Xreferat.com » Рефераты по истории » Внешняя политики России в XIX веке

Внешняя политики России в XIX веке

словом, все государственные чины и состояния, не щадя ни имуществ своих, ни жизни, составили единую душу"...

После уничтожения "великой армии" Александр взял на себя задачу освобождения Европы от ига Наполеона и двинул свои войска в Германию. Пруссия, а потом и Австрия примкнули к нему и начали общими силами (в союзе с Англией) борьбу против Наполеона. В октябре 1813 г. в трехдневной "битве народов" под Лейпцигом союзники одержали решительную победу над Наполеоном, и 1 января 1814 г. русские войска перешли французскую границу. В марте 1814 г. союзные войска вступили в Париж; Наполеон постановлением французского сената был лишен престола, и королевский престол Франции занял Людовик XVIII (брат казненного революцией Людовика XVI). В мае 1814 г. союзники заключили с Францией мир, по которому Франция отказалась от своих завоеваний в Европе и возвратилась к границам 1792 года. Наполеон получил во владение остров Эльбу, с сохранением титула императора. Европейские государи и дипломаты съехались на конгресс в Вену для обсуждения и устройства европейских дел после ликвидации наполеоновских завоеваний. В 1815 г., когда заседания конгресса еще продолжались, Наполеон вдруг снова явился во Франции, и армия перешла на его сторону. Союзники снова открыли военные действия, Наполеон был разбит англичанами и пруссаками при Ватерлоо (в Бельгии) и был отвезен англичанами на остров св. Елены (в Атлантическом океане), где он умер в 1821 г.

Постановлением Венского конгресса основанное Наполеоном герцогство Варшавское было присоединено к России, под именем царства Польского; Познань была отдана Пруссии, а Галиция (включая Тарнопольский округ) - Австрии. - Собравшиеся в Вене монархи заключили между собой "священный союз" (акт 14-го сентября 1815 г), который, по замыслу Александра, должен был вносить в международные отношения начала мира и правды, взаимной помощи, братства и христианской любви. В действительности этот союз скоро превратился в оплот европейской реакции, стремившейся к сохранению абсолютизма и подавлявшей все свободолюбивые движения народов. В течение 1818-1822 гг. собирался ряд конгрессов участников "священного союза" (в Аахене, Троппау, Лайбахе / Любляне / и Вероне), которые принимали решения о поддержке вооруженной рукой легитимных правительств против народных восстаний. В 1821 г. вспыхнуло восстание в Греции против турецкого владычества, и все русское общество ожидало, что Александр окажет поддержку единоверным грекам, но он стал последовательно на точку зрения легитимизма, признал греческое восстание революцией против законного монарха (турецкого султана!) и отказал грекам в помощи.


1.4 Россия на международной арене в 1813-1825 гг.


После смерти Кутузова Александр I поставил во главе русской армии П. X. Витгенштейна, однако тот был разбит Наполеоном при Люцене и Бауцене, и император поручил главное командование Барклаю де Толли. В июле-августе 1813 г. к антинаполеоновской коалиции присоединились Англия, Швеция и Австрия, и в распоряжении союзников оказалось три армии, насчитывавшие до 500 тыс. человек. У Наполеона в этот момент было под ружьем около 450 тыс. человек, так что силы сторон были примерно равны.15 августа французы одержали победу над войсками коалиции под Дрезденом, но решающее сражение произошло 3-7 октября при Лейпциге.

В нем приняло участие до полумиллиона солдат и офицеров с обеих сторон, и оно получило название "битвы народов". Русско-прусско-австрийским войскам удалось одержать в нем победу и двинуться к границам Франции.1 января 1814 г. союзники перешли Рейн, их войска насчитывали тогда уже 900 тыс. солдат. Однако Наполеон и не думал сдаваться. За два с половиной месяца 1814 г. он выиграл у коалиции 12 сражений и поставил ее на грань распада. Союзники даже обратились к грозному императору с предложением мира на условии возвращения к границам 1792 г., но тот ответил отказом. На протяжении этих месяцев Александр 1 стремился сместить Наполеона с престола, но не хотел и возвращения на трон Бурбонов. Он предлагал сделать императором сына Наполеона и Марии-Луизы, но не нашел поддержки у своих союзников.

Трехкратное превосходство в людях позволило коалиции успешно завершить войну. Одержав в начале марта ряд побед, 100-тысячная группировка союзных войск двинулась на Париж, который оборонял 45-тысячный гарнизон.18 (30) марта 1814 г. столица Франции капитулировала. Наполеон пытался двинуться на ее освобождение, но его маршалы отказались поддержать императора, заставив его подписать отречение от престола.18 (30) мая 1814 г. был подписан мирный договор, согласно которому Франция возвращалась к границам 1792 г., а Наполеон и его династия лишались прав на французский трон. Во Францию власть переходила в руки короля Людовика XVIII, Наполеон же ссылался на Остров Эльбу.

В сентябре монархи-победители съехались на конгресс в Вену, чтобы определить будущее Европы. В основном переговоры шли по вопросу о разделе спорных территорий континента. Противоречия по этому поводу были и между Пруссией и Австрией, и между Пруссией и Англией, и между Россией и всеми остальными державами. Александр I, который вел себя как глава конгресса, восстановил против России остальных его участников. Камнем преткновения стал польский вопрос. Завоевав герцогство Варшавское, император не собирался делать его независимым. "Я завоевал герцогство, - говорил он, - и у меня есть 480 тыс. солдат, чтобы его защитить".

3 (5) января 1815 г. Англия, Австрия и Франция заключили секретный договор и выработали план военной кампании против России и Пруссии, которая должна была начаться в середине марта. Однако 6 марта союзники узнали о том, что Наполеон бежал с Эльбы и высадился во Франции. Неприятие страной восстановленной власти Бурбонов было столь велико, что он с отрядом в 1100 человек к 25 марта без единого выстрела вошел в Париж. Начались знаменитые "100 дней" Бонапарта. Известие о возвращении Наполеона спасло коалицию. Она объявила узурпатора "врагом человечества" и начала готовиться к решающей схватке за власть в Европе.16(18) июня 1815 г. в битве при Ватерлоо союзникам удалось разбить общего врага. Наполеон был вторично низложен и отправлен на пустынный остров Святой Елены в Южной Атлантике где и умер 5 мая 1821 г. Венский конгресс, сплотившийся перед опасностью, закончил свою работу незадолго до битвы при Ватерлоо (заключительный акт подписан 28 мая (9 июня) 1815 г). Россия получила подавляющую часть герцогства Варшавского, которая вошла в состав империи под названием Царства Польского. Не остались без "наград" и другие участники конгресса. Австрия приобрела земли в Италии, Пруссия - в Саксонии, Англия закрепила за собой Мальту, Ионические острова и ряд французских колоний. Франция оказалась оккупированной на 5 лет, на трон ее (как и в других европейских государствах) вернулись монархи, свергнутые Наполеоном. Иными словами, Венский конгресс узаконил возвращение Европы к феодальным порядкам конца XVIII в. Понимая, что подобное возвращение может встретить сопротивление со стороны народов, монархи-победители договорились объединиться в Священный союз.

Александру I пришлось привыкать к новой, но приятной для него роли. Известная тогда французская писательница Ж. де Сталь говорила о нем: "Император русский - Агамемнон, царь царей!" Его провозглашали "умиротворителем Европы", и формально это было действительно так. Но гораздо более метко определил международную роль Александра I В.О. Ключевский, который назвал его "караульным часовым чужих престолов"9. Сам император надеялся, что создание Священного союза приближает его мечту о единой, и в политическом, и в религиозном отношении, Европе. Акт о создании Священного союза был подписан 14 (26) сентября 1815 г. и никто не содействовал его подписанию больше, чем Александр I.

Монархи обязывались "побуждать своих подданных к исполнению обязанностей в которые наставил человека Бог-спаситель" и "во всяком случае и во всяком месте подавать друг другу помощь". Понятно, что за туманом дипломатических фраз таилась совершенно конкретная цель - сохранять на континенте сложившееся статус-кво, не давая никому возможности менять его по своему желанию. Священный союз на какое-то время стал любимым детищем Александра I. Именно он созывал конгрессы Союза и предлагал их повестку дня, внешне определяя судьбу Европы. Горячим сторонником императора считался канцлер Австрии К. Меттерних, но как оказалось позднее, у того были свои замыслы насчет Священного союза.

На всех конгрессах Союза, главным был один и тот же вопрос - о сохранении существующего положения на континенте, иными словами, вопрос о борьбе с революционным и национально-освободительным движением. И монархи имели все основания для беспокойства. Первый конгресс в Ахене в сентябре-ноябре 1818 г. лишь констатировал отдельные вспышки неповиновения новому-старому порядку. В 1819-1820 гг. опасность революции грозила всей Европе. Массовыми волнениями была охвачена Германия, еще более сложной была обстановка во Франции, где против Бурбонов, которые, по словам Александра I, "ничего не забыли и ничему не научились", поднялась вся нация. В феврале 1820 г. в Париже ударом кинжала был убит племянник Людовика XVIII герцог Беррийский, несостоявшийся супруг сестры Александра I великой княгини Анны.

Но если в Германии и во Франции революционные события только назревали, то в Испании и в Италии они развернулись всерьез. Испанская армия, взбунтовавшись против короля Фердинанда VII, заставила его вернуть конституцию, отмененную монархом ранее. В Неаполе повстанцы вынудили своего короля предоставить стране конституцию на манер испанской. Вслед за этим началась революция в Португалии чуть позже в Пьемонте. Будущее Европы в очередной раз пришлось обсуждать на втором конгрессе Священного союза в Троппау (октябрь 1820 г), который заседал более полугода. Именно здесь Александр I понял, что его надежды на умиротворение и объединение Европы потерпели крах. Как и во внутренней политике ему не оставалось ничего другого, как перейти к насильственному поддержанию традиционных режимов. Время неудачных экспериментов подошло к концу.

Российский император предложил узаконить "право вмешательства", т.е. право военного вторжения в любую страну, где происходят революционные или национально-освободительные события. Причем, для вторжения не требовалось согласие даже свергнутого событиями правительства. За те полгода, пока заседал очередной конгресс, "правом вмешательства" монархи воспользовались дважды: австрийские войска подавили революцию сначала в Неаполе, а затем и в Пьемонте. Причем, Австрия дважды отказывалась от услуг русской армии, навязываемых Александром I.

Следующий конгресс в Вероне (октябрь 1822 г) вновь сопровождался беспорядками в Греции и Испании. И вновь российский император требовал, чтобы в Испанию были введены соединенные войска Союза, но французская армия справилась с задачей своими силами. Греческий же вопрос оказался намного сложнее. Почти четыре века греческие христиане находились под гнетом Турции, и это обстоятельство не мог не учитывать император - реальный глава русской православной церкви. В марте 1821 г. в Греции вспыхнуло национально-освободительное движение под предводительством князя А. Ипсиланти. Последний был генералом русской армии, а в 1816-1817 гг. - адъютантом Александра I.

В Петербурге давно существовали планы создания на Балканах греческого государства под протекторатом России, и вот теперь греки сами обращались к России за помощью. Российское общество и армия поддерживали борьбу греков за независимость и подталкивали царя к поддержке повстанцев. Он уже предъявил ультиматум султану, но затем принципы Священного союза взяли верх над интересами страны. Стало понятно, что имел в виду Меттерних, когда говорил, что организацией Священного союза Россия загнала себя в ловушку. Она не могла действовать на Балканах в своих интересах так, чтобы не нарушить договоров между монархами. Нарушив же эти договоры, она создавала опасный прецедент и ставила под сомнение все устройство постнаполеоновской Европы.

Надо сказать, что кроме Греции революционные события в тот момент продолжались в Испании, возникла угроза беспорядков в Польше. Александр I счел за благо приостановить свое вмешательство в греческие дела и на конгрессе в Вероне призвал греков вернуться под власть Турции, а турок - оставить мысли о мщении восставшим. Такая позиция европейских монархов убила надежду греков на помощь извне, что же касается турок, то они не обратили никакого внимания на веронскую конвенцию, продолжая на Балканах геноцид христианских народов.

