Xreferat.com » Рефераты по истории » Реалии международных отношений Центральной Азии в эпоху Средневековья (по материалам эпоса МАНАС)

Реалии международных отношений Центральной Азии в эпоху Средневековья (по материалам эпоса МАНАС)

концом XIX—нач. XX в. (почти советским временем). Доказательство тому—радловский вариант эпоса «Манас», записанный ученым в 60-х годах XIX в.


§2. Истоки зарождения, время сложения и развитие эпоса «Манас».

Вопрос об определении времени сложения эпоса «Манас» наиболее трудный. На мой взгляд, неправомерно вообще датировать эпос каким-то временем, тем более какими-то веками или даже годами. Дело в том, что, возникнув, эпос далее развивается. Стало быть, можно говорить о генезисе эпоса. А если взглянуть на проблему сложения эпоса глазами историка и этнографа, то можно акцентировать внимание на исторических событиях, получивших отражение в его строках. Безусловно, для определения эпохи сложения эпоса одних этих фактов недостаточно. Нужны самые разносторонние исследования, но выявление исторических событий, отраженных в эпосе, может явиться неплохим подспорьем при определении времени сложения эпоса. Здесь нужно лишь вкратце остановиться на вопросе о времени сложения эпоса. История изученности вопроса, за некоторыми исключениями, дается в хронологической последовательности.

Ч. Ч. Валиханова, вероятно, следует считать первым, кто не только записал отрывок «Манаса», но и стал изучать его. Он отмечал, что сага о Манасе и другие предания кыргызов «по характеру своему чрезвычайно древние»19. Конечно, это выражение не совсем конкретно отражает его мнение об эпохе сложения поэмы. И все же в «Записках о киргизах» он пишет, что эпосы кыргызов, в том числе «Манас», относятся ко времени Золотой Орды20, значит, к XIII—XIV вв. И действительно, в «Манасе» отражены в числе других исторических фактов и события эпохи Золотой Орды.

В. Радлов также не дает точной датировки эпоса, однако, судя по тому, что он отметил «полнейшее господство эпоса» только у хакас и кара-кыргызов, можно догадываться: истоки формирования «Манаса» он относит по крайней мере к IX—Х вв., ибо и эти «два племени уже более девяти столетий живут совершенно отдельно друг от друга»21.

Кыргызский ученый Б. Солтоноев историю сложения эпоса связывает с подлинными историческими событиями. Он предлагает искать следы «Манаса» в девяти исторических событиях, начиная с 210 г. до н.э., когда кыргызское государство отделилось, потерпев поражение от гуннов, и кончая временем ойратского нашествия на Среднюю Азию22. Первое событие он связывает с поражением кыргызов (государство Гиан-Гунов) от гуннов. Второе событие—распад государства гуннов (I в. н.э.), третье — господство тюрков-огузов на Алтае в VI—VIII вв.; четвертое—нашествие арабов на Среднюю Азию в VIII в.; пятое—нашествие караханидов на Среднюю Азию; шестое — время кыргызского великодержавия и его распада; седьмое — время нашествия кара-кытаев на Среднюю Азию; восьмое — эпоха Тимура. И, наконец, последнее событие — агрессия ойратов против народов Средней Азии.

Одним из авторитетных исследователей эпоса «Манас» был казахский писатель, академик М. О. Ауэзов. Мнение М. О. Ауэзова о времени сложения «Манаса» вытекает из его мысли о сравнительном изучении текста эпоса с руническими письменами. По его мнению, эпос «Манас» отражает даже конкретное время: «Отсутствие имени Манас в скудных исторических сведениях не должно нас смущать. Манас, как мы полагаем, был главным полководцем или ажо, завоевавшим Бей-Тин; умер он в 847 году. Лингвистически имя Манас должно означать либо наименование божества из пантеона шаманства, либо, что, вернее, оно связано с манихейством, широко распространенным в ту пору в Средней Азии. Может быть, настоящее имя прославленного героя тех времен было иное, а позже он, благодаря своим доблестям, был прозван именем божества —Манасом»23.

М. О. Ауэзов, используя доступные ему источники, заключает, что «центральным источником и сюжетным ядром песни является поход киргизов против уйгуров и покорение киргизами города Бей-Тин. Исходя из всего этого, он полагает, что «Манас» создан не ранее 840 года н.э. и, следовательно, существует более 1110 лет. Но это лишь приблизительная дата возникновения эпоса. Говорить же более или менее утвердительно можно только о том, что сложившаяся в то время основа поэмы отражает период «киргизского великодержавия».24

По мнению Ы. Абдырахманов, издревле разные поколения манасчи говорили, что, якобы, Манас жил после Мухаммеда, но не могли точно указать время его жизни. Ы. Абдырахманов отмечает: С. Орозбаков велел записать, что «Манас» появился после Мухаммеда на триста лет позже. При этом он ссылается на начало седьмой части сагымбаевского варианта «Манаса», где указывается точная цифра: тысяча сорок лет25, т.е. прошло столько лет со времен Манаса. Однако неизвестно, с какого времени ведет отсчет С. Орозбаков. Если учесть, что великий сказитель умер в 1930 г. и он мог продиктовать Ы. Абдырахманову эти строки в 1920—30 гг., то отсчет следует брать с 880—890 годов. Как известно, в конце IX в. могущество енисейских кыргызов уже упало. На историческую арену выходят кара-кытаи.

Особое внимание Ы. Абдырахманов обращает на образ Кошоя. Ряд топонимов в Ат-Башинском районе связаны с его именем, а старожилы района знают несколько сказок о Кошое. Ы. Абдырахманов поддерживает С. Орозбакова, который говорил, что Кошой и Манас воевали с уйгурами восемь лет. Уточняет, что война кыргызов с уйгурами происходила в IX в.

Он не соглашается с мнениями сказителей Ж. Кожекова и С. Каралаева, что Манас жил после хромого Тимура, т. е. в XV—XVI вв26.

Комплексному анализу эпос «Манас» подверг известный филолог, знаток эпического творчества народов мира В. М. Жирмунский. Он коснулся и вопроса о времени сложения кыргызского эпоса. Ученый относит сложение

и развитие «Манаса» к довольно широкому диапазону времени — VI—XIX вв., расчленяя это время на три периода. Он пишет о времени сложения «Манаса»: «Таким образом, в сложном составе киргизской эпопеи можно различить, по крайней мере, три основных слоя, выступающих обычно в сложном переплетении и взаимодействии. Древнейший, доисторический, в основном — сказочно-мифологический, не может быть прикреплен к определенным датам: в широких рамках он относится к VI—IХ вв. К этому слою восходят фигура Манаса (в ее первоистоках), Джолой и Сайкал, Тёштюк, Оронгу, Коджоджаш и немн. др. Герои и сюжеты, принадлежащие к этому слою, находят близкие аналогии в богатырской сказке тюркских народов Сибири и ведут нас на древнюю родину киргизов в верховьях Енисея. Второй слой, исторический по преимуществу, в своих древнейших основах восходит, вероятно, еще к IX—Х вв., эпохе военной экспансии киргизского кочевого государства (борьба с Китаем),но существенно переоформился в период калмыцких войн (XV—XVII вв.). В эту эпоху окончательно определилась основная историко-политическая тема эпоса — борьба киргизов с калмыками и китайцами и роль Манаса как вождя киргизов в этой борьбе. Этот слой характеризуется широкими среднеазиатскими связями эпоса, определившими проникновение в его состав галереи героев, известных также эпосу других среднеазиатских народов, в особенности— эпическим сказаниям ногайско-казахского цикла. К кругу этих исторических по своему происхождению героев относятся Кёкчё, Джамгырчы, вероятно, Кошой, Ша-Темир, а также враги киргизов — Эсен-хан, Конурбай и Алооке. Последний, наиболее поздний слой, с XVII по XIX в., определил собой мусульманизацию эпоса: тему «священной войны» против «неверных», превращение Манаса в великого завоевателя, вождя мусульманских народов Средней Азии в этой войне, образ Алмамбета как героя веры, обращение Манаса в мусульманство, фигура его духовного учителя Ай-Коджа, элементы мусульманской мифологии и легенды (Хизр, чилтаны и т.п.), паломничества героев в Мекку, эпизодическая фигура Джахангнра-ходжи и мн. др.»27.

Велики заслуги в изучении эпоса «Манас» языковеда, академика Б. Юнусалиева. Ученый относит себя к сторонникам алтайского периода (т.е. IX—XI вв.) сложения «Манаса», считая, что эпос сложился в результате нашествия кара-кытаев (киданей) на енисейских кыргызов в IX в.28(519, с. VIII—X). В другой своей работе Б. Юнусалиев пишет, что в основе первой части трилогии «Манас» лежат: реальные события из более ранней истории киргизов — от периода военной демократии до патриархально-феодального общества.

Одним из современных кыргызских историков, в определенной мере использующим материалы эпоса «Манас» в своих исследованиях, является О. Караев. Он склонен связывать начало сложения эпоса с историческими событиями 840 г. н.э., когда енисейские кыргызы нанесли ощутимый удар уйгурскому каганату и заняли земли от Большого Хингана на востоке до берегов р. Иртыш и Восточного Туркестана на юге. Опираясь на исторические факты из различных письменных источников, О. Караев заключает, что первый вариант эпоса «Манас» сложился в период 840 г.—XI в., а его первоначальные сюжеты зародились в период политического подъема енисейских кыргызов29.

Книга манасоведа Э. Абдылдаева «Основные этапы исторического развития эпоса «Манас» также посвящена генезису эпоса. В данной книге Э. Абдылдаев попытался охватить многие вопросы проблемы определения эпохи возникновения эпоса.

По его мнению, основное ядро «Манаса» сложилось в Х—XII вв. В целом сложение и историческое развитие эпоса он делит на пять периодов30. Начальный этап он относит к Х—XII вв. и связывает это время с историей караханидов.

Следующий период или этап исторического развития автор связывает с монгольским временем и датирует XIII—XV вв. На этом этапе основное ядро эпоса наполнилось новыми историческими наслоениями, что подтверждает сочинение начала XVI в. «Маджму ат-таварих».

Третий этап исторического развития «Манаса» Э. Абдылдаев связывает с борьбой кыргызов с джунгарскими агрессорами (XV—первая пол. XVIII в.). В этот период формируется кыргызская народность.

Следующий этап развития эпоса, по Э. Абдылдаеву, составляет время от господства Цинской династии в Восточном Туркестане до присоединения Кыргызстана к России (т. е. вторая пол. XVIII в.—первая пол. XIX в.). Автор считает, что вместо термина «калмак» появился этноним «кытай», и Манас приобрел нового врага — Эсенкана (Цинского императора).

К последнему этапу исторического развития эпоса Э. Абдылдаев относит время от второй половины XIX в. до 20—30-х годов XX в. Хотя этот период истории кыргызов прошел относительно спокойно, без войн, он считает, что «Манас» продолжает развиваться.

Кыргызский фольклорист-манасовед Р. Сарыпбеков в вопросе определения эпохи сложения эпоса «Манас» относит «эпическое ядро» эпоса «Манас» к VI—Х вв.31. В этом диапазоне времени, по его мнению, в эпосе отразились исторические события времен Барс-бега (Ынанчу Алп Билге): его поражение от восточных тюрков в 711 г., победа кыргызов над уйгурами в IX в. и, наконец, поражение кыргызов от кара-кытаев в Х в. Причем, Р. Сарыпбеков считает, что поражение кыргызов от восточных тюрков в 711 г. отражено в эпизодах поражения Ногой-хана (Кара-кана) и его четырех сыновей от Алооке, а победа над уйгурами в IX в. и поражение от кара-кытаев в Х в. стали основой эпизода «Чон Казат» («Великий поход»)32.

Проблема эпохи сложения и генезиса эпоса «Манас» интересовала и зарубежных ученых. Однако к их точкам зрения следует относиться сугубо критически, с учетом того, что они не владели кыргызским языком, а пользовались переводами.

Таким образом, на сегодняшний день мы имеем самые различные концепции проблемы времени сложения эпоса, начиная с тех, что истоки эпоса относят к мифу, и кончая теми, что рассматривают «Манас» как отражение времен Джунгарского ханства XV—XVIII вв. Отдельные авторы отмечают и более позднее время—вплоть до 20—30-х годов XX в. и рассматривают в этом результат наслоения времени.

Большинство исследователей «Манаса» так или иначе, сходятся в одном: кыргызский эпос более историчен, нежели эпические произведения народов Сибири.

Рассматривая эпос с такого исторического ракурса, можно все его эпические события разделить на 7 периодов:

1) хуннский и гуннский (XVIII в. до н. э.—V в. н. э.);

2) древнетюркский и кыргызский (VI—IX вв.);

3) кара-кытайский и караханидский (X—XII вв.);

4) монгольский (XIII в.);

5) события времен Золотой Орды и других ханств (XIV—XVI вв.);

6) джунгарский или ойрот-калмакский (xv—xviiibb.);

7) поздние наслоения (XIX—нач. XX в.).

В эпосе «Манас» имеются несколько заманчивых моментов в пользу того, что в нём могли отразиться отголоски гуннского времени. Например, в 203—202 гг. до н. э. гуннский предводитель Моде в числе других народов подчинил гэгуней, т. е. кыргызов, располагавшихся тогда в Северо-Западной Монголии вокруг озера Кыргыз-Нор33.

Т. Оторбаев в 1992 г. выпустивший брошюру под названием «Манас Ата тарыхы» («История Манас Ата»). Он также связывает все эпические события с реальной историей гуннов. Начинает он с 209 г. до н э., с основателя государства хуннов Туманнья, которого отождествляет с эпическим Кара-ханом—первопредком в генеалогии эпического Манаса. А кончает отождествлением некоего исторического Ван Мана с Манасом. И все другие главные герои эпоса соотносятся автором с историческими лицами гуннского периода. По его утверждению, Манас родился в 29 г. до н. э.34.

Следующий исторический период, отраженный в эпосе — древнетюркское и древнекыргызское время, охватывает примерно VI—IX вв. Этот этап отражен в эпосе более заметно, чем гуннский.

Немаловажным свидетельством отражения в эпосе древнетюркского и древнекыргызского времени (примерно VI—IX вв.) является, что ряд исследователей (М. О. Ауэзов, А. Н. Бернштам, А. X. Маргулан, О. Караев, Р. Сарыпбеков) считают, что в эпосе отразился реальный исторический факт—время «кыргызского великодержавия», берущее начало с 840—847 гг., когда енисейские кыргызы одержали победу над уйгурами и некоторое время господствовали в Центральной Азии.

При этом А. Н. Бернштам и некоторые другие исследователи говорят об исторических прототипах эпических персонажей: Манас — это Яглакар-хан, Алмамбет — Гюйлу Бага и т. д. А в эпизоде «Великий поход» видят отражение событий 840 г., когда кыргызы взяли штурмом г. Бэйтин (Бешбалык) — столицу уйгуров. По эпосу это г. Бээжин.

Следующий исторический пласт, отраженный в «Манасе»—кара-кытайский и караханидский периоды (X— XII вв.). Главное доказательство в пользу того, что кара-кытайский период отражен в эпосе,— содержание самого его текста. Во всех существующих вариантах и версиях «Манаса» врагами кыргызов являются кытаи, калмаки или кара-калмаки.

Следующий период, получивший эпическое отражение в «Манасе», это монгольское время, а вслед за этим могольское время. В первую очередь следует отметить наличие в «Манасе» определенной доли антропонимов, этнонимов, топонимов и др. монгольских слов, обозначающих предметы материальной культуры и различные явления духовной культуры. В эпосе отражены свыше двадцати топонимов монгольского происхождения, среди которых интерес представляет Кара-Корум (в эпосе Кара-Курум). Как известно, Кара-Корум был древней столицей монголов, построенной в XIII в. Эпос располагает его близко к действительному Кара-Коруму—в степях Монголии.

Как известно по многим письменным источникам, в 1207 г. из тюркских народов первыми покорились монголам енисейские кыргызы. Начиная с этого времени и на протяжении всего XIII в. волею судьбы кыргызы находились то в дружеских, то во враждебных отношениях с монголами. Все это не могло исчезнуть из памяти народа и получило отражение в «Манасе».

Вероятно, кыргызы находились с монголами и в брачных отношениях. Так, четвертая «главная» жена Угедея (третий сын Чингис-хана) была кыргызка, которую звали Джачин.

Таким образом, монгольское время, вернее, взаимоотношения кыргызов и монголов получили достаточное эпическое отражение в «Манасе». Можно было бы указать и на такой факт: военное дело и вооружение и в связи с этим военная терминология эпоса во многом совпадает с военным искусством монголов. Это и естественно: кыргызы в XIII в. принимали участие во многих феодальных междоусобицах чингизидов. Как известно, основной костяк кыргызского этноса сохранился до наших дней. Наоборот, они впитали в свой состав некогда мощных кара-кытаев и найманов, частично даже и самих монголов.

С монгольским периодом сливается могольский. Однако о моголах в «Манасе» упоминает лишь «Маджму ат-таварих», в разделе, где содержится изложение эпизодов из эпоса. Моголы—народ, образовавшийся из тюркских и отюреченных монгольских племен государства Моголистан, основанного в сер. XIV в. Тоглук-Темиром.

Согласно «Тарих-и Рашиди», в первой четверти XVI в. кыргызы «фигурируют как основное население Моголистана—от долины реки Талас на западе до Чалыша и Турфа-на на востоке, от заилийских степей на севере до Кашгара на юге. Основной территорией их расселения был район Иссык-Куля, но в зависимости от различных условий племена киргизов перемещались то западнее на Талас, то восточнее—в район Турфана. В начале XVI в. киргизы господствовали в могольских степях, оттеснив моголов в Кашгарию35.

В «Манасе» отражен и период Золотой Орды — ему посвящен соответствующий раздел. Отметим лишь, что, начиная с правления Батыя (1242—1255) и кончая правлением Акмата (1465—1481), Золотой Ордой правило 48 человек. В «Маджму ат-таварих» наряду с эпическими Манасом, Жолоем, Якуб-беком упоминаются реальные исторические лица, правители Золотой Орды Тимур-ходжа (1361), Тохтамыш (1376—1377 и вторично 1380—1398), Тимур-Кутлуг (1396—1399) и другие. Для наглядности обратимся к следующему отрывку из этого сочинения: «Сейид Джелал ад-Дин определил Тимур-ходжу (на службу) к Тохтамыш-хану, дал Тимур-ходже Ульмас Кулан, Манаса сардаром сделал. Тохтамыш-хан для Манаса город построил, назвал тот город Манасия»36.

Следующий исторический период, отраженный в эпосе «Манас»,— это ойратское и джунгарское, или калмакское, время. Ойратский период восходит ко времени монголов. «История взаимоотношений киргизов и ойратов имеет глубокие корни, берущие начало еще с начала XIII в. В эпоху монгольского господства киргизы и ойраты в числе других лесных народов были сведены в четыре тумена ойратов. В составе ойратского союза киргизы выступали как его самостоятельная часть. С освоением ойратами области Восьмиречья (Сегизмурен) киргизы вступают в тесное соприкосновение с ними»37.

По мнению большинства ученых, ойраты (или западные монголы), выходцы из Центральной Азии, являются предками калмыков.

Вслед за ойратским периодом в эпосе «Манас», а также в целом в кыргызском героическом эпосе отражена борьба и с калмаками. Калмакский период заслонил все предыдущие события.

Наконец, в «Манасе» отражены исторические события более позднего периода: второй половины XVIII в.—первой четверти XX в.

Э. Абдылдаевым, хотя он выделил в этом периоде два этапа:

  1. вторая пол. XVIII в.—первая пол. XIX в.;

  2. вторая пол. XIX в. — 20—30-е годы XX в

На этом этапе «Манас» в своеобразной форме отразил события, происшедшие после разгрома Цинским Китаем в 1758 г. (не без помощи кыргызов) Джунгарского ханства. Этим можно объяснить и тот факт, что наряду с этнонимами калмак, кара-кытай как синоним употребляется этноним кытай. Действительно, с Китаем кыргызы после разгрома калмаков были во враждебном отношении. Они принимали активное участие в различных выступлениях народов Восточного Туркестана против китайского гнета.

«Манас» отразил и процесс взаимоотношений русских с кыргызами, начиная с середины XIX в. до начала XX в. Примером этого является радловский вариант «Манаса». В. Радлов считал это время «истинно эпическим» периодом. Уже в советский период С. Орозбаков вводит чуждые основной ткани эпоса сообщения о войне Манаса с Ильей Муромцем, Наполеоном и др.

Эпос отразил также некоторые реалии начала XX в. и даже первых лет советской власти. В основном это отразилось в лексике эпоса: барабан, амбар, сотуке (сутки), илегер (лекарь), боруму (форма), миллион, зоот (завод), барданке (берданка), бут (пуд), самоор (самовар), дилгирем (телеграмма), чен (чин) и т. д.—эти слова отражены в различных вариантах эпоса и не требуют особых доказательств. В свое время известный собиратель и знаток «Манаса» Ы. Абдырахманов заметил: «В прошлые времена манасчи рассказывали о жизни кочевников-калмаков, а теперь они настоящую культуру преподносят так, как будто это было во время «Манаса»38.

Таким образом, эпос «Манас» отразил в своих поэтических строках исторические события разных эпох, начиная с гуннского времени или, говоря другими словами, с того времени, когда появился этноним кыргыз, и кончая первой четвертью XX в. Датировать эпос каким-то конкретным годом невозможно.


Глава II. Эпос «Манас» в изучении международных отношений кыргызов.

К изложению вопроса, поставленного в качестве заголовка настоящей статьи, не следует подходить узко. Вопросы международные не терпят трактовки в узких рамках, поэтому я постараюсь выяснить место и роль кыргызского народа в истории международных отношений подойти несколько шире, через изучение истоков происхождения кыргызской народности, ее дипломатии, военного дела и этнокультурных связей кыргызов.


§1. Истоки происхождения кыргызского народа в эпосе «Манас».


По показанию «отца китайской истории в Китае» Сы-ма Цяня, который закончил свои «Исторические записки» («Ши-цзи») в 99 г. до н. э., хунны на севере подчинили царство Гэгунь. Это слово как в китайской, так и европейской историографии сближают с этнонимом кыргыз. Мнением большинства ученых, занимающихся ранней историей народов Центральной Азии, гэгуней принято считать историческими предками раннесредневековых енисейских кыргызов, отождествление гэгуней с кыргызами подтверждается и топонимами с компонентом кыргыз. Гэгуни до вторжения гуннов жили около озера Кыргыз-Нор на северо-западе Монголии. Это время падает на 201 г. до н.э. и считается первым упоминанием имени кыргыз. Передвинувшись на территорию Южной Сибири в Минусинскую котловину, гэгуни смещались и ассимилировали местных динлинов. К этому процессу, по мнению отдельных ученых, прибавилось и смещение некоторой части гуннов. Более отчетливо под именем кыргыз эта группа племен, вероятно, стала известна примерно с I в. н. э.39

Уже в VI в., как известно, енисейские кыргызы вышли на историческую арену, создав свое государство, которое функционировало в целом с VI в. до начала XIII в., когда их покорили монголы. Прослеживается генетическое родство между енисейскими и тянь-шаньскими кыргызами. Однако до сих пор идут споры по вопросам об определении удельного веса древнекыргызского этноса в составе современных кыргызов и времени их появления на Тянь-Шане. При этом следует учесть, что древние енисейские кыргызы являются одними из предков и коренных народов Южной Сибири: хакасов, тувинцев, саха, шорцев и других. Этническая территория древних кыргызов занимала в период их могущества обширное пространство: на востоке до озера Байкал, возможно, до верховьев Амура, на западе—до Иртыша, на юге—до Монголии и на севере—до земель севернее Красноярска.

Информация о кыргызах известна из самых различных источников: письменных, археологических, этнографических, лингвистических и т. д. Один из важных источников, который еще весьма слабо вводится в научный оборот — фольклорные произведения. Еще не достаточно привлекаются при решении вопросов этногенеза и этнической истории кыргызов этнографические и лексические материалы.

Истоки этногенеза и этнической истории кыргызского народа ведут в Центральную Азию. Что об этом может дать эпос «Манас» и другие произведения кыргызского фольклора? Обратимся к различным сюжетам эпоса, прежде всего к тем, в которых повествуется о центральноазиатских народах; Если одни из предков кыргызов, как говорят нам источники, передвинулись на Енисей с территории Северо-Западной Монголии и затем стали одним из компонентов образовавшегося кыргызского этноса, то, естественно, что они имели связи с монголоязычными народами. Кыргызы контактировали и с этническими группами, говорящими на тунгусо-маньчжурских языках. Это в своеобразной художественной форме отражено в «Манасе». Обратимся к следующим строкам эпоса, где устами Кошоя говорится:

От черных манжу на Алтае,

От кара калмаков, тыргоотов,

От шибээ и солонов,

От .Каканчынского Бээжииа,

От того населения кара-кытаев,

От того места, где их много,

От Чынмачына, Алтая,

От населения Чын Бээжина на Кангаё,

Подготовив скакунов

В надежде пойти на Бээжин,

За родичей, и за народ

Побоище бы устроить

Акбалта, Жакып, Эр Манас

Какие-нибудь вести о них найти

Об этом я всегда думал,

Я знал, что ты придешь.

И думал о твоем приходе

Если бы ты не пришел, готов был на поиски

Из среды натерпевшихся кыргызов

Смельчаков я собрал.40

В вышеприведенных строках упомянуты такие народы, как шибээ, солоны, кытай, тыргооты и другие, считающиеся монголоязычными.

С выходом кыргызов на историческую арену начинаются их этнокультурные контакты с восточными соседями— шивэйцами. Например, в 847 г, кыргызский хан, преследуя уйгуров, пришел с десятитысячным войском в земли шивэйцев в Манчьжурию41.

Судя по трудам Ч. Валиханова и В. Радлова, где они пишут о солонах и шиве (у Ч. Валиханова вместо шиве— сибо), которых они видели сами, в эпосе могли отразиться позднейшие события, т. е. сведения XIX в. В это время кыргызы действительно контактировали с ними в долине р. Или в Китае.

Еще один центральноазиатский народ, о которых упоминает «Манас», это Kapа-кытаи. Конечно, весьма трудно доказывать, что отраженный в эпосе этноним кара-кытаи и есть исторические кара-кытаи или кидане. Любое доказательство затрудняется тем, что врагами кыргызов называются то калмаки, то кара-калмаки, то кытаи. Но со всеми этими народами кыргызы имели взаимоотношения, только в разное время. Подобные исторические события и отразились в эпосе в своеобразной художественной форме. Потому мы склонны считать, что реальным выглядит упоминаемый в строках эпоса этноним кара-кытаи.

Если по, поздним записям «Манаса» действительно трудно судить о реальности этнонима кара-кытай то опять-таки можно обратиться к «Маджму ат-таварих.», где повествуетеся и о войнах кыргызов с кара-кытаями и калмаками. Причем, Гурхан Хытая или кара-кытай отождествляется с Елий-Дащи, известным предводителем кара-кытаев. «Он в 1130 г. основал в Средней Азии, Семиречье и в Кашгарии государство кара-кытаев (западное Ляо)».42 Но эта война, согласно сочинению, уже происходит на территории Средней Азии. Возникает вопрос: могли ли кыргызы встретиться с кара-кытаямй восточнее территории Средней Азии. Вероятно, могли, ибо в начале Х в. первенство в восточной части Средней Азии переходит к кара-кытаям, которые начали к этому времени продвижение на запад. А тогдашний предводитель кытаев А-бао-цзи, овладев частью Северного Китая и приняв в 917 г. китайский императорский титул, основал новую династию Ляо.

По словам В. В. Бартольда, «основатель династии Ляо не только завоевал некоторые культурные области Китая, но в 924 г. совершил поход в Монголию, посетил развалины прежней уйгурской столицы на Орхоне, осмотрел камни с надписями бывших каганов и сам поставил новый памятник (не сохранившийся). Очевидно, этому должна была предшествовать победа над киргизами, хотя прямых известий о такой победе в источниках, до сих пор приведенных в известность, по-видимому, нет».43 Однако столкновение кыргызов с кара-кытаями было при Елюй-Даши. «Провозглашение Елюй-Даши императором произошло,— как доказывает Маркварт,—21 февраля 1124 г. Из рассказа Джувейни можно заключить, что такое усиление кара-кытаев произошло в Эмиле уже после столкновения с киргизами, которое, следовательно, имело место после 1121 г. и до1124 г.»44.

Таким образом, судя по письменным источникам, до XII в. нет четких сведений о войне между кара-кытаями и кыргызами. Война, которая осталась бы незаметной, могло и

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: