мутаций и использование их для корректировки
или перестройки цивилизационной социанорматики.
Исходным центром распространения первичных цивилизаций является
определенное этническое ядро. Поэтому культура первичных цивилизаций (и
материнских, и дочерних) имеет определенный этнический окрас. Теоретически
ориентация на культуру в качестве критерия общественного развития ставит в
один ряд понятия этнос (народ) и цивилизация. Хотя процесс этнообразования
не закончился после возникновения первых цивилизаций, древнейшие этносы и
цивилизации не одно и то же, их взаимоотношения могут принимать самые
разные формы. Хотя та или иная цивилизация в большей или меньшей степени
несет в себе элементы этнической культуры, в современном мире этническая
культура вторична по сравнению с культурой цивилизаций. В исторической
ретроспективе цивилизации либо возникали на уже существовавшей этнической
территории, либо определенная этническая территория была центром, из
которого происходило расширение цивилизации, привитие иноэтничным соседям
определенного типа общественного бытия (и тогда цивилизация объединяла
несколько этносов), либо уже существовавшая цивилизация ассимилировала
пришлые этносы, зачастую перенимая от них язык, некоторые черты духовной
культуры, но подчиняя пришельцев уже сложившимся порядкам общественной и
экономической жизни.
Вторичные цивилизации образуются на стадии зрелости
социополитической системы. Этническая культура занимает в них уже
таксономически низший уровень. Объединяющим началом выступает не только
социально-политическое поле, которое подвергается перестройке при
возникновении вторичной цивилизации, но и зрелая идеологическая система.
Характерным признаком цивилизации, как и всякой популяции,
является тенденция к максимальному расширению, то есть распространению
своих соционормативных принципов, основанного на них образа жизни и
достижений культуры. Пределы расширению цивилизации ставят естественные
препятствия: географические рубежи; ландшафтные зоны с иной экосистемой,
заселенные приспособленными к ней этническими группами; сопротивление
соседней цивилизации. Достигнув своих пределов, цивилизация обращается на
путь внутренней унификации популяционного поля. Здесь прослеживается
тенденция объединения цивилизации в единую политическую систему,
складывания “мировой” державы. Иногда эта тенденция выражается в долгих
внутренних войнах, укрепляющих не одно государство-победитель, а
несколько, составляющих сбалансированную систему политических противовесов
в рамках одной цивилизации. В социальном отношении политическое
объединение ведет цивилизацию по пути превращения в единый
социально-политический организм.
Ключевым звеном социального поля цивилизации, играющим связующую
роль, является город. Его типология обусловлена системой социальных
связей, определяющих социальное поле цивилизации. Соответственно, характер
городской монументальной архитектуры зависит от господствующей
соционормативной культуры.
Каждая цивилизация образует единое информационное поле, которое
требует общего (международного) языка и письменности.
В культуре цивилизации может быть выделено два таксономических
уровня. Цивилизация выступает в форме связей более высокого порядка, чем
общинные, – в форме вождеств или государств. Господствующий класс в такой
общественной системе является носителем цивилизационной соционорматики.
Ориентация системы его ценностей и культуры определяет таксономический
уровень цивилизации. В то же время подчиненные, ведомые классы (народ)
более консервативны и поэтому в большей степени ориентированы на
традиционные ценности и этнический уровень культуры.
Каждая цивилизация в процессе роста создает вокруг себя зону
влияния в виде внешнего популяционного социокультурного поля. Это поле
стимулирует общественные процессы у окружающих цивилизацию этносов,
способствуя формированию у них племен как социально-потестарных
организаций и их союзов.
Культивируемые цивилизацией потестарно-политические институты
выполняют функцию орудий популяционного соционормативного регулирования.
Во-первых, с их помощью осуществляется экстенсивный рост, то есть
расширение цивилизации (завоевание и защита рубежей). Во-вторых, они
облегчают унификацию соционормативных принципов внутри популяционного поля
цивилизации, что проявляется в тенденции цивилизаций принимать форму
“империй” или “мировых” держав, то есть объединяться в возможно более
обширную политическую форму. В-третьих, в случае нужды они обеспечивают
интенсивный рост цивилизации, то есть качественную трансформацию
(перестройку) ее соционормативных признаков.
Каждая цивилизация формирует общую религиозно-этическую систему, в
традициях и принципах которой закодированы ее соционормативные принципы.
Такая идеологическая система играет роль еще одного инструмента
популяционного функционирования наряду с политической системой и поэтому
может объединяться с последней.
Каждая цивилизация развивается в уникальных условиях,
определяющихся взаимодействием накопленного ею экономического,
соционормативного и культурного потенциала с природным ландшафтом и
историческим окружением в виде этнической среды и соседних цивилизаций.
Изменение равновесия между цивилизацией и окружающей ее средой возможно
как изнутри (например, в результате демографического роста), так и извне,
вследствие качественных перемен в ландшафте, климате, сдвигах в
историческом окружении. Возможны два варианта “ответа” цивилизации на
“вызов” извне в виде такого изменения сложившегося баланса. Прежде всего,
цивилизация приводит в движение политический и идеологический
инструмент внешнего расширения с целью обороны и завоевания. В случае же
неудачи на первом пути, она использует те же инструменты для
реформирования соционормативных принципов, политической системы и
религиозной идеологии.
Интенсификация внешней торговли служит добавочным, вспомогательным
способом ослабления диссонанса между цивилизацией и внешней средой.
Торговые (экономические) связи до эпохи Новой истории являются запасным
инструментом внешней экспансии и внутрипопуляционного унифицирования.
Этапы развития цивилизации внешне похожи на три фазы развития
биологического организма: рост – расцвет – упадок. Поэтому современные
теоретики вслед за античными распространили этапы жизни человека (детство
– зрелость – старость или детство – юность – зрелость – старость) на
общественные организмы. Однако механизм их развития иной, чем у биологических
организмов.
Цивилизации не приходят в упадок в результате спонтанного
внутреннего развития, ничего не оставляя после себя. Любые концепции
замкнутых цивилизаций неисторичны. В столкновении с внешней средой
цивилизации могут либо погибнуть, либо победить, либо деформироваться,
сохранив свою основу, либо столь качественно изменить свои
соционормативные принципы и производную от них систему ценностей, что
превращаются в цивилизации второго порядка (вторичные). Поэтому полный
цикл развития цивилизаций предполагает четыре фазы: возникновение – рост
(расширение) – расцвет (совершенствование) – перестройка. Развитие
цивилизаций может быть прервано или деформировано на каждом из ее этапов.
Но особенно следует обратить внимание на последний из них. То, что
современные исследователи зачастую воспринимают как кризис и упадок
цивилизации, является по сути ее перестройской и рождением нового качества
– вторичной цивилизации.
“Прогрессивность” одних цивилизаций по сравнению с другими
определяется характером структурного соотношения коллективного и индивидуального
начал в их соционормативной культуре. Общественная организация, создающая
лучшие условия для развития индивидуальных способностей (часто это
выражается в степени индивидуальной свободы), выступает в роли более
“прогрессивной”, так как содержит в себе более высокий потенциал для
развития (производительных сил, познания природы и закономерностей
развития общества, искусства). Поэтому в процессе исторического развития
человечества в роли ведущей, более прогрессивной на данный момент,
цивилизации (определяющей “лицо” данного этапа-стадии общественного
развития) выступает то одна, то другая локальная цивилизация.
Цивилизации и рабовладельческая формация. Две первые фазы развития любой из доиндустриальных цивилизаций дают общества первичной
формации (часто их называют рабовладельческими), две последние – вторичной (их обычно отождествляют с феодальными). Поэтому в своем развитии каждая
цивилизация проходит условный рубеж внутренней трансформации, который связан с унификацией популяционного поля и означает вступление ее институтов в полосу
зрелости, а ее самой – расцвета. Современные историки связывают этот рубеж с переходом от древних обществ к средневековым. Часто в нем видят
переход от рабовладельческих к феодальным отношениям, а марксисты рассматривают его как социальную революцию, приводящую к смене рабовладельческой формации
феодальной. Однако история наиболее типично развивавшихся цивилизаций – Индийской и Китайской – показывает, что переход к “феодальным отношениям” не
был связан ни с какими экстраординарными социально-политическими переменами. Более того, исследователи древней Индии и Китая зачастую оказываются
озадаченными тем, что там общественные отношения, рассматриваемые как феодальные, как-будто возникают неоправданно рано. По сути это обстоятельство и
явилось исходной основой появления концепции “вечного феодализма”.
За присутствие черт “феодализма” ученые зачастую принимают наличие в обществе иерархически организованной аристократии, в той или иной степени
контролирующей собственность на землю и аппарат управления, – (господствующий класс) и обрабатывающих пребывающую в чужой собственности или под чужим
контролем землю крестьян, находящихся в различного рода зависимости от землевладельцев – (эксплуатируемый класс). Даже ситуацию, когда главным
собственником земли выступает государство, а вельможи и служилое сословие – лишь его представителями, исследователи стремятся объяснить особенностями восточного
феодализма или государственного феодализма. Очевидно, что такой “феодализм” можно найти повсеместно – и в архаическом постпервобытном обществе,
структурированном господством родовой аристократии, и в средневековом государстве, объединяющем под своим контролем всех представителей местной
землевладельческой элиты и постепенно формирующем идею обусловленного его суверенитетом верховного контроля за собственностью. На самом деле общества
каждой цивилизации развиваются по своим собственным закономерностям, обусловленным структурными отношениями индивида и коллектива, количество
которых, однако, не столь уж велико. В наиболее общем виде их пытался представить К.Маркс в “Формах, предшествующих капиталистическому производству”.
Сходство структурной организации обществ доиндустриальных формаций на стадии их расцвета обусловлено общей тенденцией цивилизационного развития,
направленной на унификацию цивилизационного социального поля, то есть на нивелирование в рамках единого социального строя всех исходных социальных
организмов, попавших в сферу влияния цивилизации. Орудием такой унификации является господствующая политическая система, то есть государство, развитие
которого имеет тенденцию к превращению его в абсолютную монархию. Естественно, что процесс развития в этом направлении выстраивал представителей господствующего
класса в ту или иную форму отношений к центральной власти, а различные типы зависимости в среде подчиненного класса постепенно нивелировались в более или
менее единую форму зависимого крестьянства. В этом смысле европейский феодализм, а затем европейской абсолютизм, будучи конкретно-историческими
явлениями, лишь повторяли закономерные формы развития древнекитайского, индийского, исламского и других обществ. Однако это формальное сходство очень
мало дает для понимания как особенностей каждого из этих обществ, так и закономерностей (механизма, критериев) их развития.
Рабовладельческий окрас ранних стадий развития любой цивилизации связан с близостью ее общественных структур первобытным. Рабовладение само по себе
является первобытным принципом, возникшим на основе двух составляющих. Первая – это особобленность первобытных общин, диктовавшая взгляд на других людей как на
субъектов совершенно чуждого мира, по отношению к которому недействительны законы своей общины. Формально, а первобытное мышление стремилось тщательно
соблюдать формальную логику, людьми считались только люди своей или родственных общин. Все иные не могли рассматриваться как люди до тех пор, пока их формально
(ритуально) не включали в свою общину. Поэтому – и в этом вторая составляющая первобытных принципов – изначально не существовало представления о едином человечестве,
отделенном от прочего мира, на чем зиждится современный гуманизм. Первобытные люди еще не вычленяли себя из мира природы (космоса), точнее сказать, не
противопоставляли себя ему и поэтому стремились жить по сопряженным с космическими законам, рассматривая их как установления богов. В мире же природы
не существовало принципиальной разницы между вещью, животным или человеком. Если вещи и животных можно было приносить в жертву богам, продавать или
обменивать, то то же самое можно было делать и с человеком.
Пока в общественном
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Поможем написать работу на аналогичную тему
Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному
проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.