Героическая оборона Севастополя (1854—1855 гг.)
Лейтенант Бирюлез, подполковник Головинский, лейтенант Завалишин, матросы Петр Кошка, Федор Заика, Аксений Рыбаков, Иван Димченко, Игнатий Шевченко и солдат Афанасий Елисеев прославились среди многочисленных героев Севастополя. Их имена знала вся Россия. Конечно, печать того времени отметила значительно меньше имен “нижних чинов”, чем офицеров.
Вылазки проводились и на море. Например, 24ноября по приказанию адмирала Нахимова провели вылазку два пароходо-фрегата “Владимир” и “Херсонес” под командованием командира “Владимира” капитана 2 ранга Г.И.Бутакова. “Владимир” должен был атаковать неприятельский винтовой пароход “Мегера”, наблюдавший с моря за действиями русских судов в бухте. “Херсонесу” предстояло начать бой с двумя пароходами противника, стоявшими невдалеке, чтобы не дать им возможности оказать помощь “Мегере”. Выйдя на полном ходу в море, “Владимир” устремился к “Мегере”, сделав по пути несколько метких выстрелов по лагерю противника, расположенному на берегу. “Мегера”, подав сигнал о неожиданном нападении, поспешила уйти под защиту огня кораблей своего флота, находившегося в Камышевой и Казачьей бухтах. “Владимир”, проводив пароход противника выстрелами, присоединился к “Херсонесу” и повел вместе с ним огонь по двум пароходам и лагерю противника.
Между тем несколько кораблей из вражеского флота снялось с якоря и направилось к месту боя. Чтобы не оказаться отрезанным от входа в бухту, Бутаков прекратил бой и возвратился без потерь.
В результате вылазок противник не только терпел материальный ущерб, но и испытывал затруднения в ведении осадных работ. Кроме того, вылазки подрывали моральное состояние неприятеля.
Значительный размах в осаде Севастополя получила подземная минная борьба. Французы, не будучи в состоянии продвинуться к 4-му бастиону, решили идти вперед подземными минными галереями, чтобы подорвать бастион.
Главный военный инженер Севастополя Тотлебен разгадал намерения противника. Он приступил к созданию впереди бастиона обширной системы контрмин.
Идея русской контрминной системы выражалась в том, чтобы под землей наступать на осаждающего, подрывать его галереи и отбрасывать врага назад.
Во время подземной минной войны при обороне Севастополя русские проложили до 7000 метров галерей и рукавов и произвели 120 взрывов.
Героический 4-й бастион отбил все попытки французов подойти к нему по земле и под землей.
Благодаря столь энергичному отпору противник не рискнул идти на штурм 4-го бастиона в течение весны и лета 1855г., и это было одной из причин того, что неприятель с весны 1855г. перенес основные усилия на другой фланг русской оборонительной линии, где главными укреплениями были Малахов курган и 2-й бастион.
В феврале противник установил несколько батарей, расположение которых показывало, что они предназначены для обстрела высоты впереди Малахова кургана и местности между этой высотой и Малаховым курганом. Чтобы улучшить положение Малахова кургана, русское командование решило опередить врага в занятии этой высоты.
Но для этого сначала нужно было утвердиться на высотах за Килен-балкой. В противном случае неприятель мог отсюда действовать во фланг и тыл высоте, находящейся впереди Малахова кургана.
Укрепиться на высотах за Килен-балкой было поручено отряду под командованием генерала Хрущева. Отряд состоял из Волынского и Селенгинского полков. В ночь на 10февраля оба полка в полной тишине подошли к намеченному месту. Волынский полк выдвинулся вперед, прикрывая Селенгинский полк, начавший работы по возведению укрепления. Только с рассветом неприятель обнаружил русских и открыл артиллерийский огонь. Но работы продолжались. Новое укрепление получило название Селенгинского редута. Враг решил во что бы то ни стало захватить еще не законченный редут.
Ночью 12 февраля 1855г. противник предпринял попытку захватить Селенгинский редут, но русские заставили его в беспорядке отступить.
В отражении нападения противника принимали участие находившиеся на рейде пароходо-фрегаты “Владимир”, “Херсонес”, “Громоносец” и линейный корабль “Чесма”, которые своим огнем поражали наступавшего врага и его резервы.
В ночь на 17 февраля русские продвинулись здесь еще дальше и в 500метрах от траншей противника заложили другой редут - Волынский. К 27февраля оба редута были закончены.
Так как на высоты, где были расположены оба редута, доставить тяжелую артиллерию было невозможно, русские ограничились установкой там двадцати двух легких орудий.
Неожиданное выдвижение русских опять вынудило неприятеля изменить план продвижения к оборонительной линии города. Непосредственно на Малахов курган и 2-й бастион уже нельзя было действовать. Нужно было избавиться от новой помехи в виде двух редутов. Англо-французам понадобились месяцы, чтобы преодолеть это препятствие. Между тем русские захватили высоту впереди Малахова кургана, на которой соорудили укрепление, получившее название Камчатского люнета (строил укрепление Камчатский полк). На Камчатском люнете было установлено 10легких пушек.
Командование важнейшим участком обороны, включавшим Малахов курган, 2-й бастион, Селенгинский и Волынский редуты и Камчатский люнет, Нахимов доверил контр-адмиралу Владимиру Ивановичу Истомину.
Контр-адмирал Истомин еще в чине гардемарина участвовал в знаменитом Наваринском бою. За этот бой он получил Георгиевский крест. Вторым орденом Георгия он был награжден в Севастополе. В Синопском бою Истомин в чине капитана1ранга командовал 120-пушечным кораблем “Париж”. По свидетельству Нахимова, нельзя было действовать лучше, чем действовал в этом бою Истомин. Эта оценка Нахимова была уже сама по себе высокой наградой.
Истомин являл собой пример бесстрашия и удивительного спокойствия даже во время самого жаркого боя; в самые критические моменты он не терял присутствия духа и ясности мысли, всегда находя выход из тяжелого положения. Он не бравировал опасностью, но смерти не боялся и всегда оказывался в бою на самых опасных местах. За полгода бессменного пребывания на Малаховом кургане Истомин был один раз ранен и один раз контужен, но не покидал укреплений.
Штаб его помещался в уцелевшем нижнем этаже каменной башни на Малаховом кургане. Здесь он и жил. С началом создания Камчатского люнета он один-два раза в сутки приходил туда и лично руководил установкой орудий и оборудованием батарей.
7 марта 1855г. Истомин, обходя люнет, был убит ядром, попавшим ему в голову. Лишившись в лице Истомина верного помощника и друга, Нахимов часть его работы взял на себя. 27 марта 1855г. вице-адмиралу Нахимову было присвоено звание адмирала.
В течение февраля - марта оборонительная линия Севастополя укреплялась, снимались с кораблей и ставились на укрепления новые орудия. Общее число орудий дошло до 900, но вести огонь по траншеям и артиллерии противника могли только 460орудий. Остальные, большей частью малых калибров и недостаточной дальнобойности, были расставлены для ведения огня по ближайшим подступам, для обстрела отдельных участков местности и для внутренней обороны укреплений.
Неприятель имел на своих батареях 482орудия. По количеству орудий превосходство врага было небольшим, но по мощности огня оно было гораздо значительнее. Залп английских и французских орудий составлял 12000кг металла, русских – 9000кг, т.е. на 25% меньше. Кроме того, русские имели всего 57мортир, из которых половина не могла действовать из-за отсутствия снарядов. Противник же располагал 130 мортирами крупного калибра, из которых он мог обстреливать навесным огнем укрепления и всю территорию города.
Запас снарядов у противника составлял на пушку 600, на мортиру 350, в то время как у русских на пушку запас составлял 150снарядов, на мортиру в зависимости от калибра — 25-100 снарядов.
Гарнизон Севастополя испытывал большую нужду в снарядах и особенно в порохе. 28 марта началась вторая крупная бомбардировка Севастополя и продолжалась без перерыва днем и ночью до 6 апреля.
За первые сутки враг не добился успеха. Англо-французское командование решило еще трое суток продолжать интенсивный обстрел днем и ночью и одновременно возводить подступы к 4-му бастиону и Камчатскому люнету. Но 2апреля выяснилось, что русская артиллерия продолжает вести такой же огонь, как и в начале бомбардировки. Решено было продолжать бомбардировку еще трое суток, а затем штурмовать: французам - 4-й бастион и Камчатский люнет, англичанам - 3-й бастион. Однако и 5апреля штурм не состоялся. 6апреля на совете союзные командующие отложили штурм на 16апреля, чтобы за это время усилить свою артиллерию.
За время: второй бомбардировки враг израсходовал 168700 снарядов, русские 88700. Защитники Севастополя израсходовали почти полностью запас снарядов за исключением неприкосновенного запаса на случай штурма.
16 апреля штурм также не состоялся. Продолжительная, но безуспешная осада Севастополя привела к тому, что 3мая главнокомандующий силами противника Канробер был отстранен от командования и заменен генералом Пелисье.
Чтобы успокоить общественное мнение в Англии и Франции, новый главнокомандующий решил нанести удары по портам Азовского моря, где были сосредоточены большие запасы продовольствия. Этим он рассчитывал затруднить снабжение русских войск. Однако это предприятие не оказало заметного влияния на ход событий, хотя были истреблены значительные запасы хлеба. Подвоз продовольствия для Севастополя велся со складов Крымского полуострова и из ближайших районов Украины. Снабжению русской армии мешали не столько действия противника, сколько скверное состояние грунтовых дорог и транспорта, бюрократизм и хищения царских чиновников.
В апреле - мае продолжали прибывать подкрепления к противнику под Севастополь. В конце мая численность неприятельских войск возросла до 200тыс.
В Севастополе и его окрестностях было около 70тыс. русских войск. из них непосредственно обороняло Севастополь лишь 40тыс.
Противник, учитывая свое громадное превосходство в численности, лучшее вооружение и крупные запасы боеприпасов, начал готовиться к решительному штурму. В первую очередь он решил захватить три русских укрепления, которые выдвинулись далеко впереди оборонительной линии и очень мешали вражеским войскам. Это были Селенгинский и Волынский редуты и Камчатский люнет.
25 мая в 15 часов началась третья бомбардировка Севастополя, которая продолжалась до 30мая. Вражеским батареям было приказано до 6часов 26мая сделать не менее 150выстрелов каждым орудием. На орудие заготовлено было по 500-600 зарядов. У русских же запас на орудие не превышал 60-90 зарядов.
До 18 часов русская артиллерия не отставала от артиллерии противника, затем из-за недостатка боеприпасов огонь защитников Севастополя начал ослабевать.
27 мая 35 тыс. французов атаковали Волынский и Селенгинский редуты и Камчатский люнет. Выбитые несколько раз контратаками русских, французы, поддержанные англичанами, наконец, оттеснили защитников к Малахову кургану. Находившийся на люнете Нахимов попал в окружение, но вместе с матросами и солдатами вырвался из вражеского кольца.
Во время штурма Камчатского люнета значительные потери союзникам нанесли пароходо-фрегаты “Владимир”, “Крым” и “Херсонее”, обстреливавшие противника из Килен-бухты.
5 июня 1855г. началась четвертая бомбардировка Севастополя, после которой 6 июня противник предпринял штурм укреплений города. Против Малахова кургана, по которому наносился главный удар, 1-го и 2-го бастионов было сосредоточено около 30тыс. французов.
Одновременно англичане решили штурмовать 3-й бастион. Английских войск было выделено 14тыс. Всего, таким образом, для штурма предназначалось 44 тыс. чел., это больше чем вдвое превышало численность защитников Севастополя на этом участке.
Для обеспечения атаки от возможного противодействия 30-тысячной русской армии, находившейся вне города на Мекензиевых высотах (по дороге от Севастополя на Симферополь), было выделено до 70тыс. человек.
Весь день 5 июня вражеские батареи вели огонь с неослабевающей силой. К вечеру последствия бомбардировки были очень заметны. Больше всего пострадали Малахов курган, 2-й и 3-й бастионы.
С наступлением темноты начались энергичные работы по восстановлению разрушенных участков оборонительной линии. Основные повреждения были к рассвету исправлены, подбитые орудия заменены.
К 3 часам артиллерийский огонь противника внезапно прекратился, и французы начали штурм 1-го и 2-го бастионов. Защитники 1-го и 2-го бастионов встретили колонны французов картечным и пушечным огнем. Пароходо-фрегаты “Владимир”, “Громоносец”, “Херсонес”, “Крым”, “Бессарабия” и “Одесса”, занявшие позиции перед входом в Килен-бухту, также открыли огонь по резервам французов в Килен-балке и по наступавшим частям.
Атака противника захлебнулась в 30-40шагах от русских укреплений. Неся огромные потери, французы стали отходить. Через 15минут атака была повторена, но безрезультатно. Одновременно начались атаки французов на Малахов курган и англичан - на 3-й бастион, которые были также отбиты.
Штурм был отражен на всех участках. За время бомбардировки и штурма противник израсходовал 72000 снарядов, русские – 19000. Общие потери русских достигли 4800человек. Противник потерял убитыми свыше 7тыс. солдат и 18офицеров и 270солдат пленными.
После отражения штурма защитники Севастополя получили небольшую передышку. Это дало русским возможность заняться восстановлением укреплений. В целом, однако, инженерные работы не получили того размаха, как это требовалось обстановкой. Причиной этого являлись все те же недостатки управления.
Противник вынужден был на время отказаться от нового штурма, но усилил артиллерийский огонь с целью нанесения как можно больших потерь русским войскам. 28июня защитники Севастополя понесли невозместимую потерю: на Малаховом кургане был смертельно ранен адмирал Павел Степанович Нахимов. Пуля попала ему в висок в тот момент, когда он рассматривал траншеи противника, высунувшись из прикрытия. 30июня, не приходя в сознание, Нахимов умер.
В приказе по гарнизону о гибели адмирала говорилось:
“...Не мы одни будем оплакивать потерю доблестного сослуживца, достойнейшего начальника, витязя без страха и упрека, - вся Россия вместе с нами прольет слезы искреннего сожаления о кончине героя синопского.
Моряки Черноморского флота! Он был свидетелем всех ваших доблестей, он умел ценить ваше несравненное самоотвержение, он разделял с вами опасности, руководил вас на пути славы и победы...”.
Севастополь со смертью Нахимова потерял “душу обороны”, русский флот потерял талантливейшего флотоводца, русский народ - одного из своих славных сынов. После смерти Нахимова для Севастополя наступили особенно тяжелые дни. К началу августа от французских передовых траншей до Малахова кургана было не более 110метров, до 2-го бастиона – 120метров. Число вражеских орудий доходило до640, не считая резерва в 250орудий.
Весь личный состав русской армии жаждал активных действий. После долгих колебаний и совещаний главнокомандующий Горчаков принял, наконец, решение - нанести противнику удар силами армии, стоявшей вне Севастополя. 4августа разыгралось сражение, получившее в военной истории название “сражение на реке Черной”. Это сражение успеха не имело. Силы были распылены, резервы не использованы, действия частей не согласованы между собой.
После сражения на реке Черной главнокомандующий Горчаков с присущей ему нерешительностью несколько раз менял свой план действий. В конце концов он решил продолжать оборону Севастополя и в то же время тайно готовить эвакуацию города.
5 августа началась усиленная бомбардировка Севастополя, которая не прекращалась в течение двадцати суток. Дважды - с 5по8августа и с 24по26августа - на город обрушивался особенно сильный ураганный артиллерийский огонь. Эти два периода получили название пятой и шестой бомбардировок.
В 4 часа 5 августа, незадолго до рассвета, восемьсот вражеских артиллерийских орудий начали обстрел. Особенно интенсивно обстреливались Малахов курган, 2-й и 3-й бастионы.
В часы затишья главнокомандующий Горчаков посетил 2-й бастион. Он обратился к матросам и солдатам с вопросом: “Много ли вас на бастионе?” Один из солдат ответил: “Дня на три хватит, ваше сиятельство”. Содержание ответа и его спокойный тон показывали духовные силы севастопольцев, решивших умереть в неравном бою, но не сдаться врагу.
С 5 по 8 августа противник выпустил 56500 артиллерийских снарядов, с 9по24августа - 132500 снарядов, т.е. в среднем в день около 9тыс. Русские ответили 51300 выстрелами, или по 3400 выстрелов в сутки, т. е. почти в три раза меньше. У защитников Севастополя истощились запасы снарядов, мало оставалось и орудий.
Горчаков решил отвести войска на Северную сторону. К 15августа был готов 900-метровый плавучий мост через Севастопольскую бухту. 15 же августа Горчаков отдал приказание о переходе всех штабов и управлений на Северную сторону.
22 августа