Орден тамплиеров, как субъекта международных отношений XII-XIV веков
Однако, опровергая доводы Д. Меткалфа, можно доказать, что деньги тамплиеров Запада перетекали в Палестину.
Коммерческая экономика того времени страдала от нехватки наличности, компенсировать которую могло быстрое обращение наличных денег. Однако циркуляция происходила медленно. Чтобы исправить положение, требовалось избегать транспортировки реальных денег, чтобы ограничить трансферты («перекачку» денег) и увеличить количество фиктивных трансфертов: брали заем на Западе и расходовали или выплачивали его на Востоке, и наоборот. 62
Каково бы ни было значение перевозки денег, она представляла собой лишь одно из направлений деятельности ордена Храма в Средиземноморье.
Тамплиеры были прекрасными посланниками. Во Франции королевская власть охотно возлагала на них временные поручения исключительной важности, выполнять которые, как правило, поручали комиссарам. Между 1236 и 1250 гг. брат Жиль, казначей ордена Храма в Париже, вместе с бальи Никола де Отвильером был отряжен принимать клятвы верности королю.
Но главным образом, светские и церковные власти использовали знания тамплиеров в области финансов.
Эти финансовые отношения с властями установились очень быстро. «Мы представить себе не можем, - писал Людовик VII в письме к Сугерию, - как бы нам удалось продержаться в этой стране без помощи тамплиеров. Они одолжили нам весьма значительную сумму. Ее необходимо им вернуть. Поэтому мы умоляем вас безотлагательно выплатить им две тысячи марок серебром». В другом послании король уточняет механизм займа: «Пусть мое заступничество в их пользу не пропадет втуне: ведь они обещали вскоре вернуть то, что заняли с целью оказать мне услугу.» [Ibid. T.XV.P.496-501.63 Этот заем Людовика VII почти частное дело. Но он положил начало традиции, продолжавшейся до самого конца крестовых походов: готовясь к отбытию в Святую землю, короли обращались к военным орденам: они либо отдавали им на хранение свои деньги в преддверии похода, как поступил Генрих II, либо просто брали в долг: так, Эдуард I, прежде чем отправиться на Восток, занял у ордена двадцать восемь тысяч ливров. Так было положено начало того, чтобы доверить орденам управление финансами государства.
Но в Англии он был сделан только наполовину, в том смысле что только часть королевской казны была отдана на хранение ордену Храма в конце правления Генриха II. Другая часть - гардероб - находилась под надежной охраной в Лондонской башне.
Во Франции, напротив, вся королевская казна хранилась в парижском доме Храма (Тампле) еще с середины XII в.
Финансовая активность ордена Храма была заметна и в других областях. В Англии тамплиер Гилберт Хокстон собирал десятину для короля, но немного оставлял себе. Когда об этом стало известно, король его простил, а магистр — нет и подверг суровому наказанию.64
Не смотря на то, что тамплиеры славились как финансисты и банкиры, со второй половины XII века общая репутация ордена постоянно ухудшалась.
Это зависело от событий происходивших на Святой Земле, там тамплиеры располагали двумя десятками мощных замков с гарнизонами и армией в размере около 300 рыцарей и несколькими тысячами сержантов, в условиях, когда объединенная армия Иерусалимского короля редко когда превышала 1000 рыцарей, они были грозной и влиятельной силой. Орден часто пытался следовать собственной политике, и очень часто это политика шла в разрез с интересами крестоносных государств и других орденов.65
Европа была прекрасно осведомлена о часто неприглядной деятельности ордена на востоке, но как это обычно бывает, они еще обрастали слухами, говорили, что орден специально сдал Иерусалим мусульманам, винили его в неудачах крестовых походов и даже обвиняли в вероотступничестве. Особенно ополчилось на него европейское духовенство, ведь у него на это были и свои причины- тамплиеры были их прямыми экономическими конкурентами.66
2.3 Политическая деятельность тамплиеров. Падение Иерусалима
Первые предпосылки к появлению врагов у ордена проявились, когда паломник Иоанн Вюрцбургский, после II крестового похода, посетивший Иерусалим, отмечал, что орден Храма раздает щедрые милостыни приверженцам Христа, но даже не десятую часть того, что дает орден госпитальеров. Однако благотворительность ордена Храма была велика и ее оказывали с благородной учтивостью.67
После падения
Иерусалима
в 1187 г. и горькой
участи многих
бедняков, за
которых не был
внесен выкуп,
молва обвинила
тамплиеров
в отказе заплатить
за бедняков
выкуп. По мнению
Мелвиль, с этого
момента, белые
плащи рыцарей
Храма перестают
олицетворять
чистоту и
невинность.68
Во время ожесточенной
борьбы меж
папой и Фридрихом
II тамплиеры
выступили на
стороне папы,
всячески
противодействуя
стремлениям
Фридриха захватить
власть в Иерусалиме
и на Кипре. Его
письма, разосланные
всем европейским
дворам, полны
змеиного шипения
и распространяют
ядовитые обвинения
о сговоре рыцарей
Храма с врагом.
Многие подозрения,
нависшие в
дальнейшем
над Домом, берут
начало в речах
императора.
Орден приобрел 2 сильных врагов – родственника Фридриха, герцога Ричарда Корнуэлльского и Матвея Парижского, монаха Сент-Олбанского монастыря. Последний, по мнению Мелвиль, опередил свое время на 3 века, будучи сторонником того, что, впоследствии было прозвано протестантизмом. Он испытывал отвращение к финансовым делам тамплиеров, обвиняя их в порочности. С их желчными речами намечается тенденция на сплочение врагов Ордена Храма.
Тамплиеры пользовались неприкосновенностью на войнах меж христианами и связями с знатнейшими родами для влияния политику. Мельвиль приводит пример как они во время столкновений короля Англии Генриха II с архиепископом Кентерберийским Томасом Бекетом в 1164 г. привели Бекета к подписанию Кларендонских коституций.
Папа Урбан IV поручил 3 храмовникам контролировать состояние замков в Папской области, а в Акре тамплиерам одинаково доверяли и Ричард I, и Филипп Август.69
Орден получал от феодалов право управления территориями – напр. договоры меж орденом и графами Беренгариями в Испании, получение замков и фьефов в Палестине.
На Востоке храмовники показали себя прекрасными дипломатами. Несмотря на статус непримиримых врагов сарацин, они вступили в отношения с теми, у кого красный крест вызывал ужас. После провала II крестового похода у стен Дамаска прослеживается четкая ориентировка ордена на доброжелательные отношения с Дамаском - против Мосула. Незадолго до похода, храмовников посетил «самый обворожительный из послов» от султана Дамаска Усама ибн Мункид, который описал свое пребывание:
Во время посещения Иерусалима я вошел в мечеть Аль-Аксар. Когда я вступил в мечеть Алъ-Аксар, занятую тамплиерами, моими друзьями, они мне предоставили эту маленькую мечеть творить там мои молитвы. Однажды я вошел туда и восславил Аллаха. Я был погружен в свою молитву, когда один из франков набросился на меня, схватил и повернул лицом к Востоку, говоря: "Вот как молятся". К нему кинулась толпа тамплиеров, схватила его самого и выгнала… 70.
Через 10 лет после этих событий фаворит каирского халифа Насреддин убил господина, его братьев и визиря. Усама, живший в Каире, был замешан в заговоре. Заговорщикам пришлось бежать. Сестра халифа пообещала тамплиерам щедрую награду за бежавших. Те захватили Насреддина и брата Усамы. Усама ускользнул. Орден выдал Каиру Насреддина за 60 000 динаров. Усама вскоре встретился с Зенги, атабеком Мосула, который захватил Дамаск и, с его помощью, обменял своего брата на тамплиера по прозвищу Меченый. Усама рассказывает эту историю четко и без проявления неприязни по отношению к тамплиерам. Но Гийом Тирский, ненавидивший храмовников, обвинил их в предательстве по отношению к Насреддину, якобы искавшему у них помощи, собиравшемуся стать христианином и изучить французский язык за 4 дня..71
Критическое отношение к фактам доказывает лживость рассказа, сочиненного, чтобы очернить орден, могущество и богатства которого уже породили завистников.
В феврале 1167 года храмовники сыграли ведущую роль в заключение договора меж иерусалимским королем Амальриком и каирским халифом, скрепив его неслыханным для мусульман рукопожатием. Фактически договор заключил тамплиер Жоффруа Фуше.
В 1172 году Старец Горы, глава секты исмаилитов (ассасинов), обосновавшейся на отрогах Ливанских гор, направил своих посланников в Иерусалим, предлагая союз против сарацин; он, якобы, изъявлял желание принять Христа со всеми ассасинами. Амальрик без колебаний принял предложения Старца Горы и отправил посланцев с письмами и подарками этому шейху, тамплиеры напали на них и перерезали всех. Амальрик принес извинения Старцу Горы и потребовал у магистра ордена выдачи виновных. Одон де Сент-Аман ответил, что убийцей был брат Готье дю Месниль, которого будет судить капитул; передать его в руки короля он отказалсяАмальрик с несколькими отрядами осадил командорство Сидона и захватил самого брата Готье. Одновременно король поведал Гийому Тирскому, что намеревается укротить орден, независимость которого начала угрожать королевству; внезапная смерть помешала осуществить эти планы. В магистерство Одона де Сент-Амана (1170-1180) тамплиеры и госпитальеры, завидовавшие друг другу, довели свои отношения до бурной ссоры. Но, кажется, магистры обоих орденов осознали, что подобная борьба неуместна, так что с одной стороны брат Одон и Роже де Мулен - с другой выработали условия, которые, в случае конфликта, следовало рассмотреть прежде всего трем братьям из каждого ордена, выбранным командорами Домов; если же они не придут к согласию, должно было воззвать к общим друзьям и в конце концов — к магистрам орденов.72
Одна из главных причин трагедии ордена, по мнению Мелвиль - правление Великого магистра Жерара де Ридфора (1184-1189), избрание которого вслед за де Сент-Аманом не нашло понимания среди рыцарства Храма. Он воспользовавшись постом, предался мести за обиды молодости, предприняв гибельные решения, обернувшиеся уничтожением мощи ордена при Хаттине в 1187 г. и потерей Иерусалима.
В 1198 меж тамплиерами и госпитальерами вспыхнула настоящая война по поводу фьефа, находившегося между Маргатом и Валанией.73 Вскоре Орден был втянут в войну меж королем Киликийской Армении Львом II и Боэмундом IV Триполитанским, - в борьбу, ставкой в которой было княжество Антиохийское. На стороне армян выступили госпитальеры. Тамплиеры выстояли в кровавой борьбе, насыщенной предательством, интригами, взаимными жалобами магистров в Рим, отлучениями феодалов и вышли победителями в 1213 г., вернув свои владения и сыграв главную роль в отлучении армянского короля от церкви. Вышеупомянутый император Фридрих II, отлученный от церкви, не сумев захватить власть в Палестине, сделал все для ослабления обороноспособности Святого Града, забрал себе все осадные машины из города – позднее он отослал часть их султану Каира как «своему доброму другу». Глава семейства Д`Ибелен Жан, непримиримый враг Фридриха незадолго до смерти стал братом ордена Храма. Кончина главы Д'Ибеленов, бывших главными претендентами на иерусалимский трон отдали власть в руки патриарха и магистров Храма и Госпиталя. Тамплиеры возвращались к идее альянса с Дамаском. Видя, что опасность шла из Каира, они желали приобрести союзника разобщенным христианам. Госпитальеры склонялись к договору с Египтом. Рыцари обоих орденов избивали друг друга на улицах Акры и осаждали одни других в командорствах. Тамплиеры изгнали тевтонских рыцарей, сторонников Фридриха II, из Акры и принудили укрыться в принадлежавшем им замке Монфор.
Подвиги тамплиеров на поле битвы можно отнести еще к I половине XI века, когда они принимали активное участие в испанской Реконкисте. Первым общепризнанным европейскими феодалами военным успехом тамплиеров было спасение жизни многим французским крестоносцам и королю Людовику VII в горах Лаодикеи, в 1146 г., когда крестоносцы попали в засаду, под град турецких стрел. Тамплиеры, ветераны необъявленного крестового похода в Испании, организовали спасение лошадей и поклажи.74
25 ноября 1177 года храмовники были в первых рядах отряда под командованием героя Святой Земли – короля Балдуина IV. Тогда горстка христиан стремительно атаковала у Лидды и обратила в бегство многотысячную орду Саладина.
Ярким примером доблести и чести тамплиеров является Одон де Сент-Аман, умерший в плену после захвата Саладином замка Шатле в 1179 году. На предложение выкупа брат Одон заявил, «что тамплиер может предложить в качестве выкупа лишь свой боевой пояс».75
Жак де Витри так охарактеризовал тамплиеров: «…почему они вызывали такой ужас у врагов веры Христовой - ведь они в одиночку способны были выступить против тысячи, а вдвоем могли преследовать десять тысяч». Арабский историк Ибн ал-Асир, наиболее внимательный летописец Саладина, считал тамплиеров и сердцевиной и движущей силой войска франков. После победы над франками при Тивериадском озере в 1187 г. Саладин приказал отрубить головы пленным тамплиерам и госпитальерам, ведь «они проявили большее рвение в бою, чем остальные франки».76 В 1241 г. монголы обрушились на Европу. Тамплиеры провинций Рига, Славония и Венгрия пали в первых рядах у Легницы и Мохи. В 1244 году на христиан обрушились орды египетских мамлюков и туркмен, изгнанных монголами, под командованием бывшего монгольского раба Бейбарса. 17 октября бесчисленные войска азиатов атаковали христиан и их союзников из Дамаска. Через 2 дня Великий магистр ордена Храма Арман Перигорский погиб в бою с 300 рыцарей Храма и 200 рыцарями Госпиталя. Магистр Госпиталя был захвачен в плен. Фридрих II в поражении обвинил храмовников, предавшихся Дамаску и рыцарей-мирян Святой Земли, «взращенных в роскоши».77
В последние дни Иерусалимского королевства братья были в первых рядах христиан, павших в неравном бою. 16 мая 1291 года Великий магистр Гийом де Боже погиб при героической обороне Акры. Командование принял маршал Пьер де Севри. Султан клятвенно обещал сохранить жизнь всем сдавшимся в плен. Но слово не сдержал…
Резиденция тамплиеров была последней христианской твердыней в Акре. Сложившие оружие братья погибли в последней схватке с сарацинами султана-клятвопреступника. Оставшиеся в живых братья заперлись в Храме. Турки стали подкапывать основание. 18 мая Храм обрушился, похоронив всех христиан и более 2000 конных сарацин. На Святой Земле еще остались 3 очага сопротивления – замки ордена Храма Сайет, Бероф и Атлит. Гарнизоны Сайета и Атлита, видя безысходность, отплыли на Кипр. Братья Берофы доверились клятве эмира – все были повешены палачами клятвопреступника.
Некоторые храмовники, находившиеся в Европе, пользовались своим положением, творили жестокости и несправедливости. Ярким примером этого служит Шотландия, где все тамошние рыцари Храма были англичанами и пользовались большими привилегиями во времена правления ненавидимого шотландцами короля Эдварда Длинноногого. Магистр ордена в Англии и Шотландии Брайан де Джей и послужил для Вальтера Скотта образцом беспринципного и алчного тамплиера, с которого был списан образ Бриана де Буагильбера для произведения «Айвенго». Де Джей прославился своей алчностью и жестокостью в отношении шотландцев. Он нарушил Устав ордена, когда выступил на стороне английского короля во врем восстания Уильяма Уоллеса в Шотландии. Брайан де Джей погиб в битве под Фалкирком в 1298 году, храбро сражаясь в первых рядах против шотландских бунтовщиков, по словам английских хронистов
Выводы к главе 2
Реконструкция возникновения военно-монашеского братства тамплиеров и важнейших особенностей этого братства позволяет выявить общие черты становления сообщества воинов-монахов: монашеские обеты; следование единому орденскому уставу; мотивация идеалом угодного Богу благотворительного и воинского служения; слияние идеи жизни в Земном Граде и Граде Небесном, а значит и монашеского и воинского служения ради защиты Небесного Града; функция вооруженной защиты паломников и охраны Святой Земли; обеспечение воинов-монахов доходами из имущества короля и сеньоров. Такая организация позволяла орденам стать эффективными моделями влияния церкви, играть существенную роль в ее стабилизации и развитии. Благодаря своим обширным владениям, многочисленности, Дипломатическому и военному искусству орден Храма пригрел огромное политическое и военное влияние. Однако финансовая мощь тамплиеров была столь же велика, и их деятельность существенно повлияла на основы экономики той эпохи.
Орден нередко выполнял функции банкира, чему способствовала интернациональная природа этой организации, но главной целью его учреждения была военная защита государств, созданных крестоносцами на Востоке; собственно, и сам орден зародился на этих землях и благодаря своей тамошней деятельности приобрел славу и могущество. Однако в 1291 г. христианские поселенцы были изгнаны из Палестины египетскими мамелюками, и существование тамплиеров, таким образом, лишилось своего основного смысла.
Глава 3. Гибель Ордена Храма
3.1 Гибель Иерусалимского королевства под натиском мусульман. Разрушение Ордена
Политическая деятельность рыцарей Католической Церкви не ограничивалась только Западом - и с Исламским миром Орден установил тесные деловые отношения. Даже сарацины, против которых боролись крестоносцы, оказывали Тамплиерам гораздо больше уважения, чем другим европейцам.78
Рыцари-храмовники имели сношения даже с Ассасинами, исламским террористическим религиозно-политическим Орденом, который платил тамплиерам дань. Почти на всех политических уровнях храмовники выступали как официальные третейские судьи, и нередко короли признавали их авторитет.
Однако же основным направлением деятельности тамплиеров была война с сарацинами, и именно на эту войну уходило большинство богатств ордена. Практически все Западные командорства трудились ради Святой земли - они поставляли деньги на содержание крепостей и наёмников и, конечно, отправляли в Палестину новых воинов. По всей территории Иерусалимского королевства храмовники развернули широкую военную деятельность - они участвовали практически во всех вооружённых столкновениях, поддерживали все крестовые походы, самостоятельно осаждали замки неверных и нападали на их отряды. Известно, что тамплиеров и госпитальеров мусульмане боялись особенно сильно. Султан Саладин настолько ненавидел рыцарей - монахов за их неустрашимость, что сказал Я очищу землю от этих поганых орденов".
Все крупные битвы проходили при непосредственном участии тамплиеров. В 1153 году во время осады Аскалона погиб Великий ордена магистр Бернар де Трембле и сорок рыцарей, которые ринулись в пролом в стене, но пали, блокированные защитниками города. В течение XII века тамплиеры играли главенствующую роль на полях сражений в Палестине. Людовик VII предводитель второго крестового похода, писал, что тамплиеры оказали ему огромную поддержку: +мы не можем себе представить, как бы мы смогли прожить хотя бы миг в этих краях без их помощи и участия+" 4 июля 1187 года магистр тамплиеров Жерар де Ридфор был инициатором атаки войск Саладина у Рогов Хаттина, где войска крестоносцев потерпели крупное поражение. Тамплиеры заплатили огромную цену за тактическую ошибку - 230 рыцарей погибли, магистр попал в плен. Но даже катастрофа при Хаттине не поколебала мощь ордена.
1187 войска египетского султана Саладина взяли Иерусалим, тамплиеры перенесли свою резиденцию в Акру. После падения Иерусалима. Ордена Тамплиеров и Госпитальеров заняли и почти все важные замки севера Сирии, расширив или восстановив девять крепостей из десяти. Ожесточенное соперничество, развернувшееся в XIII веке между тамплиерами и госпитальерами, двумя крупнейшими орденами крестоносцев, ослабило и тот и другой и имело для них плачевные последствия. Несмотря на лишение Святого Города Тамплиеры не оставили борьбы и принимали активное участие в третьем крестовом походе, проявив столько же благоразумия, сколько и воинственного пыла. Тамплиеры превращались в истинных правителей Иерусалимского королевства: они отлично ориентировались на местности, лучше разбирались в политике на Святой земле, чем предводители крестовых походов и обладали превосходной дисциплиной.
Когда в 1228 году Фридрих II заключил с мусульманами договор, по которому последние передавали христианам Иерусалим, тамплиеры пришли в негодование и резко высказались против этого шага. Рыцари Храма, которые провели многие годы в Палестине, отлично понимали, что Иерусалим, находящийся в кольце мусульманских замков, может быть захвачен в любой момент и бессмысленный договор принесёт христианам гораздо больше вреда, чем пользы. Фридрих II пошёл на открытый конфликт с тамплиерами, на что тамплиеры ответили ему, что если он не уберётся, они отправят его туда, откуда он не вернётся больше". В устах тамплиеров эти слова не были пустыми угрозами, и напуганный император в скорм времени покинул Святую землю, оставив её в гораздо более бедственном положении, чем до его прибытия.
Седьмой крестовый поход под предводительством Людовика Святого разрушил договор установленный между тамплиерами и султаном Дамаска. Людовик был плохим знатоком арабского мира и не понимал выгоды этого альянса; он горячо порицал Великого магистра тамплиеров за этот союз. Однако храмовники знали, что Людовик IX скоро возвратится в Европу и это придаст смелости мусульманам. Отсюда их стремление заручиться хотя бы нейтралитетом Дамаска. Зная, как дальше развивались события,+мы не можем не признать правоту тамплиеров и не признать их прозорливость". Когда в 1254 году Людовик Святой покинул Палестину, от государства крестоносцев оставалась лишь видимость: не было не центральной власти, ни границ. Внешнее положение остатков Иерусалимского королевства становилось всё более угрожающим, внутри его терзали междоусобные войны. При подобных обстоятельствах на магистра ордена Храма легла большая ответственность: фактически духовно-рыцарские ордена оставались единственной реальной силой и властью в Святой земле. Дело крестовых походов уже было проиграно, но эти последние рыцари не оставляли начатого. Два последних главы Дома на Востоке, Тома Беррар и Гийом де Боже, оказались на высоте своего призвания, хотя им становилось всё труднее при непрерывных катастрофах, изматывающих Святую землю, и возрастающем безразличии западных властителей.
В то время, когда вокруг всё рушилось, тамплиеры оставались верными себе, но даже этих твёрдых духом монахов не могли не потрясать потери, одна за другой подводящие Святую землю к окончательному падению. В 1265 году, после потери Арсуфа, один неизвестный тамплиер написал известную поэму под названием Гнев и боль+", в которой выразил общее настроение, царившее в то время в Палестине. 79
Уже в 1273 году, при вступлении на пост магистра - Гийома де Боже, территория Иерусалимского королевства ограничивалась несколькими городами со столицей в Акре. Христиане теряли последние города, и 5 апреля 1291 года султан Килавун осадил Акру - последний оплот христианства в Палестине. В жестоких уличных боях погиб магистр, в городе началась резня. Тамплиеры и госпитальеры действовали необыкновенно слажено - перед лицом смертельной опасности враждующие братья полностью помирились. В конце концов, в разрушенном городе остались только полностью окружённые храмовники. Они укрылись в башне собственной резиденции и в течение нескольких дней оказывали сопротивление войскам султана. Вскоре мусульмане бросили все силы на башню ордена Храма, и она была подкопана. 18 мая 1291 года, когда на башню со всех сторон стали взбираться враги, та обрушилась, погребая под собой и христиан и неверных.
Оставшиеся в живых тамплиеры и госпитальеры скрылись в башне своей резиденции, где им удавалось некоторое время оказывать сопротивление врагу, но мусульмане, которые не могли их оттуда «достать», придумали способ решить все разом. Они начали одновременно подкапывать и разбирать башню, что и привело к ее обрушению. Она упала, погребя под собой и рыцарей, и сарацинов.
Все эти события в один момент закрыли эту главу истории христианского рыцарства, поставив точку в повести об Иерусалимском Королевстве.
Оставшиеся тамплиеры обосновались на Кипре, но некоторое время спустя, перенесли свою главную резиденцию в Париж. Начиная с этого времени, орден, лишённый основной цели, начнёт свой путь к падению.
3.2 Стремления Филиппа IV Красивого установить протоабсолютистскую систему правления. Гибель Ордена Храма. Процес тамплиеров как уникальный пример средневекового права
Ранним утром 13 октября 1307г., в пятницу, члены ордена, проживавшие во Франции, были внезапно арестованы чиновниками короля Филиппа IV именем Святой инквизиции, а владения тамплиеров переходили королю.
Братьев обвиняли в тягчайшей ереси - в том, что они отрекались от Иисуса Христа, плевали на распятие, питали склонность к гомосексуализму, и поклонялись идолам на своих собраниях. Эти обвинения основывались на доносах некоторых рыцарей, исключенных из ордена за пороки и недостойные поступки. Некоторые из этих рыцарей лично были знакомы с будущими обвинителями ордена. В октябре и ноябре арестованные тамплиеры почти одновременно признали свою вину.
Ко многим заключенным применялись ужасные пытки, а ведь многие из допрашиваемых были не закаленными в бою, полными сил воинами, а служителями, работавшими в хозяйствах ордена или пожилыми ветеранами, ушедшими на покой в Европу. Затем де Моле публично повторил свое признание перед собранием теологов Парижского университета.
Со своей стороны Филипп написал монархам христианского мира с просьбой последовать примеру и произвести аресты тамплиеров, поскольку все они стали отъявленными еретиками.
Климент V воспринял эти аресты как посягательство на его авторитет. Однако после вспышки возмущения он попытался взять ответственность за случившееся на себя. 22 ноября 1307 г. он издал буллу «Pastoralis praeeminentiae», в которой отдал приказ всем монархам произвести аресты тамплиеров и именем папы начать отчуждение их земель. Булла положила начало процессам в Англии, на Пиренейском полуострове, в Германии, Италии и на Кипре. Два кардинала были посланы в Париж для того, чтобы лично допросить руководителей ордена.
Однако в присутствии представителей папы де Моле и генеральный смотритель де Пейро отказались от признаний и настоятельно просили остальных сделать то же. В начале 1308 г. папа приостановил инквизиционные процессы.
Филипп IV и его легисты целых полгода тщетно пытались воздействовать на папу, побуждая его вновь начать следствие, манипулируя общественным мнением и мнением богословов, а также намекая папе на возможность санкций против него. Кульминацией этой кампании явилась встреча короля и папы в Пуатье в мае-июне 1308 г. Папа начал два расследования: одно должно осуществляться папской комиссией внутри ордена, второе - серия судебных процессов на уровне епископств, где местные суды должны были определить виновность каждого брата ордена.
На октябрь 1310г. был намечен Вьенский собор, которому предстояло вынести решение по делу тамплиеров. В Шинон были посланы три кардинала, чтобы выслушать признания руководителей ордена. Те вернулись к исходным показаниям. Епископальные расследования, проводившиеся под давлением со стороны епископов, связанных с французским престолом, начались, видимо, в 1309 г., и, в большинстве случаев тамплиеры повторили свои первоначальные признания после применения тяжких продолжительных пыток. Папская комиссия, расследовавшая деятельность ордена в целом, начала слушания по делу лишь в ноябре 1309 г.
Сперва казалось, что все пойдет по хорошо проторенному пути «добычи» признаний, однако, сперва неуверенно, а затем со все большей убежденностью, братья-тамплиеры перед лицом папской комиссии, вдохновляемые двумя талантливыми братьями-капелланами - Пьером де Болоньей и Рено де Провеном, - последовательно защищали орден и достоинство. К началу мая 1310г. почти шестьсот тамплиеров пришли к решению защищать орден, отрицая истинность вырванных под пытками признаний, сделанных либо перед инквизиторами в 1307 г., либо перед епископами в 1309 г. Папа поняв, что близкого конца процессу не предвидится, отложил Собор на год. Филипп IV предпринял жесткие меры. Архиепископ Санса, ставленник короля, вновь начав