Xreferat.com » Рефераты по истории » Царствование Николая I: внутренняя и внешняя политика

Царствование Николая I: внутренняя и внешняя политика

группы, составлявшие в совокупности пол­ный имущественный ценз, и каждая группа избирала своего упол­номоченного депутата на дворянский уездный съезд. Уездные и губернские депутатские дворянские собрания созывались один раз в три года: уездное выбирало уездного предводителя (председа­теля собрания) и одного депутата в губернское собрание, а губерн­ское — губернского предводителя.

Ранее дворянские депутатские собрания занимались вопроса­ми ведения родословных книг, выдачей дворянам грамот и свиде­тельств о внесении их родов в губернские родословные книги, на­ложением опеки на имения за неуплату долгов, "злоупотребление помещичьей властью" над крестьянами, а также в случае малолет­ства владельцев. По "Положению" 1831 г. дворянские губернские собрания получали право делать "представления" (т. е. направлять ходатайства) правительству как о своих дворянских нуждах, так и по вопросам местного управления.

Вместе с тем дворянским корпоративным органам управления самодержавие стремилось придать чиновничье-бюрократический характер, тесно связанный с местной правительственной админи­страцией. Сама служба в дворянских собраниях стала приравни­ваться к государственной. Кроме того, в их деятельности не допус­калось никакого политического элемента. Дворянские уездные и гу­бернские собрания были поставлены под еще более бдительный кон­троль со стороны губернских и уездных властей: по сути дела они превратились в своеобразный придаток к местному бюрократиче­скому аппарату, а губернские предводители дворянства — в по­мощников губернаторов.

В правительственной политике второй четверти XIX в. одним из острейших был крестьянский вопрос. Само крестьянство постоянно "напоминало" о себе возраставшими с каждым десятилетием бунтами. По данным материалов централь­ных архивов, за 1826—1835 гг. было зарегистрировано 342 кресть­янских волнения, за 1836—1845 гг. — 433, а за 1846—1855 гг. — 572. Уже в первый год царствования Николая I произошло 179 кресть­янских волнений, из которых 54 были усмирены с помощью воин­ских команд. 12 мая 1826 г., в связи с многочисленными крестьян­скими волнениями, сопровождавшимися упорными слухами о близкой "воле", был обнародован царский манифест, грозивший карами за распространение этих слухов и неповиновение.[1]

Николай I в принципе отрицательно относился к крепостному праву, видел его неприглядные стороны и считал социально опас­ным. Понимая необходимость отмены крепостного права, он тем не менее указывал на несвоевременность проведения этой меры в данный момент. Опасность он видел в том, что упразднение власти помещиков над крестьянами неизбежно затронет и само­державие, опиравшееся на эту власть. Правительство также опасалось, что отмена кре­постного права не пройдет мирно и неизбежно будет сопровож­даться народными волнениями. Поэтому проводимые меры в кре­стьянском вопросе носили паллиативный характер: они были на­правлены на отмену наиболее одиозных и вопиющих сторон крепо­стничества и преследовали цель снять остроту социальных отно­шений в деревне.

В царствование Николая I было издано в общей сложности более 100 законодательных актов по крестьянскому вопросу. Был издан ряд законов, направленных против обезземеливания кресть­ян. Так, по указу 1827 г. помещикам запрещалось продавать кре­стьян без земли или одну землю без крестьян. Изданный в том же году указ запрещал отдавать крепостных крестьян на заводы. Указ 2 мая 1833 г. запрещал продавать крепостных с публичного торга, а также переводить крестьян в дворовые, отбирая у них наделы. В 1841 г. было запрещено дворянам, не имевшим имений, покупать крестьян без земли.

В число мер, направленных на некоторое смягчение крепост­ного права, входили: указ 1828г., ограничивавший право помещи­ков ссылать крестьян в Сибирь по своему усмотрению, предостав­ление указом 12 июня 1844 г. помещикам права отпускать дворо­вых на волю по обоюдному с ними договору, указ 1853 г. запрещал сдавать в аренду помещичьи населенные имения недворянам. Все эти куцые указы в виду их необязательности для помещиков оста­вались мертвой буквой или находили весьма ограниченное приме­нение.

Пред­принимались и попытки более общего подхода к решению пробле­мы крепостного права, для чего создавались специальные секрет­ные комитеты. Всего в царствование Николая I было образовано 9 таких комитетов

Определённое значение к подходу решения крестьянского вопроса имели два — комитеты 1835 и 1839 гг. "Секретный комитет для изыскания средств к улучше­нию состояния крестьян разных званий" 1835 г. поставил перед собой широкую, но весьма осторожно сформулированную задачу — постепенного перевода крестьян от состояния крепостного до со­стояния свободного. Было намечено три этапа этого процесса: на первом предполагалось ограничить работу крестьян на помещика тремя днями в неделю; на втором этапе крестьяне оставались "креп­кими земле", но их повинности четко регламентировались законом; на третьем этапе крестьяне получали право свободного перехода от одного владельца к другому, надельная земля продолжала считаться собственностью помещика, но крестьяне могли арендовать ее по договоренности с ним на определенных условиях. Какого-либо сро­ка завершения этого безземельного освобождения крестьян комитет не устанавливал. Однако даже это предложение не вышло за рамки его обсуждения.

Новая попытка общего решения крестьянского вопроса была предпринята в секретном комитете 1839г. Итогом занятий секретного комитета 1839 г. явилось издание указа 2 апреля 1842 г. об "обязанных крестьянах". Он был призван исправить указ 1803 г. о вольных хлебопаш­цах — отчуждение части земельной собственности помещиков (на­дельной крестьянской земли) в пользу крестьян. По этому указу, крестьянин по воле помещика получал свободу и надел, но не в собственность, а в пользование, за который был обязан выполнять по соглашению с помещиком по сути дела те же феодальные повинно­сти (барщину или оброк), но с условием, что помещик впредь не мог изменять ни виды, ни размеры этих повинностей. Предоставлен­ный в пользование крестьянина надел помещик не мог уже ни от­нять у него, ни обменять или уменьшить. Никаких определённых норм наделов и повинностей закон не устанавливал — всё зависело от воли помещика. В селениях "обязанных крестьян" вводилось вы­борное "сельское самоуправление", однако сохранялась вотчинная власть помещика в имении.

За время его действия (1842—1858) в категорию "обязанных крестьян" перешло всего лишь 27 173 души муж. пола в семи помещичьих имениях [1]. Это объясняется не только тем, что большинство помещиков встретили этот указ в штыки, но и тем, что и сами крестьяне не соглашались на столь невыгодные условия, не дававшие им ни земли, ни свободы.

Характерно, что несмотря на стеснительные условия выкупа, от многих крестьянских общин, к удивлению правительства, стали поступать заявления о предоставлении им возможности выкупить­ся на волю на основании указа 8 ноября 1847 г.

3 марта 1848 г. был издан закон, предоставлявший помещичь­им крестьянам право покупать землю. Однако и этот закон был обставлен рядом стеснительных для крестьян условий. Крестьянин мог купить зем­лю только с согласия помещика, о чем он его заранее должен был известить. Но и приобретенная таким путем крестьянином земля законом не была защищена. Помещик мог безнаказанно завладеть ею, ибо закон запрещал крестьянам возбуждать против своего вла­дельца иск.

В 1844 г. был образован Комитет западных губерний для вы­работки "Правил для управления имениями по утвержденным для оных инвентарям". Были составлены инвентари — описания поме­щичьих имений с точной фиксацией крестьянских наделов и обще­го для всех имений количества барщинных дней, которые впредь нельзя было изменять. Инвентарная реформа была проведена в 1847—1848 гг. в губерниях Правобережной Украины (Волынской, Киевской и Подольской), в 1852—1855 гг. — в белорусских губер­ниях (Витебской, Гродненской, Минской и Могилевской).

Инвентарная реформа вызвала недовольство помещиков, вы­ступавших против правительственной регламентации их владель­ческих прав, а также многочисленные волнения крестьян, положе­ние которых она практически не улучшила.

Гораздо большее значение имела реформа в государственной деревне, проведенная в 1837—1841 гг. В апреле 1835 г. было создано V отделение императорской канцелярии специально для разра­ботки проекта реформы государственной деревни. Во главе его был назначен П. Д. Киселев.

Летом 1836 г. была проведена ревизия положения государст­венной деревни в пяти губерниях, представлявших различные в экономическом отношении регионы. На основе данных этой реви­зии Киселев представил Николаю I обстоятельный доклад, в кото­ром наметил основные направления реформы. В соответствии с этим планом государственная деревня была изъята из ведения Мини­стерства финансов и передана в учрежденное 26 декабря 1837 г. Министерство государственных имуществ, во главе которого был поставлен П. Д. Киселев. В 1838—1841 гг. последовала серия зако­нодательных актов о введении нового управления государственной деревней, о землеустройстве крестьян, упорядочении податной сис­темы, организации начального образования, медицинской и вете­ринарной помощи. На местах создавалась четырехступенчатая система управле­ния: губерния — округ — волость — сельское общество. В каждой губернии учреждалась Палата государственных имуществ. В округ входили один или два уезда, в зависимости от численности в них государственных крестьян. Во главе округа был поставлен окруж­ной начальник. Округа подразделялись на волости из расчета око­ло 6 тыс. душ муж. пола в каждой. Волости в свою очередь дели­лись на сельские общества примерно по 1500 душ муж. пола в каж­дом. Сельское общество состояло из одного или нескольких селе­ний. Вводилось выборное сельское и волостное самоуправление. Из домохозяев от каждых 5 дворов составлялся сельский сход, кото­рый избирал сроком на 3 года сельского старшину, а для исполне­ния полицейских функций — сотских и десятских. Волостной сход состоял из домохозяев от каждых 20 дворов. Он избирал сроком на 3 года волостное правление в составе волостного головы и двух "заседателей" — по хозяйственной и полицейской части. Для раз­бора мелких тяжб и проступков крестьян избирались сельские и волостные суды ("расправы"). Они состояли из судьи и нескольких "добросовестных" (заседателей). Впоследствии опыт администра­тивного устройства в государственной деревне был использован при формировании сельского самоуправления во время проведения ре­формы в помещичьей и удельной деревне.

Реформа Киселева государственной деревни сохраняла общин­ное землепользование с периодическими переделами земли внутри общины. Была реорганизована оброчная повинность. Хотя оброк по-прежнему раскладывался "по душам" (муж. пола), но размеры его определялись с учетом доходности крестьянского надела. Для урав­нения оброчных платежей в соответствии с доходностью земли был проведен земельный кадастр (межевание земель с их оценкой). Для устранения малоземелья предусматривалось наделение крестьян землей из государственного резерва, а также переселение их в ма­лонаселенные губернии. 200 тыс. безземельных крестьян получили 0,5 млн. земли, 169 тыс. были переселены в другие губернии с пре­доставлением им 2,5 млн. десятин земли. Кроме того малоземель­ным крестьянам было прирезано до 3,4 млн десятин. В крупных селениях были созданы кассы мелкого кредита, из которых нуж­дающимся крестьянам выдавались ссуды на льготных условиях. Для решения продовольственного вопроса расширялась "общест­венная запашка", которая призвана была создать необходимый стра­ховой резерв. На случай неурожаев устраивались запасы зерна. На селе заводились школы (таковых к 1857 г. было заведено 26 тыс., в них насчитывалось 110 тыс. уча­щихся), медицинские и ветеринарные пункты. Создавались государственные "фермы" для пропаганды среди крестьян новейших приемов земледелия.

В государственной деревне западных губерний была ликвиди­рована барщина и отменена практика сдачи казенных селений арен­даторам. В 1847 г. Министерству государственных имуществ было предоставлено право покупать за счёт казны дворянские населенные имения. Было куплено в казну 55 тыс. душ крепостных 178 помещичьих имений [1].

Реформа 1837—1841 гг. в государственной деревне носила про­тиворечивый характер. С одной стороны, она несколько смягчила земельную "тесноту", способствовала развитию производительных сил, но, с другой, расширила дорогостоящий бюрократический ап­парат управления, создала мелочную чиновничью опеку над кре­стьянами и усилила податной гнет, что вызвало массовые выступ­ления государственных крестьян в 1841—1843 гг. Волнения проис­ходили в 28 губерниях, общее число их участников превосходило 500 тыс. человек. Наибольший размах волнения приобрели в Приуралье и в Поволжье, где крестьяне в большей степени почувство­вали усиление административного и податного гнета. В Пермской, Оренбургской, Казанской и Тамбовской губерниях произошли воо­руженные столкновения крестьян с карательными войсками.


2.3 Политика в области просвещения и печати


Реакционная политика самодержавия в первую очередь про­явилась в области просвещения и печати, ибо здесь, как полагал Николай I, таилась главная опасность "вольнодумства". Вместе с тем просвещение и печать рассматривались императором как важ­нейшие средства идеологического и нравственного воздействия на все слои населения страны.

При вступлении Николай I на престол отдал министру народного просвещения А. С. Шишкову распоряжение о пересмотре уставов учебных заведений. С этой целью в мае 1826 г. был создан "Комитет по устройству учебных заведений", в обязанность которого входило проверить все их уста­вы и выработать новые принципы школьного образования, опреде­лить дисциплины, которые должны были преподаваться на каждой ступени обучения.

19 августа 1827 г. последовал рескрипт царя Шишкову о за­прещении принимать в гимназии, и тем более в университеты, кре­постных крестьян.

В основу народного просвещения был положен принцип строгой сословности и бюрократической централизации, что нашло свое воплощение в 28 утвержденном 8 декабря 1828 г. "Уставе гимназий и училищ уездных и приходских". Согласно этому уставу начальное и среднее образование подразделялось на три категории:

  1. для детей низших сословий предназначались од­ноклассные приходские училища с самой элементарной програм­мой (чтение, письмо, четыре правила арифметики и Закон Божий),

  2. для детей купцов и мещан предназначались трехклассные учи­лища с более широкой программой начального обучения (вводи­лись начала геометрии, а также география и история),

  3. для детей дворян и чиновников учреждались семиклассные гимназии, подго­тавливавшие учащихся к поступлению в университеты. Устав лик­видировал преемственную связь между этими ступенями образо­вания. Таким образом, уровень образования должен был строго соответствовать социальному положению учащегося.

Правительственную политику в области просвещения последовательно проводил возглавлявший с 1833 по 1849 гг. Министерство народного про­свещения граф С. С. Уваров. Одновременно он был президентом Императорской Академии наук, в его подчинении находились мно­гие научные и культурные учреждения. Он был талантливым и ши­роко образованным человеком, поражавшим современников обшир­ными познаниями, свободным владением древних и ряда новых ев­ропейских языков. В молодости Уваров слыл "либералом", являлся одним из основателей известного литературного кружка "Арзамас", объединявшего лучшие литературные силы. Уваров много путеше­ствовал по России и странам Западной Европы. В Германии он близко познакомился с Гете и известным немецким реформатором баро­ном Штейном. Он занимался научными изысканиями в области греко-римской филологии и был почетным членом многих европейских академий наук и научных обществ.

Современники, отдавая должное "высокому и просвещенному уму" Уварова, вместе с тем указывали на его неблаговидные лич­ные качества — беспринципность, расчетливость, стремление "пус­тить пыль в глаза". Это был ловкий царедворец и, по словам хоро­шо знавшего его С. М. Соловьева, "умный, хитрый холоп". В царст­вование Николая I Уваров занял откровенно реакционно-охрани­тельные позиции. Именно он сформулировал основные принципы "теории официальной народности" — "православие, самодержавие, народность", названные современниками "уваровской троицей", — идейной основы николаевской политики.[2, c.190]

26 июля 1835 был издан "Общий устав императорских российских университетов". Он преследовал цель "сблизить наши университеты с ко­ренными и спасительными началами русского управления" и вве­сти в университетах "порядок военной службы и вообще строгое наблюдение установленных форм, чиноначалие и точность в испол­нении самомалейших постановлений".

Если до этого университеты были центрами учебных округов и тем самым оказывали влияние на постановку низшего и среднего образования в округе, то теперь они сами попали в полную зависи­мость от попечителя учебного округа. В Киевском, Харьковском и Виленском учебных округах (как наиболее "беспокойных") управ­ление ими было передано генерал-губернаторам.

Устав 1835 г. существенно ограничил автономию университе­тов. Хотя за университетским Советом и сохранялось право выбора ректора и замещения вакантных профессорских мест на кафедрах, но оно фактически сводилось на нет правом министра народного просвещения не утверждать избранных лиц и назначать других из числа своих кандидатов, чем министр широко и пользовался. Из­бранный Советом университета ректор вступал в должность лишь после утверждения его императором. Помощником ректора и вто­рым административным лицом в университете стал назначаемый попечителем учебного округа из военных или гражданских чинов­ников инспектор — ранее он избирался Советом из среды универ­ситетской профессуры.

Университет стал рассматриваться уже не столько как науч­ный центр, а в первую очередь как учебное заведение, перед кото­рым была поставлена задача готовить преподавателей гимназий, медиков и чиновников для государственной службы. Упразднялся университетский суд, разрешавший внутренние университетские вопросы. Устанавливался строгий надзор за студентами, для чего вводились назначаемые попечителем учебного округа должности помощников инспектора, исполнявшие полицейские функции в уни­верситете. Однако самой полиции по-прежнему запрещалось по­являться в университетах.

Университетский устав 1835 г. имел и некоторые положитель­ные стороны. Восстанавливалось упраздненное в 1821 г. преподава­ние философии; в Московском университете важное место заняли исторические дисциплины и преподавание российского законода­тельства; в Петербургском — преподавание восточных языков и истории стран Востока; в Казанском приоритетное место получило преподавание физико-математических наук. Срок обучения в уни­верситетах был увеличен с трех до четырех лет. Кафедры стали замещаться преимущественно отечественными учеными (ранее многих профессоров приглашали из-за границы). Для выпускни­ков, оставленных при университетах "для подготовки к профессор­скому званию", предусматривались за казенный счет обязательные двухгодичные зарубежные стажировки (преимущественно в гер­манские университеты). При университетах были введены подгото­вительные курсы богословия, математики, истории, словесности, древних и новых языков, естественных наук, призванные восполнить недостатки среднего образования для поступающих в универ­ситеты. Было поднято значение университетского образования, уче­ных степеней и званий. Окончившие университет получали звание "действительного студента" и чин 12-го класса по Табели о рангах, а окончившие его с отличием — "кандидата" и чин 10-го класса, имевшим ученую степень магистра присваивался чин 9-го класса, а доктора наук — 8-го. Лицам с университетским образованием оче­редные чины присваивались в полтора раза быстрее, чем не имев­шим его.

В области образования были приняты и другие положительные меры. Развитие промышленности, торговли, сельского хозяйства требовало людей, обладавших специальными знаниями. Правитель­ство нуждалось в образованных кадрах для аппарата управления, специалистах в различных отраслях народного хозяйства. В связи с этим учреждается ряд специальных учебных заведений. В 1828 г. был открыт Технологический институт, в 1830 г. — Архитектурное училище, а в 1832 г. — Училище гражданских инженеров (в 1842 г. оба эти училища были объединены в Строительное училище). В 1835 г. в Москве был основан Межевой институт. В том же году по инициативе М. М. Сперанского было учреждено Императорское училище правоведения, превратившееся в высшее юридическое учебное заведение, из которого впоследствии вышли многие знаме­нитые русские юристы. В 1842 г. в Белоруссии было создано Горы-горецкое земледельческое училище, преобразованное в 1848 г. в Земледельческий институт. В университетах расширяются или вновь создаются медицинские факультеты, готовившие кадры главным образом для нужд военных госпиталей. В Петербурге был возоб­новлен Главный педагогический институт для подготовки препода­вателей средних учебных заведений. Расширялось военное образо­вание: была учреждена Военно-морская академия в Петербурге, открыты новые кадетские корпуса.[4, c.244]

Особое внимание правительство обратило на печать. 10 июня 1826 г. утвержден "Устав о цензуре" с такими жесткими правилами, что современники назвали его "чугунным". Еще в 1824г. по поручению тогдашнего министра народного просве­щения А. С. Шишкова проект этого устава был разработан его по­мощником М. Л. Магницким, но в то время его не решились ввести в действие.

Учреждался Главный цензурный комитет, входивший в струк­туру Министерства народного просвещения. Он координировал дея­тельность цензурных комитетов, учрежденных в Петербурге, Мо­скве, Вильно и Дерпте. На цензуру возлагалась обя­занность следить не только за политическим направлением печати, но даже за литературными вкусами.

Наибольшее беспокойство правительства вызывали периоди­ческая печать и массовая литература. Журналистика при Николае I переживала нелегкие времена. Каждый новый журнал мог быть основан только с личного разрешения императора, а издатель его должен был представить подробную программу содержания и на­правления журнала

Николай I усмотрел в статьях и критических рецензиях этих журналов пропаганду рево­люционных и конституционных идей и нападки на произведения, проповедовавшие "официальную народность".

В 1837 г. была установлена параллельная цензура, т. е. про­верка произведений, уже прошедших цензуру. Теперь взысканиям стали подвергать и цензоров за "недосмотр". Их сажали за это на гауптвахту, отрешали от должности, в крайних случаях им грозила ссылка.

И все же, несмотря на цензурные строгости, в 30—40-е годы были опубликованы "Ревизор" и "Мертвые души" Н. В. Гоголя, по­вести А. И. Герцена "Доктор Крупов" и "Кто виноват?", его фило­софские трактаты материалистического содержания, критические статьи В. Г. Белинского.

1848—1855 гг. ознаменованы дальнейшим усилением реакционного политического курса самодержа­вия. Оно проявилось в первую очередь в ужесточении надзора за печатью и просвещением. С целью более эффективной борьбы с передовой печатью 27 февраля 1848 г. был создан "временный" секретный комитет под председательством А. С. Меншикова для проведения ревизии цензурного ведомства. На основании вырабо­танных им рекомендаций 2 апреля 1848 г. был учрежден постоян­ный "Комитет для высшего надзора за духом и направлением пе­чатаемых в России произведений" под председательством военного историка Д. П. Бутурлина, по имени которого Комитет получил на­звание бутурлинского. Этот Комитет рассматривал уже прошед­шие предварительную цензуру вышедшие в свет издания.

Были приняты меры для прекращения связей с Западной Ев­ропой. Иностранцам был запрещен въезд в Россию, а русским — выезд за границу. Находившиеся за границей русские подданные должны были возвратиться в Россию под страхом лишения россий­ского подданства и конфискации имений. Начальству предоставля­лось право без объяснения причин и принятия жалоб увольнять подчиненных им чиновников, признанных неблагонадежными.

Суровым ограничениям подверглось высшее об­разование. Были ликвидированы остатки университетской автономии, резко сокращён прием студентов в университеты, повышена плата за обу­чение, усиливался надзор за студентами и профессорами. Все лекции и программы проходили строгую проверку. Деканам вменялось в обязанность проверять у студентов записи читаемых профессо­рами лекций. Из университетских программ были изъяты курсы политэкономии, философии и зарубежного права. В мае 1848 г. по­следовало распоряжение об ограничении числа студентов в уни­верситетах (не более 300 студентов на каждый университет).

Однако все эти реакционные меры не могли подавить распро­странения оппозиционных и демократических идей, которые осо­бенно заявили о себе во время Крымской войны. Война явилась серьезным испытанием для николаевской политической системы, ее военной мощи, крепостной экономики. Система не выдержала этого испытания, что стало ясно уже в ходе войны даже тако­му видному идеологу "официальной народности" как историку М. П. Погодину, о чем он открыто заявил в своих "Историко-политических записках и письмах в продолжении Крымской войны".


2.4 Кодификация законов.


В царствование Николая I в числе первоочередных задач была поставлена кодификация законов. На отсутствие должного порядка в российском законодательстве как на главную причину многочисленных злоупотреблений в суде и администрации посто­янно указывали в своих показаниях декабристы, к критике и пред­ложениям которых Николай I относился с большим вниманием. Главную цель кодификации Николай видел в том, чтобы, не вводя никаких "новшеств", упорядочить российское законодательство и тем самым обеспечить более четкую законодательную основу рос­сийского абсолютизма.

Еще в начале царствования Александра I была создана "Комис­сия о составлении законов" под председательством графа П. В. Завадовского. Однако ее деятельность оказалась бесплодной. Для завер­шения ее работы и было учреждено II отделение императорской канцелярии во главе с профессором права Петербургского универ­ситета М. А. Балугьянским. Практически всю работу по кодифи­кации проводил М. М. Сперанский, определенный к нему в "помощ­ники".

По плану Сперанского кодификация законов должна была прой­ти три этапа: на первом предполагалось собрать и издать в хроно­логическом порядке все законы, начиная с "Уложения" Царя Алексея Михайловича 1649 г. и до конца царствования Александра I; на втором — издать Свод действующих законов, расположенных в предметно-систематическом порядке, без внесения каких-либо ис­правлений и дополнений; на третьем этапе предусматривалось со­ставление и издание "Уложения" — нового систематического свода действующего законодательства, "с дополнениями и исправления­ми, сообразно правам и обычаям и действительным потребностям государства".

Из архивов Сената, Синода, коллегий и министерств было дос­тавлено и просмотрено свыше 3 тыс. рукописных и печатных актов, содержавших указы, манифесты, рескрипты, уставы, поста­новления. Все подготовленные к изданию акты сверялись с подлин­никами, затем при формировании томов располагались в строго хронологическом порядке. При II отделении была собственная ти­пография, в которой печатались подготовленные тома "Полного со­брания законов Российской империи". В течение 1828—1830 гг. было издано 45 объемистых томов и 3 тома указателей и приложений к ним. Они составили "Первое собрание", в которое вошли 31 тыс. законодательных актов за 1649—1825 гг. Кроме того были изданы еще 6 томов законов, вышедших с конца 1825 по 1830 гг., — этими томами начиналось "Второе собрание", включавшее законы, издан­ные в царствования Николая I и Александра II. Законы, изданные в царствования Александра III и Николая II, составили "Третье собрание". В общей сложности все три "собрания" составили 133 тома, в которые вошли 132,5 тыс. разного рода законодатель­ных актов с 1649 по 1913 гг. Это — важный источник по истории российского законодательства, внутренней и внешней политики России.[7, c.188]

Одновременно на основе "Полного собрания законов" готовил­ся и "Свод законов Российской империи". При его составлении изы­мались законы, утратившие силу или замененные последующими актами. Проводилась и текстовая обработка статей "Свода". При этом все исправления, а тем более дополнения, делались только с санкции императора, контролировавшего весь ход кодификаций. Подготовленный "Свод законов" предварительно рассматривался в особой сенатской комиссии, затем его отдельные части рассыла­лись по министерствам. В 1832 г. он был издан в 15 томах, заклю­чавших в себе 40 тыс. статей.

19 января 1833 г. Николай возложил на Сперанского ленту ордена Святого Андрея Первозванного. Государствен­ный совет одобрил "Свод". В царствование Николая I он с необходимыми дополнениями издавался в 1834, 1839 и 1842 гг. Кроме того, были изданы подготовленные Сперанским "Свод военных постановлений" (12 томов), "Свод законов Остзейских и Запад­ных губерний" и "Свод законов Великого княжества Финляндско­го". При Николае I были изданы также "Полное собрание духовных узаконении в России со времени учреждения Святейшего Синода", "Собрание морских узаконении от 1845 по 1851 гг. " и "Свод зако­нов кочевых инородцев Восточной Сибири".[8, c.318]

Кодификационный план Сперанского не был выполнен на за­вершающем и самом существенном его этапе — подготовки и изда­ния "Уложения Российской империи". Николай I отверг третий этап кодифика­ции, предусматривавший внесение "новшеств".

Кодификация законов, проведенная при Николае I, несомнен­но упорядочила российское законодательство. Вместе с тем она нисколько не меняла политической и социальной структуры само­державно-крепостнической России, ни самой системы управления, не устраняла произвол, волокиту и коррупцию чиновников, достиг­шие именно в николаевское царствование особого расцвета. Разви­тие бюрократии вело к бумажному делопроизводству, протекавше­му бесконтрольно в канцелярской тайне. Резко возрос чиновничье-бюрократический аппарат управления: за первую половину XIX в. численность чиновников увеличилась с 16 тыс. до 74,3 тыс. Нико­лай I видел пороки бюрократии, сетовал на

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: