Xreferat.com » Рефераты по истории » М.М.Сперанский-реформатор

М.М.Сперанский-реформатор

ветвей власти, возглавляя их. Поэтому Сперанский считал , что нужно создать учреждение, которое будет заботится о плановом сотрудничестве между отдельными органами власти и будет являться как бы конкретным выражением принципиального воплощения государственного единства в личности монарха. По его замыслу, таким учреждением должен был стать Государственный Совет, представляющий собой совещательный орган назначаемых монархом сановников. В своей деятельности он как бы соединял в себе всю законодательную, исполнительную и судебную власть, согласовывая и корректируя их взаимодействие. На заседаниях совета планировалось обсуждать все крупные государственные мероприятия, законодательные предложения и финансовые проблемы до их внесения в Государственную Думу. Одновременно Государственный Совет должен был выступать блюстителем исполнения законодательства во всех областях управления, и через него планировалось поступление к государю всех дел от нижестоящих органов, что позволяло бы достигать единства в работе правительства.

Таким образом в программе своих реформ Сперанский не только разработал но и заложил определенную систему сдержек и противовесов в деятельности высших государственных органов при верховенстве власти императора. Он утверждал что уже на основе этого задается само направление реформ и речь может идти только о том, чтобы устроить новые государственные учреждения таким порядком, при котором они постепенно и все больше стали бы принимать характер подлинных конституционных институтов внутри самодержавной государственной формы.

Итак, Сперанский считал Россию зрелой, чтобы приступить к реформам и получить конституцию, обеспечивающую не только гражданскую, но и политическую свободу. В докладной записке Александру I он возлагает надежды на то, что "если Бог благословит все начинания, то к 1811-му году... Россия воспримет новое бытие и совершенно во всех частях преобразится".

Сперанский утверждает, что в истории нет примеров того, чтобы просвещенный коммерческий народ долго оставался в состоянии рабства и что нельзя избежать потрясений, если государственное устройство не соответствует духу времени. Поэтому главы государств должны внимательно наблюдать за развитием общественного духа и приспособлять к нему политические системы. Из этого Сперанский делал выводы, что было бы большим преимуществом - возникновение в России конституции благодаря «благодетельному вдохновению верховной власти».

Но верховная власть в лице императора разделяла не все пункты программы Сперанского. Александра I вполне устраивали лишь частичные преобразования крепостнической России, сдобренные либеральными обещаниями и отвлеченными рассуждениями о законе и свободе. Хорошо знавший его А.Чарторыйский писал: «Император любил наружные формы свободы подобно тому, как увлекаются зрелищами. Ему нравился призрак свободного правительства, и он хвастал им; но он домогался одних форм и наружного вида, не допуская обращения их в действительность; одним словом, он охотно даровал бы свободу всему миру при том условии, чтобы все добровольно подчинились исключительно его воле». В тоже время составленный план реформ Сперанского был близок государю, поскольку он более детально и глубоко раскрывал некоторые его идеи и не ставил под сомнение существование самодержавного строя, а лишь предлагал облечь его всеми, так называемыми формами закона. К этим внешним формам и относились элементарная законность, выборность части чиновников и их ответственность, создание новых начал организации суда и контроля, разделения властей и. т. д.. Александр I был готов принять все это. Но между тем испытывал на себе и сильнейшее давление придворного окружения, включая членов его семьи, стремившихся не допустить радикальных преобразований в России. В результате получившийся план реформ оказался несколько абстрактным и «преждевременным». По образному выражению В.О. Ключевского: «ни государь, ни министр никак не могли подогнать его к уровню действительных потребностей и наличных средств страны». Это была своеобразная политическая мечта двух лучших и светлых умов России, мечта - осуществление которой могло бы способствовать началу конституционного процесса в империи, более быстрой эволюции от абсолютной монархии в сторону монархии буржуазной. Однако слишком много препятствий стояло тогда на путях реформ, которые в конечном счете не были проведены в полном объеме…


Глава III.

Реформы М.М. Сперанского

Понимая, что успехи планировавшихся преобразований в Российской империи во многом будут связаны с бюрократической машиной, Сперанский разработал проекты ее совершенствования. Ежедневно сталкиваясь с десятками, если не сотнями, деловых бумаг, он имел возможность определить уровень подготовки российских чиновников. Да и сам являясь одним из них, он прекрасно понимал значение "чиновничьей армии" для будущих реформ и поэтому стремился сделать ее высокоорганизованной и работоспособной.

Две частные меры, имевшие внутреннею связь с готовившимися реформами, указывали какие люди требуются для новых правительственных учреждений. 3 апреля 1809 г был издан указ о придворных званиях. Он менял порядок, введенный еще в правление Екатерины II, согласно которому дворяне, даже не состоявшие на государственной службе, получали звание камер-юнкера или камергера, а следовательно и определенные привилегии. Отныне эти звания надлежало рассматривать как простые отличия, не дающие никаких привилегий. Привилегии же получали только те, кто нес государственную службу. Указ был подписан императором, но ни для кого не было секретом, кто являлся его действительным автором.

Второй мерой был опубликованный 6 августа 1809 г. Указ о новых правилах производства в чины по гражданской службе, в тайне подготовленный Сперанским. Можно лишь представить, сколько недоброжелателей и врагов появилось у Михаила Михайловича благодаря одному этому указу. Отныне чин коллежского асессора, который ранее можно было получить по выслуге лет, давался только тем чиновникам, которые имели на руках свидетельство об успешном окончании курса обучения в одном из российских университетов или выдержавшим экзамены по специальной программе. Данная программа предусматривала проверку знаний русского языка, одного из иностранных языков, естественного, римского, государственного и уголовного права, всеобщей и русской истории, государственной экономики, физики, географии и статистики России. Чин коллежского асессора соответствовал 8-му классу "Табели о рангах". Начиная с этого класса и выше чиновники имели большие привилегии и высокие оклады. Кроме того, 8-й ранг давал право потомственного дворянства. Несложно догадаться, что желающих получить его было много, а сдавать экзамены большинству претендентов, как правило немолодых, было просто не под силу. Вполне понятно, что эти неожиданные преобразования Сперанского, направленные на укрепление государственной власти, были враждебно встречены частью дворянства и чиновничества. Ненависть к новому реформатору начинала возрастать.

1 января 1810 года был объявлен манифест о создании Государственного совета, заменившего Непременный совет. М. М. Сперанский получил в этом органе должность государственного секретаря. В его ведении оказалась вся проходившая через Государственный совет документация: он готовил бумаги к заседаниям, составлял доклады и отчеты для представления их императору.

Сперанский изначально предусматривал в своем плане реформ Государственный Совет как учреждение, которое не должно особенно заниматься подготовкой и разработкой законопроектов. Как уже отмечалось, эта роль предназначалась им Государственной думе. Но поскольку создание Государственного совета рассматривалось в качестве первого этапа преобразований и именно он должен был учредить планы дальнейших реформ, то по началу этому органу были приданы широкие полномочия. При этом ,однако, было установлено, что решения Совета входят в силу лишь после их утверждения государем. Вместе с тем, если по плану реформ Государственный совет должен был координировать деятельность всех других органов власти, то теперь он получал и законосовещательные функции, потому как желаемой системы органов власти попросту еще не было и ее только предстояло создать.

Отныне все законопроекты должны были проходить через Государственный Совет и обсуждаться на его общем собрании. Общее собрание составлялось из членов четырех департаментов : 1) законодательного, 2) военных дел, 3) дел гражданских и духовных, 4) государственной экономики; и из министров. Председательствовал на нем сам государь или особое лицо, им назначенное. При этом оговаривается, что царь мог утверждать лишь мнение большинства общего собрания. Об этом свидетельствует и тот факт, что в «Журнал» Государственного Совета вписывалось только мнение большинства, а мнение меньшинства и какие либо другие высказывания выступали в роли приложений.

Таким образом появление Государственного Совета означало создание учреждения, имевшего законодательное и объединительное значение и состоявшего из назначаемых, а не избираемых лиц. Это во многом соответствовало духу замыслов Сперанского и явилось дальнейшим шагом России на пути к укреплению правового порядка, а также осуществлению либеральных принципов.

В соответствии с намеченным уже в первые месяцы 1810 года состоялось обсуждение проблемы регулирования государственных финансов. Сперанский составил «План финансов», который лег в основу царского манифеста от 2 февраля. Основная цель этого документа заключалась в ликвидации бюджетного дефицита. Согласно его содержанию прекращался выпуск бумажных денег - ассигнаций, который вели к обесцениванию рубля; сокращался объем финансовых средств, поступавших в распоряжение министерств; финансовая деятельность министров ставилась под контроль. Одновременно предусматривалось увеличение размера пошлин и налогов. С целью пополнения государственной казны подушная подать с 1 рубля была повышена до 3-х, также вводился новый, небывалый прежде налог - «подоходный прогрессивный» облагающий доходы помещиков с их земель. Низший налог взимался с 500 рублей дохода и составлял 1% последнего; высший налог падал на имения , дававшие более 18 тыс. рублей дохода и составлял 10% последнего. Меры эти дали положительный результат и как отмечал в дальнейшем сам Сперанский :"переменив систему финансов... мы спасли государство от банкротства". Дефицит бюджета сократился, а доходы казны возросли за два года на 175 миллионов рублей.

Летом 1810 г. по инициативе Сперанского началась реорганизация министерств, завершившаяся к июню 1811 г. В ходе ее было ликвидировано министерство коммерции, дела которого распределялись между министерствами финансов и внутренних дел. Из ведения последнего были выделены дела о внутренней безопасности, для которых образовалось особое министерство полиции. Кроме того были учреждены несколько особых ведомств, со значением близким к отдельным министерствам - государственного контроля, духовных дел иностранных вероисповеданий и путей сообщения. Сами министерства делились на департаменты (с директором во главе), департаменты - на отделения. Из высших чиновников министерства составлялся совет министра, а из всех министров - комитет министров для обсуждения дел административного и исполнительного характера.. Вместе с тем в законе стали четко прописываться пределы власти министров и их ответственность.

К началу 1811 года Сперанский предложил и новый проект преобразования Сената. Суть этого проекта в значительной мере отличалась от того, что планировалось первоначально. На сей раз Сперанский писал, что необходимо строго разделить дела административные и судебные дела Сената, которые были смешены в его устройстве. Согласно этому предполагалось разделить Сенат на правительствующий и судебный. Состав последнего предусматривал назначение его членов следующим образом: одна часть - от короны, другая выбиралась дворянством. В двойственности состава особенно блеснула искра тех идей, на которых был построен общий преобразовательный план Сперанского.

Этот проект вызвал резкие возражения в Государственном совете, члены которого усмотрели в праве выборов дворянством состава Сената ограничение самодержавной власти. И несмотря на то что при подаче голосов большая часть членов совета высказалась «за проект», и государь утвердил мнение большинства, реформа так и не была проведена. В силу различных внутренних и внешних причин Сенат остался в прежнем состоянии, да и сам Сперанский в конечном итоге пришел к выводу что проект нужно отсрочить.

Что же касается создания Государственной думы, то о ней, как кажется, в 1810-1811гг и речи не было. Таким образом, едва ли не с самого начала реформ обнаружилось отступление от их первоначального плана. Из трех ветвей власти - законодательной, исполнительной и судебной - были преобразованы только первые две, третей реформа не коснулась. Проект создания «Уложения гражданских законов» также затянулся. Сперанский начал понимать неосуществимость своих далеко идущих планов и в феврале 1811 г обратился к Александру I с просьбой об отставке.

В чем же причина неудач реформ? Почему, как пишет С.В. Мироненко, «верховная власть оказалась не в состоянии провести коренные перемены, которые явно назрели и необходимость которых была вполне очевидна наиболее дальновидным политикам»? Причин тому было несколько:

Первая обнаруживается по существу уже в самом возвышении Сперанского, превращении его - выскочки, «поповича» - в первого министра вызывали зависть и злобу в придворных кругах. Уже в 1809 г. после указов, регламентировавших государственную службу, ненависть к Сперанскому начинает усиливаться во всех слоях русского общества. Оскорбления и насмешки в его адрес сделались явлением обычным: ведь подготовленные им указы посягали на давно установившийся и очень удобный для дворянства и чиновничества порядок. Когда же был создан Государственный совет и повышены налоги всеобщее недовольство достигло апогея. В письме к императору Сперанский писал: «... Я слишком часто и на всех почти путях встречаюсь и с страстями, и с самолюбием, и с завистью, а еще более с неразумием. Толпа вельмож, со всею свитою, целыми родами преследуют меня как опасного уновителя. Я знаю, что большая их часть и сами не верят сим нелепостям; но, скрывая собственные их страсти под личиною общественной пользы, они личную свою вражду стараются украсить именем вражды государственной; я знаю, что те же самые люди превозносили меня и правила мои до небес, когда предполагали, что я во всем с ними буду соглашаться ...».

Но не только всеобщее недовольство было препятствием на пути реформ. Второй причиной их неудачи было то, что лишь немногие знали и четко представляли цели и задачи преобразований. В целом сознание общества не было подготовлено к этим нововведениям. Да и сам Сперанский не сделал ни малейшей попытки ознакомить его со своими проектами, показать подлинные цели и смысл своих начинаний. Это отсутствие сколь - нибудь определенных сведений о предполагаемых реформах не давало заинтересованным людям, возможности выступить активно в их поддержку и тем самым лишало их основы. В этом есть некий парадокс. Поскольку Сперанский, первоначально придававший в своих трудах огромное значение общественному мнению, когда дело дошло практики , совершенно исключил «народный дух» из числа своих союзников, сделав ставку на верховную политическую власть. Но при этом он упустил из виду, что носитель этой власти (в данном случае Александр I) есть лицо предельно открытое, для различных влияний со стороны тех или иных общественных кругов, а это влияние практически сразу стало развиваться далеко не в пользу идей Сперанского.

Наконец третей причиной неудач реформ была их непоследовательность. Сперанский и Александр I решились вводить новые правительственные учреждения раньше, чем будут созданы согласованные с ними гражданские отношения, желая построить либеральную конституцию в обществе, половина которого находилась в рабстве и зависела не от закона, а от личного произвола владельца. Они надеялись получить быстрые результаты не до конца оценив реальную действительность и эта поспешность во многом обусловило неудачу их начинаний.

глава IV.

Падение и жизнь в изгнании.


Просьбу своего государственного секретаря об отставке в феврале 1810г. Александр I не удовлетворил и Сперанский продолжил работу над детальными проектами реформ. Но дальнейшее течение дел и времени приносило ему все новых и новых недоброжелателей. К середине 1811 г. Сперанский почувствовал, что светское общество начало против него войну. В ход пошли излюбленные средства интриганов - сплетни, обвинения во взяточничестве и даже в государственной измене. В последнем случае Михаилу Михайловичу припомнили Эрфурт и встречи с Наполеоном. Этот упрек в условиях обострившихся российско-французских отношений было особенно тяжелым.

Некоторое время император открыто не реагировал на то, что ему говорили о Сперанском. Более того, в день своего 40-летия Сперанский был удостоен орденом Александра Невского. Однако ритуал вручения прошел непривычно строго, официально, и для двора стало ясно, что "звезда" реформатора начинает тускнеть. Но мало кто мог предвидеть, что падение произойдет так скоро.

Почувствовав холодность Александра I в отношении своего государственного секретаря, недоброжелатели Сперанского еще больше активизировались. Среди них были лица, занимавшие высокие должности при дворе. Особенно выделялись шведский барон Густав Армфельд, председатель комитета по делам Финляндии, и А. Д. Балашов, руководитель Министерства полиции. Оба имели право непосредственных докладов императору и, к слову, получили назначения по представлению Сперанского. Они передавали Александру все сплетни и слухи о госсекретаре. Но возможно, эти отчаянные доносы в конечном счете не возымели бы сильного действия на императора, если б весной 1811 г. лагерь противников реформ не получил вдруг идейно-теоретического подкрепления совсем с неожиданной стороны.

В марте этого года Александр посетил Тверь, где жила его сестра Екатерина Павловна. Здесь, в Твери, вокруг великой княгини, женщины умной и образованной, сложился кружок людей недовольных либерализмом Александра и в особенности деятельностью Сперанского. Они считали конституцию «совершенным вздором», а самодержавие полезным не только России, но и другим государствам. В их глазах Сперанский был «преступником», овладевшим волей слабохарактерного монарха.

Среди посетителей салона Екатерины Павловны особенно выделялся Н.М. Карамзин, замечательный русский историк, читавший здесь первые тома своей «Истории государства Российского». Во время визита Александра I в Тверь, великая княгиня представила Карамзина государю, и писатель передал ему «Записку о древней и новой России» - своего рода манифест противников перемен, обобщенное выражение взглядов консервативного направления русской общественной мысли.

В записке Карамзин подверг резкой критике все мероприятия , проводимые правительством , считая их несвоевременными и противоречащими “ духу народа”, его исторической традиции . Выступая за просвещение, он в то же время защищал самодержавие. По его мнению самодержавие - единственно возможная для России форма политического устройства. На вопрос, можно ли хоть какими-то способами ограничить самовластие, не ослабив спасительной царской власти, - он отвечал отрицательно. Любые перемены, «всякая новость в государственном порядке есть зло, к коему надо прибегать только в необходимости». Спасение же Карамзин видел в традициях и обычаях России и ее народа, которым вовсе не нужно брать пример с Западной Европы. Одна из таких традиционных особенностей России - крепостничество, возникшее как следствие «естественного права». Карамзин спрашивал: «И будут ли земледельцы счастливы, освобожденные от власти господской, но преданные в жертву их собственным порокам, откупщикам и судьям бессовестным? Нет сомнения, что крестьяне благоразумного помещика, который довольствуется умеренным оброком или десятиною пашни на тягло, счастливее казенных, имея в нем бдительного попечителя и сторонника». Этот аргумент выражал мнение большинства помещиков, которые, как свидетельствует современник Крамзина Д.П. Рунич «теряли голову только при мысли, что конституция уничтожит крепостное право и что дворянство должно будет уступить шаг вперед плебеям».

Как видим, ничего принципиально нового в Записке Карамзина не содержалось: многие его доводы и принципы были близки значительной части русского общества и известны еще в предшествующем столетии. Неоднократно слышал их, по-видимому, и государь. Однако на сей раз эти взгляды были сконцентрированы в одном документе, написанном живо, ярко, убедительно, на основе исторических фактов и (что, может быть, для императора было самым главным) человеком, не близким ко двору, не облеченным властью, которую боялся бы потерять.

Эта записка Крамзина сыграла решающую роль в отношении к Сперанскому. К тому же в это время давление на императора настолько усилилось, а получаемые им доносы на приобрели такой характер, что было просто невозможно и далее оставлять их без внимания. Вместе с тем самоуверенность самого Сперанского, его неосторожные упреки в адрес Александра I за непоследовательность в государственных делах, в конечном итоге переполнили чашу терпения и вызвали раздражение императора, который, по словам историка Н. К. Шильдера, в частных разговорах обещал Сперанского расстрелять.

Развязка наступила в марте 1812 г., когда Александр I объявил Сперанскому о прекращении его служебных обязанностей. В 8 часов вечера 17 марта в Зимнем дворце состоялась роковая беседа между императором и государственным секретарем, о содержании которой историки могут строить только догадки. В этот же день дома Сперанского уже ждал министр полиции Балашов с предписанием покинуть столицу. Почтовая кибитка с полицейским чином стояла у ворот. Михаил Михайлович молча выслушал повеление императора, лишь взглянул на двери комнаты, где спала двенадцатилетняя дочь, собрал часть имевшихся дома деловых бумаг для Александра I и, написав прощальную записку, вышел. Он не мог и предположить, что возвратится в столицу только через девять лет, в марте 1821г.

Современники назовут эту отставку без какого-либо официального указа - «падением Сперанского». Но они будут вполне осознавать, что в действительности произошло не простое падение высокого сановника, какое часто может быть в сложной и азартной игре, именуемой политикой, а падение реформатора со всеми вытекающими от сюда последствиями.

С высылкой из столицы для Сперанского наступили времена новых испытаний. Отправляясь в ссылку, он не знал, какой приговор вынесен ему в Зимнем дворце. Это обстоятельство усложнило и отношение к нему местных чиновников в Нижнем Новгороде, а затем и в Перми, где он находился в 1812-1814 гг. Различного рода сплетни и домыслы из столицы быстро достигали ушей жителей провинции. Отношение в простом народе к Сперанскому было противоречивое, как отмечает М.А. Корф: "...местами ходил, довольно громкий говор, что государев любимец был оклеветан, и многие помещичьи крестьяне даже отправляли за него заздравные молебны и ставили свечи. Дослужась, - говорили они, - из грязи до больших чинов и должностей и быв умом выше всех между советниками царскими, он стал за крепостных…, возмутив против себя всех господ, которые за это, а не за предательство какое-нибудь, решились его погубить".

Тем не менее обвинение Сперанского в государственной измене не списывалось со счетов, особенно в годы патриотического подъема, вызванного нашествием французов. Пермский губернатор даже установил осенью 1812 г. у дома ссыльного двух караульных. Свой поступок он объяснил тем, что «временщик при виде будочников поймет конец своей роли». М. М. Сперанский неоднократно обращался к императору и министру полиции с просьбой разъяснить его положение и оградить от оскорблений. Эти обращения возымели последствия: распоряжением Александра надлежало выплатить Сперанскому по 6 тысяч рублей в год с момента высылки. Данный документ начинался словами: "Пребывающему в Перми тайному советнику Сперанскому...". Можно лишь догадываться о душевном состоянии пермского губернатора, получившего это распоряжение: на сотни верст в округе равного по чину Михаилу Михайловичу не было. Кроме того, распоряжение было свидетельством, что император Сперанского не забывает и ценит. Подтверждение не заставило себя долго ждать, и 1 октября 1816 г. М. М. Сперанский был возвращен на государственную службу в должности пензенского губернатора.

По прибытии на новое место Михаил Михайлович не встретил горячей поддержки со стороны местного чиновничества. По словам М. А. Корфа, местные чиновники и до него, и при нем были жалкими, большей частью - совершенно безграмотными. Секретарь губернаторского правления страдал запоем, а секретарь общественного призрения был страстным картежником и не умел составить ни одной бумаги... Заменить их было некем, и оттого губернатор все сколько-нибудь важное должен был писать сам".

Сперанский не успел проявить себя в этой должности, так как в марте 1819 г. получил новое назначение - генерал-губернатором Сибири. Неплохо осведомленные о его прошлом, сибиряки говорили: "Человек руководил государством, а здесь ему приходится нашими обыкновенными делами заниматься". Сперанский чрезвычайно быстро вник в местные проблемы и обстоятельства с помощью провозглашенной им "гласности". Прямое обращение к самому высокому начальству перестало "составлять преступление". Сибирь заговорила, причем не с помощью тайно переправляемых в Санкт-Петербург жалоб, а вполне открыто и на месте.

Новый сибирский генерал-губернатор решил провести ревизию Сибири. Она вскрыла вопиющие злоупотребления, произвол местного начальства и полное бесправие населения. Чтобы как-то поправить положение, Сперанский начинает проводить реформы управления краем.

“Первым сотрудником” при проведении сибирских преобразований был будущий декабрист С.Г. Батеньков. Он вместе со Сперанским энергично занимался разработкой “Сибирского уложения”- обширного свода реформирования аппарата управления Сибири. Вместе они подготовили множество проектов: о сухопутных сообщениях, об учреждении этапов, об административном образовании губерний по природным зонам и т.д. Особое значение среди них имели два проекта, утвержденные императором: "Учреждения для управления Сибирских губерний" и “Устав об управлении инородцев”. Примечательно, что особенностью последнего явилось предложенное Сперанским новое деление коренного населения Сибири по образу жизни на - оседлое, кочевое и бродячее. Соответственно этому делению каждая категория получала свои права и обязанности, а власти предписывался порядок управления ими.

В период работы над Сибирским уложением” Батеньков искренне верил, что Сперанский, “вельможа добрый и сильный” действительно преобразит Сибирь. В последствии ему стало ясно, что Сперанскому не было дано “никаких средств к исполнению возложенного поручения” и результаты его деятельности в Сибири не отвечали возлагавшимся надеждам. Однако Батеньков считал, что “за неуспех нельзя винить лично Сперанского”. Он писал о последнем: “Память о нем сохранилась во всей Сибири, несмотря на перемену лиц, уставов и дел, ибо многие памятники и очерк учреждения устояли среди всего этого. Личность его нелегко изглаживалась из памяти, и многие семейства помнили добром”.


Глава V.

Закат

В конце января 1820 года Сперанский направил императору Александру краткий отчет о своей деятельности, где заявил , что сможет окончить все дела к маю месяцу, после чего пребывание его в Сибири «не будет иметь цели». Этим Михаил Михайлович явно подталкивал государя к тому, чтобы тот позволил ему в ближайшем будущем возвратится в Петербург. Дозволение Александра не заставило долго себя ждать. Но император предписывал своему бывшему госсекретарю расположить путь из Сибири таким образом, чтобы прибыть в столицу к последним числам марта будущего года. Эта отсрочка сильно повлияла на Сперанского. В его душе начали преобладать чувство бессмысленности собственной деятельности, сознание того, что в Петербурге по-прежнему есть влиятельные недруги ему, страх остаться в Сибири навсегда и даже боязнь подвергнуться необоснованным обвинениям со стороны местных чиновников, уличенных им в злоупотреблениях.

Однако недолго Сперанский пребывал в отчаянии и в марте 1821 года вернулся в столицу.

Девять лет вряд ли большой срок для жизни общества, но тем не менее, приехав в Петербург Сперанский вступил как будто в новый, неведомый для себя мир. События отечественной войны создали в русском обществе небывалую обстановку. Вошел в моду либерализм, привычными стали не только разговоры, но и публичные речи о политической свободе, представительных учреждениях, конституции. В этом было, пожалуй, нечто знакомое Сперанскому, нечто из того далекого, но так тоскливо памятного ему прошлого.

6 июня 1821 года Сперанский был принят Александром. Эта встреча привлекла к себе пристальное внимание всего светского общества. У многих даже мелькнула мысль о возврате императора на путь преобразований. Но в действительности беседа прошла очень холодно и Сперанский понял, что перестал пользоваться прежним влиянием при дворе. В итоге за ним осталось лишь место в Государственном совете.

В ноябре 1825 г. скончался Александр. Его преемник, император Николай I, прежде чем осуществлять свою политическую линию решил отладить механизм управления собственной бюрократией, и создать прочную систему законодательства. Архитектором данной системы выступил Сперанский. Именно его опыт и талант захотел использовать новый император, поручая ему такое важное дело, как составление «Свода законов Российской империи».

Сперанский возглавил 2-е отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии, осуществлявшей кодификацию законов. Под руководством Михаила Михайловича к 1830 году было составлено «Полное собрание законов Российской империи» в 45 томах. Еще через три года на основе последнего был изготовлен и 15 томный «Свод законов». В награду за это Сперанский получил орден Святого Андрея, а спустя некоторое время деньги в размере 10000 ежегодной выплаты в течении 12 лет. Но лучшим выражением благодарности Николая I стал поступок его на специальном заседании Государственного совета 19 января 1833 года, когда в конце заседания император подозвал к себе Сперанского и в присутствии всех членов совета наградил его собственной Андреевской звездой.

Явным признаком того, что доверие Николая I к Сперанскому возросло, стало назначение его в 1835 году преподавателем юридических наук наследнику престола - будущему императору Александру II.

1 января 1839 г., в день 67-летия, Сперанскому, высочайшим повелением было пожаловано графское достоинство. Но прожить Михаилу Михайловичу с графским титулом суждено было всего 41 день. 11 февраля 1839 г. он умер от простуды. «Светило Русской администрации угасло».


Заключение


Подводя итог, вернемся к вопросу о том, на сколько оказался способен Сперанский выполнить роль человека, перед которым стояли сложные задачи по реформированию огромного государства в один из сложных моментов его истории. Несомненно, Михаил Михайлович искренне хотел преобразовать страну, имел конечную цель создать конституцию, разделение властей, систему выборных учреждений и судов, совершенную законодательную систему, упорядоченные финансы и многое другое. Либеральные планы, заложенные в его душе, не были пустым звуком и он многое делал для того,

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: