Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Традиционная танцевальная культура астраханских татар

Традиционная танцевальная культура астраханских татар

албасты на спине нет плоти и видны внутренности (это представление встречается и у казанских татар). По представлениям большинства тюркских народов, албасты обитает вблизи рек или других водных источников и обычно является людям на берегу, расчёсывая волосы гребнем. Она может превращаться в животных и птиц, вступать в любовную связь с людьми. Образ албасты восходит к глубокой древности. По мнению ряда исследователей, первоначально албасты была доброй богиней – покровительницей плодородия, домашнего очага, а также диких животных и охоты. С распространением более развитых мифологических систем албасты была низведена до роли одного из злых низших духов. Дух албасты/албаслы известен всем тюркоязычным народам Астраханской области. У юртовских татар этому демону приписываются черты других злых духов, в частности шайтана, а сам образ албасты является менее ясным. Больше всего демон вредит женщинам во время беременности и родов. Албасты может "задавить" женщину, и тогда она становится "бешеной". У юртовских татар распространены поверья о том, что албасты "давит" человека во сне. Ещё один злой дух в традиционной демонологии юртовских татар – аждаха (или аждага, айдахар, аждахар). У юртовцев он представляется как чудовищный змей, дракон, "главный среди змей". Демон может иметь несколько голов и крылья. В юртовских сказках аждаха – людоед. Он прилетает в аул и пожирает людей. Герой-батыр убивает дракона в поединке и спасает мирных жителей. В связи с этим интересным представляется предание о происхождении названия города Астрахани, приведённое османским автором Эвлия Челеби (1611-1679/1683 гг.) в своём сочинении "Сейахат-намэ" ("Книга путешествий"): "В древние времена этот город (Астрахань. – А.С.) лежал в развалинах и в нём находился дракон-аждерха. Пожирая всех сынов человеческих, обитающих в степи Хейхат, и всех живых тварей, он погубил несколько стран. Впоследствии некий хан-богатырь убил этого дракона, а всю округу сделал безопасной и благоустроенной – поэтому эту страну стали называть Аждерхан".

С иранской мифологией и "Авестой" связано происхождение и другого демонического образа – пери. Представления о духах пери у юртовцев в настоящее время весьма скудны и находятся на стадии исчезновения. Известно, что пери – это злые духи, имеющие много общего с шайтанами. Пери могут являться в виде животных или прекрасных девушек. Они могут так заколдовать человека, что он становится "бешеным", психически нездоровым, теряет память. Пери "кружат голову" человеку, парализуют его.

Образ пери находит аналогии в верованиях народов Малой и Центральной Азии, Кавказа и Поволжья, испытавших влияние иранской традиции. У большинства народов Центральной Азии пери/пари – главные духи-помощники шаманов, составляющие их "войско". Даже одно из наименований шамана – порхан/парихон содержит в себе слово "пари" и означает буквально "отчитывающий пари". Широко распространены поверья о том, что духи пари могут вступать в сексуальную связь с людьми. У астраханских татар подобные представления отсутствуют.

Юртовским татарам известны также злые духи жалмауз и убыр. Про жалмауза говорят, что это очень прожорливый демон-людоед; его имя с ногайского переводится как "обжора". Сегодня слово "жалмауз" может употребляться как синоним слов "жадный", "прожорливый".

Жалмауз - чисто тюркский персонаж. Так у казахов есть демон желмауыз кемпир – старуха-людоедка, которая похищает и пожирает детей. Таков и киргизский демон желмогуз кемпир. Аналогичные персонажи известны казанским татарам (ялмавыз карчык), уйгурам и башкирам (ялмауз/ялмауыз), узбекам (ялмовиз кампир). Вопрос о происхождении этого образа сложный. Есть мнение о том, что образ жалмауза восходит к древнему культу богини-матери. При исламизации благодетельная богиня, видимо, превратилась в злую старуху-людоедку.

Демонологические представления юртовских татар достаточно близки и во многом тождественны демонологическим представлениям прочих тюркских народов Астраханского края. Схожими являются названия духов, их воображаемые свойства, связанные с ними обряды и поверья. В целом, демонологические представления астраханских татар в течение последних веков постоянно эволюционировали, причём это эволюционное развитие было направлено в сторону ислама. Многие образы всё более упрощались, утрачивали свою персональную специфичность и наиболее древние, доисламские черты и обобщались под названием "шайтан". Интересно также отметить, что некоторые демонологические персонажи (пери, аждаха) по своему происхождению связаны с иранской мифологией. Этот факт объясняется древними этнокультурными контактами предков современных тюркских народов с ираноязычным населением евразийских степей. Поминки у юртовских татар являются продолжением проводов и похорон умершего и составляют вместе с ними и другими обрядовыми действиями единый комплекс погребально-поминальной обрядности. По исламской традиции, поминки совершаются с целью "искупления грехов" покойного. Поминки посвящаются, в основном, одному умершему. Однако иногда они проводятся также и как семейные - с поминанием всех умерших родственников.

Считается, что посредством поминок устанавливаются тесные связи между живущими и умершими людьми: живые обязаны устраивать жертво(даро)приношения в честь умерших, а последние, в свою очередь, должны проявлять неустанную заботу о благе живущих людей. Обязанность задабривать (располагать к себе душу) покойника посредством поминок возлагается на всех его родственников. Она исчезает только по прошествии года и проведения одних из наиболее важных поминок по умершему – годовщины с момента смерти. Очевидно, строгое исполнение траура по усопшему в течение года можно пытаться объяснять существовавшими ранее представлениями о том, что душа умершего человека окончательно покидает мир живых людей только по истечении года после его смерти.

Наиболее распространенным у юртовских татар, мировоззренческим мотивом традиции поминания усопших является их вера в то, что душа умершего человека радуется и успокаивается после устраиваемых по нему поминок. В эти дни душа покойного ходит по земле и находится рядом с родными, наблюдая, как ее поминают. Сам умерший, если не поминать его, будет мучиться, переживать о том, что родные его забыли" .У юртовских татар поминки положено устраивать на 3-й (очесе), 7-й (жидесе), 40-й (кырыгы), 51-й (илле бер) и сотый день после смерти человека. Поминки отмечают у них также по прошествии шести (полгода) (яртэ ел) и двенадцати (года, ел) месяцев после наступления смерти. В селе Килинчи поминки по умершему человеку, кроме указанных выше сроков, отводят также и на 36-й (утэз алтэ) день после смерти. Что касается поминок сотого дня, то, по мнению ученых-историков, среди которых Р.К. Уразманова, юртовцы начали их отмечать с 1960-х годов под влиянием живущих в их среде казахов Однако данная традиция может, на наш взгляд, являться изначально присущей юртовцам, поскольку проведение поминок сотого дня характерно и для карагашей, а также для других групп татар, в частности, сибирских. Однако еще столетие назад карагаши, кроме перечисленных дней поминок, отмечали в 19 веке поминки 20-ого дня. У других мусульманских и поволжских народов сроки поминок отчасти совпадают со сроками поминок юртовских татар, отчасти различны с ними. Так, например, у калмыков поминки отводятся трижды: в день похорон, на 7-й и 49-й дни , у кряшен – в 3-й, 9-й, 40-й дни, в полгода и год, у курдакско-саргатских татар - в день похорон, после возвращения с кладбища.

В селе Три Протока родственники умершего должны оставлять от материи, использованной для изготовления савана, один кусок ткани с тем, чтобы сохранить его вместе с маленьким блюдцем, наполненным солью, в укромном месте дома (например, в шкафу) до годичных поминок. В течение года каждые поминки (3, 7, 40 дней) этот кусок ткани должен заменять скатерть, расстилаемую на стол для угощения гостей. На всех поминках на середину стола обязательно выставляют блюдце с солью. После окончания поминок и прочтения молитвы скатерть вместе с блюдцем убирают обратно в шкаф. После проведения годичных поминок так называемый поминальный набор – скатерть и блюдце с солью - отдается мулле или человеку, читавшему в течение всего этого срока молитвы. В качестве дара к нему родственники умершего прилагают дополнительно также некоторое количество муки.

В случае отведения поминок по человеку, умершему в преклонном возрасте, кусок такой ткани (скатерти) разрывали на маленькие ленточки и раздавали их всем присутствующим с пожеланием того, чтобы каждый дожил до его лет. С этим же пожеланием такие ленточки могли привязывать к ручке маленького ребенка. В некоторых группах сибирских татар, в частности, курдакско-саргатских, аналогичные повязки носили до тех пор, пока они не рвались сами. В то же время, обычай одаривания ленточками из поминальной "скатерти" можно сравнить с одариванием (в качестве садака) участников проводов и похорон умершего нитками (жеп), используемыми при шитье савана. Примечательно, что аналоги данного ритуала (с нитями либо лентами) можно встретить и в культуре других народов. Так, известно, что башкиры обматывали "нитками умершего" часть ноги у колена и около стопы – на 10 или 30 раз. Обычай раздавать нитки во время выноса покойного из дома бытовал, в частности, у удмуртов и крещенных татар. У марийцев мотками ниток закрывали глаза, уши и рот покойника, желая тем самым оградиться от него. Размещение ниток вместе с покойником связывается некоторыми исследователями с представлениями о "жизненных нитях", даваемых человеку при рождении и соединяющих его с другими мирами, раздача же ниток живым людям символизирует собой пожелание их долголетия.

Обычно на поминки третьего дня у юртовских татар для прочтения молитв приглашается мулла; если таковой не находится – пожилые мужчина или женщина (абыстай), которые могут прочесть молитвы из Корана. По исламской традиции, родственники умершего в течение трех дней после его похорон, должны кормить нищих. В "третий день" на поминки у юртовских татар собирается небольшое количество гостей - до пяти-десяти, причем среди приглашенных обязательно должны присутствовать кто-либо из "ночных дежурных", копальщиков и обмывальщиков. Обязательно должны присутствовать все самые близкие родственники умершего. Тем, кто участвовал в обмывании покойника, дарят в этот день вещи (рубашки - мужчинам, отрезы на платье – женщинам), носильщику воды отдают (новый) ковш (аяк), задействованный при обмывании . Обязательным поминальным блюдом 3-его дня являются пельмени (пельмэн) с бульоном (шурпа). Характерный для некоторых других групп татар обычай кормления души умершего у юртовцев не практикуется.

На 7-й день поминок у юртовцев также принято раздаривать различные вещи (у казанских татар, для сравнения, раздача-раздаривание вещей происходит не на 7-й день, а на 40-й день. В этот день приглашают в гости кого-либо из участников похорон. Копальщикам и обмывальщикам вновь вручают рубашки и деньги (по 10-15 рублей). Юртовские татары считают, что именно в 7-й день хозяйка может сменить ту одежду, в которой она ходила в течение недели, на новую (другую).

По представлениям всех астраханских татар, в том числе, юртовцев, души умерших могут посещать свой дом ежедневно в течение всего года. С утверждением мусульманства всеобщим поминальным днем повсеместно стала считаться пятница. Исполнением этого правила объясняется то, что каждый четверг в течение года женщины (в домах, где длится годичный траур) с раннего утра готовят тесто для выпечки ритуальных пышек – баурсак или кайнары, пэрэмэч (с мясной или картофельной начинкой). Их жарят на раскаленной сковороде на растительном масле так, чтобы "чувствовался запах", необходимый, по мнению многих мусульман, для успокоения души умершего. Иногда в дом в этот день для прочтения молитвы по усопшему приглашаются мулла или пожилая женщина, которых затем обязательно угощают чаем с пышками. Знающая молитвы из Корана хозяйка может сама читать их по пятницам, не прибегая к помощи муллы. Подобные церемонии с чаепитием находят параллели в традициях других групп татар, а также карачаевцев, ногайцев, некоторых среднеазиатских народов на сороковой и пятьдесят первый (илле бер) день после смерти человека. По свидетельствам наших информантов, 51-й (поминальный) день является самым мучительным днем для умершего человека, поскольку в этот день у него происходит "отделение друг от друга всех костей…". Старики считают, что в этот день на кладбище раздаются громкие стоны покойников. Для облегчения мук умерших родственники должны прочесть три-четыре (конкретные) молитвы. На эти поминки приходят только приглашенные люди. В эти поминальные дни проводятся большие праздничные застолья, причем для мужчин и женщин раздельно; среди приглашенных, как правило, много людей пожилого возраста. Для присутствующих женщин молитву читает женщина – мулла-бикэ, для мужчин - мужчина, чаще, мулла. Чтение молитв из Корана завершается упоминанием имени умершего, нередко - всех умерших в конкретной семье родственников. Продолжительность чтения молитв в эти поминальные дни (40-й и 51-й), по нашим наблюдениям, длится около 30-40 минут. На таких поминках хозяйка раздает деньги (садака) всем присутствующим (начиная с муллы), обычно каждому из гостей – по два и более рубля. После завершения ритуала начинается собственно угощение.

Стол для проведения поминок хозяйка накрывает заранее, до прихода гостей. На столе обязательно должны стоять новые тарелки и ложки. Присутствие ножей и вилок исключается. Обязательным (как правило, первым) блюдом, которое выставляется на стол, является суп-лапша с мясом говядины или баранины. Его подают, передавая наполненные тарелки по одной. По две тарелки подавать не принято, так как это может накликать еще одну смерть. Завершается угощение чаепитием. За мужским столом первыми угощаются старики, затем молодые мужчины; если стол был накрыт один - женщины и дети угощаются последними (после всех). Остатки угощения хозяева стараются раздать среди приглашенных гостей. Вообще стоит отметить, что обычай вручать фактически каждому из присутствующих на поминках пакет с угощениями (с поминального стола) становится все более распространенным.

В годовщину смерти (ел кон) приглашаются все родственники умершего, его знакомые и соседи. Обмывальщиков в этот день вновь одаривают платьем и деньгами (садака), а также новыми тарелками, заполненными пловом, и ложками. Эти поминки проходят относительно скромно, так как символизируют собой окончание траура. В течение всего годичного срока траура родственники не могут веселиться, вступать в брак и др. Однако на сегодняшний день и сельская, и городская молодежь (юртовцы) не соблюдает строго правил траура. Траурной одежды у юртовских татар не существует, ношение таковой они не практиковали и в прошлом. Похоронно-поминальная обрядность юртовских татар являет собой весьма устойчивый механизм воспроизводства не только относящих к конкретной сфере знаний, культовых ритуалов и производственных навыков (шитье савана, копание могил, изготовление погребального оборудования и пр.), но и собственно ее этнической специфики.

1.3 Быт и национальные костюмы астраханских татар


Основу традиционного хозяйства составляли животноводство, бахчеводство и рыболовство. Земледелие играло заметную роль лишь в северных районах Астраханского края, в основном в хозяйствах татар-переселенцев из Среднего Поволжья и Приуралья. Господствовала залежно-переложная система земледелия с элементами паровой. Приоритетной культурой являлось просо; посевы пшеницы, ржи, овса были невелики. Практиковался обмолот снопов лошадьми, волами. На юге края возделывались преимущественно бахчевые культуры (арбузы, дыни), практиковалось лиманное земледелие с естественным орошением, развивались огородничество, садоводство и виноградарство. Животноводство носило полукочевой характер: лошади, овцы круглый год находились на подножном корму. Поголовье волов и верблюдов значительно превосходило численность лошадей, птицеводство у астраханских татар было развито слабо. В дельте Волги и приморских районах важное значение имело рыболовство. Небольшая часть астраханских татар была занята в местных промыслах: по изготовлению лодок, добыче соли, обработке овчины, шерсти. Обедневшие татары нанимались батраками и поденщиками в своих или соседних русских и ногайских деревнях, уходили на заработки в прикаспийские рыбные тони, на бакинские нефтепромыслы.

Татарские аулы застраивались по квартально-уличному типу, в основном обширными усадьбами, предназначенными для проживания больших семей (до 20-25 чел.) и содержания большого поголовья скота. Состоятельные семьи на пастбищных землях нередко основывали хутора, где занимались обработкой продуктов животноводства, бахчеводством, торговлей с калмыками. Наиболее архаичными формами жилых построек астраханских татар являются временные жилища типа шалаша (хаша) на бахчах и пастбищах, юрты, приспособленные некогда для кочевой, а к началу 20 века — полукочевой жизни карагашей и кундровских татар, и полуземляночные летние и постоянные жилища из камыша, обмазанного глиной. Астраханские татары обходились без амбаров, редко возводили клети, но повсеместно строили летние кухни, сооружали летние очаги, предназначенные для приготовления пищи в котлах. Карагаши для выпечки хлеба и приготовления пищи использовали тандыр.В зимних домах, возведенных из бревен, для обогрева и приготовления пищи использовалась печь, комбинированная с очагом и вмазанным над ним котлом. Основными предметами внутренней обстановки являлись многофункциональные нары, низкие столы (куна), дощатые полки, сундуки. Одновременно утилитарную и декоративную роль выполняли тростниковые циновки, шерстяные и войлочные паласы, ковры, занавеси (чаршау) и занавески, пологи (чыбылдых) для обрамления спальных мест, вышитые полотенца. Из юрт татары перешли в дома. Дом строился, если это была зажиточная семья из пластин дерева-сосны. Менее зажиточные ставили каркас деревянный и обшивали камышом. Обмазывали красной глиной. Сверху для гладкости стен и для того, чтобы дождь не размывал готовили глину из смеси красной глины, песка и коровьих свежих "лепешек". Никакой дождь не брал такую обмазку.

В доме ставилась большая печь. Внутри печи был широкий под, куда ставились сковородки с разной едой, пирогами. Сверху на печуе сооружался ушак – очаг. Он отапливался отдельно от печки, над очагом был котел. В нем кипятили воду для чая, мытья посуды, купания. Варили мясо, жарили баурсаки.

Дом делился на две половины: кухню и спальню (общая комната) Печь задней стеной выходила на чистую половину и передней в кухню. На чистой половине комната делилась нарами пополам. Тюр – нары шли вдоль всей стены от печки до противоположной стены. На них спала вся семья. Нары покрывали циновкой (щепта) из чакана, очень искуссно сотканная мастерицами или кашмой (киез). Кошму приобретали у казахов, отдавая взамен овечью шерсть. Постель состояла из множества тюфяков, ватных одеял и подушек. Днем все это складывалось в высокую стопку.

У юртовских татар бань (муенча) не было. Они появились позже, после приезда татар из Среднего Поволжья. Бань не было, потому что была проблема с топливом. Топили дома в основном сухим камышом, тальником. Банный день устраивали в доме всем сразу. Кипятили в котле воду, купали детей, укладывали спать, затем мылись взрослые. Для этого были большие медные или оцинкованные лохани (ләгән).

Важным атрибутом татар считался сундук. На протяжении веков делил он с людьми и радость и горе. Крышки сундуков открывались и когда собирали приданое невестам, и когда провожали людей в последний путь.

Медный кумган до сих пор ценится и покупается татарами. Человек рождается на свет, и его появление ждали с кумганом, наполненным теплой водой. Этот простой сосуд для воды являлся и ежедневным спутником человека, неся в его дом чистоту.

У разных групп астраханских татар сложились свои комплексы одежды и украшений. Однако к началу 20 века этнокультурные различия сохранились преимущественно в женском костюме, головных уборах и украшениях.


Традиционная танцевальная культура астраханских татар

У карагашей бытовала оригинальная халатобразная верхняя женская одежда с широкими рукавами (каптал) или без рукавов (казаки-каптал). Девушки повязывали голову двумя платками: концы нижнего распускали по спине, концы верхнего завязывали узлом на макушке.

Свадебный убор карагашек состоял из чепца (шлауш) или покрывала, украшения (моезбек), составленного из множества металлических подвесок и спиралей, высокой цилиндрической матерчатой шапочки на плотной основе (саукеле), украшенной вышивкой и аппликацией. Юртовским татаркам праздничным убором служила высокая шапка с кожаным верхом (кундуз). Астраханские татары носили сапоги (ату) из желтого сафьяна, иногда с бархатными голенищами и позументными оторочками. Узорные сапоги (ичиги), как и головные уборы казанских татар — бархатные калфаки, характерны для городского костюма рубежа 19-20 веков.

Силуэт костюма, его орнамент, игра цветов - неотъемлемая часть художественного образа, сценического воплощения. Народный костюм астраханских татар, не менее своеобразен, чем фольклор. При этом на сегодняшний день наблюдается все та же тенденция к стилизации под общетатарское.

Сценический костюм сегодня - больше штамп, перегруженный общими элементами. Фольклорное знание, знание национальной одежды необходимо для воссоздания сценического костюма. Безусловно, народный костюм астраханских юртовских татар тяжел, но задача художника - максимально его облегчить при сохранении силуэтов, форм и цветовых гамм. В традиционном костюме юртовских татар были распространены две его разновидности - бытовой и праздничный. Мужской - был строг и подчинялся исламским канонам.

Ткани праздничного и бытового костюмов различались по качеству: бытовой шился из простых хлопчатобумажных тканей, как и нательные рубахи, праздничный - из тяжелых, богатых материалов. Кроме того, выбор тканей зависел и от материального состояния. При пошиве верхней одежды состоятельные слои использовали тафту, шерсть, бархат и др. "тяжелые" богатые материалы, преимущественно с рисунком. При выборе оттенков костюмного ансамбля отдавались свои предпочтения, однако, главным условием было обязательное сочетание цветовых гамм. Если до Х1Хв. костюм мог варьироваться при выборе верхних деталей одежды, вариантов головных уборов, то к концу XIX -началу XX веков, он достаточно упростился как по покрою, составным деталям, так и по сочетанию цветов. Связано это было и с урбанизацией, и влиянием общегородской моды, где основной процент татарского населения к тому периоду составляли средневолжские татары - переселенцы. В мужской костюм входят широкая и длинная рубаха, длинный кафтан - бешмет и штаны - шальвары, ыштан, чалбар, что составляет единый ансамбль практически для всех групп татар. Мужские головные уборы астраханцев, как карагашей, так и юртовцев в плане кроя особой оригинальностью не отличались. Это была обычная четырехклинная мужская тюбетейка такия, только декоративно она оформлялась обычно не тамбурной вышивкой, а золотошвейной гладью растительного или геометрического орнамента. Головной убором являлись бурка, высокая папаха из каракуля. Штаны широкого покроя, шились из холста или красной бурмети, заправлялись в сапоги. Сапоги шились из красного или желтого сафьяна. Рубаха заправлялась в штаны; сверху рубахи одевались казакин — кафтан из шерсти. Женский костюм был интереснее и богаче, нежели мужской. Платье или рубаха кульмак (кулэк), как уже оговаривалось, могло шиться как из простых тканей (для повседневного одевания или более бедного слоя населения), так и из "дорогих": тафты, шерсти, бархата, шелка, обычно ярких оттенков. Материи носили названия: ефэк (ылба) - шелк, махмал - бархат. Платье кроилось в классической форме до пят, рукава могли расширяться к запястью, ворот - обычно под горло, стойкой. Если ворот все же оставался открытым, на шею одевали специально сшитый из плотной ткани нагрудник - изу. Нагрудник укреплялся к шее и полностью скрывал ее. Он мог иметь как овальную, так и прямоугольную форму. Отличительной особенностью женского юртовского костюма были узкие нарукавники по локоть, чуть расширяющиеся к запястью до кисти и зауживающиеся до остроконечного утла к среднему пальцу, из плотной ткани с однотонной вышивкой. Причем, нагрудник и нарукавники в праздничном костюме шились из одной ткани; чаще - замши или парчи, украшались в едином орнаментальном стиле и надевались поверх аркалыка или каптала. К верхней женской одежде относится две ее разновидности: с приталенной спинкой аркалык и с прямой - каптал. Аркалык - длиннополый с длинными рукавами тип камзола из плотной ткани, надевавшийся поверх платья: кафтанчик, который, смотря по достатку, бывает или ситцевый, или бархатный, или парчовый с серебряными на груди застежками… Он подпоясывался "широким (5-7 см) позументным или из серебряных пластин, соединенных между собой посредством шарниров, поясом (камэр) с массивными, богато украшенными серебряными пряжками"[3]. Каптал - разновидность кафтана с прямой спинкой, имеющая аналоги у других групп: жилен, туры чикмэн, толып, туры тун. Борта и полы каптала могли отделываться богатым декоративным орнаментом. Весь ансамбль женской одежды входил в свадебный подарочный комплекс от жениха тугыз: платье - кульмэк, платки - шэл, жаулыг, чулки - челка, каптал, сапожки - ату. В одежду молодой невестки входили бархатное платье с длинными рукавами, бархатный каптал, шелковый аркалык, вышитые сапожки. Женские головные уборы были распространены в нескольких вариантах и зависели от семейного положения женщины. Платки - покрывала были распространены под термином тастар. "Большой, крылатой формы, предназначался для невесты и молодой женщины (в первый раз она такой тастар повязывала во время переезда в дом мужа). Эта форма тастара давала ей возможность покрыть не только голову, но и нижнюю часть лица, а также стан.

Головной убор девушки включал в себя два платка; концы одного падали свободно назад, у другого завязывались впереди узелком. Замужние женщины прятали волосы под легкую накидку хасине, поверх которого могло накрываться шелковое покрывало. Свадебная накидка носила название бирэзэ. Вторая составная часть головных уборов - шапки, надевающиеся поверх платков и покрывал. У богатых женщин праздничным вариантом головного убора была меховая (из соболя, каракуля) высокая шапка - кундуз, которая одевалась поверх легкой, шелковой накидки хасине. В иллюстрациях художников XVIII-XIX веков: Корнелия де Бруина, Вериве и др. запечатлены астраханские татарки, поверх покрывал у которых надеты конусообразные, остроконечные шапки, украшенные по бокам свисающими ушными подвесками. Позже широкое распространение получили калфаки - маленькие с узкими околышами бархатные шапочки, так же получившие огромную популярность у большинства групп татарского народа. Неизменной составной частью женского костюма были всевозможные украшения. Серебряные пряжки украшали пояса, золотые или серебряные монеты вешали на грудь. Зажиточные татарки позволяли себе украшения в виде звенящих подвесок из нескольких рядов монет, свисавшие по бокам шапки или калфака до конца нагрудника длинными подвесками из бисера или жемчуга. Другим украшением были подвески для кос - шэшбау. Крепившиеся у основания косы, они оповещали о приходе девушки звоном монет. Монетами или различными поделочными камнями могли украшаться и ранее упомянутые нагрудник и нарукавники. Костюм астраханских татар привлекал к себе внимание путешественников прошлых веков, исследователей, которые оставили свое описание, эскизы, наброски. Все это помогает восстановить традиционную одежду и воспроизвести, "оживить" ее на сцене. Традиция нарушается при попытке совместить на сцене костюмы разных этнотерриториальных групп татар, что ведет к размыванию исконных традиций.


Традиционная танцевальная культура астраханских татар


Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Подробнее

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: