Итоги трансформации тунисской политической системы после военного переворота З. Бен Али
Новая редакция закона о выборах предполагала увеличение числа мест в парламенте до 163, в том числе 144 места должны были оспариваться на основе мажоритарной системы, т.е. отводились партийным или коалиционным спискам, набравшим просто большинство в своих избирательных округах. Это означало на практике, что эти места будут получены правящим ДКО. Однако остальные 19 мест должны были быть распределены между "партиями меньшинства, конкурирующим и между собой уже в порядке пропорционального представительства на общенациональном уровне. С другой стороны, изменения, внесенные в избирательную систему, давали очевидные преимущества лишь кандидатам от партий в ущерб независимым кандидатам. На практике независимые кандидаты не имели шансов пройти в Палату Депутатов, так как они могли выставлять свои кандидатуры только в отдельных избирательных округах, а та или иная партия - в нескольких.
Вместе с тем, одно из положений новой редакции закона о выборах гласило, что партии, набравшие менее 3% голосов избирателей, должны вернуть государству половину представленной им государством суммы на финансирование их избирательной кампании, а также оплатить расходы, связанные с печатанием их избирательных бюллетеней. В этих условиях небольшие партии оппозиции должны были создавать коалиционные блоки. Тем не менее, тунисские официальные лица считали, что новая избирательная система способствует достижению плюрализма путем предоставления мест в Палате Депутатов политическим партиям на основе их веса и влияния в обществе".
Президентские и парламентские выборы 20 марта 1994 г. не принесли сюрпризов. Бен Али был переизбран на второй срок, набрав 99,91% голосов избирателей. В выборах по официальным данным участвовало 94,89% всего тунисского электората. В парламентских выборах одержало победу ДКС, набрав 97,73% голосов и заняв 144 места в парламенте. Легальные оппозиционные партии получили только 2,27% голосов избирателей. ДДС было предоставлено 10 из 19 обещанных оппозиции мест. Движению "ат-Тадждид" - 4.
Маргинализация оппозиционных партий является сегодня в Тунисе очевидным фактом реальности. Впрочем, для идеологов режима Бен Али эта ситуация выглядит как естественная. Они говорили о "последовательном и поэтапном" продвижении Туниса к демократии. В этом смысле, "клапан для демократии, - по их словам, - приоткрывается лишь в той мере, в какой это необходимо для формирования здоровой и конструктивной оппозиции демократического типа".
Маргинализированность оппозиции была доказана еще раз в ходе муниципальных выборов 21 мая 1995 г. Их результатом, несмотря на попытки ряда оппозиционных партий добиться создания межпартийных коалиций, были успешны только для ДКО. Правящая партия установила свой контроль над всеми муниципальными советами, включая и совет Шеббы, где кандидаты от Тунисской коммунистической рабочей партии на этот раз баллотировались в составе списка, выдвинутого ДКО. Из общего числа 4090 мест в муниципальных советах представители независимых и легальной оппозиции получили только 6 мест.
Тунисский путь к созданию многопартийного, плюралистического общества, естественно, далек от того, чтобы рассматриваться в качестве действительно демократического. Однако результатом его реализации становилось расширение общественно-политической базы режима. И это обстоятельство являлось одним из наиболее значимых достижений руководства страны, пришедшего к власти в 1987 г. Вместе с тем, проблема не исчерпывалась только этим. Привлекая к сотрудничеству оппозиционные партии, деятельность которых разрешена, жестко контролируя их, тунисский президент в значительной мере укреплял в стране позиции традиционно правившей там сахельской политической элиты. По сути дела, те тунисские партии и движения, которые легализированы в стране, представляли собой самостоятельное продолжение тех группировок в рядах дестуровской партии, которые на определенных этапах эволюции этой партии в силу тех или иных причин покидали ее ряды. Это относилось, в первую очередь, к ДДС А. Мстири, крупнейшей из партий оппозиции, лидер которого еще в начале 70-х гг. входил в состав высшего эшелона партийно-государственного руководства Туниса.
военный переворот тунис политический
Но в равной мере принадлежность к сахельской политической элите определяла и процесс формирования ТКП, ныне Движения "ат-Таджид". При всем различии между членами дестуровской партии и тунисскими коммунистами как с точки зрения их политических предпочтений и ориентаций, так и с точки зрения программных установок и методов политического действия, и тех, и других объединяло многое. Как дестуровская партия, так и тунисское коммунистическое движение создавались представителями европеизированной национальной интеллигенции, выходцами из района средиземноморского побережья. Принадлежность к единому "образованному классу", объединенному тесными узами принадлежности регионального характера определяла постоянный обмен идеями между членами обеих партийных группировок. Эти идеи всегда демонстрировали возможности обеих партий переходить от позиций социального характера к позициям, имевшим более ярко выраженную национальную направленность, как и наоборот. История сосуществования этих двух партий - дестуровской и ТКП - всегда демонстрировала, что они были не только конкурирующими, но и во многом взаимодействовавшими между собой политическими силами.
Наконец, важным достижением нового курса тунисского руководства становилось достаточно безболезненное оттеснение от авансцены политического процесса тех сил, которые объединялись под знаменами Движения "ан-Нахда". При этом речь не шла о том, что исламистская направленность этого Движения носит деструктивный характер, хотя эта сторона его деятельности эксплуатировалась режимом Бен Али. Проблема лежала значительно глубже.
Движение "ан-Нахда" кристаллизовало в себе и придавало законченные политические формы притязаниям тех групп политического действия, которые возникали в ходе модернизации тунисского общества после обретения страной независимости и не были связаны с традиционным источником пополнения национального "правящего класса" - регионом Сахеля. Ислам, как и любая другая идеологическая платформа, становился лишь орудием выдвижения этих групп к власти в стране. Обращение к нему было во многом случайно, оно определялось лишь тем, что иные политические доктрины - национализм, различные варианты марксизма - были уже монополизированы другими политическими партиями и движениями. Ими были партии Сахеля, прежде всего дестуровцы и коммунисты. По выражению одного из тунисских исследователей, Движение "ан-Нахда" было порождением "новой социальной периферии", где обращение к религиозным ценностям становилось возможным еще в силу большей - несмотря на модернизации предшествовавших лет - отсталости тунисского Юга на фоне Сахеля.
Оттеснение Движения "ан-Нахда" становилось, быть может, самым значительным достижением курса на реформирование тунисской политической системы, осуществленного Бен Али. При этом, однако, тунисский "правящий класс" был вынужден пойти на достаточно существенные жертвы, отстраняя от руководства страной старый "первый эшелон" сахельской политической элиты, представленный X. Бургибой, и содействуя выдвижению ее второго эшелона, персонифицированного личностью 3. Бен Али.
Как и другие страны арабского мира, Тунис становился государственным образованием, в формировании которого значительную роль играла европейская экспансия. Обретение этой страной независимости отнюдь не означало, что суверенная государственность автоматически наполнялась адекватным ей национальным содержанием. Тунисское общество продолжало оставаться клановым и региональным. Противоречия между действовавшими на политической арене страны партиями и движениями, как и противоречия внутри правящей партии, определялись, прежде всего, отсутствием в достаточной степени структурированного гражданского общества, которое не сформировалось ни за годы французского протектората, ни после обретения политической самостоятельности. Единство государственной территории и сплоченность национального социума могли поддерживаться только благодаря существованию системы авторитарного управления, воплощавшейся в личности X. Бургибы.
Ослабление этой системы, вытекавшее из экономического застоя, и снижение значимости политической харизмы первого тунисского президента немедленно вызывали к жизни противоречия предшествовавшего развития. Однако правивший в стране первый эшелон сахельской политической элиты волновала не необходимость перемен в сфере политики и экономики, а то, кто займет место Бургибы. Тунисский автор писал в этой связи, что "с начала 70-х годов. политическая конкуренция в верхах выливалась в склоки между отдельными личностями и группами по поводу наследования власти".
Переворот 7 ноября 1987 г., возглавленный З. Бен Али, создал возможности для перехода на этап пересмотра старых представлений о методах реформирования национального социума и управления государством. Он, разумеется, не открыл перед Тунисом эру целенаправленного демократического развития. Тем не менее, провозглашенный новым режимом курс на многопартийность был огромным шагом вперед в рамках тунисского политического процесса. Тунисская политическая элита была в определенной мере обновлена. Ей во многом удалось покончить с центробежными тенденциями развития общества и страны. Уже этого достаточно для того, чтобы утверждать, что эта элита и в дальнейшем сохранит способности к самообновлению и к поиску адекватных методов управления страной, которые будут вытекать из новых условий ее будущего развития.
Литература
Видясова М.Ф. Роль профсоюзов в политической жизни Туниса. - "Вестник МГУ. Серия 13. Востоковедение", № 1, М., 1983, стр. 19.
Новейшая история арабских стран Африки. 1917-1987.М., 1990, стр.325.
Аль-Аллани И. Харакат аль-иттиджах аль-исламий би Тунис. 1970-1987. Тунис, 1993, стр.75.
Тунисская Республика. Справочник.М., 1993, стр.142.
Шаабан С. Тунис: путь к политическому плюрализму. Курс президента Зина Аль-Абидина Бен Али.М., 1996, стр.44-46.
unisie. Le renouveau. Tunis, 1994, p.22-23.
Loi organique Nr 93-85 du 2 ao? t 1993 portant amendement du "Code de la Presse". Tunis, 1993.
Размещено на