Xreferat.com » Рефераты по истории » Исторический опыт межэтнических отношений на евразийском пространстве

Исторический опыт межэтнических отношений на евразийском пространстве

входившие в состав Византийской империи, а позже ставшие составной частью Второго Болгарского царства, неоднократно приходили из-за Дуная куманские кочевники.

Место кочевников Причерноморья в истории Руси, народов Восточной и Юго-Восточной Европы – традиционный предмет исследований византинистов, славистов, историков Руси. В ее разработку внесли вклад В. Г. Васильевский, Ф. И. Успенский, Й. Маркварт, К. Дитерих, Н. Йорга, В. Златарский, Д. А. Расовский, Д. Моравчик, Д. Дуйчев, М. Дьони, В. Тыпкова-Заимова, Г. Цанкова-Петкова, П. Диакону, советские историки Г. Г. Литаврин, В. Т. Пашуто, С. А. Плетнева и многие другие. Анализ византийских источников, русских летописей, болгарских литературных памятников, привлечение археологических материалов, данных топонимики, нумизматики, сфрагистики, других специальных исторических и филологических дисциплин дает возможность определить закономерности динамики миграций тюркских кочевников в ХII-первой половине XIII в. на территории Юго-Восточной Европы. В последнее время (XIV конгресс историков в Сан-Франциско, XIV и ХV конгрессы византинистов в Бухаресте и Афинах) рассматриваемая тема получает все более широкий аспект изучения, возможного на основе комплексного анализа имеющихся материалов: встреча цивилизаций в условиях "переломных" моментов исторического развития, взаимодействие направляющих исторического пути Востока и Запада, условия возникновения общественно-производственного синтеза в "пограничных" зонах.

В связи с этим анализ Миграции тюркских кочевников Восточной и Юго-Восточной Европы (Северное Причерноморье и Нижнее Подунавье) в ХII-первой половине ХIII в. позволит выяснить ряд вопросов. Первое: как корректируются традиционные представления об истории печене¬гов, узов и половцев результатами новых источниковедческих изысканий (последние публикации, обнаруженные рукописные материалы, новые атрибуции и датировки памятников)? Второе: что дает для определения основных этапов военно-политической истории половцев в указанный период привлечения данных разноязычных (русских, византийских, Сирийских, старофранцузских, других западноевропейских латиноязычных) и разножанровых (хроники, речи, письма, стихотворные сочинения, акты) письменных источников? Третье: как методика комплексного анализа истории кочевников Причерноморья (этногеографические исследования, классификация этнонимии, локализация и картографирование, графическое отображение миграционных процессов) позволяет представить динамику миграций тюркских кочевников в Юго-Восточной Европе в рассматриваемое время? Настоящая работа построена на привлечении материалов византийских источников, а также на сопоставлении результатов их анализа с данными русских летописей, отдельных европейских и восточных Источников.

В свете новых источниковедческих исследований скорректированы и изменены принятые ранее в обобщающих работах по нашей теме датировки описаний ряда событий у Киннама и Никиты Хониата, речей Георгия Торника (ритора), Сергия Коливы, Иоанна Сиропула, Константина Стилва. По сравнению с корпусом византийских известий о тюркских народах Д. Моравчика [159] дополнительно привлекаются в связи с изучаемыми вопросами сообщения писем Иоанна Цеца, митрополита Георгия Торника, эпитафии Феодора Продрома, речей Михаила ("Солунского") И Евфимия Торника и др.

Подробный предварительный анализ каждого из изучаемых текстов с целью уточнения содержания этнонимов памятников, локализации событий, отождествлений лиц – участников интересующих нас кампаний – привел к следующим результатам, важным для последующих выводов.

Набеги кочевников в первой четверти ХII в. С территории Руси, Северного Причерноморья за Дунай представляли собой, вероятно, движение объединенных сил печенежско-торческих союзов [160] . Этноним "скифы" византийских источников применительно к событиям последней четверти ХII-начала XIII в. в основном обозначает половцев - участников движения Петра и Асеня и походов Калояна [161] . Анализ локализации событий в источниках не позволяет говорить о широком территориальном охвате миграций кочевников в Подунавье в середине ХII в [162] .

Пусть исследования поставленной проблемы предполагает первоначально источниковедческий анализ военно-политической истории куманской инфильтрации в северо-западнопричерноморские земли, а затем сопоставление полученных результатов с выводами исследователей половецких древностей на Руси [163] .

Самостоятельные набеги куманов (40— 70-е гг. XII в.)

Половецко-византийская война 1148 г. Датировка основных источников дискуссионна. Принятые нами даты [164] (см. ниже) ни в коей мере не являются окончательными.

Вопрос о локализации рассматриваемых событий до сих пор дискуссионен: в последних работах театр военных действий перемещается на север от Добруджи, к междуречью Сирета и Берлада [165] , или, согласно другой точке зрения, события отодвигаются далеко на запад — к Олту [166] . Подробное рассмотрение проблемы в специальной работе [167] позволяет сейчас не останавливаться на ней детально, но указать лишь основные выводы о территории, на которой проходила кампания 1148 г. Вторгшиеся из-за Дуная куманы не только не перешли, вопреки мнению В. Г. Васильевского [168] , Балканский хребет, но и их распространение вплоть до Балкан [169] не определено четко источниками: война проходила на более ограниченном пространстве, близком к Дунаю. В результате половецкого набега подвергся разорению крупный дунайский горд Дристра, что определяется на основании данных Цеца [170] . С районом Дристры в основном и связываются нами события войны [171] .

События войны территориально имеют отношение и к Руси: по Киннаму, византийский отряд, преследуя куманов, достигает горы, "возвышающейся вблизи пределов Тавроскифии" [172] . Толкование этого места также вызывает большие споры, и приходится констатировать пока отсутствие удовлетворительного решения проблемы [173] . Возможно, здесь речь идет о южных отрогах Восточных Карпат: под "Тавроскифской" землей в нашем источнике обычно понимается Галицкая Русь . Действительно, западные пределы Галицкого княжества упирались в Восточные Карпаты. Таким образом, несостоятельным оказывается распространение далеко на юг в это время (что делается только на основании свидетельства Киннама) границ Галицкой земли [175] . Половецко-византийская война 1148 г. скорее шла на более ограниченной территории, не только не распространяясь на русские земли, но вряд ли заходя далеко в половецкую степь. В середине XII в. низовья Днестра, Прута и Сирета, видимо, находились под контролем половцев [176] , внедрявшихся, впрочем, в более северные районы Руси [177] . Галицкая же территория, более или менее устойчивая граница которой проходила по городам Ушица, Кучелмин, Онут, Микулин, Коломыя [178] , не доходила даже до места современного Могилева на Днестре [179] .

Война 1148 г. оказалась единственным в царствование Мануила Комнина победным византийским походом на половцев, "оправдывающим" обычное упоминание кочевников-"скифов" в византийских энкомиях в честь Мануила Комнина при перечислении покоренных им в войнах народов [180] .

Война Кальмана с половцами (около 1152 г.) Описанный у Никиты Хониата [181] набег "скифов"-половцев не упоминается в других источниках, в том числе и Б "Истории" Киннама. После опустошительльных действий на правом берегу Дуная куманы возвращаются снова за Истр, разбив посланный против них отряд "некоего Каламана". Вряд ли он может быть отождествлен с упоминаемым Киннамом в связи с событиями середины 60—начала 70-х гг. Константином Каламаном [182] . П. Нэстурел считает его Борисом Кальмановичем [183] (Каламановичем), известным, по Киннаму [184] , сыном венгерского короля Кальмана (Каламана) и дочери Владимира Мономаха Евфимии [185] Он был рожден на Руси после того, как Кальман развелся с Евфимией и отослал ее на родину.

Вернувшись в Византию при Иоанне II, снискав высокие чины, он участвовал в многочисленных войнах с Венгрией [186] .

Трудности датировки связаны с размытостью хронологических определений источника. Сообщение об этом походе Никита Хониат начинает с указания на его одновременность с возвращением Мануила в Константинополь после победных действий в Венгрии (в междуречье Дуная и Савы — взятие Зевгмина и пр.) [187] , что соответствует весне 1152 г.[188] Однако война Каламана непосредственно примыкает к последующим событиям, относимым уже к 1155 г. [189] , на основании чего рассматриваемые события датируются 1154 [190] или 1155—1156 гг.[101]

В источнике отсутствуют какие бы то ни было сведения о локализации событий. Однако описание войны позволяет видеть в ней незначительный однократный набег половцев на правобере¬жье Дуная. Косвенным подтверждением такой оценки могут служить и действия византийского правительства: против куманов отправляется небольшой отряд, поражение которого никак не сказалось на внешнеполитическом положении Византийской империи.

Куманский набег 1160 г. Краткое сообщение об обстоятельствах набега содержится у Киннама. "Скифы"-половцы переправились через Истр в то время, когда Мануил с войском находился в Малой Азии после победы над иконийским султаном Кылич-Арсланом II и направлялся в Константинополь после удачных переговоров с побежденными [192] , т. е. в 1160 г.

В источнике подробно прослеживается маршрут Мануила навстречу куманам из Малой Азии: свернув с прямого пути в столицу, он идет в район Авида, затем у Галлиполи переправляется на европейский берег, откуда спешит к Дунаю; не дойдя до него, узнает, что противники при известии о приближении византийского войска успели вернуться за Истр. Таким образом, нет никаких оснований предполагать замысел глубокого рейда куманов через Балканы во Фракию, как считал В. Златарский [193] . Фракийская территория упоминается в источнике лишь как исходный пункт движения Мануила на кочевников и не имеет отношения к локализации их опустошительных действий. Налицо характерный грабительский набег половцев, воспользовавшихся ведением византийской армией далекой войны в Азии и вернувшихся на север тотчас при вести о близости ромейских войск.

Походы половцев на Византию в составе союзных войск

Половцы в византийской армии (40—70-е гг. XII в.).Наряду с самостоятельными набегами куманов в рассматриваемый период половецкие части входили как в войска антивизантийских союзов, так и в византийскую армию.

Судя по нашим данным, вероятно привлечение половцев во время войн Мануила в Венгрии и Сербии в начале 50-х гг. Прямых свидетельств об участии куманских отрядов в составе венгерского и сербского войск, аналогичных указанию Киннама [194] на воевавших на стороне Сербии печенегов в 1150 г., нет. Однако косвенные сведения речи к Мануилу Михаила—магистра риторов (родственника или близкого человека солунского митрополита) указывают на антивизантийскую коалицию на Дунае того времени: наряду с "гепидами" — венграми упоминаются "скифы" и "сарматы", покоренные и подвластные Византии, под которыми подразумеваются кочевники [195] (возможно, дифференцированно — печенеги и половцы). Показательно зафиксированное в источнике отношение к придунайским кочевникам как к данникам византийского василевса, т. е. поражение Каламана (см. выше) не имело серьезных международных политических последствий.

Неоднократно упоминаются "скифы", очевидно, половцы, а также печенеги в качестве составной части армии венгерского короля Стефана (Иштвана) III, направленной против Византии в 60-х гг. XII в. [196] События разворачиваются в районе Срема, Зевгмина (Землина) [197] . Итак, половцы принимали участие не только в краткосрочной, но и в длительной борьбе государств Центральной Европы против Византии, участвуя в нескольких кампаниях на протяжении целого ряда лет.

Представление о подунайских кочевниках как о данниках византийского императора четко зафиксировано источниками: к упомянутой речи Михаила-ритора следует добавить энкомий Евфимия Торника в честь Мануила [198] . Говоря о победах императора над всеми подунайскими народами, автор называет города "пеонцев" и "даков", равнины "гетов", успехи в войнах с "трибаллами" и "далматами". Отдавая дань риторическому плеоназму, небезосновательно отождествить "гетов" Евфимия с кочевниками-тюрками [199] . Более того, наряду со свидетельствами о многочисленных победах Мануила над кочевниками [200] , у Евстафия Солунского есть указание на подвластность "скифа" ромейскому василевсу: кочевники оказываются подданными, рабами империи [201] .

Наибольшее количество сведений о половцах в рассматриваемый период относится к участию отрядов в византийской армии. "Скифы"-куманы находятся в византийском войске в битве у Пикридиона с Конрадом III в 1147 г. во время II Крестового похода [202] ; в 50-х гг. они участвуют в войнах в Италии (упоминаются в битве при Бари) [203] ; о "скифских" наемниках говорится в связи с подготовкой похода 1160 г. на иконийского султана [204] ; неоднократно сообщается о куманах в армии Мануила во время его венгерских кампаний с 1162 по 1167 гг. [205] ; половцы отправляются и на войну Византии с Кылич-Арсланом в 1175 г. [206]

Таким образом, первый выделенный нами этап развития международных отношений в Подунавье XII—XIII вв. ограничивается 40—70-ми гг. XII в. и характеризуется прежде всего наличием самостоятельных походов кочевников: в последующие периоды куманы будут составлять лишь часть союзных сил. Подводя итоги этому этапу, следует отметить единичность самостоятельных набегов куманов, известных по нашим источникам; их характер: мелкие грабительские набеги; анализ данных о локализации половецких войн показывает узкое территориальное распространение этих кампаний; имевшие место победы куманов над византийскими военными частями не имеют серьезных последствий для государств Юго-Восточной и Центральной Европы, т. е. самостоятельная военная сила куманов минимальна; еще меньшими сведениями мы располагаем об участии кочевников в союзных войнах против Византии, причем итогом этих (известных нам) кампаний оказывается поражение войск антивизантийских коалиций; подавляющее большинство сведений за первый период — о куманах в византийской армии; половцы участвуют практически во всех крупных внешнеполитических военных мероприятиях Византии по всем направлениям: II Крестовый поход, Итальянские войны, походы на Кылич-Арслана, войны со Стефаном III; основная функция куманских частей традиционна — это конные отряды.

Византия, половцы и освобождение Болгарии от византийского господства.С конца 70-х до середины 80-х гг. в византийских источниках нет никаких данных о половцах. Вновь сведения о них появляются в связи с событиями освобождения Болгарии от византийского господства.

После неудачи в результате первого болгарского похода Исаака [207] к отступившим за Дунай к вождям восстания Петру и Асеню [208] присоединились куманы, которые участвовали во всех их последующих военных операциях. Д. А. Расовский писал о количественном преобладании половцев в армии Асеней, в результате чего участие их оценивалось как решающий фактор в войнах болгар с греками и латинянами в конце XII—начале XIII в.[209] Однако в докладе на XIV Международном конгрессе исторических наук (Сан-Франциско, 1975) К. Джуреску, рассматривая вопрос об этническом составе восстания Асеней, говорил только о болгарах и влахах-румынах, отождествляя с последними как "влахов", так и "скифов" наших источников [210] . Впрочем, здесь, видимо, имеет место традиционно спорный вопрос о соотношении валашского и болгарского элементов в среде восставших, которые в одних случаях именуются "влахами" [211] , в других — "болгарами" [212] , в третих— "мизами" [213] . Что касается валашско-болгарской дилеммы, то, думается, принципиальное ее решение (вне зависимости от вопроса о национальной принадлежности вождей восстания) Г.Г. Литавриным [214] убедительно. Но к вопросу о роли половцев в рассматриваемых событиях это не имеет прямого отношения: оснований для пересмотра вопроса об участии половецких соединений в борьбе болгарского народа за независимость нет.

Итак, отступившие за Дунай участники восстания встретились со "скифами"-половцами [215] . Точную локализацию событий досконально восстановить трудно[217] . Петра "искали, но место его не было найдено" [217] . Вероятно, кампания проходила в районе Филиппополя (на что есть намек в эпиграмме Феодора Вальсамона) [218] , возможно, в Преславе [219] . Но не исключено, что присоединение куманов состоялось уже после нового похода Асеней из-за Дуная [220] .

Соединенная с куманами армия Асеней и совершила поход на "Мизию" [221] , вслед за чем состоялся второй поход Исаака Ангела. Никита Хониат указывает, что бои охватили "Мизию", т. е. территорию между Дунаем и Балканами, что свидетельствует о сравнительно большом территориальном распространении кампании. Никита Хониат, сам участвовавший в походе [222] , составив послание синоду с отчетом о нем [223] , локализует события. Эти действия датируются 1187 г. [224] К моменту выхода Исаака из Константинополя на Адрианополь куманы находились у Агафополя [225] . Бои распространились на район Лардеи [226] , Вастерн [227] : битва у Вастерн произошла по пути императора

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: