Xreferat.com » Рефераты по истории » Фаворитки французских королей

Фаворитки французских королей

шла о сестре Генриха Марии или, вернее, принцессе Мэри. Английский монарх, войдя в положение и постигнув всю горестность переживаний французского собрата, согласился. Узнав, что в жены ему прочат изящную, умную шестнадцатилетнюю блондинку, Людовик 12, – а ему вскоре должно было исполниться пятьдесят четыре года, а годы войны в Италии не прибавили ему здоровья, – почувствовал, что в нем заиграла кровь.

Через несколько месяцев Мария Английская высадилась в портовом городе Кале, морских воротах Франции. Будущую королеву на французской земле встретил представитель французского короля, им был Франциск Валуа. Увидев, как она хороша - собой, он был поражен в самое сердце и 'влюбился в молодую невесту с первого взгляда.

По дороге в Аббевиль, где их ждал Людовик 12, молодой герцог Ангулемский', которому только что исполнилось двадцать лет, очаровал английскую принцессу своими галантными речами. Как жаль! Когда они вступили в Аббевиль, ему волей-неволей пришлось уступить место королю.

Торжества бракосочетания прошли 9 октября 1514 года. Людовик 12 без памяти влюбился в белокурое создание, явившееся из Альбиона.

После пятнадцати лет непрерывных тревог смерть Анны Бретонской, так и не подарившей Людовику 12 мужского потомства, преисполнила радости Луизе Савойской, которая надеялась, что её сын будет преемником Людовика 12. Увы, девять месяцев спустя после смерти королевы король женился на англичанке, которая, на радость Луизе Савойской, под хор насмешек изнуряла короля буквально на глазах всей страны. И это внушало надежду на лучшее. Однако Мэри оказалась слишком сластолюбива и легкомысленна, и в один прекрасный день могла родить бастарда. Такой возможный поворот событий ее очень тревожил, и Луиза Савойская тотчас отправилась в Турнель. В апартаментах Саффолка, любовника Мэри, состоялся достаточно короткий, но очень бурный разговор. Ему было недвусмысленно заявлено, что самым желательным исходом для всех будет его незамедлительный отъезд на родину, но прежде, чтобы унять горечь расставания, ему будет даровано поместье в Сентонже и 50 000 ливров ежегодной королевской ренты. В противном случае королеву-прелюбодейку и ее любовника ждут смерть либо, в лучшем случае, позорное изгнание. Саффолка убедили доводы, подкрепленные увесистой монетой и прекрасным поместьем, и он уступил, с полным основанием полагая, что после, по всей видимости, очень скорой смерти Людовика 12 он непременно возобновит свои амурные похождения и постельные дуэли с Мэри Английской.

А в Турнеле в то время, в ее мрачных залах, раздавались глухие и мрачно звучащие слова молитв во здравие короля... В это самое время, когда природа, казалось, совсем отвернулась, от человека и Богу были не слышны его молитвы, в одной из огромных мрачных зал Турнеля умирал Людовик 12.

На Рождество умирающий призвал к своему изголовью Франциска Ангулемского. При виде умирающего тот даже не смог сдержать улыбки, которую тот - час заметил король. Сейчас его в особенности заботила судьба дочери. Он боялся, что Франциск Валуа испортит ей жизнь. Его личный опыт, как и опыт предков, подсказывал это.

Умирающий вспоминал о несчастной Жанне Французской, некогда им низко отвергнутой, и о своей благочестивой жене Анне. Конечно, Людовик 12 знал о том, что молодой герцог влюблен в королеву Марию, и потому время от времени уста его повторяли всего несколько слов:

Клод, моя дорогая маленькая Клод! 1 января 1515 года ровно в десять часов вечера король скончался.


Глава 5.


Если попытаться вкратце подвести итоги царствования Людовика 12, то окажется, что все, что ему удалось завоевать в результате итальянских походов, было потеряно. Может показаться, что вся деятельность короля, в конечном счете, потерпела крах. Однако будет ли справедлив такой приговор? Потомки его в 16 столетии отнеслись к нему совсем по-иному: на первое место они ставили экономический расцвет Франции, достигнутый в годы его правления, а главное, мир, наконец, прочно воцарившийся в стране, пережившей весьма бурный и неспокойный 15век. «Время правления этого короля, справедливого, экономного, когда речь шла о его собственных нуждах, и щедрого в других случаях, не случайно с ностальгической грустью вспоминали в последующие десятилетия в истерзанной внутренними войнами стране. Не удивительно, что современники, как и его придворный историограф Клод де Сейссель, восхваляли его. Историки позднейших эпох, начиная с Мишле, заговорившего о «королевской тупости», считали своим долгом подчеркивать известную ограниченность Людовика 12. Безусловно, очень часто противники его были гораздо менее щепетильны в выборе средств, более изобретательны в достижении целей и изощренны. Все же вряд ли справедливо считать этого короля слабохарактерным, не слишком далеким, ограниченным и негибким. Во времена тяжелейших бедствий, в 1512 – 1514 гг., Людовик 12 вывел страну из, казалось, безвыходного положения, когда его противники покушались даже на его трон. Франциску 1 наследство досталось уже в полном порядке».


Вот что говорит о Людовике 11, Карле 8 и Людовике 12, Брантом, великий бытописатель 16 века.

«Часто – и даже в самое последнее время – при дворах знатных французских сеньоров и королей любили перемывать косточки сих благороднейших особ. Я не встречал светских угодников, кои бы не нашли что сказать о них иногда лживого, а подчас и истинного. Но должно всячески порицать такой обычай: нельзя покушаться на доброе имя дам – особливо из высшего общества. Причем я имею в виду как тех, что не прочь поразвлечься, так и иных, кои к столь пагубному зелью питают отвращение и пригубливать его не намерены.


При дворах последних наших королей процветали тайное злоречие и пасквили – что вовсе не согласно с простодушными обычаями предков, например, доброго нашего монарха Людовика 11, уважавшего простоту нравов и – как передавали – любившего трапезовать в обширных залах, пригласив к своему столу множество достойных людей (как приближенных к нему, так и прочих), а самые ловкие, бойкие и неутомимые в любовных забавах с нашими прелестницами там были привечаемы особо. Он и сам не отказывался подавать в этом пример, – желая все познать и поделиться своими откровениями с кем ни попадя.

А это, что ни говори, большое непотребство. О жене он был и весьма дурного и чрезвычайно высокого мнения, ценя ее за благоразумие и добродетель, – и благо ей, ибо, будучи от природы нрава подозрительного и угрюмого, он бы не смог сдержаться – и стал бы поносить ее, как и прочих. Когда же он умирал, то приказал сыну своему любить и весьма почитать матушку, однако не давать ей брать верх над собой: «...Но не потому, что она недостаточно благоразумна и целомудренна, а из-за того, что в ней более бургундской, нежели французской крови». И в силу этих же причин король никогда не любил ее, заботясь лишь о законном потомстве, а, добившись оного, вовсе оставил о ней попечение. А держал ее затем в замке Амбуаз – как простую придворную даму, – уделив ей крайне скудное содержание, принуждая носить небогатые наряды, словно какую-нибудь фрейлину. Он оставил при ней очень небольшой двор – и велел проводить время в молитвах, а сам загулял и весело прожигал свои дни.

Зато сын его Карл 8, наследовавший после него престол, был иного нрава, – ибо его поминают как самого строгого и добросердечного в словах монарха, какого когда-либо видывали, ни разу даже намеком не оскорбившего ни мужчину, ни женщину. Он любил их и весьма ретиво, и услужил им достаточно, если не слишком.

Король Людовик 12 был к дамам весьма почтителен, ибо, как я уже упоминал, позволял комедиантам, школярам и дворцовым прислужникам говорить обо всем, кроме королевы, его супруги, и дам и девиц двора, хотя сам он бывал и добрым сотрапезником, и дамским угодником, любил прекрасный пол не менее прочих и таковым остался, но не бахвалился на сей счет, не злословил и не чванился – в противоположность предку своему, герцогу Людовику Орлеанскому...

Да, молодой король Франциск 1 отличался весьма отменным, но изящным сладострастием. Уже в феврале, по возвращении в Париж, Франциск едва не сделал предложения руки и сердца Мэри, и это притом, что его законная супруга мадам Клод ждала от своего мужа ребенка. Быть может, ей было необычайно лестно и выгодно такое предложение, ведь она разом и в одном лице получала завидного мужа и любовника, но то ли страсть к герцогу Саффолку возобладала в ней над прежними нежными чувствами к Франциску, то ли потому, что она решила вернуться на путь чести и добродетели, так или иначе, она отказала. Вскоре она возвратилась в Англию, где и скончалась в возрасте тридцати шести лет в 1534 году.


Впервые прелестную одиннадцатилетнюю красавицу, в дальнейшем известную нам как госпожа де Шатобриан, королева Анна Бретонская увидела 4 сентября 1505 года в церкви Сен-Жан неподалеку от города Морле. Тогда необычная и ранняя красота столь юного создания поразила даже эту чопорную и строгую королеву. Звали это чудесное дитя Франсуаза де Фуа. В 1505 году она была одной из фрейлин королевы Анны. Приблизительно в том же году или годом позже она была обручена с Жаном де Лаваль, молодым богатым сеньором.

Прошло 10 лет. Француза и Жан счастливо жили в своём замке. Однако в один прекрасный вечер кто-то из вельмож рассказал Франциску о ней. И он решил увидеть это чудо своими глазами. Король отправил приглашение явиться ко двору. И он сразу понял, в чём дело. Но он до конца пытался спрятать свою жену от королевских глаз. Но, в конце концов, Француаза была доставлена ко двору. Король был совершенно поражён её красотой.

И надо признать, эта дама была весьма счастлива, найти такого хорошего защитника и покровителя, ибо с тех пор муж не осмеливался сказать ей ни слова и предоставил ей полную свободу действий.

Между тем шел 1519 год от рождества Христова. 11 января этого года скончался Максимилиан Австрийский. Императорский трон оказался свободен, и потому свои претензии на него выставили король Франции, король Англии Генрих 8 и Карл 1, новый король Испании. Увы! Императором был избран последний. Мечты Франциска рухнули. Конечно, это внешнеполитическое поражение было неприятно, но госпожа де Шатобриан смогла успокоить короля.

В 1520 году Францию намеревался посетить Генрих 8, король Англии. Встреча должна была состояться на равнине между городами Гином и Ардр-ан-Артуа, в Артуа, куда король Франции прибыл со всем двором, раскинув в чистом поле не менее трех великолепных и просторных палаток из золотой или серебряной парчи. Эти как по волшебству явившиеся, словно из-под земли дворцы были подобны какому-то сказочному городу. Придворные надели свои лучшие наряды, которые должны были поразить воображение не только английских вельмож, но и самого английского короля. Вскоре появился и он сам. Его сопровождали 5000 человек, в том числе 3000 всадников. Увидев роскошь


французов, он тотчас повелел своим каменщикам и плотникам построить как можно скорее легкое сооружение, которое на первый взгляд казалось огромным и великолепным замком.

Увы! Демонстрация богатств не принесла никакой пользы. Обе стороны так и не пришли ни к какому согласию. Даже более того, Генрих 8, которого король Французский так хотел расположить к себе, уехал страшно раздосадованный и раздраженный.


Жаль, но уже 24 июня 1520 года, после семнадцати дней взаимной любви и обольщения, оба государя расстались друг с другом, так ничего и не подписав. Франциск и Франсуаза отбыли в Амбуаз, король Англии поспешил взойти на корабль, отплывающий на родину. Союз между ними не состоялся. И с этого момента Генриха 8 все более и более начинает привлекать Карл 5. Вскоре состоялась их встреча, на которую король Испании и ныне император Священной Римской империи, именно о владениях которого было сказано, прибыл на королевское собеседование без лишней пышности, даже более того, очень просто и скромно одетым. Такое поведение, и в особенности вид просителя на челе самого мощного из монархов мира так поразили и покорили Генриха 8, что тот уже в скором времени совершенно позабыл об унижении, перенесенном на равнине Ардра. Основа для славного союза столь мощных государств была положена.


В 1515 году, рассказывает Ги Бретон, – когда Франциск 1 только взошел на трон, Луиза Савойская первым делом вспомнила о своих обещаниях – передать Шарлю де Бурбон звание коннетабля' королевства. Шарль де Бурбон был главным и бессменным возлюбленным пылкой Луизы Савойской.


В упоении она строила планы на будущее, надеясь на скорую кончину его законной супруги и задаривая любовника ценными подарками. Так продолжалось до 28 апреля 1521 года, когда Сюзанна де Бурбон, законная супруга коннетабля, скончалась. Теперь страсть герцогини Ангулемской проявилась, открыто, она перешла в наступление, требуя от любовника немедленно узаконить их давние и прочные узы. Время шло, а Шарль де Бурбон, ссылаясь на всевозможные военные дела и нужды, медлил с ответом.

Так могло продолжаться и дальше, если бы Луиза в довольно резкой форме не потребовала у него объяснений. Увы, ее ждало разочарование: герцог де Бурбон ей отказал. С этого момента между ними разгорелась настоящая война, и, само собой разумеется, первый удар в этой войне был за ней. «Придя в себя, она отправилась к королю и, заявила ему, что нужно остерегаться отныне герцога Бурбонского, чьи настроения, по ее мнению, весьма переменчивы. Франциск 1 проявил тогда слабость, прислушавшись к словам своей матери, и обещал ей несколько отдалить от себя коннетабля.

Однако Луизе, которой любовная досада вскружила голову, этого было мало. Обезумев от ярости, она всячески старалась погубить молодого человека, так ловко ее разыгравшего.

Вначале в сентябре 1521 года в лагере близ Мезьера, а затем в октябре – в Валансьене Шарль де Бурбон без каких-либо объяснений был лишен почестей, положенных ему в качестве коннетабля Франции.

После наложение секвестра на имущество коннетабля Франции вызвало огромное волнение. Европейские дворы в очередной раз обвинили Луизу Савойскую в попытке подло отомстить за отказ, полученный от любовника.

Так обстояло дело в году от рождества Христова 1522, а уже в 1523 году коннетабль, покинув Францию, явился ко двору Карла 5 Габсбурга, предав тем самым себя, свою страну и своего короля. Король Испании и император Священной Римской империи был счастлив, видя одного из героев битвы при Мариньяно в своих рядах. Теперь герой Франции должен был сослужить ему великую службу. Шарль де Бурбон был обласкан королем Испании, отмечен богатыми дарами и назначен верховным главнокомандующим войск Империи и Испании.

Четырнадцать месяцев спустя бывшие соратники, а ныне непримиримые враги – Франциск 1 и Жорж де Бурбон – сошлись для решающей битвы в сражении под Павией.

Армии встретились 24 февраля 1525 года. Войны за итальянские владения вновь свели старых врагов.

Он считал свою позицию настолько крепкой, что находил излишним предпринимать какой-либо встречный маневр против наступающей союзной армии.

Король всего лишь перевел свои главные силы на восточную сторону лагеря, откуда, собственно, и угрожало ему вражеское войско, и был вполне уверен в том, что одержит решающую победу одними лишь хладнокровием и выдержкой, даже не перейдя в контрнаступление, ибо знал, что в имперском войске царило полное безденежье и ландскнехты Карла 5 угрожали уйти домой, если им не выплатят жалованья. Действительно, отдельные отряды их стали покидать лагерь Карла. Наконец тому удалось убедить их подождать еще несколько дней при условии, что дело скоро дойдет до сражения. А это уже давало надежды на добычу.

Но в результате сражения король Франции Франциск 1 был взят в плен.

Глава 6.

Франциск 1 в плену.


Вся Франция погрузилась в траур. Франциск 1 только что проиграл сражение при Павии. Здесь его оставили под надзором и постоянным караулом капитана Аларкона и его гвардейской роты испанских аркебузиров, и он мог в тиши и сумраке заточения излить в слезах и мольбах свое несчастье.

Но, прежде всего в личном и незамедлительно написанном письме своей матери Луизе Савойской он поведал ей о поразившем его ударе судьбы.

«Мадам, извещаю Вас о моем несчастье. Из всего, чем обладают короли, мне остались лишь честь и жизнь. Мне позволено было написать Вам, дабы этой вестью попытаться хоть немного Вас утешить. Прошу Вас действовать с обычной Вашей всегдашней осторожностью и надеюсь на то, что Бог поможет мне пережить это несчастье. Засим поручаю Вашим заботам моих детей и Ваших внуков и умоляю

обеспечить безопасную поездку в Испанию гонцу, который встретится с императором, чтобы узнать, какова будет моя дальнейшая судьба. Во всем про- чем я полностью полагаюсь и уповаю на Вас и Вашу добрую ко мне волю.

Покорнейший и смиренный сын Ваш Франциск». Письмо это вызвало всеобщее волнение, но в одном случае оно имело вполне определенные последствия: Луиза Савойская становилась регентшей, а госпожа де Шатобриан, лишившись поддержки короля и не рискуя более оставаться при дворе, объявила, что намерена вернуться к мужу в Бретань, «где Жан де Лаваль, единственный в своем роде супруг, принял ее с распростертыми объятиями».

Что же касается короля, то любопытно видеть, сколь решительно и быстро в 16 веке развращенные души обращались к Богу, едва лишь касалась их хотя бы тень подлинного страдания. Положение его и в самом деле было тяжелым, и нет никакой необходимости перечислять те радости жизни, коих он лишился.

Итак, Король был пленён, но в одном он был совершенно свободен - в любви.

Вот уже год, как он был вдовцом. Его жена Клод умерла в возрасте двадцати пяти лет почти не оставив заметного следа в истории.

Подражая своему дяде Карлу Орлеанскому, Франциск нашел подлинное утешение в поэзии.

10 июня 1525 года Франциск 1 был отправлен на корабле в Испанию. Корабль проплывал вдоль побережья Франции, и король издалека мог видеть берега возлюбленной Родины, к которой рвалось его сердце. 17 июня он высадился в порту Паламо, а 19 июня прибыл в Барселону. Там он вновь был посажен на корабль и отвезен под стражей в Валенсию. Испанцы повсеместно встречали его с огромным уважением. Народ Сида и Амадиса с жаром устремлялся ему навстречу, желая видеть живого героя. Женщины буквально сходили по нему с ума. В его честь устраивались спектакли, представления и даже праздники, на которых танцующий плененный король был неизменно галантным кавалером.

Карлу 5 это явно не нравилось.

Легко себе представить, что должен был испытывать человек с характером Франциска 1, пребывая в подобном тесном и мрачном заточении, вынужденный выпрашивать без всякого успеха жалость и сострадание у своего молодого победителя. Удрученный столькими печалями, Франциск тяжело заболел и уже полагал, что тюрьма станет его могилой. Тогда-то он вспомнил о своей сестре и все мысли свои обратил именно к ней – своему доброму ангелу. Ему казалось, что лишь она одна может его спасти и освободить, ибо преданность этой женщины, на его взгляд, могла и должна была творить чудеса. 2 июля 1525 года он послал маршала Монморанси к императору, прося позволить Маргарите Наваррской безопасно прибыть в Мадрид. Карл 5 охотно дал согласие исполнить эту просьбу, ибо всецело уповал на то, что герцогиня, в свою очередь, поможет ему вырвать у пленника согласие на уступку Бургундии – передачу Бургундии Испании. Маргарита взошла на корабль 27 августа 1525 года в Эр-Морт. Вместе с ней в путь отправились Габриэль де Граммон, епископ Тарбский, Жорж д'Арманьяк, архиепископ Амбренский и многочисленная свита придворных красавиц. Мысль, что она жертвует собой ради брата, наполняла ее сердце чувством несказанной радости. Высадившись в Барселоне, она узнала, уже выезжая в Мадрид, что брат ее находится при смерти, и потому, несмотря на жару, преодолела расстояние, их разделяющее, с необыкновенной быстротой, совершенно не заботясь о себе. 20 сентября она прибыла в Мадрид. И там узнала, что состояние её брата очень тяжёлое.

Теперь Маргарита, не надеясь более ни на одно из средств, доступных человеку, уповала лишь на доброту Бога всем жаром своей истинно верующей души, и Бог не оставил ее. В комнате, в которой без чувств покоился король, она велела возвести украшенный атрибутами веры алтарь. Дамы из ее свиты, и спутники несчастного монарха соединились вместе, архиепископ Амбренский читал мессу, и под сводами мрачного донжона раздавались слова священных песнопений (псалмов). При звуках нежных, сладостных для духа мелодий больной пришел в себя, – к нему вернулись чувства. Летаргия миновала. И в этот самый миг Маргарита предстала перед ним подобно образу Родины, явившейся утешить своего короля. Молитва Маргариты Наваррской, сестры Франциска, оказалась небесполезной. Ее брат был спасен. Болезнь отступила. И лишь когда король почувствовал себя совершенно выздоровевшим и окрепшим, она покинула его, дабы следовать на переговоры с давно ее ожидавшим Карлом 5, которые следовало провести в Испании. Бургундский вопрос по-прежнему оставался камнем преткновения, о который разбивались все инициативы сторон. Император настаивал на том, чтобы Франция передала ему Бургундию, Осон, Макон, Оксер, Бар-сюр-Сэн, земли вдоль берегов Соммы, Турнэ, Фландрию, Артуа. Кроме того, французский король должен был отказаться от своих прав на Милан и Неаполь и от претензий на Арагон. Но самым прискорбным было требование императора амнистировать коннетабля- изменника Жоржа де Бурбона с непременным возвращением тому всех земель, владений, почестей и званий, на что Франциск ни за что не хотел пойти. Помимо этого император требовал передачи под его власть феодального сюзерена короля Наварры Генриха д'Альбре, Робера де ля Марша и некоторых других вассалов французской короны.

Исходя из всего вышеизложенного, переговоры пленника с победителем обещали быть не такими уж и легкими. И всю тяжесть их возложила на себя Маргарита Наваррская. 3 октября она прибыла в Толедо, сопровождаемая двадцатью дамами своего двора. Когда конная кавалькада вступила в ворота города, император вновь лично вышел ей навстречу и оказал самый любезный прием, но, узнав, что она не привезла ему согласия на передачу Бургундии, столь же любезно прервал переговоры. Но это вовсе не обескуражило госпожу Маргариту.

Она предстала перед Королевским советом Испании и «там восторжествовала своим красноречием и красотой над самыми чопорными и несговорчивыми грандами, склонив к себе слух самых суровых и жестоких душ». Она ездила из Толедо в Мадрид, из Мадрида в Гвадалахару, резиденцию герцога Инфантадо, проявившего в этом деле такой интерес к делу Франциска 1 и такое расположение к госпоже Маргарите, что самому герцогу и его сыну королем было прислано официальное пожелание более ни о чем и ни при каких обстоятельствах не разговаривать с герцогиней Алансонской. «Слава Богу, дамы для меня по-прежнему не запретны, – писала она в письмах той поры, – и с ними я буду говорить за двоих». Женщина, к которой она обратилась, была сестра Карла 5, Элеонора, вдова короля Португальского, на которой как раз в это самое время должен был жениться коннетабль де Бурбон. Элеонора Австрийская горячо возражала против таких планов, говоря брату, что «никогда не выйдет замуж за предателя, погубившего короля Франциска». И Карл заподозрил, что его сестра питает не самые дозволенные чувства к пленнику. Он не ошибся, ибо Элеонора, не в состоянии более терпеть, что предмет ее страсти заключен в башне, написала Луизе Савойской: «Ах, мадам! Если бы в моей власти было освободить короля!».

Эта фраза и подала регентше мысль о довольно оригинальном мирном договоре: Франциск уступит Карлу 5 одну Бургундию, дабы удовлетворить гордость императора; но Элеонора получит эту провинцию в приданое и вернет ее королю Франции, выйдя за него замуж».

Итак, чувства Элеоноры стали известны сестре Франциска и, хорошо понимая, какую выгоду они несут, она тут же с жаром принялась за дело, решив, во что бы то ни стало устроить брак короля с этой принцессой. Положение пленника отныне становилось не столь безнадежным, хотя перед ним по-прежнему маячила перспектива либо вечного плена, либо тягостного и постыдного договора.

И поскольку Маргарите так и не удалось склонить императора к отказу от претензий на Бургундию, – ибо

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: