Замятин: Мы

у меня, порешаем задачки (вспомнился вчерашний тихий час - может быть, такой будет и сегодня). Она взглянула на R; ясно, кругло взглянула на меня, щеки чуть-чуть окрасились нежным, волнующим цветом наших талонов.

Но сегодня я... У меня сегодня - талон к нему, - кивнула на R, - а вечером он занят... Так что... Мне было жутко остаться с самим собой - или, вернее, с этим новым, чужим мне, у кого только будто по странной случайности был мой нумер Д-503. И я пошел к нему: к R. Правда, он не точен, не ритмичен, у него какая-то вывороченная, смешливая логика, но все же мы - приятели. Недаром же три года назад мы с ним вместе выбрали эту милую, розовую О. Это свя-зало нас как-то еще крепче, чем школьные годы. Дальше - в комнате R, Как будто - все точно такое, что и у меня: Скрижаль, стекло кресел, стола, шкафа, кровати. Но чуть только вошел R - двинул одно кресло, другое - плоскости сместились, все вышло из установленного габарита, стало неэвклидным. R - все тот же, все тот же. По Тэйлору и математике - он всегда шел в хвосте. Вспомнили старого Пляпу: как мы, мальчишки, бывало, все его стеклянные ноги обклеим благодарственными записочками (мы очень любили Пляпу), Вспомнили Законоучителя. Законоучитель у нас был громогласен необычайно - так н дуло ветром из громкоговорителя - а мы, дети, во весь голос орали за ним тексты. И как отчаянный R-13 напихал ему однажды в рупор жеваной бумаги: что ни текст - то выстрел жеваной бумагой. R, конечно, был наказан, то что он сделал, - было, конечно, скверно, но сейчас мы хохотали - весь наш треугольник - и, сознаюсь, я тоже. - А что, если бы он был живой - как у древних, а? Вот бы, -"б" - фонтан из толстых, шлепающих губ... Солнце - сквозь потолок, стены; солнце сверху, с боков, отраженное - снизу. О - на коленях у R-13, п крошечные капельки солнца у ней в синих глазах. Я как-то угрелся, отошел; v-1 заглох, не шевелился... - Ну, а как же ваш "Интеграл"? Планетных-то жителей просвещать скоро полетим, а? Ну, гоните, гоните! А то мы, поэты, столько вам настрочим, что и вашему "Интегралу" не поднять. Каждый день от 8 до 11... - R мотнул головой, почесал в затылке: затылок у него - это какой-то четырехугольный, привязанный сзади чемоданчик (вспомниласьстаринная картина - "В карете"). Я оживился: - А, вы тоже пишете для "Интеграла"? Ну, а скажите, о чем? Ну вот хоть, например, сегодня. - Сегодня - ни о чем. Другим занят был... - "б" брызнуло прямо в меня. - Чем другим? Разумеется, речь идет не о "Законе Божьем" древних, а о законе Единого Государства. R сморщился: - Чем-чем! Ну, если угодно - приговором. Приговор поэтизировал. Один идиот, из наших же поэтов... Два года сидел рядом, как будто ничего. И вдруг - на тебе: "Я, говорит, - гений, гений - выше закона". И такое наляпал... Ну, да что... Эх! Толстые губы висели, лак в глазах съело. R-13 вскочил, повернулся, уставился куда-то сквозь стену. Я смотрел на его крепко запертый чемоданчик и думал: что он сейчас там перебирает - у себя в чемоданчике? Минута неловкого, асимметричного молчания. Мне было неясно, в чем дело, но тут было что-то. - К счастью, допотопные времена всевозможных Шекспиров и Достоевских - или как их там - прошли, - нарочно громко сказал я. R повернулся лицом. Слова по-прежнему брызгали, хлестали из исто, но мне показалось - веселого лака в глазах уже не было.

Да, милейший математик, к счастью, к счастью, к счастью! Мы - счастливейшее среднее арифметическое... Как это у вас говорится: проинтегрировать от нуля до бесконечности - от кретина до Шекспира... Так! Не знаю, почему - как будто это было совершенно некстати, - мне вспомнилась та, ее тон, протягивалась какая-то тончайшая нить между нею и R. (Какая?) Опять заворочался v-1. Я раскрыл бляху: 25 минут 17-го. У них на розовый талон оставалось 45 минут. - Ну, мне пора... - и я поцеловал О, пожал руку R, пошел к лифту. На проспекте, уже перейдя на другую сторону, оглянулся: в светло]'!, насквозь просолнеченнои стеклянной глыбе дома - тут, там были серо-голубые, непрозрачные клетки спущенных штор - клетки ритмичного тэйлоризовапного счастья. В седьмом этаже я нашел глазами клетку R-13: он уже опустил шторы. ...Милая О... Милый R... В нем есть тоже (не знаю, почему "тоже" - но пусть пишется, как пишется) - в нем есть тоже что-то, не совсем мне ясное. И все-таки я, он и О - мы треугольник, пусть даже и неравнобедренный, а все-таки треугольник. Мы, если говорить языком наших предков (быть может, планетные мои читатели, этот язык - понятие! мы - семья. И так хорошо иногда хоть ненадолго дохнуть, в простой, крепкий треугольник замкну себя от всего, что..."

Литургия. Ямбы и хорей. Чугунная рука

Момент великого единения - еще бы он не был знаком каждому человеку! Не случайно именно в такие минуты узаконенного "праздника масс" (аутодафе в древности, костры инквизиции позже, показательные казни и т. п.; митинги, демонстрации и красочные церковные службы) все, что вырывает из внутренностей homo sapiens его, самые древние инстинкты, в современном (даже самом прекрасном и идеальном мире) призвано служить все той же идее - соединения во имя... Государства. Именно этого не хватало истерзанной душе Д, вдруг в какой-то момент ощутившей свою оторванность от других. Но это - увы! - осталось лишь последним счастливым мгновением в некогда ясной и рассчитанной жизни нумера Единого Государства. Последующие страницы - крушение простоты и ясности и вместе с тем невиданное ранее обретение себя, воссоединение двух разных ипостасей - разума и чувства (до этого обдуманно разделенных и существующих порознь: Д-503 - математик Единого Государства и Д - человек с "классическим" носом, волосатыми руками (явный атавизм!), любимый О и стремящийся к домашнему теплу). "Я гибну. Я не в состоянии выполнять свои обязанности перед Единым Государством... Я..." Да, вот так, через иррациональное - через любовь - Д обретает самого себя, вдруг появляется местоимение Я вместо такого большого - МЫ. Д влюбляется в 1-330 - и мгновенно прекращают существовать для него все строгие заповеди Благодетеля. Стройный, математически выверенный мир разума рушится, и невозможно уже даже законспектировать то, что помимо воли ложится на бумагу (правдивый летописец, он продолжает вести историю своего Государства и теперь, свою личную историю). Вслед за любовью закономерно (для нас, но для Д как раз это очень странно) приходит ревность, Д тяжело заболевает: у него, по диагнозу врача, "появляется душа". Из за дикой ревности - случайно оброненное слово - и он порывает с R. Болезнь Д прогрессирует: ее уже видят окружающие, и в первую очередь О (кому как не ей, женщине, давно любящей Д-503, этого не заметить). Похоже, болезнь эта оказалась заразной, - он порывает с О (с одним условием - О захотела ребенка, Д не отказал - проклятая ревность к I: еще одно нарушение - незапланированный Государством будущий нумер). Но и этого мало ненасытному чувству. Он еще радуется постоянному присутствию за спиной двоякоизогнутой фигуры Хранителя S. Но однажды, при очередном посещении Древнего Дома, он пытается скрыться и от этого неусыпного ока. Болезнь прогрессирует. Д (теперь уже совсем одинокого) начинают посещать странные сны (нарушение порядка), мучить бессонница (нарушение порядка), он задумывается даже на работе (нарушение порядка), и... его чуть не арестовывают - пытался заступиться за женский нумер, слишком похожий на 1-330 (злостное нарушение порядка). Мгновенные просветления, связанные с "помощью" "очень почтенной" пожилой женщины-контролера IO - она, некогда отталкивающая Д своей неаккуратностью и рыбьим лицом с щеками-жабрами, теперь кажется ему, одинокому, почти ангелом-хранителем. Но и от нее он хочет спрятаться, избавиться. Следующая запись расскажет о том, как, по мнению 1-330, Д-503 оказался, наконец, совсем готов к новому себе.

Предел функции. Пасха. Все зачеркнуть

"Я - как машина, пущенная на слишком большое число оборотов: подшипники накалились, еще минута - закапает расплавленный металл, и все - в ничто. Скорее - холодной воды, логики. Я лью ведрами, но логика шипит па горячих подшипниках и расплывается в воздухе неуловимым белым паром. Ну да, ясно: чтобы установить истинное значение функции, - надо взять ее предел. И ясно, что вчерашнее нелепое "растворение во вселенной", взятое в пределе, есть смерть. Потому что смерть - именно полнейшее растворение меня во вселенной. Отсюда, если через "Л" обозначим любовь, а через "С" смерть, то Л = i(C), т. е. любовь и смерть... Да, именно, именно. Потомуто я и боюсь I, я борюсь с ней, я не хочу. Но почему же во мне рядом и "я не хочу" и "мне хочется"? В том-то и ужас, что мне хочется опять этой вчерашней блаженной смерти. В том-то и ужас, что даже теперь, когда логическая функция проинтегрирована, когда очевидно, что она неявно включает в себя смерть, я все-таки хочу ее губами, руками, грудью, каждым миллиметром... Завтра - День Единогласия. Там, конечно, будет и она, увижу ее, но только издали. Издали - это будет больно, потому что мне надо, меня неудержимо тянет, чтобы - рядом с ней, чтобы - ее руки, ее плечо, ее волосы... Но я хочу даже этой боли - пусть. Благодетель великий! Какой абсурд - хотеть боли. Кому же не понятно, что болевые - отрицательные - слагаемые уменьшают ту сумму, которую мы называем счастьем. И, следовательно... o И вот - никаких "следовательно". Чисто. Голо.

Ночь. Сошествие с небес. Величайшая в истории катастрофа. Известное кончилось

Проходят ежегодные выборы Благодетеля, "...закончилось это величественное Его сошествие с небес, медь гимна замолкла, все сели - и я тотчас же понял: действительно - все тончайшая паутина, она натянута н дрожит, и вот-вот порвется и произойдет что-то невероятное... Слегка привстав, я оглянулся кругом - и встретился взглядом с любящетревожными, перебегающими от лица к лицу глазами. Вот один поднял руку и, еле заметно шевеля пальцами, сигнализирует другому. И вот - ответный сигнал пальцем. И еще... Я понял: они, Хранители. Я понял: они чем-то встревожены, паутина натянута, дрожит. И во мне - как в настроенном на ту же длину волн приемнике радио - ответная дрожь". Установленный обычаем пятиминутный предвыборный перерыв. Установленное обычаем предвыборное молчание. Но сейчас оно не было тем, действительно молитвенным, благоговейным, как всегда: сейчас было, как у древних, когда еще не знали наших аккумуляторных башен, когда неприрученное небо еще бушевало время от времени "грозами". Сейчас было как у древних перед грозой. Воздух - из прозрачного чугуна. Хочется дышать широко разинувши рот. До боли напряженный слух записывает: где-то сзади - мышиногрызущий, тревожный шепот. Нсподнятыми глазами вижу все время тех двух - I и R - рядом, плечом к плечу, и у меня на коленях дрожат чужие - ненавистные мои - лохматые руки... В руках у всех - бляхи с часами. Одна. Две. Три... Пять минут... с эстрады - чугунный, медленный голос: - Кто "за" - прошу поднять руки. Если бы я мог взглянуть Ему в глаза, как раньше - прямо и преданно: "Вот я весь. Весь. Возьми меня!" Но теперь я не смел. Я с усилием - будто заржавели все суставы - поднял руку. Шелест миллионов рук. Чей-то подавленный "Ах!". И я чувствую, что-то уже началось, стремглав падает, но я не понимал - что, и не было силы - я не смел посмотреть... - Кто - "против"? однажды, при очередном посещении Древнего Дома, он пытается скрыться и от этого неусыпного ока. Болезнь прогрессирует. Д (теперь уже совсем одинокого) начинают посещать странные сны (нарушение порядка), мучить бессонница (нарушение порядка), он задумывается даже на работе (нарушение порядка), и... его чуть не арестовывают - пытался заступиться за женский нумер, слишком похожий на 1-330 (злостное нарушение порядка). Мгновенные просветления, связанные с "помощью" "очень почтенной" пожилой женщины-контролера Ю - она, некогда отталкивающая Д своей неаккуратностью и рыбьим лицом с щеками-жабрами, теперь кажется ему, одинокому, почти ангелом-хранителем. Но и от нее он хочет спрятаться, избавиться. Следующая запись расскажет о том, как, по мнению 1-330, Д-503 оказался, наконец, совсем готов к новому себе.

Никакого конспекта - нельзя

Осталось рассказать совсем немного из истории болезни нумера Единого Государства Д-503. Ради своей любви, ради Нее - 1-330, он, как все влюбленные, готов был свернуть горы, готов был пойти даже на смерть (очень иррациональное желание для нумера с математической логикой)... Но ей этого не было нужно: ей был нужен Интеграл. Л на смерть I могла пойти и сама. Л вот Интеграла захватить Мефи так и не смогли, даже исполь-зуя Строителя. Ю, такая внимательная и отзывчивая IO, спасшая несчастного Д от ареста накануне планируемого захвата Интеграла, проникла к нему в прозрачную комнату, прочитала его прозрачный дневник-поэму, выполнила свой долг нумера и... Хранители предотвратили неизбежное. Но не это было страшно Д: он был чист, он не предавал своей любви, но сама любовь предала его, - I, подозревая своего странного поклонника, отвернулась от него. Она могла понять и простить, даже помочь женщине, желающей сохранить ребенка Д, скрыться от навязчивой опеки Благодетеля: О переправили, по просьбе ее милого и единственного, за Зеленую Стену. I даже приветствовала незаконного ребенка (пусть от другой) - ведь это тоже своеобразная форма протеста! Не смогла она простить только провала их плана (пусть косвенно, но этот излишне доверчивый математик виноват во всем). Д пытался еще оправдаться, ради этого готов был пойти даже на убийство IO (и убил, рассмеявшись над ее боязнью изнасилования). Ничто не могло остановить одинокого: ни благоразумные доводы IO ("Да он и есть ребенок. Да! Только потому он и не видит, что вы с ним все это - только затем, чтобы... что все это - комедия. Да! И мой долг..."), ни аудиенция у Благодетеля и слова человека-бога, звучащие почти в унисон уже слышанному, "Слушайте: неужели вам в самом деле ни разу не пришло в голову, что ведь

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: