Англия и Нормандия накануне завоевания
А оно ему в этот день требовалось частенько. Вначале бретонцы на левом фланге увязли в болоте и стали беззащитной мишенью для английских дротиков, пращей и стрел. Атака на правом фланге была отбита с большими потерями для нападавших. Боевой дух нормандцев стремительно падал, и вот уже по войску пронесся слух, что герцог пал, и началась настоящая паника. Нормандцы начали стремительно отступать. Вильгельм снял свой шлем и, потрясая им, зычно, как боевая труба, закричал:
" Я еще жив! Я жив и с Божьей помощью еще одержу победу!"
И Бог в этот день оказался на его стороне.
Герцогу удалось прекратить панику, остановить готовившееся бежать войско и опять бросить его в атаку. Взбешенный неудачами, герцог ринулся прямо на королевский штандарт, прокладывая себе дорогу своей знаменитой палицей. Ударом палицы он даже убил брата короля Гурта, но конь под ним пал, и до штандарта он не добрался. Какой-то нормандский рыцарь не захотел уступить герцогу своего коня. Тогда герцог сорвал его с коня и бросил на землю. Коня он обрел очень даже вовремя, так как часть его армии опять обратилась в бегство. Личным присутствием и зычным голосом Вильгельм остановил бегство. И тут его осенило. Хоть первая линия частокола и была прорвана нормандцами в нескольких местах, дальше они уткнулись в неприступную стену английских щитов. А Вильгельм заметил, что во время отступления его войск, часть англичан была готова оставить свою неприступную позицию для преследования неприятеля. Тогда он прибег к хитрой уловке и скомандовал своей пехоте отход. Увидев это, часть английского войска бросилась преследовать неприятеля. Тщетно Гарольд и его военачальники пытались удержать на позиции свое плохо обученное войско. Храбрость не могла компенсировать отсутствие выучки. Это в конце-то концов и погубило англичан. На выманенных с их неприступных позиций англичан с флангов во главе своей конницы обрушился Вильгельм и порубил их. Затем нормандцы прорвались сквозь покинутые позиции англичан и ворвались в лагерь. Это было около трех часов пополудни. В это же время бретонцы, наконец, одолели болото и ворвались в лагерь, а с правого фланга удалось ворваться французам. Казалось, что позиция англичан взята, но бой продолжался еще до темноты.
Самое ожесточенное сражение развернулось вокруг королевского штандарта, где мужественно бились телохранители Гарольда. И в шесть часов вечера еще шел ожесточенный бой. Казалось, что он закончится только с наступлением полной темноты, но тут Вильгельм выдвинул вперед своих лучников, и настал их час. Тучи стрел посыпались на англичан сверху и проделали очень заметные бреши в их сплоченном строю. Незадолго перед закатом солнца стрела поразила в правый глаз Гарольда, и он пал подле своего штандарта. На этом месте позднее был воздвигнут главный алтарь аббатства Битвы. Сама же битва завершилась отчаянной схваткой над телом погибшего короля, во время которой полегли все до единого телохранители Гарольда. Наступившая ночь прикрыла бегство уцелевших англичан. А Вильгельм поставил свою палатку на том месте, где пал Гарольд, и
"сел есть и пить среди трупов", -
как сообщает летописец.
Часть XVIII. Первые шаги Завоевателя.
Несколько дней после битвы у Сенлакского холма Вилли провел в бездействии. Он выплеснул столько энергии в один день, что даже такому могучему человеку, как он, пришлось потратить несколько суток для восстановления сил. Это едва ли не единственный случай в его биографии, когда он несколько дней практически ничего не делал. Вилли полагал, что теперь все должны были понять, что именно он является законным королем Англии. Он рассматривал прошедшую битву, как Божий суд, и Бог, ведь, решил это дело в его пользу. Вилли ожидал немедленного изъявления покорности от своих мятежных подданных (а именно так он рассматривал всех англичан). Он ждал, но никто не спешил в его лагерь. В стране кто с любопытством смотрел за дальнейшим ходом развития событий, а кто, как, например, лондонцы, готовились к отпору иноземцам. Несогласованность действий англичан была только на руку Вилли.
Немного передохнув, Вилли начал действовать. Он занял Ромни и Дувр, обеспечив, таким образом, себе тыловое прикрытие. Вдова Эдуарда Исповедника безо всякого сопротивления и угроз впустила Вильгельма в Винчестер.
А в Лондоне тем временем обсуждали создавшееся положение. Король Гарольд пал в битве вместе со всеми своими братьями, так что из семейства Годвина претендентов на английский престол уже не было. Был, правда, жив внук Эдмунда Железнобокого от его старшего сына Эдуарда, Эдгар (Эттелинг), который родился в Венгрии, прибыл в Англию с отцом и почти сразу же остался сиротой. Вот этого мальчика знатные вельможи королевства с согласия уитаногемота и избрали королем Англии, но это избрание ничуть не помогло общенациональному делу, так как реальной поддержки в стране у него не было. Эдвин и Моркер, правда, прибыли в Лондон для избрания короля, но они, в основном, зондировали почву для обеспечения своей независимости.
Епископы, собравшиеся в Лондоне для избрания короля, очень скоро поняли, что совершили ошибку, и стали склоняться в пользу кандидатуры Вильгельма. Лондон пребывал в растерянности. Но тут Вилли с одним из своих отрядов прошел мимо городских стен в Саутуорк и привел его к покорности, предав город огню. Лондонцы сразу же поняли намек претендента на престол. Юный король Эдгар (Эттелинг) нуждался в поддержке графов Эдвина и Моркера, но его надежды не оправдались. Едва Вилли переправился через Темзу у Валлингфорда и занял Герфордшир, грозя отрезать графов от их владений, как те поспешили в свои владения. Ведь своя шкура гораздо ближе к своему же телу! Лондон тоже изъявил покорность Вильгельму. Что оставалось делать юному королю?
Пришлось Эдгару (Эттелингу) лично явиться к Вильгельму во главе представительной делегации английской знати и духовенства и предложить ему английскую корону. Лондон открыл перед ним свои ворота. Летописец патетично отмечал:
"Они преклонились перед ним по необходимости!"
Естественно, что по необходимости! Следует отметить, что Вильгельм принял английскую корону почти также как король Кнут незадолго до него. Только жестокостей и расправ в этот раз не было. Вильгельм только наложил денежные штрафы на крупнейших землевладельцев в наказание за вооруженное сопротивление, оказанное ему, которое он рассматривал как мятеж против законного короля. Других репрессий не последовало. Вильгельм хотел править как наследник таких славных королей, как Альфред, а не как узурпатор.
Коронация Вильгельма состоялась 25 декабря 1066 года в день Рождества Христова. Это был пятый король Англии за один год. Не верите? Давайте считать: Эдуард Исповедник, Гарольд, норвежец Гаральд, Эдгар и, вот теперь, Вильгельм. Вильгельм принял корону в Вестминстере из рук архиепископа Элдреда под крики
"Да! Да!"
своих новых подданных. Впрочем, большинство из них собралось здесь из простого любопытства, и никакой враждебности к Вильгельму они не испытывали. А после благословения церкви Вильгельм стал их законным королем. Правда, большая часть Англии еще оставалась как бы в стороне от этих событий. А Мерсия и Нортумбрия просто не признавали Вильгельма своим королем.
А тот пока и не торопился. В его распоряжении была вся южная Англия, а также часть страны к востоку от линии Норвич - Дорсетшир. В этой части его власть никто не оспаривал, и он правил здесь как король. Свое войско Вильгельм держал в строгой дисциплине, и не позволял ему безобразничать в своей, уже, стране. Вильгельм не стал пока отменять никаких законов, сохранял все обычаи, признал привилегии Лондона особой грамотой, которая до сих пор хранится в городском архиве как самый драгоценный памятник старины. В стране был восстановлен мир и порядок. Король Вильгельм даже пытался выучить английский язык, чтобы лично судить своих подданных, но без особого успеха.
Нет, я буду не прав, если скажу, что Вильгельм так уж ничего и не менял. Все сражавшиеся против него 14 октября были объявлены изменниками и их имения были конфискованы. Этот фокус позднее повторил Генрих VII. Все противники нового короля правда пали в битве, но это неважно. Были конфискованы все земельные владения семейства Годвина, а сам Вильгельм официально вступил во владение всеми королевскими землями. Но все это было сделано согласно феодальному праву и существовавшим тогда в Англии законам, которые Вильгельм применял одинаково ко всем подданным. Те землевладельцы, которые не оказали ему поддержки 14 октября, тоже были объявлены изменниками, но им позволялось выкупить свои имения после признания нового короля. Те же англичане, которые с самого начала поддержали Вильгельма, а таких было немало, были щедро награждены новым королем. Вильгельм также щедро наградил своих соратников, награждая их землями конфискованными у "мятежников". Вильгельм в этот период своего правления еще не делал резкого различия между нормандцами и англо-саксами, и даже между победителями и побежденными. Он был королем для всех, и все должны были подчиняться одним и тем же законам. Это была гениальная политика, я не боюсь таких патетических слов, и она позднее дала очень богатые плоды.
А пока королевство казалось настолько умиротворенным, что в начале 1067 года, всего через несколько месяцев после сенлакского сражения, Вильгельм рискнул покинуть Англию и съездить в Нормандию для улаживания местных дел. Он очень хотел создать единое государство из Англии и Нормандии, и нет его вины в то, что эта идея не осуществилась. Слишком многих правителей сама мысль о существовании такого объединенного государства приводила в ужас, даже далекий Рим. Что уж говорить о ближайших соседях, которые совсем не желали появления у своих границ такого хищного монстра. Англию Вильгельм оставил под присмотром своего брата Одона (Одо), епископа Байе, и министра Вильгельма Фиц-ОсборнаЧасть XIX. Завоевание Англии.
Большинство людей склонны полагать, что прозвище Завоеватель Вильгельм получил после битвы при Гастингсе на Сенлакском холме. Это совсем не так. Дело в том, что завоевание Англии только еще начиналось. Волнения в стране начались сразу же после отъезда короля в Нормандию в 1067 году. Вначале жители Кента, недовольные жестким правлением епископа Одона, обратились за помощью к графу Евстафию Булонскому. Попытка последнего высадиться в Дувре была отражена местными, то есть английскими, силами. Недовольные новым королем вынуждены были спасаться на континенте, а целый отряд нашел убежище аж в Константинополе, где с этих пор образовалась и англо-саксонская часть варяжской дружины при дворе императоров. На западе страны знамя мятежа попытались поднять валлийские князья. Но это были еще цветочки:
На юго-западе страны вспыхнул мятеж в Эксетере. Пришлось королю срочно возвращаться в Англию. К Эксетеру подошла армия, ядро которой составляли нормандские рыцари, но большая часть которой состояла из ополчения (милиции) тех графств, которые оставались верными королю. Город сдался через неделю осады, а Вильгельм ограничился наложением на горожан тяжелой контрибуции и постройкой хорошо укрепленного замка, который держал бы жителей Эксетера в повиновении. Кстати, такой же укрепленный замок и с такой же целью уже был ранее заложен в Лондоне, который позднее превратился в Тауэр.
Не успел Вильгельм замирить Эксетер, как за оружие взялись старые смутьяны Эдвин и Моркер. Во главе английской же армии двинулся король на север и последовательно занял Ноттингем, Лейстер, Йорк и Дерхэм. Страна успокоилась, Вильгельм амнистировал опальных вассалов. Казалось бы, что можно отдыхать. Вильгельм так и поступил.
А тут в ход событий вмешался датский король Свен, который долго присматривался к событиям в Англии и решил, наконец, оспорить у нормандцев права на Остров. В 1068 году датский флот появился в Хамбере и высадил на берег экспедиционный корпус для завоевания страны. В Англии сразу же вспыхнуло обширнейшее восстание. Сразу же восстал Данло, а к нему моментально присоединились весь север и запад Англии. На юго-западе страны восстали Девон, Сомерсет и Дорсет. Восставшие первым делом осадили Эксетер и Монтакут. Только наличие сильно укрепленного нормандского лагеря в Шрусбери помешало восстанию охватить весь запад страны. В Нортумбрии восстание возглавил несостоявшийся король Эдгар (Этелинг), который с небольшим отрядом сторонников до этого искал убежище в Шотландии у Малкольма II.
Вторжение датчан и восстание в стране застали Вильгельма врасплох. Он как раз спокойно охотился в динских лесах, когда пришли известия о высадке датчан, восстании в стране и мятеже в Йорке, где был полностью истреблен трехтысячный нормандский гарнизон. Сказать, что король был в гневе и ярости, значит не сказать почти ничего. Вильгельм поклялся жестоко отомстить Северу за такое вероломство. Но даже в гневе Вильгельм не потерял головы. Он очень быстро понял, что центром и причиной восстания послужило присутствие датского флота в стране. С небольшим отрядом рыцарей Вильгельм поскакал к Хамберу и там добился встречи с королем Свеном. Пусть и очень дорогой ценой, но Вильгельму удалось купить обещание датчан не вмешиваться в английские дела, а также их обещание о немедленной эвакуации. Датчане сдержали свое слово, так как Свен предпочел живые и очень приличные деньги непредсказуемости военной судьбы.
Тогда Вильгельм оставил Йорк на десерт (вкусное - на третье!), а сам с собранными по пути войсками прибыл на западную границу и быстро навел там порядок. Фиц-Осборн тем временем сбил осаду с Эксетера и подавил восстание на юго-западе. Эти успехи позволили королю вплотную заняться Севером и исполнить свою клятву. Правда, его надолго задержал разлив Айры, но это не помешало Вильгельму в конце концов войти в Йорк. Затем король опустошил огнем и мечем всю страну к северу от Йорка до Тиса. Вот тут он повел себя как жестокий завоеватель. Города и селения подвергались разграблению, а затем сжигались. Истреблялось местное население, а уцелевшие бежали в Шотландию. Особенному опустошению подверглось морское побережье, чтобы у возможных будущих вторжений датчан не было опоры в стране. Уничтожалось все: хлеб на корню, скот, сельскохозяйственные орудия и утварь. Все было истреблено с такой безжалостностью, что последовавший голод унес около ста тысяч жизней. Еще через пятьдесят лет после описываемых событий Нортумбрия представлялась безжизненной пустыней, а Север Англии на несколько сотен лет стал самой бедной частью страны.
Завершив мщение, король привел свою армию к Йорку, а оттуда отправился в знаменитый поход к Честеру, о котором я уже упоминал. В этом походе он еще раз проявил редкую силу своего характера. Зима в том году выдалась снежной и суровой. Если дороги не были завалены