Борьба чернокожего населения Соединенных Штатов Америки за гражданские права
В одной из забастовок вместе со студентами арестовали и Кинга. Помочь Кингу выйти из тюрьмы смог сенатор Джон Кеннеди. Этот очевидно пропагандистский шаг подарил ему симпатии огромного количества чернокожих американцев. В марте 1961 г. была создана президентская Комиссия по обеспечению равных возможностей при найме на работу. Был издан новый указ о запрещении дискриминации в вооруженных силах.
Весной 1961 года начались «рейды за свободу». Их суть была в том, что активисты ненасильственного движения! Ехали на сегрегированных автобусах дальнего следствия, посещая при этом места «для белых», и наблюдая выполнение законов о десегрегации. Рейды были мирными, но расистам было все равно. Было зафиксировано много случаев избиения участников акции, при том что среди них были и белые и межрасовые пары. Но все активисты действовали согласно учению Кинга, никто не сопротивлялся побоям, хотя многие были госпитализированы. Мартин Лютер Кинг проводил в церкви Ральфа Эйбернети массовый митинг, посвященный участникам рейда свободы. В баптистскую церковь битком набилось более 1200 чернокожих; были там и белые граждане. Кипя от гнева, но внешне сохраняя невозмутимость, Кинг заявил: «Вся полнота ответственности за ужасные события, происходившие в Алабаме в течение минувшей недели, ложится на губернатора штата». Он говорил о беззаконном насилии, творившемся в Эннистоне и Бирмингеме, а также об избиении, происходившем за день до того в самом Монтгомери. Разговор об этих событиях он завершил своей любимой аксиомой: «Закон не может заставить человека полюбить меня, но он может удержать его от желания меня линчевать». В то самое время, когда Кинг произносил свою речь, грузовики с белыми мужчинами из сельской местности съезжались в Монтгомери и направлялись к церкви. Вскоре она оказалась в кольце многотысячной толпы. В церковь полетели бутылки и булыжники. Посыпались стекла. Один человек был ранен осколками. «Давайте возьмемся за руки и будем петь», — предложил доктор Кинг. Участники рейда, стоявшие на алтарном подиуме, затянули «Мы победим». Прихожане подхватили гимн. А снаружи федеральные судебные исполнители принялись метать в озверевшую толпу гранаты со слезоточивым газом. Однако прошло еще несколько часов, прежде чем губернатор Пэттерсон под сильным нажимом из Вашингтона отдал приказ применить для разгона толпы национальную гвардию. Таким образом, люди, собравшиеся в церкви, находились в осаде в течение всей этой ночи. Внутри было тесно, душно и жарко, но никто не жаловался. Кинг, Эйбернети и члены SCLC ходили по церкви и подбадривали уставших людей.
Рейды продолжались в течение всего лета. Список арестованных их участников пополнялся известными, уважаемыми именами: среди них были Стоукли Кармайкл, Ралф Эйбернети, Уйатт Ти Уокер, А. Д. Кинг, Уильям Слоун Коффин — капеллан Йельского университета, теолог Роберт Макафи Браун, Джеймс М. Лоусон, Джеймс Фармер, священник епископальной церкви Малколм Бойд. Их усилия не были тщетными. Они сумели изменить общественное мнение. С 1 ноября междугородние автобусы, пересекающие границы штатов, были обязаны иметь на бортах надпись: «Места в этом транспортном средстве занимаются вне зависимости от расовой принадлежности, цвета кожи, вероисповедания или страны происхождения». Вокзалы, обслуживавшие эти автобусы, также развесили аналогичные объявления, а на следующий год эта надпись была напечатана на билетах для автобусов дальнего следования.
В 1962 году Кинг прибыл в Олбани. Движение за права негров восприняло это с восторгом. Были организованы бойкот автобусных линий и магазинов, который не привел к успешному результату. Мартин Лютер Кинг в свою очередь продолжал публичную деятельность. Еще в феврале 1961 года Кинг публикует в журнале «Nation» первую из серии статей, которые впоследствии станут ежегодными «отчетами». В них Кинг давал оценку внутренней политике США и руководству президента. В своих статьях Кинг достаточно критично оценивает лояльного, можно даже сказать сопереживающего афроамериканцам президента Д. Ф. Кеннеди. Кинг критикует его за непоследовательность решений и за не самый сильный характер, который не позволял президенту проводить в жизнь реформы, во многом из-за сопротивления расистски настроенных губернаторов южных штатов. «Президент предложил десятилетний план полета человека па Луну, — пишет он. — Но у нас еще нет ни одного плана, который предусматривал бы избрание негра в законодательное собрание штата Алабама».52 Кинг также вел еженедельные колонки в целом ряде негритянских газет и раздел пасторских советов в ежемесячном журнале «Эбени», своеобразном негритянском аналоге журнала «Лайф».
В феврале Кинга и Эйбернетти признали виновными в нарушении общественного порядка и суд Олбани постановил выплатить штраф в 178 долларов или отработать 45 дней на общественных работах. Кинг и Эйбернети решили отработать незаслуженный срок.
Неприкрытая истина заключается в том, что негритянская община всегда и повсюду встречает непримиримого врага в лице белого расиста вне зависимости от конкретного содержания своих действий: стремится ли она к отмене сегрегации за буфетными стойками или в общественном транспорте, добивается ли она реализации первой поправки к Конституции или же устраивает крестный ход, стремится ли она покончить с дискриминацией в школах или же требует избирательных прав. Совершенно не важно, что именно мы хотим, если эти наши желания как-то связаны с расширением наших гражданских прав, с самоуважением, с человеческим достоинством и подразумевают перемены в «южном образе жизни». В этом случае у негра почти нет никаких шансов получить одобрение, согласие или же просто терпимое отношение со стороны белого Юга, поддерживающего сегрегацию.
В конце декабря 1962 года лидеры «КЮХР» во главе с Кингом выбрали для демонстраций город Бирмингем в штате Алабама, известный как самый «сегрегационный» город в Америке. Был разработан специальный «проект К», основанный на ошибках Олбани. Движение, по словам Кинга нуждалось в организации, он также заявил, что ведет подготовку «самой трудной из когда-либо проводившихся им кампаний». Это оказалось очень символично, так как в 1963 году исполнилось сто лет с момента официальной отмены рабства в США. Вечером 3 апреля Мартин Лютер Кинг выступил на митинге, на который пришло около 500 человек. «Мы отправились на поиски свободы, — провозгласил он, — и никто не сможет остановить нас. Мы намерены превратить Бирмингем в центр антирасистской деятельности для всей страны. Я приехал сюда и останусь здесь до тех пор, пока мы не добьемся хоть каких-то успехов. Вы становитесь участниками очень серьезной акции, преследующей цель снести расовые барьеры в Бирмингеме — в этом на сегодняшний день самом сегрегированном из больших городов Соединенных Штатов».53 Бирмингем в штате Алабама, известен как самый «сегрегационный» город в Америке.
На следующий, нарушив распоряжение властей города на запрет демонстраций Кинг и Эйбернетти устроили шествие и были арестованы. Чернокожие граждане Бирмингема были готовы вступить в схватку с агрессивно настроенной полицией, но бунт был предотвращен.
В тюрьме Кинг написал письмо Бирмингемским служителям церкви, на основе которого были выделены шесть стадий ненасильственного движения за социальные перемены. Первая стадия заключалась в подборе информации. Когда возникает какой-либо спорный вопрос, необходимо его всесторонне исследовать, получить по нему полную информацию, быть готовым лучше оппонента в его позиции.
Вторая стадия – образование. О своей позиции необходимо информировать всех, включая оппонентов. Можно написать статью в газету и журнал, выступить по радио и телевидению, проводить семинары и собрания сторонников Вашей идеи, проводить митинги и писать бюллетени для пасторов, священников и раввинов для использования во время служб.
Стадия третья. Персональное обязательство. Необходимо прочно стоять на своем и быть готовым к лишениям.
Четвертая стадия – переговоры. Обсуждать проблему с оппонентом необходимо тактично, не унижая его, ища в его доводах положительные стороны.
Пятое. Если есть необходимость, следует применять прямые ненасильственные методы. Прямое действие - наиболее эффективно и наглядно выявляет несправедливость, которая должна быть устранена.
И наконец, шестая стадия примирение. Ненасилие стремится к нему, стремится к дружбе. Цель ненасилия не унизить оппонента, а искоренить порочные системы и силы подавления, ненасилие направлено против жестоких законов и несправедливых действий.54
Освободившись под залог, Кинг и Эйбернетти организовали шествие, в котором принимали участие дети от шести до шестнадцати лет. Из демонстрантов было арестовано 959 детей и 10 взрослых. На следующий день демонстрация повторилась. Власти города действовали самыми жестокими методами. Полицейские окружили толпу подростков и спустили на них собак. Пожарные поливали демонстрантов из брандспойтов.
Общественное мнение страны уделяло событиям в Бирмингеме все больше внимания. Сенатор Уэйн Морс сравнил действия Коннора «с натравливаем коммунистической военной машины на мирных демонстрантов в странах Восточной Европы». А сенатор от Кентукки Джон Шерман Купер сказал, что использование пожарных средств и собак «должно потрясти совесть и чувство справедливости американского народа»; он выразил сильное сомнение в том, что так уж много жителей Алабамы поддерживают «чрезвычайные меры» Коннора. Оба сенатора осуждали администрацию Кеннеди за пассивность. Директор колледжа Морхаус Бенджамин Мейс сказал, что, будь протестующим меньшинством католики или евреи, «федеральное правительство изыскало бы возможность вмешаться в конфликт».
Сумма залогов за освобождение всех арестованных участников демонстраций достигла 237 000 долларов. Ко второй половине четверга большая часть этих денег уже поступила в Бирмингем благодаря Объединенному профсоюзу автомобильных рабочих и Национальному профсоюзу моряков. На следующее утро 790 демонстрантов, все еще томившихся в камерах, были выпущены под залог. Вечером того же дня Мартин Лютер Кинг объявил о договоре, состоявшем из четырех основных пунктов: 1) Во всех центральных магазинах в течение 90 дней будет покончено с сегрегацией в буфетах, в комнатах отдыха, в примерочных и у питьевых фонтанчиков; 2) в этих магазинах неграм будут предоставляться те административные и коммерческие должности, которые прежде предназначались исключительно для белых; с этой целью за 60 дней должна быть изменена система найма на работу или же организованы курсы повышения квалификации; 3) должны быть освобождены все арестованные участники Движения; 4) должна осуществляться прочная, постоянно действующая связь между руководством белой и черной общин. «Это самая значительная победа справедливости, когда-либо достигавшаяся на Крайнем Юге, — заявил Кинг, сияя от счастья, но тут же добавил: — Настало время, когда мы должны проявлять спокойствие, достойную и благоразумную сдержанность. Не надо избытка эмоций. Ни один из нас не должен проявлять склонности к насилию... Мы также не имеем права проявлять высокомерие. Теперь мы должны нашу готовность протестовать заменить готовностью идти на перемирие». Кинг поблагодарил тех «белых людей, которые усердно работали для достижения справедливого решения нашей общей проблемы. Им необходимо отдать должное. Это — люди доброй воли».55
В понедельник, 20 мая, Верховный суд США объявил дискриминационные решения властей Бирмингема неконституционными, отменив таким образом все приговоры, вынесенные неграм на их основании. В четверг, 23 мая, Верховный суд штата Алабама единогласно утвердил избрание мэра Баутуэлла. Эпоха «Быка» Коннора осталась в прошлом. Когда осенью встал вопрос о совместном школьном обучении, неумолимая прежде в данном вопросе «Бирмингем ньюс» в передовице заявила: «Нужна уступчивость».
Сразу после бирмингемской битвы Мартин Кинг решил написать еще одну книгу. «Шаг к свободе»56 пользовался успехом. Были распроданы уже треть миллиона экземпляров, и поступления от них являлись значительной статьей доходов КЮХР. Его сборник проповедей «Сила любви» продавался неважно, но «Письмо из бирмингемской тюрьмы» получило мгновенный и неожиданный отклик.
Мартин Лютер Кинг готовился к маршу на Вашингтон. Между тем борьба за гражданские права в обществе все чаще стала именоваться борьбой за свободу. Бирмингем, ставший символом Движения, так или иначе мобилизовал совесть Америки. Это было важнейшим достижением тактики непротивления. У администрации Кеннеди появился солидный стимул для того, чтобы обеспечить прохождение в Конгрессе Билля о гражданских правах. Несмотря на всю их жертвенную дисциплинированность, демонстрации были игрой мускулов, проявлением силы. А сила не может сама собой испариться. Не встретив понимания, она становится разрушительной. Что бы ни говорилось о ненасилии как о силе чисто духовной, оно остается преобразованной ипостасью силы. Индивидуум, который развивает свою способность терпеть издевательства и боль, вырабатывает в себе мужество, которое способно проявить себя и в иной ситуации. У тех, кому недостает дисциплинированности, это мужество превращается в дерзость.
28 августа 1963 года был проведен самый массовый митинг за всю историю ненасильственного сопротивления, так называемый «марш на Вашингтон». В нем приняли участие четверть миллиона человек самых разных убеждений, цвета кожи и вероисповедания. Апогеем марша стала знаменитая речь Мартина Лютера Кинга «У меня есть мечта». Эта речь ознаменовала высшую точку в борьбе за гражданские права, организованной Мартином Лютером Кингом.
После окончания митинга десять лидеров нанесли визит президенту Кеннеди. На встрече также присутствовали вице-президент Линдон Б. Джонсон, министр труда Уиллард Виртц и Блейк Маршалл из департамента юстиции. Кеннеди выступил с кратким заявлением: «Не могут не впечатлять та глубокая страстность и то спокойное чувство достоинства, которые проявили тысячи людей, собравшись в столице своей страны, чтобы продемонстрировать свою веру в нашу демократическую форму правления». Президент заявил, что его администрация «и впредь продолжит свою деятельность по увеличению занятости населения и прекращению практики дискриминационного подхода при найме на работу... Кроме того, мы не прекратим предпринимать усилия по продвижению в Конгрессе важных законодательных инициатив».
Через три месяца 22 ноября, в Далласе был убит президент Кеннеди, внесший в Конгресс США свой законопроект о гражданских правах. Несмотря на то, что Кинг довольно критически относился к президенту, он полагал, что Кеннеди один из немногих людей, которые хоть что-то пытались сделать.
Весну и лето 1964 года Кинг проводил в Сент-Огастине. Этот город был также сегрегационным как и Бирмингем. Демонстрации здесь столкнулись с членами Ку-клукс-клана, фактически правившими на улице. Кинга пытались всячески убрать из города, но он покинул его только 2 июля 1964 года. 2 июля Мартин Лютер Кинг вместе с лидерами других правозащитных организаций находился в Белом доме на церемонии подписания Линдоном Б. Джонсоном Билля о гражданских правах. На первых порах все выразили готовность подчиниться этому закону, но несколько дней спустя некоторые общественные места вновь закрылись для негров. I5 июля в Гарлеме вспыхнул бунт. Мэр Нью-Йорка Роберт Ф. Вагнер попросил Кинга вмешаться в эти события. Кинг принял это приглашение без обсуждения с негритянскими лидерами Нью-Йорка и подвергся из-за этого резкой критике. Кое-кто даже предположил, что он пошел на поводу у белых. Кинг на это ответил: «На беззаконие, необузданность, грабежи и насилие нельзя смотреть сквозь пальцы вне зависимости от того, кто к ним прибегает: белые расисты или же отморозки любого другого цвета кожи». Вагнеру Кинг рекомендовал создать специальную гражданскую комиссию, обязав ее расследовать факты полицейского произвола и жестокости. Это предложение Вагнер отклонил. Что же касается отношения Кинга к бунту чернокожих горожан, то он вполне четко обозначил свою позицию: «До тех пор пока негр будет чувствовать, что он задыхается в тисках бедности, находясь при этом в недрах очень богатого общества, до тех пор пока негр будет ощущать, что его продвижение к свободе постоянно тормозится вежливым равнодушием белых господ, в нем всегда будет вызревать мятежный дух и готовность к насилию».57
В октябре 1964 г. Кингу была присуждена, а в декабре торжественно вручена в присутствии норвежского короля Улафа V Нобелевская премия мира. В интервью по этому поводу Кинг заявил, что присуждением премии оказывается честь не ему лично, а «дисциплине, сдержанности и великолепному мужеству миллионов отважных негров и белых американцев доброй воли, следующих курсом ненасилия, в стремлении установить царство справедливости в нашей стране».
На воскресенье 7 марта было намечено начало похода на столицу штата, его участники должны были пройти от Селмы до Монтгомери. Губернатор Уоллес издал приказ, запрещавший проведение похода. Кинг вернулся на выходные в Атланту, когда его коллеги из Селмы сообщили ему, что полиция штата будет препятствовать продвижению демонстрантов с использованием слезоточивого газа. Поход возглавил Осиа Уильямс! Результатом оказались многочисленные госпитализации участников демонстрации. Полиция штата действовала на уничтожение. В избирательные списки Селмы внесли только 50 фамилий. Несмотря на провальную компанию, она, по мнению Кинга являлась плацдармом для более серьезных целей. Президент Джонсон внес в конгресс очередной законопроект о гражданских правах, касавшийся избирательных прав негров. После новых горячих схваток в конгрессе он был принят и 6 августа 1965 г. вступил в силу. Но, как и предыдущие законы, он мало изменил существующее в южных штатах положение. Кинг высказывался о том, что у правительства попросту нет закона, способного изменить ситуацию коренным образом.
В том же 1965 году Кинг приезжает в Чикаго, чтобы вместе с живущими там неграми бороться против правительства, загнавшего своих чернокожих жителей в трущобы, именуемыми «гетто» и отказывавшихся принимать их на работу. «За последние два года официальные лица Севера часто с восхищением превозносили борьбу чернокожих. – Говорил Кинг, - Однако стоило разговору коснуться насущных проблем северных негритянских общин, как от их благодушия не оставалось и следа, и позиция их становилась жесткой. Хотя движение против расизма добилось общенационального признания, его ориентация оставалась в целом региональной. Добиваясь изменений в законодательстве страны, оно разрабатывало свои предложения, учитывая в основном ситуацию на Юге. Но теперь, заявил Кинг, негритянское освободительное движение приступает к корректировке своей деятельности. Оно сконцентрирует внимание на положении негров на Севере».58
Таким образом, Мартин Кинг расширил сферу своих интересов на Север, реально начиная превращаться в политическую фигуру государственного масштаба. Может показаться, что его жизнь превратилась в бесконечную серию выступлений.
В феврале 1966 года Кинг поселился в трущобах чикагского Вест-Сайда. Более 80 процентов здешних домов были построены не менее шестидесяти лет тому назад. 7,6 процента из 140 000 здешних чернокожих обитателей были безработными. Многие другие считались «не полностью занятыми». Это негритянское гетто, составлявшее часть того, что социологи в Чикаго называли «старым городом», по численности несколько превосходило столицу Алабамы — город Монтгомери. В отличие от пасторского дома Кингов в Монтгомери или от отчего дома в Атланте, из его чикагской квартиры на Хэмлин-авеню, расположенной на четвертом этаже в доме без лифта, открывался панорамный вид на зону бедствия. Внизу, за углом начиналась «проклятая Шестнадцатая улица», населенная наркоманами, ворами и налетчиками.
В отличие от чернокожих южан, эти люди не были готовы разделить мечту Мартина Лютера Кинга, поскольку их собственные надежды на лучшую жизнь давно погибли. Несмотря на значительное количество маленьких церквей в чикагском гетто, чернокожая община здесь не имела столь тесных связей с религией, как на Юге. С января плакаты и лозунги «Покончим с трущобами» стали появляться во всех уголках вестсайдского гетто. Одни были выполнены по трафарету, другие — вручную мелом на кирпичных стенах домов, мостовой, в подъездах. Надеясь обрести новых союзников, Мартин Кинг 23 февраля нанес визит лидеру «черных мусульман» Илайдже Мухаммеду. После сорокапятиминутного разговора они объявили о создании «общего фронта», но не прошло и недели, как Илайджа ни с того ни с сего назвал Кинга «обманщиком». К этому времени Кинг занял пустое, разоренное здание в гетто, заявив, что устанавливает над ним, по его собственным словам, «неофициальную опеку». Владелец дома подал на него в суд, и 5 апреля Кингу было предписано отказаться от всяких притязаний на это здание. Для Кинга этот процесс был одним из способов привлечь внимание к его обширным планам по расчистке гетто.
В это же время было совершено покушение на чернокожего активиста Д. Мередита. Он шел маршем из Мемфиса в Монтгомери. Его марш продолжил Кинг. Но в этом марше он узнал то, что повергло его в шок. Молодые негры, в лице их лидера Стоукли Кармайкла больше не желали идти бок о бок с белыми. Они были не так миролюбивы как граждане Монтгомери или Бирмингема. Кармайкл являлся одним из основателей партии «Черных пантер», он полагал, что борьба за свободу, это дело исключительно негров.59 Неприятие чернокожими фундаменталистами всех без исключения «белых обманщиков и либералов» было, конечно же, перебором. А переборы чрезвычайно раздражали Кинга; впрочем, он знал, откуда они берутся. Он хорошо знал Стоукли Кармайкла и был в курсе того, что ему пришлось испытать. Стоукли в свои двадцать четыре года был плотью от плоти послевоенного поколения, для которого Великая депрессия казалась древней историей, а Вторая мировая война представлялась смутным воспоминанием. Поразительная пропасть, образовавшаяся между его собственным поколением и поколением Стоукли, за минувшие четыре-пять лет стала еще шире. Он ощущал это по своим младшим коллегам на работе. Он сам и его старшие товарищи подпитывались энергией молодого поколения. Стоукли в период между девятнадцатью и двадцатью четырьмя годами подвергался аресту двадцать семь раз. Во время летнего наступления 1964 года в Миссисипи он был ответственным за Школу освободительного движения в Гринвуде. Он видел, как ее забрасывали бомбами белые террористы, как они зверски избивали не оказывавших им никакого сопротивления местных активистов. Затем он переехал в округ Лаундес, штат Алабама. Он и здесь видел многочисленные сцены насилия, творимого белыми над чернокожими. Разве стоило удивляться тому, что он пошел по стопам великомученика Малкольма Икса? В марше Кармайкл распространил лозунг «Власть черным». «Мы просим негров не ехать во Вьетнам, чтобы там сражаться, — заявил Стоукли. — Пусть они остаются в Гринвуде и сражаются здесь. Если белые заберут хоть одного из нас в тюрьму, мы не будем платить залог. Мы придем и освободим его!»60 Это была дикая демагогия, но толпа была готова поглощать ее.
После окончания марша, Кинг вернулся в Чикаго. Чикагские митинги и демонстрации положили начало серии «маршей протеста» против расовой дискриминации при найме жилищ, проведенных в последующие два месяца борцами за гражданские права в «белых» кварталах и пригородах Чикаго. «В наше время космонавты выходят за пределы земли, — заявил М. Л. Кинг, определяя цель этих маршей. — Наша задача скромней: мы добиваемся права ходить и жить в тех местах нашей родины, которые до сих пор закрыты для нас».
Нацистская партия Рокуэлла, национальная партия возрождения, общество Джима Берча и прочие профашистски настроенные организации пытались остановить Кинга и усилить местных расистов и членов Ку-Клукс-Клана. Во время одного из шествий, булыжник, брошенный расистами, попал в голову Кингу, а шедшего рядом с ним чернокожего юношу убили ударом ножа в грудь. 28 августа 1966 мэру Чикаго пришлось пойти на уступки, отменив сегрегационные законы. Ненасильственная борьба Кинга, направленная на этот раз уже на улучшение положения негров и ликвидации «гетто» одержала первую победу.
По мере того как 1966 год приближался к концу, сообщения о чикагских событиях исчезали с первых полос газет. Провал нового Билля о гражданских правах и эскалация все более непопулярной войны во Вьетнаме заслонили собой победу Мартина Лютера Кинга в Чикаго. Да и сам исход сражения был далеко не триумфальным, если его оценивать по тому, что оставалось еще доделать. В октябре Кинг вместе с другими руководителями Движения подписал манифест, в котором призывалось «действовать ненасильственными методами, содействуя углублению демократического процесса интеграции и межрасового сотрудничества». Полемика внутри Движения продолжалась, но публикация манифеста подчеркнула, что дискуссия носит внутрипартийный, как бы семейный характер. Белая пресса тем временем продолжала комментировать лозунг «Власть черным!» в самых мрачных тонах.
В середине декабря Мартин Кинг взял двухмесячный отпуск для того, чтобы поработать над книгой «Куда теперь мы пойдем». Значительная ее часть уже была написана им во время отдыха в Бимини. Он собирался среди прочего написать о войне во Вьетнаме, хотя и знал, что активная антивоенная позиция ведет его к падению популярности. По данным института Гэллапа, в январе 1967 года его уже не было в десятке «самых обожаемых» людей страны. Тем не менее Кинг не мог молчать. Вскоре после возвращения с Багам он призвал Соединенные Штаты вывести свои войска из Вьетнама. На конференции в Лос-Анджелесе он сказал: «Наши надежды стать Великим Обществом расстреляны на полях сражений во Вьетнаме. Нужды этой войны уже пожрали львиную долю тех средств, которые, были выделены на специальные программы внутри страны, обрекая бедных, как белых, так и негров, нести на себе тяжкое бремя... Имеются данные, согласно которым мы расходуем 322 тыс. долларов на каждого убитого нами врага, тогда как в так называемой «войне с бедностью» расходуется всего 53 доллара на каждого «бедного», Причем значительная часть из этих 53 долларов уходит на жалованье тем, кто сам далеко не беден». Он призвал всех сторонников мира «объединиться столь же эффективно, как это делают «ястребы»... Мы должны соединить воедино правозащитное движение с силами, выступающими за мир... Мы должны работать не покладая рук, чтобы народ, который мы так любим, смог бы подняться на новый уровень развития... »
К лету 1967 года борьба за свободу накалилась. НАСПЦН не удалось создать ядро политического влияния в гетто Чикаго. До сих пор не было полностью реализовано знаменитое Августовское соглашение 1966 года. Трещина между молодыми радикалами и более возрастными, более умеренными участниками расширялась, становясь при этом все глубже.
Словно в подтверждение сложности ситуации в городах Севера, 12 июля 1967 года в Ньюарке, штат Нью-Джерси, начался бунт. Он продолжался четыре дня и привел к гибели 21 негра и 2 белых. Реагируя на это, Конгресс в спешном порядке принял Билль против мятежей и бунтов 347 голосами против