро-индустриальных комплексов в 1969-1971 гг. в распоряжение учрежденных с этой целью с участием иностранного капитала пяти компаний было передано 67,6 тыс. га поливных земель. В 1973 г. производство велось на 26,7 тыс. га. В Хузестане осуществляются и другие агро-индустриальные проекты. Помимо того, крупные агро-индустриальные проекты (как правило, с участием иностранного капитала и государства) осуществляются в районе плотины на р. Сефидруд в Гиляне, в Муганской степи, в районе Тегерана, в Казвине, в Хорасане, Фарсе и других провинциях Ирана.

Все эти и аналогичные проекты отражают ярко проявившийся в конце 60-х - начале 70-х годов и в настоящее время все более укрепляющий свои позиции в аграрной политике иранского правительства курс, направленный на решение задач развития производства в иранской деревне путем расширения деятельности крупных современных хозяйств. Эти идеи прослеживаются в большинстве выступлений официальных представителей. Ирана по вопросу об экономических программах правительства. В 1972 г. на четвертом конгрессе защиты растений министр сельского хозяйства и природных ресурсов, в частности, заявил, что иранское государство, совершив «социальную революцию» путем уничтожения в деревне режима «арбаби-райати», встало перед проблемой осуществления структурных преобразований в области производства.

Ко времени революции 1978-1979 гг. капиталистический уклад успел стать не только ведущим, но и господствующим в экономике страны. Однако традиционные уклады все еще занимали значительные позиции в народном хозяйстве, прежде всего по доле занятых в них. Это определяло социально-экономическое положение немалой части самодеятельного (экономически активного) населения, а тем самым и населения страны в целом. Процесс же форсированного капиталистического развития Ирана в 60-70-е годы, неизбежно воздействовавший на традиционные уклады (как угнетая, так и преобразуя их), приводил к тому, что межукладные пропорции как количественные характеристики неадекватно отражали социальную обстановку в обществе, прежде всего по линии социально-политической борьбы, в той мере, в какой она определялась многоукладностью. Масштабность же капиталистического уклада и уровень его развития оказывались достаточными, чтобы в стране протекал процесс обострения специфически капиталистических противоречий.

Верхнюю ступень социально-классовой структуры иранского общества занимала накануне революции шахская семья. Годы быстрого экономического развития страны привели к эволюции царствовавшего дома, который превращался из феодального землевладельца в капиталистического предпринимателя. Сестра шаха Ашраф и другие его многочисленные родственники стали в значительных масштабах вкладывать свои средства в промышленность, финансы и другие отрасли экономики, входили в директораты многих крупных промышленных групп и банков. Активное проникновение шахского дома во все сферы экономической жизни привело к созданию так называемой дворцовой монополии.

В стране шел процесс формирования монополистических групп и государственно-монополистических объединений.

По признаку отношения к средствам производства социально-классовая структура иранского общества5 имела следующие характеристики. В 1976 г. при общей численности населения 33,7 млн. человек в стране насчитывалось 8,8 млн. занятых, 182 тыс. работодателей противостояли 4,7 млн. работавших по найму (из них 3 млн. в частном секторе и 1,7 млн. в государственном). Деятельность 56% самодеятельного населения, так или иначе была связана с куплей-продажей рабочей силы, хотя отнюдь не весь наем был капиталистическим. Об условности отнесения всей наемной рабочей силы к категории капиталистической по-своему свидетельствует наличие такого своеобразного привеска к этому социально-экономическому явлению, как 1 млн. семейных работников, не получавших заработной платы. Они составляли 11 % общего числа занятых.

Другой принципиально важной чертой социально-классовой структуры иранского общества в канун революции были так называемые самостоятельные работники, т. е. лица, в значительной степени связанные с традиционными укладами и низшими формами капиталистического предпринимательства.

Развитие капиталистических отношений в Иране 60-70-х годов привело к быстрому расширению финансовой и банковской сферы. Общее число занятых в финансах и страховании составляло 100 тыс.

Разбор социально-экономической структуры Ирана не был бы достаточно полон без данных о торговле и сфере услуг, особенно чутко реагирующих на развитие производительных сил в области материального производства.

Многочисленной прослойкой в социальной структуре городского общества Ирана стали в канун революции научно-техническая и творческая интеллигенция (470 тыс. человек), конторские и прочие служащие (около 400 тыс. человек).

Особое место по своим социально-психологическим и (как стало очевидно в связи с революцией) политическим потенциям занимало в городском обществе мусульманское духовенство как корпоративное сословие (насчитывавшее несколько десятков тысяч человек).

Поскольку (в данном случае в связи с социальной структурой общества) количественная характеристика сама по себе не раскрывает экономической (равно как и политической) значимости того или иного класса, или социального слоя, или социальной прослойки, необходимо отметить следующее обстоятельство, важное для оценки социально-классовой структуры предреволюционного Ирана. Хотя городская предпринимательская буржуазия (исключая мелкую) составляла около 140 тыс. человек, основные рычаги экономической власти находились в руках примерно 300 семей представителей крупной монополизировавшейся буржуазии. Среди них можно назвать, в частности, семьи Ладжеварди, Хосровшахи, Гасемие, Резаи, Фар-манфармаянов, Бархордаров, Ирвани.

60-70-е годы характеризовались не только образованием и ростом монополий, но и ярко выраженной тенденцией к слиянию промышленного и банковского капитала, тесного переплетения интересов представителей этого капитала. Так, в 1973 г. промышленная группа «Шахриар», принадлежавшая в основном семейству Резаи, создала банк «Шахриар» с оплаченным капиталом 4 млрд. риалов. Промышленной группе «Шахриар» принадлежало 45% акций (1,8 млрд. риалов) этого банка, 40% акций приобрели такие крупные предприниматели, как Мохаммед Таги Бархордар - член директората Банка развития промышленности и рудников, участник группы «Парс То-еиба», Рахим Ирвани из промышленной группы «Мелли», Хосейн Гасемие из группы «Парс». Этот же период характеризовался созданием предпринимательских союзов буржуазии - торгово-промышленных палат, отраслевых ассоциаций и пр.

Капитализм в городе в большей степени рос вширь, в то-время как деревенский больше развивался вглубь и был более «чистым». Картина городского капитализма смазывалась сильным потоком мигрантов из деревень, которые представляли собой подходящую рабочую силу для роста мелких предприятий с числом занятых до десяти.

Из сказанного можно сделать вывод о том, что социально-классовая структура Ирана в 60-70-х годах более или менее адекватно отражала сильные и слабые стороны развития капитализма в стране.

Все изложенное выше дает основание сказать, что социально-классовая структура иранского общества накануне революции была отмечена нечеткостью и расплывчатостью границ, особенно в городе. Однако это лишь статическая картина. Поэтому важно воспользоваться возможностью показать динамику формирования этой структуры в 1966/67-1976/77 г.

Сопоставление данных переписей населения за 1966/67 и 1976/77 гг. в немалой степени позволяет сделать это на материале, относящемся к очень важному десятилетию в истории предреволюционного Ирана. Данное десятилетие, хотя и не охватывает всего периода индустриализации Ирана в послевоенное время, с полным основанием может быть названо его сердцевинным отрезком. Другим обстоятельством, о котором уместно напомнить здесь, является никем не оспариваемое положение: процесс индустриализации протекал на капиталистической основе и в условиях совокупности социально-экономических реформ, работавших на развитие капитализма. Сдвиги, происходившие в указанное десятилетие в социально-экономической структуре страны, прежде всего и по преимуществу имели капиталистическое содержание.

Наиболее общим показателем, характеризовавшим «расширение» иранского общества в 1966/67-1976/77 гг., был сдвиг в численности населения страны. Оно возросло с 25,8 млн. до 33,7 млн. человек. Другим показателем, тоже общего характера, был сдвиг в численности занятого населения, которое возросло с 6,9 млн. до 8,8 млн. человек.

По сравнению с предшествовавшими десятилетиями экономической истории Ирана 60-70-е годы оказались наделены рядом особенностей. Именно в эти два десятилетия в стране стала осуществляться широкомасштабная индустриализация, нацеленная на преодоление экономической отсталости в исторически короткие сроки.

В Иране шел процесс интенсивного комплексного развития производительных сил. Осуществляясь в капиталистической форме, он предопределял параллельный с ним рост практически всех противоречий, присущих капиталистическому способу производства. А это уже само по себе предопределяло формирование глубинных предпосылок революции, хотя ни в коей мере не детерминировало ее.

Волею господствующих классов Ирана в этой стране индустриализация проходила в условиях глубокой вписанности ее экономики в мировое капиталистическое хозяйство. Вписанность эта носила двоякий характер. По линии экспорта она определялась тем, что нефть составляла его основную статью и являлась крупнейшим источником инвалютных поступлений, по линии импорта - необходимостью материально-технического к технологического обеспечения индустриализации.

Начавшись как импортозамещающая (с простейшей стадии указанного процесса, т.е. с создания современных по оснащенности, но лишь сборочных по характеру фабрично-заводских предприятий) и постепенно усложняясь, индустриализация по рождала все большую зависимость от импорта не только дета лей и узлов, необходимых сборочным предприятиям, но и от, по существу, целых предприятий, выпускающих промежуточную продукцию: экономические планы государства предусматривали создание производств, призванных постепенно обеспечивать изготовление на месте все более значительной части узлов и деталей для сборочных предприятий. Все еще острой оставалась потребность в импорте продукции промежуточного потребления. Проводя импортозамещение, монархия предусматривал и экспортную ориентированность развивавшихся производств. Поэтому обеспечение всемерного роста не нефтяного экспорта также рассматривалось как одна из важных стратегических задач. Стратегия экономического развития предусматривала сохранение экономики открытого типа, притом, однако, что она должна была быть дополнена созданием такой отраслевой структуры экономики, которая была бы в состоянии обеспечить воспроизводство общественного продукта по преимуществу на национальной основе. Одновременно это означало, что асимметричная зависимость от мирового капиталистического хозяйства должна была быть заменена в перспективе зависимостью симметричной. В рассматриваемый же отрезок времени проводилась политика всемерного использования экспорта нефти как источника валюты, и даже повышения зависимости от него ради сокращения этой зависимости в перспективе.

Если говорить о степени зрелости иранского капитализма в канун революции 1978-1979 гг., то здесь достаточно отметить, что к указанному времени в этой многоукладной стране капиталистический уклад являлся, как уже отмечалось, и системообразующим, и господствующим. В рамках этого уклада производилась подавляюще большая часть общественного продукта, в его же рамках было занято большинство экономически активного населения. Капиталистический уклад был представлен чрезвычайно широко - от мелкокапиталистических производств до крупных современных предприятий и даже промышленных трупп и объединений, способных осуществлять монопольный диктат на внутреннем рынке, и крупного банковского капитала, срастающегося с капиталом промышленным. Эту иерархию венчал мощный государственно-капиталистический сектор, недвусмысленно покровительствовавший крупному частному национальному капиталу, усиленно приглашавший иностранных инвесторов к созданию производств со смешанным капиталом. Своеобразным феноменом, так сказать, достопримечательностью местного капитализма была шахская монополия в виде Фонда Пехлеви - «королевского домена», сложного, подобного концерну, по своей вертикальной и горизонтальной структуре. Сколь велика была капиталистическая сущность этого «домена», можно судить по тому, что крупная промышленная и банковская буржуазия в канун революции почти не скрывала того, что тяготится шахской монополией, хотя и помнила, что сама она взращена и взлелеяна Мохаммедом Резой Пехлеви.

Поскольку при всей своей неуправляемости капиталистическая экономика испытывает потребность в регулировании, есть основание отметить, что государство в Иране в лице монархии выступало как регулирующее начало, что особенно отчетливо проявилось в период составления и реализации всех пяти планов экономического и социального развития, через которые прошла страна за 1948/49-1977/78 гг. Таким образом, и государственный капитализм присутствовал в предреволюционном Иране. Более того, государство определяло направления и масштабы деятельности местного капитала за пределами страны, причем иранский капитал отнюдь не ограничивался скупкой акций зарубежных компаний, а участвовал и в создании промышленных (в основном нефтеперерабатывающих) предприятий.

Решая проблему преодоления экономической отсталости, монархия в процессе ломки колониальной структуры экономики не могла не учитывать все три аспекта этой проблемы: отраслевой, территориальный и социально-экономический. Как показала история, для Ирана наиболее сложным оказалось изменение его социально-экономической структуры. В самом общем виде можно сказать так: ломая отраслевую структуру, монархия не успевала решать задачи социально-экономического характера и удовлетворять социальные потребности, которые возникали в ходе этой ломки. Достаточно упомянуть как о следствиях, прежде всего индустриализации о таких проблемах, как миграция крестьян в города (в результате реформ «белой революции»), урбанизация, нехватка рабочих мест, бедственное положение с жильем, недостатки в подготовке кадров. К этому добавилось столкновение между современным сектором и докапиталистическим сектором города, существенно отягощенным возраставшей массой люмпенов и пауперов - вчерашних крестьян.

Обстоятельством, усугублявшим положение, являлся и быстрый в период резкого увеличения доходов от нефти экономический рост, сопряженный с быстрым увеличением как производительных, гак и непроизводительных расходов государства, умножением инвестиций частного сектора, быстрым обогащением господствующих классов и ростом их спроса - производственного и личного. Отсюда такой феномен: совершив за 60-е - начало 70-х годов большой скачок в создании вполне современной и диверсифицированной инфраструктуры, уже к середине 70-х годов монархия оказалась не в состоянии расшивать «узкие» места, возникшие в гирлянде инфраструктурных отраслей. Это вызвало у экономики одышку, которая быстро перешла в асфиксию. Лишь частично удовлетворяемый спрос становился повседневностью.

Охарактеризованные выше особенности развития экономики Ирана 60-70-х годов с неизбежностью вели к инфляции. И действительно, уже с начала 70-х годов Иран стало лихорадить от инфляции. Но первые ее шквалы (нужно сказать, сразу же не на шутку встревожившие монархию) были «внешнего» характера, что объяснялось воздействием мирового экономического кризиса начала 70-х годов. Здесь экономика страны в полную меру вкусила плоды своего открытого характера. Нельзя отказать монархии в усилиях, направленных на смягчение последствий этой «внешней» инфляции. Однако непоследовательность в действиях, волюнтаризм, гигантомания, охватившая монархию в период пятого плана (в связи с ростом доходов от нефти ассигнования на пятый план развития-1972/73-1977/78 гг.- были пересмотрены в мае 1975 г. и увеличены более чем вдвое - с 32,5 млрд. до 69,5 млрд. долл.), привели к тому, что в результате углубления противоречий капиталистического способа производства и противоречий межукладных страна стала рождать «собственную» инфляцию с ее непременными спутниками - спекуляцией, коррупцией, казнокрадством.

Попытка монархии остановить инфляцию с помощью механизма государственных финансов, государственных карательных органов, специальных отрядов по борьбе со спекуляцией, бороться с созданием товарных запасов в целях спекуляции и с завышением цен посредством формирования отрядов, укомплектованных студентами, школьниками, домохозяйками, на крутой нрав которых монарх вполне серьезно возлагал большие надежды (жены острее, чем мужья, реагируют на то, как с каждым днем становится легче сумка с продуктами), не увенчалась успехом. Среди предпосылок революции инфляция занимала не последнее место. Для Ирана 70-х годов инфляция может быть названа синтезированным проявлением и выражением дисбалансов, диспропорций, противоречий капиталистического производства, равно как и противоречий межукладного характера.


«Белая революция» и реформы Мухаммеда Реза-шаха


В 1963 году шах Мохаммед Реза Пехлеви начал реформы, получившие название "белой революции". "Белая революция" была призвана превратить Иран в современное процветающее государство, своего рода "ближневосточную Японию". Страна действительно развивалась быстрыми темпами. Возможно, мечтам шаха, проводившего реформы с немалой энергией, суждено было бы сбыться, если бы не появление нового поколения пассионариев, объединенных ненавистью к шаху и избранной им модели развития общества. Закономерности этногенеза оказались сильнее, чем планы правившей Ираном верхушки, несмотря на всю мощь США, поддержавших шаха.

Земельная реформа. Пытаясь найти выход из кризиса, шах и его правительство вынуждены были перейти от обещаний реформ к их проведению.

Обещание реформ было обычным средством, к которому правящие круги Ирана прибегали и в прошлом, когда в стране создавалась для них опасная обстановка. Например, когда в 1921 г. в Иране развернулось национально-освободительное антианглийское движение, грозившее существованию монархического строя, в Тегеране был совершен государственный переворот, положивший начало событиям, которые впоследствии привели к воцарению ныне правящей династии Пехлеви. Образованное после переворота правительство английского ставленника Сейида Зия эд-Дина, получившее красноречивое название «черный кабинет», опубликовало декларацию, в которой говорилось о борьбе против феодальной аристократии и иностранного капитала, об установлении демократического правления, о разделе государственных земель между крестьянами и об увеличении их доли урожая за счет помещиков, о реформах в области народного образования, промышленности и т. д., а также о проведении независимой от иностранных держав внешней политики. Тогда эти обещания реформ в большинстве остались на бумаге. Теперь, в начале второй половины XX в., после образования мирового социалистического лагеря, краха колониальной системы империализма и подъема антиимпериалистического и демократического движения в ряде бывших колоний и зависимых стран, голословными декларациями и обещаниями нельзя было успокоить поднимавшийся иранский народ.

Представители руководящих кругов США, с которыми иранский шах и его правительство были тесно связаны, также настаивали на проведении в Иране некоторых, в том числе и земельной, реформ. На причины этой заинтересованности США в реформах в Иране указывала французская газета «Монд», которая в статье «Иран через десять лет после Мосаддыка» (опубликованной 18, 19 и 20 февраля 1964 г.) отмечала, что «США требуют перестройки структуры режима в более либеральном духе, аграрной реформы, более представительного правительства и беспощадной борьбы с язвой коррупции, которая поглотила значительную часть американской помощи. Нефтяной консорциум, в свою очередь, оказывал негласное давление в этом направлении».

В этих условиях сформированное в июле 1962 г. после отставки А. Амини правительство близкого к шаху А. Алама разработало по указанию шаха шесть законопроектов о реформах: 1) о проведении земельной реформы на основе закона, принятого в январе 1962 г.; 2) о национализации лесов; 3) о продаже государственных фабрик и заводов для финансирования земельной реформы; 4) об изменении закона о выборах в меджлис и сенат (имелось в виду предоставление женщинам избирательных прав наравне с мужчинами, а также некоторое изменение порядка выборов); 5) об участии рабочих в прибылях предприятий; 6) о создании «корпуса просвещения» для борьбы с неграмотностью в деревне. Решено было для утверждения этих законопроектов провести референдум. Как заявил на пресс-конференции 19 января 1963 г. премьер-министр А. Алам, народ надо убедить, в том, что если эти реформы не будут проведены, то огромные беды обрушатся на головы иранцев.

Противники шаха и намеченных реформ вели пропаганду против референдума. В январе 1963 г. на три дня был закрыт тегеранский базар. Правительство вывело на улицы Тегерана вооруженные отряды сил безопасности и арестовало несколько десятков человек из числа оппозиции.

На референдуме, проведенном 26 января 1963 г., законопроекты были утверждены. Выступая на открытии экономической конференции в Тегеране 27 февраля того же года, шах заявил, что одобренные законопроекты являются «бескровной белой революцией» и что феодальная система в Иране будет ликвидирована в течение 30 лет. первым шести законопроектам о реформах были добавлены еще шесть: 1) о создании «корпуса здравоохранения» для оказания медицинской помощи сельскому населению; 2) о создании «корпуса тарвидж» («корпуса внедрения» новых, современных методов ведения сельского хозяйства); 3) о создании «ханейе энсаф» («домов справедливости»)- общественных судов в деревнях для рассмотрения и решения мелких тяжб и споров; 4) о национализации водных источников; 5) о принятии программы реконструкции города и деревни с целью повышения уровня жизни населения; 6) о проведении административных реформ под которыми подразумевалась борьба с волокитой и бюрократизмом.

Впоследствии к 12 упомянутым пунктам программы реформ до конца 1975 г. прибавили еще 5 пунктов: 1) «расширение собственности на промышленность»; 2) борьба со спекуляцией и с коррупцией; 3) бесплатное обучение в средних и высших школах для тех учащихся, которые дадут обязательство проработать после окончания учебного заведения определенное количество лет; 4) бесплатное питание детей до двухлетнего возраста; 5) всеобщее социальное страхование, включая сельское население.

Эту программу реформ в официальных кругах Ирана называют «белой революцией», или еще «революцией шаха и народа».

Наиболее важной в этой программе была земельная реформа. В развитие принятого в январе 1962 г. закона о земельной реформе правительство А. Алама 17 января 1963 г. приняло дополнения к этому закону, которые устанавливали, что помещик может сохранить в собственности не более 500 га пахотной земли при условии, если она обрабатывается с применением сельскохозяйственных машин и наемного труда, т. е. на капиталистической основе.

В отношении земель мелких и средних помещиков, о которых ничего не говорилось в законе о земельной реформе 1962г. (а это касалось большинства помещичьих земель), в дополнениях указывалось, что эти помещики могут по своему выбору поступить одним из следующих трех способов:

1) сдать землю в аренду крестьянам, которые до сих пор ее обрабатывали, сроком на 30 лет на основе местных обычаев, т. е. на условиях существовавшей в данной местности кабальной феодальной аренды; при этом размеры арендной платы должны пересматриваться через каждые пять лет; объявлялось об отмене мелких натуральных повинностей, которые до этого крестьяне-арендаторы должны были нести в пользу помещиков;

2) продать крестьянам-арендаторам землю по взаимному соглашению (стоимость земли крестьянин должен выплатить помещику равными долями в рассрочку в течение десяти лет разделить землю с крестьянами пропорционально помещичьей и крестьянской долям при разделе урожая.

Помещик должен был в течение месяца сообщить организации, ведающей проведением земельной реформы, какой из перечисленных трех способов решения вопроса о земле он избирает.

Дополнения устанавливали также порядок проведения земельной реформы в отношении общественных и частных вакуфных земель. Поскольку мусульманское право не допускает купли-продажи общественных вакуфов, предусматривалось, что земли этих вакуфов должны быть сданы в аренду крестьянам, которые до этого их обрабатывали, сроком на 99 лет. Арендная плата за землю общественных вакуфов должна вноситься наличными, и размер ее должен пересматриваться через каждые пять лет. Земли частных вакуфов должны быть выкуплены правительством и затем распроданы в рассрочку крестьянам-арендаторам, вступившим в сельскохозяйственные кооперативы» Средства, полученные от продажи земель частных вакуфов, должны быть переданы управлению вакуфов для приобретения другого имущества. Эти земли могли быть также переданы в аренду крестьянам на 30 лет.

Мероприятия в отношении крупных земельных собственников, владевших более чем одной деревней,- выкуп государством излишков земли сверх одной деревни и распродажа их крестьянам-арендаторам - называются в Иране первым этапом земельной реформы. А мероприятия по урегулированию отношений между мелкими и средними помещиками и крестьянами, арендовавшими и обрабатывавшими их земли тремя способами, установленными дополнениями 1963 г. к закону о земельной реформе, называются вторым этапом земельной реформы.

Земельная реформа проводилась медленно, объявленные первоначально сроки ее не выполнялись. Сначала было объявлено, что первый этап реформы будет завершен к 22 сентября 1963 г. и охватит около 17 тыс. деревень из общего числа более 66 тыс. деревень, существующих в стране. Но, по официальным иранским данным, к этому сроку реформа была проведена только в 8042 деревнях; излишки земель крупных землевладельцев в этих деревнях были выкуплены правительством и распроданы затем 271 тыс. крестьянских семей, т. е. менее чем во всех крестьянских семей, имеющихся в Иране. Осуществление первого этапа земельной реформы растянулось на многие годы.

Таким образом, до 1969 г. земельная реформа не внесла коренных изменений в положение подавляющего большинства крестьян: прежние полуфеодальные отношения в основном продолжали сохраняться. В то же время шах и министр земельной реформы А. Валиян в своих выступлениях неоднократно заявляли о том, что с остатками феодализма в Иране уже покончено. Эти заявления настолько противоречили действительности, что в 1968 г. министерство земельной реформы вынуждено было разработать и в октябре того же года внести в меджлис законопроект о продаже земель мелких и средних землевладельцев крестьянам, арендующим эти земли. Меджлис утвердил законопроект в декабре 1968 г., в январе 1969 г. он был утвержден сенатом, а затем подписан шахом и получил силу закона.

Закон 1969 г. предусматривал продажу в рассрочку земель мелких и средних помещиков крестьянам, которые до этого арендовали их, или раздел этих земель между помещиками и крестьянами пропорционально долям, на которые до этого делился - урожай между помещиком и крестьянином-арендатором.

Следовательно, земельная реформа, с одной стороны, привела к росту удельного веса мельчайших, нерентабельных сельских хозяйств с 39 до почти 48%, а с другой стороны,- к увеличению удельного веса крупных хозяйств с 0,7% до более одного процента общего количества всех сельских хозяйств страны.

Проведение земельной реформы сопровождалось махинациями и злоупотреблениями чиновников министерства, руководившего этим процессом. Только, за 1965, 1966 и 1967 гг. поступило более 525 тыс. жалоб по поводу неправильного применения положений о земельной реформе. В некоторых случаях злоупотребления принимали такой скандальный характер, что власти были вынуждены привлекать чиновников министерства к судебной ответственности. Например, 29 августа 1974 г. тегеранские газеты сообщили об аресте руководителя казвинского управления по делам кооперативов и деревень Али Асгара Сируса и двух сотрудников этого управления по обвинению в сговоре с некоторыми влиятельными лицами Казвина и незаконном присвоении 400 га земли, которая оценивается в 500 млн. риалов. В связи с подобными злоупотреблениями в апреле 1974 г. Реза Садекияни заменил на посту министра сельскохозяйственных кооперативов и деревень А. Валияна, который был назначен генерал-губернатором Хорасана.

Закон о земельной реформе 1962 г. предусматривает, что каждый крестьянин, покупающий землю по реформе, должен вступить в сельскохозяйственный кооператив. Преимуществами этих кооперативов их члены могли пользоваться пропорционально сумме внесенного пая, минимальный размер которого устанавливался в 500 риалов. В 1963 г. был опубликован примерный устав сельскохозяйственных кооперативов. Устав предусматривал обеспечение членов кооперативов водой, семенами, сельскохозяйственными орудиями, тягловой силой, т. е. всем тем, что раньше они получали на кабальных условиях от помещиков. Кооперативы должны были также организовать охрану, транспортировку и реализацию крестьянской продукции, а также обеспечивать крестьян средствами борьбы против сельскохозяйственных вредителей, химическими удобрениями, предметами первой необходимости, горючим, промышленными товарами.

Мероприятия, проводимые в рамках земельной реформы, не дали существенного увеличения производительности сельского хозяйства, на что рассчитывали инициаторы реформы. Урожайность основных сельскохозяйственных культур продолжает оставаться очень низкой, и недостаток продовольствия в стране не только не ликвидирован, но еще больше возрос.

Подводя итоги земельной реформе, следует сделать вывод, что она не привела к полной ликвидации полуфеодальных пережитков. Она состояла в постепенном переводе сельского хозяйства на капиталистический путь развития на условиях, выгодных для помещиков и зарождающейся сельской буржуазии. В то же время реформа была ударом по крупному феодально-помещичьему землевладению и феодальным отношениям, в деревне. Экономическое влияние крупных феодалов в деревне и в стране в целом было подорвано.

Реформа внесла изменения в жизнь деревни и в существование крестьян. Ограничение крупного помещичьего землевладения и продажа в рассрочку земель средних и мелких помещиков крестьянам-арендаторам не могли не привести к падению и политического влияния крупных феодальных помещиков. Ликвидированы были мелкие натуральные феодальные повинности крестьян. Организация сельскохозяйственных кооперативов с их кредитно-ссудными, сбытовыми и потребительскими функциями, несмотря на ограниченный характер их и руководство кооперативами кулацко-зажиточной верхушкой деревни, все же внесла новые черты в жизнь деревни, открыла некоторые, правда весьма незначительные, возможности освобождения крестьян от засилья- ростовщиков, скупщиков урожая на корню, лавочников. Создание «корпуса тарвидж», сельских домов культуры, «домов справедливости» и другие нововведения подрывают старые, средневековые устои в деревне, вносят элементы культуры и новые, более современные черты в жизнь крестьян. В этом заключается положительное значение земельной реформы.

Таким образом, земельная реформа была не в силах решить задачу обеспечения населения Ирана продовольствием. Она не смогла также существенно улучшить положение подавляющего большинства крестьян, феодальная эксплуатация которых заменяется капиталистической. Земельная реформа открыла более широкие возможности для развития капиталистических отношений в иранской деревне. Перед помещиками, переходящими на капиталистические методы хозяйствования, крупными капиталистическими обществами, иностранным капиталом и кулацкой верхушкой деревни, применяющей наемный труд и сельскохозяйственные машины, открылись более благоприятные условия для развития их хозяйств. Вот к чему свелись основные итоги земельной реформы.

Реформы в области просвещения, здравоохранения, культуры и быта


Изменения, происходящие в иранской экономике, появление новых, современных отраслей промышленности, попытки вывести сельское хозяйство из упадка путем земельной реформы и внедрения в сельскохозяйственное производство машин и современных методов - все это выдвигало перед страной новые задачи. Эти задачи невозможно было решить без повышения уровня грамотности населения, без расширения системы народного образования, здравоохранения, без устранения наиболее архаических феодальных пережитков в области общественной и семейной жизни, культуры и быта.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: