Пётр Великий
Являвшимся на службу дворянам часто сам царь делал смотры, причем назначал тех, кто не был способен к военной службе, в гражданскую. Сам же царь и распределял новобранцев по полкам и кораблям. Всякий дворянин начинал службу простым рядовым, и уже потом знание, способности и труд давали ему возможность выслужиться и стать офицером. Тяжелая военная служба была для некоторых так страшна, что они старались всячески от нее отделаться; но суровое наказание — битье батогами — ожидало таких дворян.
Наиболее способных молодых людей государь отсылал для учения за границу. По возвращении их в Россию он самолично производил им экзамен, и горе было тем, которые оказывались слабыми в науках, которые провели время за границей за картами и вином: жестокое наказание приходилось испытать таким ленивцам.
Тяжела была служба дворянина при Петре Великом, не легка была жизнь и других сословий. Для пополнения постоянной армии были заведены рекрутские наборы. В первые годы шведской войны эти наборы производились очень часто: в рекруты брались горожане, крестьяне государственные и помещичьи, а также холопы. Научившийся грамоте, усердный и храбрый солдат из простых людей мог дослужиться до офицерского чина и стать дворянином. Кроме рекрутских наборов на крестьян и горожан легла еще новая повинность: они должны были платить так называемую подушную подать. Она установлена была Петром в конце его царствования и назначалась на содержание постоянной армии, достигшей к тому времени уже ста тысяч человек. Установлена эта подушная, или поголовная, подать взамен старой — подворной подати, которая признана была несправедливой, потому что в равной мере взималась с больших и малых дворов. При первом счете людей, на которых налагалась подушная подать, их оказалось около 6 миллионов.
За правильным поступлением подушной подати от крестьян и холопов должны были следить дворяне, на землях которых те жили; они же отвечали и за исправность крестьян и холопов в отбывании рекрутской повинности. Власть дворянина-помещика над крестьянином поэтому увеличилась. Дурные помещики злоупотребляли своей властью и дошли до того, что продавали иногда своих неисправных крестьян даже в одиночку, разлучая с семьями. Петр строго это запрещал. Боролся он и с другими злоупотреблениями помещичьей власти: он приказывал наблюдать, чтобы помещики не разоряли крестьян, а от разорителей имения отбирались.
Жизнь крестьян, как и людей других сословий, в то время была тяжела. Переустройство государства требовало больших усилий и труда от всех. Рекрутчина, подушная подать, а также переселение государственных крестьян на постройки в Петербург или на рытье ладожских каналов тяжело ложились на крестьянское сословие. Но сам царь подавал пример напряженного труда и непрестанных лишений. Всем — и дворянам, и крестьянам — Петр мог показать свои руки, покрытые мозолями. «Видишь, братец, — говорил государь дворянину Неплюеву, — я и Царь, да у меня на руках мозоли, а все от того, что хочу показать вам пример, и хоть бы под старость видеть мне достойных помощников и слуг отечеству».
Великий государь отлично понимал, что нельзя добиться большого увеличения государственных доходов одним увеличением податей и всякого рода налогов. Он всеми силами стремился поднять благосостояние русского народа, а достигнуть этого можно было напряженной работой, распространением просвещения, полезных знаний, развитием земледелия, промышленности и торговли. Для всего этого Петр сделал гораздо больше всех предыдущих государей. Нет ни одной отрасли народного труда, промышленности или торговли, которой бы ни коснулась заботливая рука Великого царя. Сам царь знал более десятка различных ремесел: он одинаково хорошо обходился как с топором на верфи, так и с токарным станком, выделывая тончайшие узоры из слоновой кости.
Заботы о развитии промышленности и торговли
Приобретя сам много знаний, государь решил научить им и своих подданных, обращая особенное внимание на те из них, которые более всего годились для нашей страны. Многими природными богатствами наделил господь Россию. Чего только у нас нет! И, однако, до Петра все эти богатства лежали почти нетронутыми. Он настойчиво повторял, что «Божие благословение втуне под землею не должно оставаться». Но для выполнения его горячего желания нужна была помощь опытных и знающих людей, а такими были только иностранцы, и вот он приглашает в Россию из-за границы людей, знающих хорошо разного рода мастерства, а особенно рудное дело. Им было дано большое жалованье и обещаны всякие милости. Но Петр требовал от них деятельной и честной службы; он требовал, чтобы они обучали своих русских учеников решительно всему тому, что сами знали, дабы русская промышленность не осталась всегда в руках иноземцев. Петр сам наблюдал за работой иностранных мастеров и всеми мерами добивался того, чтобы их русские ученики сравнялись с ними в искусстве и знаниях.
Самым любимым детищем Петра Великого были заводы железоделательные и горные. Еще в начале шведской войны он устроил железоплавильный завод на берегу Онежского озера — там, где теперь стоит город Петрозаводск: завод этот поставлял якоря и пушки для нового Балтийского флота. Затем государь расширил деятельность Тульского оружейного завода и основал еще новый оружейный завод в 30 верстах от Петербурга, при впадении реки Сестры в Финский залив.
Но главной заслугой Петра в деле открытия наших природных богатств является его деятельность на Урале, на котором до него почти ничего, кроме соли, не добывали. При нем же стали там добывать серебро, железо и медь. Во главе Пермских и Уральских заводов был царем поставлен знающий и честный немец Геннинг, который был уже известен царю своими работами на Олонецких заводах. Вначале дело шло туго: искусных людей в горном деле почти не было. Но в конце царствования Петра Геннинг с удовольствием отписывал ему, что Уральские заводы выплавили 1500 пудов чистой меди и что медной руды добыто уже на целый год. В конце письма Геннинг особенно хвалил железную руду на Урале: «А где такая богатая руда есть, что на Алапаевских заводах? Половина железа из нее выходит, а на Олонце пятая доля выходит, — то великая разница!» К девяти Пермским заводам было приписано в качестве постоянных заводских рабочих 25 000 крестьян, а управление заводами было сосредоточено во вновь основанном городе Екатеринбурге, названном так в честь супруги государя. Но как ни хорош был Геннинг, Петр и тут остался верен своему постоянному стремлению: где можно, поручать дело русским людям. Еще в 1702 году он отдал Верхотурские заводы простому русскому оружейнику Никите Демидову, человеку смышленому и деятельному, который прекрасно повел дело на благо Родины и себе в пользу. Потомки его, получившие дворянство, были в течение многих лет самыми богатыми людьми в России.
Горными и железными заводами не ограничивалась деятельность императора в области русской промышленности. Он поощрял устройство шелковых, суконных и полотняных фабрик. Некоторые из этих фабрик еще при жизни его достигли большого развития: так, на шелковой фабрике Евреинова работало более 1500 человек. Среди хозяев фабрик при Петре мы видим много русских людей: купцов Сериковых, Микляевых и других. Чтобы развить и поощрить фабрично-заводскую промышленность, Петр давал тем фабрикантам, которые вели хорошосвое дело, большие награды, покровительствовал образованию промышленных и торговых кампаний, или товариществ, и советовал своим приближенным принимать участие в них, указывая, что в промышленной деятельности ничего зазорного нет даже для самых знатных особ. Граф Толстой и адмирал Апраксин входили в состав предприятия, вырабатывавшего шелковую материю, а светлейший князь Меньшиков участвовал в компании поморов, ловивших треску на Белом море.
Заботы великого труженика — государя простирались на такие стороны промышленности, о которых другой занятый важными государственными делами и не подумал бы. Заметил он, что в Англии приготовляют кожу для обуви лучше, чем в России: немедленно приказывает и у нас ввести этот улучшенный способ обработки. Увидал царь, что в Голландии хорошо солят треску: тотчас обучает этому солению и наших поморов.
Много заботясь о развитии промышленности, Петр Великий не забывал и главного средства к жизни русского народа — земледелие. После завоевания Лифляндии и Эстляндии он увидел, что у тамошних жителей есть обычай вместо серпов снимать хлеб особо приспособленными косами, что во многих случаях удобнее и скорее. Государь не замедлил отослать в хлебородные наши губернии несколько человек лифляндских крестьян для обучения этому населения. Не забывал Петр и скотоводства. Всякий знает теперь о прекрасной холмогорской породе рогатого скота, но далеко не все слышали, что разведением этой породы мы обязаны Петру. Царь нашел сходство между поемными лугами по нижнему течению Северной Двины и лугами Голландии, на которых выращивался лучший по своим качествам в Европе рогатый скот. И вот он приказал вывезти из Голландии несколько штук тамошнего скота, которые и послужили для разведения наших русских пород: холмогорской и ярославской.
Много забот государь уделял и лесному хозяйству. Хороший строевой лес был нужен ему, прежде всего, для постройки судов. Поэтому он заботился о разведении дубовых рощ, особенно на севере, где дуб в диком (природном) состоянии не встречался. Во многих местах России до сих пор сохранились дубовые рощи, посаженные рукой Великого царя. Но, заботясь о разведении строевого леса, Петр, конечно, должен был всеми мерами и охранять леса. Нельзя не признать, что русский человек и в наше время, к сожалению, мало ценит и бережет лесные богатства — деревья, и теперь зачастую леса истребляются безжалостным образом, тогда как за границей не только относятся бережливо к лесам, но каждый старается вырастить около своего дома хоть несколько деревьев. В своих заботах о благе народном Петр издавал строгие законы об охране лесов, и надо пожалеть, что впоследствии они были забыты. Не дожили бы мы до теперешнего печального состояния, когда целые губернии, когда-то богатые лесом, совершенно обезлесились!
Заботы Петра Великого о фабриках, заводах, мастерствах шли рядом с заботами его о развитии торговли. При вступлении его на престол у России был только один морской порт Архангельск, а со времени Ништадтского мира она имела на Балтийском море Петербург с Кронштадтом, Нарву, Выборг, Ревель и Ригу. Увеличение числа портов само по себе должно было способствовать оживлению торговых сношений с чужими странами. От гениальной мысли царя не могло укрыться, что самое положение России делало ее посредницей в торговле между Востоком (Персией, Индией, Китаем) и Западной Европой. Он мечтал о том, чтобы отвлечь западноевропейских купцов от тогдашнего пути в Индию кругом Африки и побудить их ездить на Восток по сухому пути, через Россию. Но в России не было в то время хороших путей сообщения — этого первого и главного условия успешной торговли, — и вот смелый, изобретательный ум царя выискивает способ дешевого и удобного сообщения по нашим рекам. Петр обратил внимание на то, что левый приток Волги — река Тверца близко подходит к реке Мете, впадающей в озеро Ильмень, откуда рекой Волховом, Ладожским озером и рекой Невой шел прямой водный путь в Балтийское море. Он решился на огромное и необычайно трудное для того времени предприятие — соединить Тверцу и Мету каналом. По его приказу и был прорыт между этими реками соединительный Вышневолоцкий канал, дававший возможность из Балтийского моря проехать на Волгу и по ней в Каспийское море. Но на пути большим препятствием для безопасного плавания судов служило бурное Ладожское озеро. Царь решил прорыть канал в обход этого озера.
Устройство обоих каналов стоило больших денег и громадных трудов. Десятки тысяч рабочих ежегодно высылались сюда из разных мест на земляные работы. Многие из них заболевали и умирали здесь. Но царь признавал, что смерть этих рабочих, делавших великое государственное дело, была не менее честной и благородной, чем смерть воинов, погибавших за Отечество на поле битвы. И народ наш понимал великое дело царя и безропотно шел «на канавушку на Ладожскую, на работу государеву», как поется в одной песне, сохранившейся у крестьян Олонецкой губернии. Петр Великий не хотел ограничиться сооружением только Вышневолоцкого и Ладожского каналов. Он мечтал провести и другие каналы, которые бы соединили Волгу с Доном, Северную Двину с Невой и Волгой. Ранняя смерть не дала государю осуществить все эти великие замыслы; но непрестанные и разнообразные его заботы о русской торговле принесли большие плоды уже в последние годы его царствования: более 200 иностранных кораблей каждый год приходило тогда в Петербург, и наш заграничный вывоз достиг двух с половиной миллионов рублей в год — деньги по тому времени очень большие. Вообще же доходы государства при Петре Великом увеличились в три с лишком раза сравнительно с предшествующими царствованиями.
Преобразование государственных учреждений и заботы о просвещении
Для устройства армии и флота, для снабжения их всем необходимым, для развития промышленности и торговли и для проведения в жизнь других новых начинаний царя-преобразователя были уже непригодны прежние правительственные учреждения Московского государства. Новые условия жизни потребовали и новых правительственных учреждений. Прежние устарели и не поспевали работать за государем. Старую боярскую думу Петр заменил в 1711 году сенатом, который первоначально должен был действовать тогда, когда государь находился в отсутствии, но затем стал учреждением постоянным и занял самое высокое место в государстве. Сенат должен был следить за действиями всех властей. Ему были подчинены коллегии, заменившие прежние московские приказы.
Каждая коллегия состояла из председателя и нескольких членов, и дела в ней решались по большинству голосов. Всех коллегий было десять. Они ведали всеми отраслями управления, суда и государственного хозяйства. Особые коллегии были учреждены для заведования горно-заводским делом, торговлей и промышленностью.
Изменилось при Петре управление и на местах: взамен прежнего деления страны на многочисленные уезды, очень неравномерные по пространству, ничем не связанные между собой, Россия была разделена сначала на восемь, а потом на десять губерний; губернии же эти делились на провинции, а провинции — на уезды.
Изменяя правительственные учреждения, государь понимал, что одним этим нельзя многого достигнуть, что надо приготовить хороших работников для этих учреждений, нужно иметь всюду людей сведущих и образованных.
Поэтому мысль о скорейшем распространении в России образования никогда не покидала государя,