Конституционные акты российской государственности до октября 1917 г.
Надо представить себе, какой объективный исторический смысл имели перечисленные выше пункты конституции Никиты Муравьева в бесправной стране крепостного рабства, самодержавного деспотизма, в стране "старого порядка", еще не знавшей революции. Никита Муравьев проектировал отмену крепостного права, делал крестьянина лично свободным:
"Крепостное состояние и рабство отменяются. Раб, прикоснувшийся земли русской становится свободным", - гласил 3-й параграф его конституции. Сословия также отменялись. "Все русские равны перед законом". Даже религия призывалась на помощь, для того чтобы доказать глубокий вред старого феодально-сословного разделения. "Разделение между благородными и простолюдинами не принимается, поскольку противно Вере, по которой все люди братья, все рождены по воли Божией, все рождены для блага и все просто люди: ибо все слабы и несовершенны".[7] Конституция Никиты Муравьева утверждала священное и неприкосновенное право собственности, но в ней подчеркивалось, что право собственности заключает в себе "одни вещи": человек не может быть собственностью другого, крепостное право должно быть отменено, а "право собственности, заключающее в себе одни вещи, - священно и неприкосновенно". По конституции Никиты Муравьева должны были быть ликвидированы и многие другие феодально-абсолютистские учреждения. "Военные поселения немедленно уничтожаются", - гласил 30-й параграф конституции: военные поселяне должны были немедленно перейти на положение казенных крестьян, земля военных поселений передавалась в общинную крестьянскую собственность. Удельные земли, т. е. земли, на доход, с которых содержались члены царствующего дома, конфисковывались и передавались во владение крестьян. Все гильдии и цехи объявлялись ликвидированными. Отменялся "табель о рангах" разделявший военных и гражданских служащих на 14 классов.
Национальное чувство Никиты Муравьева было возмущено засильем в России иностранцев: "Гражданские чины, заимствованные у немцев и ничем не отличающиеся между собою, отменяются сходственно с древними постановлениями народа русского". Все названия сословных групп (дворяне, мещане, однодворцы и др.) отменялись и заменялись названием "гражданин" или "русский". Понятие "русский" по конституции Никиты Муравьева не относится непосредственно к национальности - оно означает гражданина Российского государства. Понятие Родины и ее защиты вознесено конституцией Муравьева на большую высоту: "Каждый Русский обязан носить общественные повинности - повиноваться законам и властям отечества, быть всегда готовым к защите Родины и должен явиться к знаменам, когда востребует того закон". Конституция Муравьева утверждала ряд буржуазных свобод: она провозглашала свободу передвижения и занятий населения, свободу слова, печати и свободу вероисповедания. Отменялся сословный суд и вводился суд присяжных заседателей для всех граждан.
Как обстояло дело с царской властью? Конституция Никиты Муравьева была ограниченно-монархической. Но тут все же необходимо сделать оговорку: в крайнем случае, Никита Муравьев предполагал введение республики. "Если бы император, - показал он на следствии, - не приняла конституции, то, как крайнее средство я предполагал изгнание оного и предложение республиканского правления".[8] Законодательная, исполнительная и судебная власти в конституции Никиты Муравьева были разделены. По конституции император есть только "верховный чиновник российского правительства", он является представителем только исполнительной власти, законодательной власти император не имел. Император получал большое жалованье "8 млн. рублей в год" и если ему угодно, мог за свой счет содержать придворный штат. Никита Муравьев хорошо понимал, насколько вредна была роль придворной камарильи, ее интриг и влияний в политике царского правительства. Поэтому его конституция трактовала всю придворную челядь - всех камергеров, гофмаршалов, гофмейстеров и т. д., как прислужников царя. Все царские придворные по конституции Муравьева лишались избирательного права. Император командовал войсками, но не имел права ни начинать войны, ни заключать мира. Император не мог покидать территории империи, иначе он лишался императорского сана.
Будущая Россия представлялась Никите Муравьеву, в отличие от Пестеля, федеральным государством, он был сторонником государственного устройства Северо-Американских Соединенных Штатов. Империя делилась на отдельные федеративные единицы, которые Муравьев называл державами. Всех держав было пятнадцать. В каждой державе была своя столица. Столицей федерации должен был стать, как и у Пестеля, Нижний Новгород - город, славный своим героическим прошлым во время польской интервенции XVII в., центр страны. Верховным органом законодательной власти должно было стать Народное вече. Оно состояло из двух палат: верхняя палата носила название Верховной думы, нижняя называлась палатой народных представителей. Всякий законопроект должен был три раза читаться в каждой палате. Чтения должны были быть разделены, по крайней мере, тремя днями, посвящаемыми обсуждению закона. Если законопроект принимался обеими палатами, он шел на представление императору и лишь после его подписи получал силу закона. Император мог вернуть неугодный ему законопроект в палаты со своими замечаниями, тогда законопроект обсуждался вторично; в случае вторичного принятия законопроекта обеими палатами проект получал уже силу закона и без согласия императора. Таким образом, принятие закона могло быть отсрочено императором, но не могло быть им самовольно отвергнуто. В державах также должна была существовать двухпалатная система. Законодательная власть принадлежала законодательному собранию, состоявшему из двух палат - палаты Выборных и Державной думы. Державы делились на уезды. Должность начальника уезда, как и все прочие должности в управлении государством, была выборной. Судьи также были выборными. Конституция Никиты Муравьева, будь она введена, пробила бы огромную брешь в твердынях феодально-абсолютистского строя и серьезно расшатала бы его основы.
Несомненно, что проект конституции Никиты Муравьева, несмотря на яркие черты классовой дворянской ограниченности, является чрезвычайно прогрессивным для своего времени. Никита Муравьев хорошо сознавал, какое бешеное сопротивление старых сил может встретить его конституционный проект.
Итак, проект конституции Муравьева осуждал крепостное право и объявлял об его отмене. В нем предлагалось отменить все сословные различия, военные поселения; провозглашалось равенство всех граждан перед законом. Но вместе с тем автор проекта конституции оставался твердым сторонником установления высокого имущественного ценза при занятии любых должностей в государственном аппарате и сохранения за помещиками права собственности на землю.
Но сколь яростны и дерзки были против этого протесты республиканцев! Они возражают, спорят и доказывают Никите Муравьеву его заблуждения, ссылаются на горький опыт других народов. Пестель настаивал, что России нужна только демократическая республика и, чтобы оградить ее безопасность от возможных междоусобиц, нельзя оставлять ни одного претендента на царский престол.
Конституция Н. Муравьева воодушевляла декабристов-республиканцев и, как мне кажется, сыграла еще большую роль в революционном движении декабристов.
2.3 Конституционные идеи Милюкова и Манифест 1905 г.Значительную роль в развитии российского конституционализма в начале ХХ века сыграл П.Н. Милюков. Свои первые политические шаги Милюков связывал с деятельностью либерального движения девяностых годов, особенно с нелегальным буржуазным журналом «Освобождение». Журнал подготовил создание «Союза освобождения» (1903), нелегального политического объединения и стал его органом.
Выработка собственной политической линии в идейном контакте с единомышленниками и в полемике с левым и правым течениями земского движения означала переход Милюкова от литературного сотрудничества к активному участию в политической борьбе. Милюков активно участвовал в многочисленных собраниях, где обсуждались проблемы и перспективы либерального движения. Программа журнала «Освобождение» в первоначальном варианте была написана Милюковым, обсуждена, одобрена и опубликована в первом номере журнала под названием «От русских конституционалистов». Программа провозглашала необходимость «серьезной политической реформы», постоянно действующего народного представительства с законодательными правами, что означало превращение России в конституционную монархию, отмены сословных привилегий, свободы личности, слова, печати, собраний и др. Основная задача его политической деятельности состояла в консолидации всех оппозиционных сил.
В своих статьях Милюков призывал создавать кадры убежденных конституционалистов и готовиться к созданию политической либеральной партии. В этом плане большое значение он придавал парижской конференции революционных и оппозиционных партий, состоявшейся в 1904 г., где председательствовал и в известной мере направлял ход ее работы. В резолюции совещания, составленной при участии Милюкова, формулировались общие цели борьбы с самодержавием, главной из которых была замена его демократическим строем, а также признавалась самостоятельность всех принимавших участие в совещании партий и разнообразие способов действия в достижении политической свободы.
Зимой 1904 г. Милюков приехал в Чикаго и сразу же начал читать курс лекций по истории славянства.
23(10) января 1905 г. в чикагских газетах Милюков прочел «оглушительное известие» о «Красном воскресении» в Петербурге. Для Милюкова было очевидно, что предсказанная им революция «действительно начинается». Теперь не было выбора: он должен вернуться в Россию.
Темой его «мощной политической пропаганды», того, что он называл «своей миссией», оставалась мирная парламентская работа. Обосновавшись в Москве, он сразу же вошел в кружок русских законоведов, занимающихся переработкой текста конституции, напечатанной за границей «Освобождением» и предназначавшейся для будущей партии. Авторитетные ученые и общественные деятели — М. М. Ковалевский, С. А. Муромцев, Ф. Ф. Кокошкин, П. И. Новгородцев, сам Милюков спорили о преимуществах однопалатной и двухпалатной парламентской системы, о принципах избирательного права, по крестьянскому и национальному вопросам.
Лето 1905 г. прошло у Милюкова в напряженной агитационной работе по созданию партии. На его первое публичное выступление собралась вся Москва. «Я мирил конституцию с революцией, — писал он, — видя в сближении обеих единственный шанс политической победы». Это выступление являлось «моментом» так называемого «официального принятия Милюкова в ряды русской общественности».[9]
7 августа 1905 г. за публикацию в журнале «Сын отечества» статьи «Политическое значение закона б августа» Милюков был арестован в своем доме в Удельной, где у него собрались делегаты «Союза Союзов», политической организации буржуазной интеллигенции, созданной по профессиональному признаку, председателем которой он был избран в мае 1905 г. Полиция считала, что с изданием акта о Думе уничтожается действие указа от 18 февраля, который допускал открытое обсуждение преобразовании старого строя. Милюкова опять поместили в «Крестах», где он просидел месяц.
Установление конституционного строя и создание для этой цели конституционной партии становилось «все более» его «личной задачей» .
2.3.1 Образование партии кадетовУчредительный съезд партии конституционных демократов (кадетов) состоялся 12—18 октября 1905 г. в то время, когда в стране проходила Всероссийская октябрьская стачка. Во вступительном обращении к съезду Милюков подчеркнул, что цель съезда «созвать и формально провозгласить большую политическую партию в России», что конституционно- демократическое движение приобрело самостоятельное значение и отмежевалось от правых и левых сил, от «узкоклассовых» интересов помещиков и капиталистов и от «чисто классовой доктрины пролетариата». Свою партию Милюков объявил внеклассовой партией, продолжательницей «интеллигентских традиций». Основные программные положения партии строились на основе программы, опубликованной в «Освобождении», и сводились к установлению конституционного строя (форма правления, как говорили кадеты, их мало интересовала), необходимости увеличения земельной площади крестьян с частичным отчуждением частновладельческих земель и с «вознаграждением по справедливой оценке», к отмене сословных привилегий, равенстве всех перед законом, установлении свободы личности, слова, собраний и других демократических свобод. Национальная программа включала право на свободное культурное самоопределение. За Царством Польским признавалось введение автономного устройства с сеймом, за Финляндией — восстановление прежней конституции.
Во время съезда конституционных демократов правительством был издан Манифест 17 октября, в котором были обещаны конституция и выборы в Думу. С помощью Манифеста царизм стремился привлечь на свою сторону либералов. Оценка Манифеста со стороны разных политических сил была различной. Разъясняя сущность Манифеста, большевики, например, призывали все силы сосредоточить на подготовке вооруженного восстания. Октябристы признали обещания Манифеста и открыто стали на путь его поддержки. Правые кадеты также считали, что после Манифеста 17 октября Россия стала конституционной страной, и созрели условия для образования конституционного правительства.
2.3.2Создание манифеста
Рассмотрим более подробно создание Манифеста.
Самодержавный период истории Российского государства завершился в 1905г. В последующие два года происходило создание конституционного строя в его основных чертах.
Переход к более высокой фазе государственного развития России – парламентаризму некоторые учёные и политические деятели объясняли неудачами русско-японской войны, другие усилившимся революционным движением, третьи – тем и другим. Очевидно, однако, что антиправительственные выступления, которые приняли массовый характер в 1905г., не были вызваны, прежде всего, отсутствием парламента в России или несовершенством земской или судебной организацией. На политической настроение людей, для которых политика не является профессией, влияет не столько несовершенство государственной организации, сколько отсутствие достаточных средств существования.
Если рассматривать причины юридического свойства, вызвавшие смуту 1905г., то главная из них состояла в том, что российское общество к началу XX столетия переросло в существовавшие формы государственного руководства обществом, слишком долгое время остававшиеся неизменными.
Исходным пунктом конституционного переустройства России следует, очевидно, считать Всеподданнейший доклад министра внутренних дел П.Д.Святополк-Мирского, состоявшегося в конце ноября 1904г. Доклад содержал программу государственного преобразования России на принципах конституционализма, а именно обширные рекомендации по смягчению режима и отказу от тех юридических ограничений свободы, которые не вызывались надобностью. “…Правительству надлежит, -говорилось в докладе,- отказавшись от мысли переломить общественное движение мерами полицейскими, твёрдо взять его в свои руки, и, не отрицая возможности существования за тем, что требует простора для своего проявления, уложить это движения в рамки закона и направить его, совместно с другими силами страны, к служению одним с ними задачам – обеспечению правильного роста и развития государства, на почве укрепления общественного благосостояния и духовного совершенствования народа в строгом неуклонном согласовании с исконными началами нашего государственного строя. ”[10]
Эволюция государственной мысли под влиянием событием совершалось слишком быстро. 18 февраля 1905 г. последовал Высочайший рескрипт на имя министра внутренних дел А.Г. Булыгина, сменившего на этом посту Святополк-Мирского. В рескрипте была выражена идея народного совещания при царе.
“Преемственно продолжая Царственное дело Венценосных предков Моих, -гласил
рескрипт, - собирание и устроение Земли Русской, Я вознамерился отныне, с Божьей
помощью, привлекать достойнейших, доверием народа облеченных, избранных от населения людей к участию в предварительной разработке и обсуждению законодательных предложений ”. Эта идея получила подтверждение на так называемом Петергофском совещании под личным председательством императора, в котором