Александр I еще дважды, в 1824 и весной 1825 г., пытался организовать давление на турок со стороны европейских монархов, но делал это недостаточно энергично, и коллективного протеста не получилось. К концу 1824 г. революционное движение в Европе было подавлено повсеместно, острая надобность в Священном союзе отпала, и Россия решилась действовать в соответствии со своими интересами. Александр предупредил европейских монархов, что в турецких делах он будет отныне придерживаться "своих видов". Это означало фактический распад Союза, и только внезапная смерть Александра I помешала началу русско-турецкой войны.

Подводя краткие итоги, следует отметить, что во внешней политике Александру I формально удалось добиться больших успехов, чем в вопросах внутриполитических. Россия оказалась на вершине европейской славы, а ее монарх стал вершителем судеб континента. Создание Священного союза вроде бы подчеркнуло это обстоятельство. Однако своих целей российскому императору достичь не удалось. Объединение монархов носило чисто внешний характер, оно легко забывалось, когда речь заходила о конкретных династических или национальных интересах. Народы европейских государств быстро и по-своему отреагировали на объединение своих владык, что заставило Священный союз выполнять полицейские функции по отношению к революционному и национально-освободительному движению. Разочарование Александра I стало еще более тягостным, когда он узнал, что и в России назревают революционные события, здесь начали складываться организации декабристов.


1.5 Внешнеполитический курс Николая I


Вторая четверть XIX в. - время наивысшего внешнеполитического могущества Российской империи в Европе. Огромная территория и многочисленное население, казавшиеся неисчерпаемыми внутренние ресурсы, фактически в одиночку разгромившая Наполеона сильнейшая в Европе армия, внешняя прочность государственного и общественного строя делали Россию гарантом и оплотом мирового порядка. Без ее активного участия невозможно было сохранить и достигнутое после разгрома Франции европейское равновесие. С гораздо большим основанием, чем граф А.А. Безбородко в конце XVIII в., Николай I мог утверждать, что ни одна пушка в Европе не выстрелит без русского согласия. К посредничеству российского императора при разрешении своих споров и конфликтов неоднократно прибегали монархи Центральной Европы. Столь большой авторитет нашего государства на международной арене объяснялся еще и тем, что в 20-40-е гг. XIX в. Россия была единственной страной Европы, которая не имела никаких территориальных претензий к своим соседям на Западе.

Важнейшим фактором, определявшим характер внешнеполитического курса империи при Николае I, были национально-государственные интересы России. Перед ними на второй план отступили как соображения династической солидарности, так и верность принципам наднационального единства христианских монархов в борьбе с угрозами тронам и алтарям, характерные для внешней политики Александра I. На николаевскую дипломатию большое влияние оказывала и общая ситуация в Европе и мире: две революционные волны, прокатившиеся по Европе в 1830-1831 гг. и в 1848-1849 гг., растущее стремление к созданию единых государств в Германии и Италии, национально-освободительная борьба славянских народов Балканского полуострова против турецкого гнета. Россия не могла обойти и вызов, брошенный ей Англией, которая, став самой мощной индустриальной державой мира, заявила о своих претензиях на мировую гегемонию.

В условиях самодержавной монархии решающую роль в разработке и принятии ключевых внешнеполитических решений играла личность монарха и его взгляды на международную ситуацию. Неподготовленный к занятию престола и плохо знакомый с хитросплетениями мировой политики Николай I в первые годы своего царствования проявлял большую осторожность на дипломатическом поприще. Однако природные способности, трудолюбие и усидчивость, умение быстро и глубоко понять человеческий характер сделали из этого русского императора талантливого политика. Как дипломат Николай I отличался решительностью и твердостью в отстаивании национальных интересов государства, самостоятельностью и последовательностью в проводимом им курсе.

Эти, безусловно, положительные качества сочетались в нем с известным догматизмом, особенно вредным при принятии внешнеполитических решений. Он не вникал в тонкости государственного устройства и партийной борьбы в Англии, совершенно не разбирался в идейных течениях современной ему Франции, не понимал особенностей восточного менталитета, но при этом был неизменно верен своему неприятию конституционного строя, либеральных и социалистических доктрин, исламских ценностей. Упрямое нежелание быть "с веком наравне" не давало императору возможности превратить общественное мнение зарубежных стран в союзника русской дипломатии, создавало благоприятную почву для распространения противниками России русофобских настроений и утверждения негативного образа русского народа в глазах Запада, отталкивало от нашей страны мусульманские "верхи" Востока.

Со временем в императоре укрепилась уверенность в собственном могуществе и непогрешимости. Она поддерживалась как действительными успехами русской внешней политики, так и всевозрастающей лестью придворного окружения. Николай постепенно терял способность адекватно оценивать международную ситуацию. В этом, отчасти, виноваты и боявшиеся навлечь на себя гнев грозного монарха российские послы в зарубежных странах, зачастую сообщавшие в Петербург не то, что происходило на самом деле, а то, что, по их мнению, больше соответствовало представлениям Николая. Сознательное искажение информации, стремление выдать желаемое за действительное, самоуверенность, отсутствие должной гибкости, нежелание признаваться в собственных ошибках и заблуждениях часто приводили русскую дипломатию к непродуманным и авантюрным решениям.

Большую роль в определении внешнеполитического курса страны играло и непосредственное окружение Николая I. В нем выделялся занимавший в 1816-1856 гг. пост министра иностранных дел России Карл Васильевич Нессельроде (1780-1862). Своей личностью, как говорили, Нессельроде представлял краткое руководство по географии: родился в Лиссабонском порту на английском корабле от исповедовавшей протестантство еврейки и немца-католика, находившегося на русской дипломатической службе. Управляющим министерством иностранных дел империи Нессельроде был назначен еще Александром I, но именно при Николае он достиг вершин своей карьеры, получил графский титул и чин канцлера. Нессельроде не являлся выдающимся дипломатом и государственным деятелем, беспрекословно покорялся воле императора и безропотно исполнял его распоряжения. Николай I не нуждался в самостоятельном министре иностранных дел, предпочитая лично руководить внешней политикой.

Вместе с тем нельзя признать справедливым и утвердившееся в отечественной историографии мнение о полной зависимости Нессельроде от позиции царя. В отличие от Николая министр иностранных дел всю жизнь оставался ярым приверженцем идей Священного Союза и ради согласия европейских монархов готов был жертвовать национальными интересами России. Ее естественным союзником он считал Австрийскую империю, стремился изолировать Францию на международной арене, не допустить русско-французского сближения. Огромное влияние на Нессельроде оказывал австрийский министр К. Меттерних. И хотя открыто противодействовать царю Нессельроде не решался, именно под влиянием исходившей от него информации и советов Николай часто принимал собственные решения. Искусно дирижируя русским дипломатическим корпусом, Нессельроде умел оставаться в тени своего монарха.

Существенное влияние на принятие внешнеполитических решений оказывало и военное окружение императора. Особым доверием Николая I пользовался генерал-адъютант граф А.Ф. Орлов (1786-1862). В 1829 г. он активно участвовал в русско-турецких переговорах, завершившихся заключением Адрианопольского мира, в 1833 г. добился подписания Ункяр-Искелесийского договора с Турцией, закреплявшего выгодный для России режим черноморских проливов, несколько раз выполнял секретные поручения императора при иностранных дворах. Александр II именно Орлова назначил главой российской делегации на Парижском конгрессе, собравшемся после окончания Крымской войны. Другим известным генералом-дипломатом николаевского времени был П.Д. Киселев (1788-1872). Управляя дунайскими княжествами Молдавией и Валахией, находившимися под протекторатом России, он проявил немалые дипломатические способности. Гораздо менее удачно выступил на внешнеполитическом поприще генерал А.С. Меншиков (1787-1869). В 1826 г. Николай 1 направил его с чрезвычайной миссией в Иран, где Меншиков был арестован и почти год провел в тюрьме. Столь плачевно начавшаяся дипломатическая карьера завершилась провалом другого порученного светлейшему князю дела: в 1853 г. во многом из-за надменного и нетактичного поведения Меншикова не удалось разрешить кризис в русско-турецких отношениях, следствием чего стала Крымская война. Определенное влияние на внешнюю политику Николая I оказывали генерал-фельдмаршалы И.И. Дибич (1785-1831) и И.Ф. Паскевич (1782-1856).

Большинство ответственных дипломатических постов в российских представительствах за рубежом во второй четверти XIX в. занимали иностранцы (в лучшем случае остзейские немцы): послами во Франции были К.О. Поццо ди Борго и Ф.П. Пален, в Англии - Х.А. Ливен и Ф.И. Бруннов, в Пруссии - А.И. Рибопьер, П.К. Мейендорф и А.Ф. Будберг, в Австрии - П.И. Медем. При этом всячески тормозилась карьера будущего министра иностранных дел А.М. Горчакова. Недоверие к русской дворянской аристократии было посеяно у Николая I еще восстанием декабристов и активно поддерживалось К.В. Нессельроде. Иностранцев же на русскую службу влекло стремление сделать карьеру, улучшить свое материальное положение. Многие из них равнодушно относились к национальным интересам России, хотя исправно исполняли свои чиновничьи обязанности.

Основными направлениями российской внешней политики были отношения с западноевропейскими странами и попытки решить восточный вопрос.

На европейском направлении Россия добивалась сохранения существовавшего тогда расклада сил (так называемой "Венской системы"), гарантировавшего ей неприкосновенность западных границ и ведущую роль на континенте. Именно стремлением сохранить отвечавший русским национальным интересам статус-кво в Европе объясняется непримиримая борьба Николая I против "революционной заразы". Нельзя, конечно, сбрасывать со счетов и идеологический фактор, своеобразный дворянский интернационализм русской внешней политики. Однако роль "жандарма Европы", добровольно принятая на себя Николаем I, объясняется не столько неприятием передовых идейных течений, ставших знаменем европейских революционеров, сколько опасением за нарушение спокойствия и порядка на западных границах империи. Это могло привести и к утрате Россией доминирующей роли на международной арене, и к подрыву стабильности внутри империи. В своем стремлении к сохранению основ "Венской системы" Николай I встречал почти единодушное сопротивление остальных европейских государств, недовольных российской гегемонией.

Усилия русской дипломатии были направлены также на решение в нужном для России ключе и восточного вопроса. Необходимость защиты южных границ страны, создание благоприятных условий для экономического расцвета российского Причерноморья, покровительство интересам черноморской и средиземноморской торговли русского купечества требовали закрепления выгодного для России режима двух проливов - Босфора и Дарданелл, соединявших Черное и Эгейское моря. Турция должна была гарантировать беспрепятственный проход через проливы русских торговых судов и закрытие их для военного флота других государств. Кризис Османской империи, растущее национально-освободительное движение балканских и других покоренных турками народов подталкивали Николая I к скорейшему решению восточного вопроса.

Однако и здесь России пришлось столкнуться с сопротивлением других великих держав. Англия и Австрия сами были не прочь округлить свои владения за счет Турции и опасались не только укрепления позиций России на Балканах, но и ее военного присутствия в Средиземноморье. Известную настороженность в Вене, Лондоне и Париже вызывали распространявшиеся в передовых общественных кругах России идеи панславизма и, в частности, планы создания единой федерации славянских народов под властью русского царя. И хотя панславизм не стал знаменем официальной внешней политики Николая I, Россия тем не менее упорно отстаивала свое право покровительства православным народам мусульманской Турции.

Присоединение в начале века Закавказья вызвало обострение русско-иранских противоречий. Отношения с Персией оставались напряженными и во второй четверти XIX в. Россия была заинтересована в укреплении своего положения на Кавказе и в создании благоприятных внешнеполитических условий для усмирения мятежа ряда горских племен Северного Кавказа.

Меньшее значение во внешней политике имели среднеазиатское и дальневосточное направления. Никаких прочных отношений со среднеазиатскими ханствами не существовало. Не было у российского МИДа и определенной стратегии в этом вопросе. Однако уже в 20-30-е гг. русские власти направили в Среднюю Азию несколько научно-дипломатических миссий с целью изучения ситуации в ханствах и укрепления экономических отношений России с ними, а в 1839 г. оренбургский губернатор В.А. Перовский в интересах упрочения русского политического присутствия в регионе, обеспечения торговых интересов отечественного купечества, вызволения из рабства российских пленников предпринял военный поход на Хиву. Однако суровые погодные условия, огромный падеж лошадей вынудили отряд Перовского вернуться обратно, не достигнув Хивы. Проникновение Англии в Афганистан, создававшее угрозу южным рубежам России, заставило царское правительство задуматься над ответными мерами.

Столь же осторожную позицию занимала Россия и на Дальнем Востоке. И хотя изучение этого края русскими путешественниками не прекращалось, никаких переговоров с Китаем о разграничении владений в амурском бассейне и условиях судоходства по Амуру не велось. Не происходило и существенного укрепления военных позиций России на Дальнем Востоке. В условиях же усиления экспансии западноевропейских стран и США в Азиатско-Тихоокеанском регионе это представлялось крайне необходимым.

Российское министерство иностранных дел во второй четверти XIX в. еще находилось в стадии организационного становления. Только в 1832 г. была упразднена Коллегия иностранных дел, до этого несколько ограничивавшая единовластие министра. С этого времени в структуре МИДа функционировали три департамента: внешних сношений (он вел политическую переписку с западными правительствами, следил за публикациями в иностранной печати и т.п.), внутренних сношений (в его ведении находились текущие дипломатические дела, защита интересов русских подданных за границей, консульская служба) и Азиатский департамент (отвечал за отношения с восточными странами). Незавершенность бюрократической модернизации российского внешнеполитического ведомства отражалась в сохранении в компетенции Азиатского департамента административных дел по управлению некоторыми бывшими пограничными районами, присоединенными к России (например, Астраханской губернией, Казахстаном и др.).

Сразу после восшествия на престол новый русский император заявил о готовности следовать внешнеполитическому курсу Александра I. Однако своими действиями Николай I показал, что в решении международных проблем Россия отныне будет полагаться не на "федеративную солидарность" монархов Священного Союза, а на собственные силы.

Обострившийся в середине 20-х гг. XIX в. восточный вопрос потребовал концентрации всех усилий российской дипломатии на этом направлении, отвлек внимание Николая I от европейских дел. Однако прокатившаяся по Европе в 1830-1831 гг. революционная волна вновь поставила проблемы сохранения европейского равновесия в повестку дня.

Николай I довольно негативно воспринял слухи о готовившемся французским королем Карлом X государственном перевороте и ликвидации основных положений Конституционной хартии 1814 г. По распоряжению царя русский посол в Париже К.О. Поццо ди Борго пытался отговорить Карла X от столь опрометчивого шага. Поэтому известия о восстании в Париже 27-29 июля 1830 г., последовавшем за королевскими ордонансами, не удивили официальный Петербург. Идею же военной интервенции против Франции, витавшую некоторое время при европейских дворах, Николай I воспринял довольно прохладно. Российский МИД занял позицию невмешательства во внутренние дела Франции, однако был готов применить силу, если ее новое правительство, воодушевленное примерами Робеспьера и Наполеона, займется экспортом революции или попытается нарушить территориальную целостность своих соседей.

Провозглашение французским королем Луи-Филиппа Орлеанского Николай I воспринял очень болезненно, увидев в этом узурпацию прав законного наследника Карла X. Для обсуждения вопроса о возможных санкциях против нелегитимного монарха в Вену и Берлин были направлены специальные эмиссары русского правительства А.Ф. Орлов и И.И. Дибич. Но Англия, Австрия и Пруссия

При всех идейных разногласиях славянофилы и западники близко сходились в практических вопросах русской жизни: оба течения отрицательно относились к крепостному нраву и к современному им бюрократически-полицейскому строю государственного управления, оба - требовали свободы слова и печати, и значит, в глазах правительства оба являлись одинаково "He-благонадежными"...

В греческом вопросе Николай отказался продолжать нейтрально-пассивную политику Александра. Героическая борьба греков за независимость привлекала внимание и сочувствие всей Европы, и общественное мнение всех стран требовало от своих правительств помощи восставшим грекам. В 1827 г. в Лондоне был заключен договор, по которому Россия, Англия и Франция согласились добиваться политической автономии для Греции; три державы потребовали от султана прекращения военных действий против греков, а когда он отказался, соединенные эскадры Англии, России и Франции атаковали турецко-египетский флот (у Наварина) и уничтожили его (в 1827 г). Так как султан по-прежнему отказывался предоставить Греции

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: