Xreferat.com » Рефераты по истории » Музей воды и история водоснабжения Москвы

Музей воды и история водоснабжения Москвы

Введение


Ничего себе – тема для разговора, скажете Вы. Что о воде говорить – течет себе из крана в любом количестве! Да еще музей воды придумали!

Люди быстро привыкают ко всему хорошему, что появляется в их жизни: автомобиль, телевизор, видеомагнитофон, компьютер с интернетом, мобильный телефон… Те, кому только что исполнилось 10–12 лет, не представляют себе – как можно жить безо всего этого?

А разве можно жить без воды? С таким пренебрежением к этому безвкусному, бесцветному и одновременно бесценному! веществу могут относиться лишь жители больших городов. Те, кто вырос в деревне, знают, как тяжело достается питьевая вода… А скажите что-либо в таком пренебрежительном тоне жителю пустыни… Ведь и о кислороде мы не думаем, пока нам легко дышится. А стоит лишиться его, как мы готовы отдать все, что у нас есть за глоток чистого, свежего воздуха. Задумались? Вот теперь мы и поговорим о ВОДЕ.

Давайте представим, каково жилось в Москве 200 лет тому назад, когда этого самого водопровода и в помине не было?

Вообще-то во времена, когда на берегах Москвы-реки только начинали селиться люди, проблемы с чистой питьевой водой не было. Еще полтысячелетия назад лесисто-болотистая территория современной Москвы и ближайших ее окрестностей была испещрена долинами рек и ручьев, которых насчитывалось несколько сот! Увы! В результате бездумного отношения человека к природе, эта гидросистема практически утрачена. Тем не менее – помимо трех главных рек – Москвы-реки, Яузы и Неглинной, практически скрытой под толщами «культурного» слоя, в современной Москве насчитываются более 50! малых рек. Самые известные из них – Сетунь, Очаковка, Самородинка, Раменка, Чечера, Котловка, Битца, Чертановка, Гвоздянка, Сходня, Лихоборка, Городня… Но в большинстве своем память о них осталась лишь в сети оврагов и балок, прорезающих сегодня московские пустыри и парки, да в московских топонимах.

Улица Неглинная, Трубная площадь, Самотека и Кузнецкий Мост – все, что осталось от Неглинки. В районе Садовой-Черногрязской пересекала когда-то Садовое кольцо речка Черная Грязь, а по дну глубокой долины Чертолья протекал ручей Черторый. Улицы Пресня и Пресненский Вал пролегают сейчас на месте реки Пресни. По Сивцеву Вражку когда-то протекала речка Сивка. Название Фили и Ходынское поле уже мало кому напоминают о протекавших здесь Фильке и Ходынке. А музей, о котором речь пойдет дальше, находится на Саринском проезде – память о небольшой речке Саре, огибавшей когда-то Крутицкий холм.


История водопровода Москвы


Сколько же лет московскому водопроводу?

Вплоть до 1804 года (заметьте, в этом году исполняется 200 лет) москвичи пили воду из Москвы-реки, Неглинки и других речек, протекающих по территории города. Однако, сказать, что до этого времени в Москве не было системы водоснабжения было бы неправильно. Люди богатые выкапывали во дворах своих городских усадеб колодцы и целые пруды, запасаясь водой и для питья, и для хозяйственных нужд. Вода Пресненских прудов, например, считалась когда-то самой лучшей в Москве и шла для стола самого царя Алексея Михайловича!

Но из речек не только пили. Воды рек крутили колеса мельниц, перемалывающих привезенное в Москву зерно в муку. На берегах рек и прудов строились бани, так любимые русским народом… В реках купались, стирали белье, в них же попадали бытовые стоки, отработанные воды ремесленных производств. Постепенно водоемы превращались в грязные канавы. И, наконец, разрастающемуся городу чистой воды стало просто не хватать.

А если вспомнить, что в старину Москва была преимущественно городом деревянным, и всегда страдала от пожаров? Не раз случалось, что маленькое пламя порождало большой пожар, становившийся бедствием для большого города! 80 раз сгорала Москва дотла, зачастую это случалось от нехватки воды. Лишь в конце XIX века, по всей городской части трассы московского водопровода через каждые 100 метров были установлены пожарные краны, предназначенные для экстренных ситуаций в городе.

А первый в нашем городе водопровод был сооружен еще в 1491 году по приказу великого князя Ивана Васильевича III. Водопровод обслуживал исключительно Кремль и предназначался на случай вражеского нашествия или, как указывала летопись, «осадного ради сидения». Источником воды был родник в подземелье Собакиной башни (ныне это угловая Арсенальная), от которой вода самотеком поступала по кирпичной трубе по направлению к Троицкой башне.

Второй по времени кремлевский водопровод появился уже при первом царе из рода Романовых, Михаиле, в 1633 году. Он был весьма совершенен по конструкции и представлял собой водопровод «напорного типа». Вода из Москвы-реки по этому водопроводу поступала самотеком в выложенный белым камнем колодец глубиной около 9 и диаметром в 5 метров, сооруженный в Свибловой (Водовзводной) башне Кремля. Около колодца стояла «водоподъемная машина», которая «взводила» воду в специальный, выложенный свинцом резервуар, сооруженный на верхотуре башни. И уже оттуда москворецкая водичка поступала по свинцовым трубам в царские кремлевские «дворы» – Сытный, Хлебный, Кормовой, Конюшенный, а также в некоторые дворцы и верхний дворцовый сад. Этот водопровод сооружался русскими мастерами под руководством англичанина Христофора Галовея, числившегося в царских ведомостях «часовым и водовзводных дел мастером». Работать этот водопровод прекратил в начале XVIII века. Из-за того, что Водовзводную башню после этого дважды отстраивали почти заново, следов водопровода не сохранилось…


Мытищинский водопровод


Однако уже к тому времени город вырос за пределы Кремля. И большая часть населения продолжала брать воду из изрядно засоренных рек. Это, конечно способствовало быстрому распространению болезней, эпидемий чумы и холеры да и просто не доставляло эстетических наслаждений жителям города. Одна из таких эпидемий навалилась на Москву в 1771 году и унесла жизни почти половины горожан.

Москва тогда была уже провинцией, однако именно здесь Екатерина II, любившая, впрочем Москву гораздо больше Петра I, повелела строить здесь первый в империи городской водопровод, выделив на него 1 млн. 100 тыс. рублей и 400 солдат для работ на строительстве ежедневно. В городе на Неве водопровод появился лишь спустя много лет после строительства нынешнего юбиляра – Мытищинского водопровода.

Поручила императрица столь ответственное дело талантливому инженеру генерал-поручику Фридриху Вильгельму Бауэру (в России его звали Федор Васильевич), возглавлявшему гидравлический корпус.

Изыскательские работы возглавляемая им комиссия проводила несколько лет и закончила лишь к 1779 году. Члены комиссии обследовали многие родники в Москве и ее окрестностях. Решено было остановиться на ключах близ села Большие Мытищи к северу от города. Вода в них была отменного качества, частью бившая наружу из земли, а частью добываемая из не слишком глубоких колодцев. Было принято во внимание и то, что рельеф местности позволял мытищинской воде достигнуть места предназначения самотеком…

Строительство водопровода в Москве начал тоже Бауэр. Но, несмотря на царские Указы, сооружение водопровода шло медленно – больше 25 лет! Один раз оно и вовсе было прервано почти на 10 лет: Россия воевала с Турцией, и все солдаты-строители были отправлены в действующую армию. К тому же и с деньгами у государства стало не густо – война дело дорогое… Закончить постройку Бауэр не успел, и начатое им дело завершили другие. Однако генерал-поручик остался в истории России как первый строитель городского водопровода.

За это время успел умереть не только генерал-поручик Бауэр. Закончился блистательный «век Екатерины», пролетело короткое царствование ее сына Павла Петровича, а на престоле утвердился император Александр Павлович, по прозвищу Благословенный… Но к чести всех правителей России, они не только подтверждали очередным Указом необходимость окончания строительства Московского водопровода, но и давали на это деньги. В 1797 году Павел I (хотя и не любил маменькиных начинаний) отпустил «на водопровод» 400 тыс. рублей, а в 1802–1803 годах Александр I добавил на «окончание работ» еще 200 тыс.

Заканчивал строительство водопровода (с 1783 года) инженер И.К. Герард – полковник Генштаба, отец знакомого жителям Юго-Запада Москвы владельца усадьбы Большое Голубино.

Для сбора ключевых и грунтовых вод в Мытищах было устроено 43 бассейна глубиной около 2 м, огражденных кирпичными стенами и покрытых деревянными крышами. Вода текла до города самотеком по кирпичной галерее длиной 19 верст (1 верста – 1,067 м), шириной 3 фута (около 1 м) и высотой 4,5 фута (1,5 м).

Водопровод проходил мимо села Алексеевское, где в то время стояли еще руины путевого дворца царя Алексея Михайловича, через Сокольническую рощу, Каланчевское поле, а оттуда – к Трубной площади, где был построен специальный водоприемный бассейн. От него чугунные трубы доставляли мытищинскую водичку к водоразборным колодцам. Дважды водопровод пересекал русло реки Яузы. Один раз это было сделано с помощью чугунных труб, уложенных по дну реки, а во втором случае в районе села Ростокино (в конце нынешнего проспекта Мира) был построен специальный мост-акведук. Мытищинская вода «перетекала» Яузу по кирпичному лотку, выложенному свинцом и устроенному в верхней части акведука. Любопытно, что в те времена Ростокинским акведуком этот мост называли только в официальных документах, а в народе он получил название Миллионного моста. Получилось так потому, что сумма, потраченная на строительство Мытищинского водопровода и акведука в том числе, поражала воображение тогдашних москвичей: почти 2 млн. рублей! Этот мост, сохранившийся до наших дней, очень красив и напоминает сооружения, дошедшие до нас из времен Древнего Рима: он имеет 21 арку, его длина 356 метров. Сейчас это лишь памятник архитектуры и истории.

В 1826–1835 годах было проведено усовершенствование Мытищинского водопровода.

К этому времени кирпичная галерея местами просела и обветшала, а кое-где даже обвалилась. Из-за трещин в систему водопровода стала попадать грязь, по дороге терялось много чистой мытищинской воды.

В течение 7 лет работы выполнялись по указу императора Николая I инженером-полковником Н.И. Янишем, занимавшим тогда должность начальника Управления путей сообщения России. За это время была отремонтирована кирпичная галерея, а в селе Алексеевском построена водокачка с паровыми машинами Уатта. Два насоса, приводимые в движение паровыми машинами, перекачивали мытищинскую воду по чугунному трубопроводу в огромный бак вместимостью около 5 тыс. ведер, установленный на втором этаже Сухаревой башни. Превратившись в водонапорную, башня исправно несла эту «водопроводную службу» целое столетие.

Тогда же по проекту Яниша были построены первые водоразборные фонтаны в городе в центральной части города. Каждый из этих фонтанов получил не только собственное оформление, но и собственное имя. Фонтан, расположенный рядом с Сухаревой башней, стал называться Шереметевским (его можно увидеть на картине А. Васнецова «У водоразборного фонтана на Сухаревской площади»). Второй стал Никольским (на Лубянской площади); третий – Петровским (на нынешней Театральной площади), четвертый – Воскресенским (около Александровского сада), а пятый – Варварским (нынешняя станция метро «Китай-город»). До наших дней сохранились два из них. Петровский фонтан стоит там, где его поставили – на Театральной площади, за памятником Карлу Марксу, а фонтан Лубянский, работы знаменитого скульптора Витали, перенесли к бывшему Нескучному дворцу, который нынче занимает Президиум Российской Академии наук.

Сейчас фонтан – услада и отрада в жаркий летний день. А в старину московские фонтаны, устроенные по трассе Мытищинского водопровода, несли еще и хозяйственные обязанности. Фонтаны, устроенные при водоразборных бассейнах, служили источником питьевой воды для половины Москвы. Жители близлежащих домов разносили мытищинскую воду из фонтанов в ведрах, висевших на коромыслах, а жителям отдаленных районов воду доставляли в бочках, погруженных на телеги, московские водовозы. Делали они это не «за так», а за деньги, что было не всякому москвичу по карману. А вот за воду, взятую в «малые посуды», денег не брали.

Бывало, некоторые водовозы впрягались в тележку вместо лошадей сами. Помните картину художника В. Перова «Тройка»? Двое мальчишек и девочка тянут от Трубной площади (где был водоразборный фонтан Мытищинского водопровода) вверх по зимнему Рождественскому бульвару санки с наполненной водой бочкой. Некоторые носили воду на себе и назывались водоносами. В конце XIX века в Первопрестольной трудилось около 6–6,5 тыс. конных водовозов и почти 3 тыс. водоносов с санками и тележками.

Когда XIX век перевалил за половину, то оказалось, что старый московский водопровод снова «нуждается в улучшении», которое и было произведено бароном А.И. Дельвигом в 1853–1858 годах.

Андрей Иванович Дельвиг – двоюродный брат пушкинского друга, барон, генерал-лейтенант, сенатор, талантливейший инженер, автор первого русского «Руководства к устройству водопроводов». Формулы, выведенные бароном в этой книге, используются по сей день. Портрет А.И. Дельвига, принадлежащий кисти И.Е. Репина, находится в собрании Третьяковской галереи. Многие годы он состоял инженером по особым поручениям при главноуправляющем корпусом путей сообщения графе Клейнмихеле, занимался строительством мостов, шоссейных и железных дорог, гидротехнических сооружений. При его участии построены 32 железные дороги общей протяженностью 11 тыс. верст! Он основал в Москве железнодорожное училище, купив для него на свои средства дом. Дельвиг – автор проектов соединения рек Москвы и Волги, а также Волги и Дона. По повелению Николая I Андрей Дельвиг был назначен председателем Архитектурного Совета по постройке храма Христа Спасителя в Москве. Кроме всего прочего, Андрей Иванович долгое время был председателем Императорского русского инженерно-технического общества.

Именно под его руководством строились и перестраивались водопроводы в Москве, Нижнем Новгороде и Санкт-Петербурге. А в 1853–1858 годах по проекту Дельвига был перестроен и значительно усовершенствован Московский водопровод, уже полвека к тому времени снабжавший водой Первопрестольную. Старые паровые машины Алексеевской водокачки были заменены на более мощные; к уже существующему баку добавлен еще один, а к Сухаревой башне была проложена новая чугунная труба.

Благодаря реконструкции, произведенной Дельвигом, производительность водопровода выросла в 2,5 раза, были сооружены новые водоразборы – 26 фонтанов, бассейнов и водоразборных колонок. Тогда же были впервые сооружены 15 пожарных колодцев, что явилось большим подспорьем пожарным частям. По городу проложили 45 км разводящих сетей.

Редкий градоначальник ухитряется попасть в историю не за слова, а за дела свои. К таким людям, несомненно, можно отнести и городского голову Николая Александровича Алексеева. Он был избран на эту должность в 1885 году, будучи еще достаточно молодым человеком, и вскоре прославился своей энергией, предприимчивостью и готовностью отдавать родному городу не только свой труд, но и свои деньги.

Николай Александрович происходил из семьи известных купцов и предпринимателей Алексеевых и был, между прочим, двоюродным братом одного из создателей Художественного театра К.С. Станиславского (Алексеева). К славным делам городского головы можно отнести строительство нового здания Верхних торговых рядов на Красной площади (ГУМ), Городской думы на Воскресенской площади (в советские годы – музей Ленина), укладку новых мостовых и асфальтовых тротуаров на центральных улицах, а также строительство нового Мытищинского водопровода.

Его строительство началось благодаря мощной энергии градоначальника в июне 1890 года, а закончено всего через 2,5 года – в октябре 1892-го. Таким образом, завершилась волокита со снабжением Москвы питьевой водой, которая продолжалась ровно 20 лет (с того дня, когда этот вопрос был «включен в повестку дня»). Новый водопровод выглядел настоящим чудом техники: 116 км труб с пожарными кранами через каждые 100 м и всем необходимым набором сооружений. Обошелся новый водопровод дороже, чем думали – в 5 млн. 883 тыс. рублей. Всю сумму, превышающую смету, выложил из своего кармана Николай Алексеев!

Проектированием и строительством руководил инженер Николай Петрович Зимин. Он получил образование в Императорском техническом училище в Москве (ныне – Бауманское), окончил его с золотой медалью за работу по водоснабжению. В 1886–1893 годах он проектирует и строит новый Мытищинский водопровод, где применяет множество технических новинок, в том числе и по обеспечению пожаротушения. Он был и строителем, и заведующим этим водопроводом, много сделав для улучшения качества и увеличения поступающего к жителям количества водопроводной воды.

В 1892 году в Мытищах были пробурены еще 50 скважин глубиной до 30 м, соединенные общей всасывающей трубой. Тогда же у Крестовской заставы (нынешняя площадь перед Рижским вокзалом) в помощь водокачке были построены две водонапорные башни.

Крестовские башни, как и многие другие сооружения обновленного Мытищинского водопровода, были построены в едином стиле по проекту архитектора М.К. Геппенера. Располагались они по обе стороны от Крестовского путепровода и служили как бы сторожами при выезде из тогдашних границ Москвы. Они с честью послужили городу, но к 1940 году их, к сожалению, снесли, как снесли еще раньше знаменитую Сухареву башню, также долгое время служившую помещением для резервуара Мытищинского водопровода.

Мытищинская вода подавалась в резервуары Крестовских башен, а уже из них распределялась по всему городу. Новый водопровод подавал 1,5 млн. ведер в сутки.

К 1905 году Мытищинский водопровод достиг своей предельной мощности – 3,5 млн. ведер в сутки (почти по 3 ведра на каждого жителя тогдашней Москвы). Но из-за чрезмерного водозабора качество воды стало ухудшаться, и ее подачу пришлось сократить почти в 2 раза. Нужно было искать новые источники воды для разрастающегося города.


Сейчас Мытищинский водопровод стал историей. На старых фотографиях можно увидеть сводчатые кирпичные галереи, вскрытые раскопками начала XX века; сохраняется как архитектурный памятник Ростокинский акведук, но та вода, которая течет из наших водопроводных кранов, уже совсем не мытищинского происхождения. Однако и водопровод-юбиляр еще работает: его сооружения используются для снабжения водой подмосковного города Мытищи. В наше время водоснабжение города осуществляется совсем в других масштабах и по другой схеме, чем 200 лет тому назад.


Москворецкий водопровод


В течение всей второй половины позапрошлого века делались неоднократные попытки построить «помощников» уже не справлявшемуся со своими обязанностями Екатерининскому (Мытищинскому) водопроводу. В 1850–1852 годах инженером-полковником П.С. Максимовым для нужд Замоскворечья был устроен водопровод, бравший воду из Москвы-реки. А если говорить точнее, то таких москворецких водопроводов было два. Одна водокачка была поставлена у Бабьегородской плотины, а вторая – у Краснохолмского моста. Вода из них подавалась в водоразборные колодцы и фонтаны. Но водичка эта была далеко не лучшего качества, весной песок, глинистые частицы и мусор засоряли насосы, а зимой трубы промерзали. И водопровод этот был заброшен уже в 1863 году. А в конце XIX столетия были построены (а потом тоже заброшены) еще 3 артезианских водопровода: Ходынский (1871 год), Преображенский (1882 год) и Андреевский (1885 год). Однако, взоры инженеров продолжали обращаться в сторону Москвы-реки.

В 1898 году уже знакомый нам инженер Н.П. Зимин, который в течение 25 лет (до 1902 года) заведовал Московским водопроводом, выступил инициатором использования в качестве источника для водоснабжения города вод Москвы-реки, причем предложил забирать воду в 50 верстах от города, выше по течению, у деревни Рублево. Река здесь в те годы была чистая, достаточно полноводная, с малонаселенными, заросшими лесом берегами. Постройка станции завершилась 100 лет тому назад, 27 июня 1903 года. Первая очередь включала водоприемник, машинное здание, отстойники, фильтры, насосную станцию и нитку водопровода из чугунных труб до резервуаров, расположенных на самом высоком из холмов Москвы – Воробьевых горах.

Полноводье наших русских рек – Волги, Днепра, Енисея, Дона издревле воспето русской литературой. Реки были кормилицами, давали питьевую воду, крутили мельницы, являлись дешевым транспортным путем.

Однако, Москва-река, хоть и являлась судоходной, всегда была намного скромней величавых русских красавиц. Множество бродов и волоков были помехой серьезному судоходству.

Поэтому мысль соединить Москву с Волгой посредством канала, и убить тем самым сразу двух зайцев – восполнить воды Москвы-реки и открыть прямой торговый путь в богатые поволжские земли давно не давала покоя российским властям. Впервые эта идея пришла в голову еще великому выдумщику всего нового – Петру I, видевшему в этом «зело большие выгоды для торговли». В 1722 году Петр повелел разработать «прожект соединения рек», но осуществить задуманное не успел. К идее Петра вернулись спустя 100 лет – в начале царствования Николая I. За 20 лет строительства канала, связывавшего реки Сестру и Истру, соорудили 38 каменных шлюзов, построили плотину, позволившую создать на месте маленького озера большое водохранилище, получившее название Подсолнечное или Сенежское… Но деньги, как это часто бывает в России, закончились, и стройка остановилась. А в 1844 году прекратилось и начавшееся было судоходство по построенному участку: пришел век железных дорог и о канале забыли!

Когда в начале 1930-х годов к этой идее было решено вернуться, в будущем канале видели уже не столько судоходную дорогу, сколько источник, способный напоить Москву водой. Строительство канала началось в 1932 году и завершилось к началу навигации 1937 года. Было построено около 240 объектов: 11 шлюзов, 5 насосных станций, 3 железобетонные и 8 земляных плотин, 8 гидроэлектростанций, грузовые пристани, причалы, маяки, мосты и туннели. Многие из них и сегодня удивляют специалистов смелостью инженерных решений. И вот 2 мая из Горького (сейчас, как и много веков прежде, – Нижний Новгород) в Москву отправился первый теплоход. А в 1947 году, в год 850-летия столицы, канал, называвшийся до этого Москва-Волга, получил имя Москвы. Он и сегодня – один из крупнейших в мире. А Москва благодаря ему получила звание порта пяти морей – Каспийского, Балтийского, Азовского, Черного и Белого…

Есть у Москвы-реки и еще одна помощница – малоизвестная река Вазуза. Почему при выборе источника питьевой воды выбор пал именно на нее? Во-первых, на берегах Вазузы нет промышленных предприятий, загрязняющих воду отходами, а небольшие городки и села большого вреда вазузской воде не приносят. А во-вторых, 162-километровое русло Вазузы находится неподалеку от верховий Москвы-реки. Здесь когда-то даже существовал древний «волок» – место, где суда посуху перетаскивали из Москвы-реки в речку Гжать, приток Вазузы.

Сегодня Москва-река на всем своем протяжении полностью зарегулирована плотинами, водохранилищами и гидроузлами. Даже в черте столицы есть 2 комплексных гидроузла – Карамышевский и Перервинский. Со своими помощницами она образует сложную гидросистему, позволяющую снабжать водой наш огромный город. Вода, которую мы с вами берем из крана, собирается с территории Московской, Тверской и Смоленской областей – территории в 5 раз превышающей площадь Москвы. Из водохранилищ вода подается на водопроводные станции для очистки и дальнейшей подачи в систему городского водопровода.

Вокруг столицы на протяжение XX века создано целое ожерелье искусственных морей – водохранилищ. Самыме известные из них: Иваньковское (Московское море), Пестовское, Пяловское, Вазузское, Можайское, Клязьминское, Истринское, Угличское и другие. Они собирают не только воду из окрестных рек и ручьев, но и принимают в свою «чашу» все паводковые, дождевые и родниковые. Вода из реки забирается на четырех станциях – уже знакомой нам Рублевской, а также на Восточной (построенной в 1937 году), Северной (1952) и Западной (1964). Общая протяженность водопроводной сети в Москве – 10 тыс. км, тогда как расстояние от Москвы до Владивостока – 8 тыс.

И все это огромное хозяйство в октябре 2004 года отметило свое 200-летие, с чем я и хочу поздравить всех работников «водной» промышленности.

Итак, казалось бы – вода в наших домах есть, а проблем нет. Однако…


История канализации Москвы


Доставить воду к вашему столу – это еще полдела. Но представьте себе, что все, что сливается из вашей квартиры – жир с ваших тарелок, грязь с ваших руки и, извините, отходы вашего пищеварения – попадало бы обратно в реку, то есть туда же, откуда она попадает в ваши чайники и кастрюли? Не напрягайте воображение – после этого вам, возможно, никогда не захочется пить воду из-под крана.

А ведь в те времена, с которых мы начали свой экскурс, именно так и было. Нечистоты выливались прямо на улицы, они просачивались в почву и загрязняли воду питьевых колодцев, издавали зловоние, способствовали распространению болезней.

Разумеется, власти пытались с этим бороться. Исторические летописи указывают, что еще в XIV веке в Москве были вырыты подземные каналы для отвода сточных вод. К 1367 году относится постройка водосточной трубы от центральной части Московского Кремля до Москвы-реки.

Во времена Петра Великого появился Указ «О наблюдении чистоты в Москве и о наказании за выбрасывание сору и всякого помету на улицы и переулки». Он обязывал жителей города «весь мусор, навоз и мертвечину возить за Земляной город, от слобод в дальние места, засыпать землею». Ослушников же надлежало приводить в приказ Земских дел и «за первый привод бить батоги, за другой бить батоги ж да пени имать по пять рублей, за третий привод бить кнутом да пени имать по десять рублей». (Тогда это были большие деньги.)

Позже Екатерина II своим указом повелела «накрепко запретить и неослабно того наблюдать, чтобы в Москву-реку и протчие через город текущие воды никто никакого сору и хламу не бросал и на лед нечистот не вывозил».

Тем не менее, загрязнение рек, ручьев и прудов продолжалось, берега водоемов заваливались мусором и отбросами. Речка Неглинная уже в 1787 году была настолько загрязнена стекавшими с улиц нечистотами, что вода ее считалась непригодной для употребления.

Для борьбы со всем этим безобразием была организована ассенизационная система, ничего общего не имевшая с современной канализационной и знакомая сегодня лишь деревенским жителям. Нечистоты и хозяйственные отбросы собирали в «выгребах» и «помойницах». Затем, через определенные промежутки времени отбросы вывозили особым транспортом – так называемыми ассенизационными обозами.

Состоял такой обоз из нехитрых телег с кадками или бочками с высокими черпаками. С полуночи, когда улицы становились свободными, и до раннего утра этот нехитрый транспорт вывозил нечистоты из города, нередко расплескивая из открытых бочек «благоуханное» содержимое. В тишине спящего города раздавался невообразимый грохот – это проезжали по булыжным мостовым золотари на телегах, обода колес у которых были железными (позже телеги стали делать на резиновом ходу). Жители роптали, и Городской Думе приходилось «устраивать» схему движения ассенизационных обозов так, чтобы их маршрут не проходил по одним и тем же улицам дольше полутора-двух месяцев.

Историк М.М. Богословский в своих мемуарах писал:»… рабочие ассенизационных обозов, грязные, обыкновенно крайне плохо одетые, совсем оборванцы, – это занятие было уже последним делом, к которому приводила крайняя нужда, – были предметом юмористики московских обывателей. Их называли «ночными рыцарями», «золотарями», очевидно, по ассоциации контраста.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: