Военно-дипломатический аспект деятельности России на Кавказе в контексте международных отношений в первой трети XIX века
В Архиве внешней политики Российской империи, нами использовались фонды: 77 – Сношения России с Персией, 137 – Отчеты МИД. В их документах последнего 2250, 6963, 6968 отражены нюансы обстановки в Дагестане и обстоятельства хода османо-российских и персидско-российских войн и влияния Турции на Закубанье в первой трети XIX века. Ценный материал о деятельности российских властей на Северном Кавказе в начале XIX века, о ее оценке на высочайшем уровне содержится в фонде 161 – Санкт-Петербургский Главный архив.
В Российском государственном архиве древних актов в фонде 23 – Кавказские дела выделим документы 38, 39, раскрывающие особенности политики России в Закавказье в области развития образования и медицины.
В Государственном архиве Краснодарского края в материалах фонда 249 –Канцелярия наказного атамана Черноморского казачьего войска (дела 775а, 975, 1065), фонда 261 – Канцелярия начальника Черноморской кордонной линии (дело 79)– повествуется о взаимоотношениях с закубанцами, влиянии на них османских чиновников, о мерах по защите российских территорий от набегов, прослеживается динамика обстановки на Черноморской укрепленной линии и специфика отношений казаков и черкесов.
Среди опубликованных источников особое значение для нас имеет издание Актов Кавказской археографической комиссии, в котором содержатся данные о военно-политической обстановке в регионе, о противодействиях российским властям со стороны османо-персидской агентуры, действующей в Закавказье и на Северном Кавказе, а так же о некоторых аспектах социально-экономического развития горских народов. В исследовании использовались тома 2, 3, 4, 5, 6, 7.[53]
Большое значение имеет многотомная публикация документов Российского министерства иностранных дел «Внешняя политика России XIX начала XX века». Привлекались материалы, содержащиеся в 1, 3, 5, 10, 11, 14[54] томах. Они позволяют понять цели и методы политики России в отношении других держав, в частности Османской империи и шахского Ирана.
Законодательные акты представлены в нашей работе документами Полного собрания законов Российской империи. Тома второго собрания № 32, 40 и вторая часть 43 тома несут в себе информацию по рассматриваемой проблеме.[55]
Немалое значение имеют «Записки о Большой и малой Кабарде» И.П. Дельпоццо.[56]
Архивные документы продолжили публиковать и в советское время. Материалы, касающиеся политики Российской империи в Дагестане содержатся в сборнике документов «Русско-дагестанские отношения в XVIII начале XIX века».[57]
Значительную долю опубликованных источников составляет мемуарная литература. Из обозначенного раздела можно отметить мемуары российских военных Ф.Ф. Торнау,[58] И.В. Гудовича,[59] Хуан Ван-Галена,[60] А.П. Ермолова,[61] П.А. Зубова,[62] Н.Н. Раевского[63] и другие. Среди работ представителей дворянской историографии по информационной, в том числе документальной значимости к источникам можно приравнять изыскания С.М. Броневского и И.Л. Дебу[64] .
В сборнике «Трудные годы: Декабристы на Кавказе» вышли воспоминания декабристов А.А. Бестужева-Марлинского, А.И. Одоевского, А.Е. Розена, Н.И. Лорера и других.[65]
Отдельно выделим мемуары иностранных авторов. Общей чертой последних является ярко выраженная антироссийская направленность, и в этом проявляется их слабая объективность как источников.[66]
Научная новизна настоящей работы состоит в следующем
1. Впервые проанализированы военно-политические особенности продвижения России на Кавказе в совокупности внешнеполитических факторов и внутренних причин.
2. Исследованы позиции различных сторон участников процесса закрепления России на Кавказе в общей характеристике их политической деятельности в регионе.
3. В ходе работы раскрыты основные черты политики Российской империи в контексте ее взаимодействия как с горскими народами, так и с региональными державами: Турцией и Ираном.
4. Анализ военного фактора (как внешние войны, так и внутренние конфликты на Кавказе), традиционно рассматриваемого отдельно от политики в целом, в данной работе органично включен в содержание исследования.
5. Деятельность российской администрации представлена не как череда достижений и ошибок, а как позитивный поступательный процесс.
6. Реалии вхождения в состав России территорий и народов региона показаны на примерах военно-политического и социально-экономического сотрудничества и дружбы между народами Кавказа и России, данная проблематика не сводится к околонаучным рассуждениям о геноциде горских народов.
На защиту выносятся следующие положения:
1. Военно-дипломатическая деятельность Российской империи на Кавказе имела причинно-следственные основания, заключавшиеся в необходимости обороны и укрепления своих южных границ и, как следствие, противодействие проникновению в регион как непосредственно заинтересованных в этом стран: Турции и Ирана, нежелающих усиления России на Ближнем и Среднем Востоке европейских держав.
2. Позиция региональных империй Порты и Персии на Кавказе диктовалась стремлением не допустить закрепление России в регионе, внешняя политика правительств шаха и султана следовала в фарватере западно-европейских стран.
3. Четкое и неизменное антироссийское направление политики европейских держав: Англии, Франции, Австрии – объясняется стратегически важными для них политическими и экономическими причинами: стремлением не допустить Россию в зоны традиционного влияния на Востоке и на Кавказе.
4. Отношение народов Северного Кавказа и Закавказья к деятельности России на их территории было неоднозначным и варьировалось от добрососедских отношений добровольного принятия подданства до вооруженного выступления. Последнее возникало часто вследствие объективно обусловленного недостаточного понимания и одобрения со стороны российской администрации специфики традиционного уклада кавказских народов, а также отсутствия у горских народов опыта государственности. Разрешение этих проблем часто зависело не только от политики, проводимой Россией в регионе, но и от личностей, проводящих эту политику.
5. Англия и Франция поочередно оказывали не только военно-дипломатическую помощь османским и персидским властям, но и играли значительную роль в развязывании персидско-российских и османо-российских столкновений в первой трети XIX века. Сами Турция и Иран пытались играть на противоречиях (в том числе и конфессиональных), возникавших между российскими властями и народами Кавказа.
6. Деятельность России на Кавказе имела целенаправленный характер и несмотря на ряд осложняющих внешне- и внутриполитических факторов, была достаточно успешной.
Теоретическая и практическая значимость работы заключается в возможности использования ее материалов, положений и выводов при написании работ по истории Кавказа, исследований, посвященных российской политике в регионе, при разработке специальных курсов в вузах, в вузовском и школьном преподавании истории России. Анализ опыта деятельности российских гражданских властей и военных в первой трети XIX века может оказаться полезным представителям нынешних региональных и федеральных властей для выработки оптимальных методов создания стабильности и безопасности в регионе.
Апробация исследования. Диссертация была обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры регионоведения и специальных исторических дисциплин Армавирского государственного педагогического университета. Основные положения работы излагались на всероссийских, региональных и краевых конференциях в Славянске-на-Кубани (2001, 2002, 2003 гг.), Армавире (2002, 2003, 2004 гг.), Краснодаре (2002, 2003, 2004 гг.), Майкопе (2004 г.). По теме диссертации опубликовано 5 статей и 8 тезисов сообщений, общим объемом 3,8 печатных листов, в том числе в журнале «Известия высших учебных заведений. Северо - Кавказский регион», включенном в списки ВАКа. Материалы диссертации использовались в лекциях в рамках курса истории России, которые читались в 2003-2005 гг. на факультете истории и юриспруденции Славянского-на-Кубани государственного педагогического института.
Структура работы обусловлена целью и задачами диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованных источников и литературы.
II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ
Во введении обосновываются актуальность темы, ее научная новизна, формулируются предмет, объект, цели и задачи исследования, характеризируются территориальные и хронологические рамки, основные положения, выносимые на защиту, рассматривается историография вопроса, источниковая и методологическая база исследования, определяются практическая значимость и апробация работы.
Первая глава «Специфика политики Российской империи на Кавказе в контексте международных отношений периода «наполеоновских войн» (1801-1815 гг.)» состоит из 3 параграфов. В первом параграфе дается анализ деятельности России в регионе, выявляется влияние на нее внешнеполитических факторов, рассматривается вопрос присоединения Восточной, а затем и Западной Грузии и Абхазии, анализируются особенности внешнеполитического «расклада сил» на Кавказе. Рассматривается политика России на Кавказе, особенности взаимоотношений российских властей с закавказскими национальными элитами, попытки создания пророссийской «федерации» кавказских владетелей. Отмечаются механизмы включения территорий Северного Кавказа и Закавказья в состав Российской империи, а так же привлечения местных правителей на сторону российских властей. Описаны методы военно-административного регулирования в регионе. Выявляются причины «набеговой» активности горцев и влияние на эти процессы персидско-российской (1804-1813 гг.), османо-российской (1806-1812 гг.) и коалиционных войн. Указываются экономические основы укрепления российского влияния на данной территории: меновые дворы, организованные за счет российской казны, поставки товаров, попытки экономического давления путем установления высокой цены на соль или полный запрет на стратегически важные материалы – порох и железо. Изучаются многократные, нередко ситуационно обусловленные присяги горцев на верность России и причины их неисполнения горцами.
Аргументируется, что в начале XX века Россия находилась в состоянии поиска путей и методов установления контроля над обстановкой на Кавказе, что осложнялось наличием фактора соперничества с Турцией, Ираном и стоявшими за ними европейскими державами. Российская империя в рассматриваемый промежуток времени была преимущественно занята европейской политикой. Между тем, внутренние социально-экономические процессы в крае, а также сложная международная обстановка заставляли российское правительство искать эффективные средства закрепления на Кавказе.
Подводятся итоги территориальным приобретениям России на Южном и Северном Кавказе в данный период. Во втором параграфе рассматриваются взаимоотношения России с Османской империей и шахской Персией в 1801-1815 годах. Делается вывод о том, что Турция и Иран, несмотря на наметившийся упадок в их экономике и социально-политической сфере, продолжали играть в регионе важную роль при поддержке европейских держав. Рассматривается агентурная и агитационная работа агентов шаха и султана. На Черноморском побережье Северного Кавказа Турция владела рядом крепостей, но фактически территория Кубанского левобережья продолжала оставаться неподконтрольной османским властям. Последним приходилось порой ощущать на себе особенности набеговой системы горцев. Россия, связанная с Портой союзническими обязательствами, до 1806 года старалась не поддаваться на провокации и без лишней необходимости не преследовать горцев на территории, формально принадлежащей Турции. В это время действия османских и персидских агентов ухудшали отношения России с Кавказскими народами, но не могли решительно переломить ситуацию в пользу региональных империй. Российским властям на Кавказе приходилось противостоять не только подрывной деятельности Тегерана и Стамбула, но и произвольному трактованию подданства и присяги местными правителями и «вольными обществами». В параграфе рассматривается попытка России наладить морские коммуникации по линии Крым – Грузия. В персидско-российской войне 1804-1813 годов иранские войска потерпели существенные поражения, несмотря на военно-дипломатическую поддержку Англии и Франции. В течение войн 1806-1812 годов Российская империя предпринимает попытки закрепиться в Абхазии и Аджарии, это было стратегически важным актом в вопросе присоединения Черноморского побережья Кавказа. Показательно, что создать союз Турции и Ирана, несмотря на старания европейских дипломатов, не удалось. Следствием войн России с Персией и Турцией в начале XIX века стало еще большее усиление влияния Российской империи на Кавказе. В третьем параграфе заявляется о том, что Кавказ являлся для Англии и Франции точкой политического давления на Российскую империю. Дипломатическая и военно-консультативная деятельность указанных стран в регионе позволяла частично отвлечь Петербург от европейских проблем. Дипломатические игры Первой империи и Великобритании зависели от европейских событий. Франция и Англия поддерживали у Персии и Порты претензии на территорию Кавказа. По сути Франция и Англия подталкивали региональные державы к столкновению с Россией, что выражалось в попытках создания антироссийских союзов, снабжении оружием, боеприпасами, помощи военных специалистов армиям султана и шаха. Отмечаются попытки закрепления британских и французских коммерсантов и военных на Черном и Каспийском морях. Российская дипломатия стремилась ограничить всеобъемлющее влияние европейских дипломатов на турецкое и персидское правительство. Реально переломить ситуацию в свою пользу Россия смогла лишь после военных побед над Турцией и Ираном и разгрома наполеоновской Франции. В параграфе анализируются методы и приемы деятельности Великобритании и Франции. Особо отмечены экономические методы воздействия: такие как заключение неравноправных договоров с Турцией и Ираном. Рассматривается роль Лондона и Парижа в развязывании военных конфликтов между Россией с одной стороны и Персией и Турцией с другой. Отметим все еще достаточно высокую самостоятельность иранских и османских властей в области внешней политики, хотя определенное влияние европейских дипломатов и политиков сохранялось.
Политика Франции в регионе в 1801-1812 годах имела незначительные последствия для России. Кавказ в политике Наполеона был лишь средством для дипломатических манипуляций и угроз английским колониям. После завершения наполеоновских войн Париж практически уходит с территории Кавказа и ее присутствие оставалось лишь на уровне дипломатических представительств и консульств. Дипломатия Великобритании была направлена на дестабилизацию обстановки на Кавказе. Вне зависимости от состояния взаимоотношений Лондона и Петербурга ее деятельность была направлена против упрочения позиции России на указанной территории.
В целом политику Англии и Франции в период с 1801 по 1815 года характеризовало соперничество друг с другом и практически неизменная ориентированность против российского присутствия на Кавказе.
Вторая глава «Военно-дипломатическая деятельность России и международная политика в Кавказском регионе в 1816-1826 гг.» делится на 3 параграфа. В первом параграфе обосновывается положение, что на деятельность А.П. Ермолова в регионе оказало влияние окончание «наполеоновских» войн и пауза в военном противостоянии Персии и Порты с Россией. В параграфе рассматриваются особенности российского военно-политического присутствия на Кавказе, причины ставки российского командования на преимущественно силовые способы решения задач по приведению и удержанию в покорности горских народов. Меновая торговля с кавказскими народами была признана мало эффективной, хотя полностью не исключалась. Изучается динамика взглядов отечественных исследователей на деятельность «проконсула Кавказа». Мероприятия по включению в состав Российской империи территорий и народов Северного Кавказа приобрели целенаправленный, систематический характер постепенного продвижения в глубь региона. Освещаются действия А.П. Ермолова, направленные на увеличение численности военного контингента путем включения в состав подчиненных ему войск новых подразделений из центральной России, «туземной милиции» и все более подчиненных государству казачьих формирований. Впоследствии данное мероприятие способствовало успешному отражению персидского и турецкого вторжения во время персидско-российской (1826-1828 гг.) и османо-российской (1828-1829 гг.) войн. В параграфе дается картина вооруженного противостояния с горскими народами. Выясняются причины осложнения внутренней обстановки на Северном Кавказе и в Закавказье в 1816-1826 годах. Следует констатировать факт, что в межвоенный период тылы кавказского корпуса были в общем защищены. В 1823-1824 годах удалось провести военные операции в Абхазии против повстанцев во главе с Аслан-беем, а также против кабардинцев и к весне 1826 года – против Бей-Булата Таймиева в Чечне.
Важнейшей особенностью российского военно-политического присутствия на Кавказе было то, что присоединение южной его части происходило в более сжатые сроки, чем северной части, а подчинение Северо-Западного Кавказа вообще лишь планировалось в зависимости от внешнеполитических обстоятельств.
Причинами такого явления было то, что народы Закавказья уже находились на государственном уровне развитии, что облегчало их взаимоотношения с российскими властями, а северокавказские горцы не имели опыта государственности.
Второй параграф посвящен раскрытию замыслов Ирана и Османской Порты по возвращению своих утраченных позиций на Кавказе.
Тегеран и Стамбул в 1816-1826 годах придерживались уже привычной линии поведения, при которой заключение договора с Россией для них вовсе не означало прекращения деятельности, направленной на возвращение своих кавказских владений.
Рассматриваются причины оттягивания выполнения Россией Бухарестского и Гюлистанского договоров, а также консультации высших дипломатических чиновников по поводу возвращения Турции Анапы, Поти, Ахалкалаки и разграничения границ между Российской империей и Ираном. Анализируется степень участия российских политиков и военных в развязывании персидско-османской войны 1821-1823 годов. Отмечается, что для России данный конфликт имел в целом положительное значение, уменьшив активность деятельности османской и персидской агентуры в российских владениях на Кавказе.
Хотя Иран и воевал против Турции,