Картина Репина "Торжественное заседание Государственного совета" как исторический источник
Помощник статс-секретаря Д.Н. Любимов вспоминал: «Помню, как было, если можно так выразиться, заложено основание картины. Репин после долгого измерения полотна и совещания со своими сотрудниками поднялся на складную лестницу и углем поставил точку, приблизительно посредине верхней части полотна, над ней кружок, диаметр которого был точно измерен. «Это, — сказал Репин, видя наше удивление, исток картины; отсюда она пойдет по всем направлениям. Кружок - место лица государя, по нему определится размер головы всех остальных, сообразно с законами перспективы». Затем сотрудники Репина с помощью линеек стали проводить линии по всему полотну, как бывает на распластанных глобусах, вероятно, потому, что зала должна была быть изображена круглой. Посредине, через кружок, где предполагалась голова государя, была проведена линия, как бы меридиан; по сторонам долготы. Меридиан посредине полотна пересекал как бы экватор; по сторонам его — широты. На месте пересечения вновь Репин начертил кружок. «Это,— пояснил он,— голова государственного секретаря, читающего свой рескрипт Государственному совету посредине зала». Кругом пунктиром были намечены овальные круги, один в другом, над ними ряд кружочков — это были остовы столов, за которыми должны были сидеть члены Государственного совета».1
Ученики помогали мастеру найти композиционное решение картины, порой досадуя на то, что он браковал вариант за вариантом. «Репин, по обыкновению, заставил опять переделывать почти все снова, что было уже нарисовано и будет ли доволен теперь, не знаю», - говорится в письме Б.М. Кустодиева через несколько месяцев после начала работы.2
Когда была готова перспектива, на картине начали постепенно появляться сначала контуры, затем изображения драпировок, колонн, столов, стульев и, наконец, фигур участников заседания. Написанные с натуры портретные этюды переносились Репиным на холст: « Затем Репин эскизы переносил на большое полотно, на место, заранее предназначенное, придавая зарисованному ту или иную позу, над которыми он много работал, постоянно их стирая и снова рисуя». Такую же работу выполняли и ученики художника.
Целиком Репину принадлежат основная, средняя часть картины с изображениями наиболее важных участников заседания: царя, великих князей, министров и старейших членов Государственного совета. Б.М. Кустодиев писал правую часть картины, И.С. Куликов – левую. Вопреки некоторым утверждениям И.С. Куликов вспоминал: «то, что писалось мной и Кустодиевым, Репин не поправлял кистью, а лишь на словах указывал, что надо сделать сильнее, что слабее…».3 Не удивительно, поэтому, что правая и левая части картины ощутимо уступают в художественном отношении ее центру. В связи с этим изменилось и общее цветовое решение картины. По мнению специалиста, «были слишком подчеркнуты голубые пятна… Помощники Репина не поняли его замысла и внесли условную импрессионистскую голубизну в белые колонны и в затуманенный задний план. Тон картины стал голубовато-зеленым…». Несомненно, однако, что отдельные художественные недостатки не снижают культурного и исторического значения репинского творения.
Глава 3. Картина Репина – комплексный источник
3.1 Оценки картины
Работа над картиной продолжалась в течение двух лет. Немолодой уже И.Е .Репин проявил огромное воодушевление и самоотдачу. Встречавший его в эти годы А.В. Жиркевич свидетельствует: «Виделся с Репиным, занятым картиной «Заседание Госуд.совета». Он похудел, нервен, но полон энергии и интереса к окружающему».
В ноябре 1902 года окончил свою часть работы Куликов, а в феврале следующего года Репин отпустил и второго помощника Кустодиева.
«Презентация» картины была приурочена к последнему перед летними каникулами заседанию Государственного совета. Когда все члены Совета собрались, Репин, волнуясь, отдернул занавес и его творение предстало во всем своем великолепии. «Наступила минута сосредоточенного внимания. Затем со всех сторон раздались похвалы. Репина обступили, жали ему руку, поздравляли – это было совершенно искренне. У всех, бывших на юбилейном собрании получалось впечатление, что вся обстановка заседания каким-то чудом отразилась в гигантском зеркале, запечатлелась в нем и навсегда застыла. Так жизненны были лица, так характерны позы, так точно была воспроизведена окружающая обстановка», - вспоминал помощник статс-секретаря Д.Н. Любимов.1
А вот другой взгляд. Он принадлежит одному из учеников Репина по его мастерской М.И. Курилко: «Репин пригласил нас, небольшую группу художников, посмотреть картину. Репин стоял такой маленький перед огромной картиной один, а мы образовали круг в отдалении…. Это полная правда, но она имеет два прочтения. Сановники были довольны, они увидели полное сходство с собой, себя во всем парадном блеске. А художник увидел другую действительность, он не приукрасил своих героев, не возвеличил их. Репин остался Репиным, сказал суровую правду, показав историческую обреченность правителей царской России».2
Сходное понимание высказал философ В.В. Розанов: « … и колдун этот Репин: сперва я сказал себе: « Где же тут его талант? Где эти спины и лица запорожцев?!» Но к концу часа я догадался: «Хитрец он именно дал только то, что видел: ничего больше». Эта картина великая, это – Карфаген перед разрушением».3
Знаменитый художественный и литературный критик В.В. Стасов с воодушевлением писал Репину: «Картина ваша чудная, необыкновенная и стоит выше всяческих похвал». И еще более определенно – в статье для «Биржевой газеты»: «Новая картина – одна из самых замечательных картин гораздо более стоит, чем все картины подобного же рода, появившиеся в разных краях Европы в течение ХIХ века».4
Стасову вторит И.Э. Грабарь: «Уступая по тонкости эскизу, картина должна быть признана замечательным произведением. В области же заказного официального искусства с нею едва ли может соперничать какая-либо другая аналогичная картина любого европейского художника».5
Таким образом, картина И.Е. Репина получила единодушную высокую оценку. Все отмечали ее правдивость и достоверность. Вызывает удивление, что ее мало привлекают в качестве исторического источника. Нам известен только пример Л.Е. Шепелева. Он посвятил главу своей монографии вопросу: кто и в каком мундире изображен на картине, отмечает точность Репина в деталях и композиции, считает репинский шедевр коллективным образом русского чиновника. О других подобных работах нам пока не известно.
3.2 Информационные возможности картины
Картина Репина представляет собой комплексный исторический источник заключающий в себе многообразную информацию. На наш взгляд, он позволяет сделать выводы, которые затрагивают не только Государственный совет, как высший законосовещательный орган Российской империи начала ХХ века, но и вообще власть как таковую. Попробуем это доказать.
Во-первых, картина содержит сведения по личному составу Государственного совета. Списочный состав Гос.совета можно найти в официальных документах, однако, на картине мы видим кто из высших сановников реально участвовал в работе. Например, в состав Совета формально входил такой крупный государственный деятель, как генерал-фельдмаршал Д.А. Милютин (автор военной реформы 60-70 х годов ХIХ века), но на картине он отсутствует. С другой стороны, член Совета Д.Н. Набоков, после отставки в 1886 году с поста министра юстиции постоянно проживавший во Франции, изображен на полотне.1 Также в заседании приняли участие широко известные всем, интересующимся родной историей К.П. Победоносцев, С.Ю. Витте, П.П. Тянь-Шанский, А.Н. Куропаткин, В.К. Плеве и несколько менее известные, но оставившие заметный след в историческом процессе К.И. Пален, Н.П. Игнатьев, Н.Н. Обручев, Д.С. Сипягин, А.А. Половцов.
Во-вторых, из картины мы видим в какой обстановке проходили заседания высшего государственного органа. В этом смысле картина образно дополняет имеющиеся воспоминания и мемуары. Мы видим небольшой богато отделанный зал, полукругом расставленные столы. Возникает впечатление замкнутости, обособленности узкого круга высших правителей от реальной жизни. Неторопливый церемониал, средневековый антураж, сочетание строгости и торжественности не позволяют допустить и мысли, что где-то за стенами высокого собрания бурлит ХХ век с его выдающимися техническими достижениями и невиданными социальными катаклизмами. Эти обособленность, самодостаточность, тонко переданные Репиным, видимо, присущи российской власти во все времена. Они являются вполне злободневной проблемой и сегодня, что не требует доказательств.
Бросается в глаза солидный возраст членов Государственного совета. В большинстве своем это седые и лысые старцы. Помимо второстепенных чиновников канцелярии молодые на картине только царь и его брат. Разумеется, по архивным документам можно установить средний возраст членов Совета на конкретный год или период времени. Такие данные уже появляются.2 Но на картине все это выглядит явственней и нагляднее, чем в абстрактных цифрах. Глядя на сгорбленные фигуры, чувствуется, что некоторым сановникам тяжело принимать участие даже в юбилейном заседании. Что же говорить о рабочих занятиях? Приходится придти к выводу, что такие неоспоримые достоинства преклонного возраста как мудрость, осторожность, осмотрительность, огромный государственный опыт все же не перевешивали очевидных недостатков, связанных с болезнями, плохой работоспособностью и низкой активностью. Престарелая элита не просто не хотела, но, даже физически не могла адекватно реагировать на запросы времени.
«Геронтократия» - власть стариков - в период, когда перед страной стояла задача ускоренной модернизации, требовались немедленные и глубокие преобразования, становилась опасной, грозила бедой и неминуемой катастрофой.
Одной из главных характеристик правящей элиты была строгая и сложная иерархичность. В ее основе лежала знаменитая Табель о рангах – краеугольный камень петровской империи. На картине всевластие Табели проявилось в полной мере. Обратим внимание на размещение персонажей. Чиновники Госканцелярии, включая ее руководителя – Государственного секретаря В.К. Плеве изображены стоя. Члены Государственного совета изображены сидящими. Сидят они вовсе не произвольно, а в строгом порядке.
Нам удалось выявить три принципа, на сочетании которых основано размещение членов Совета за столами:
Происхождение.
Чин.
Должность.
Первый принцип применен только в отношении 6 великих князей. Пятеро из них независимо от должностей и званий занимают ближайшие к императору места по правую руку. Шестой, являясь Председателем Совета (великий князь Михаил Николаевич), сидит по левую. Далее можно выделить три группы должностей:
Министры (14 человек).
Председатели Департаментов Госсовета (3 человека).
Рядовые члены Совета.
Министры сидят по правую руку от Государя за великими князьями, Председатели – по левую (за Председателем Совета), рядовые члены занимают остальные места. Внутри каждой из трех групп действует третий принцип – старшинства в чине. Так как большинство сановников на картине имели одинаковый чин II класса по Табели о рангах (действительный тайный советник – в гражданских ведомствах; генерал-от-инфантерии (кавалерии, артиллерии) - в военном; адмирал – в морском), то учитывалось, кому ранее был присвоен соответствующий чин (день, месяц, год), Например, возьмем сидящих по левую руку от царя Председателей Департаментов. Ближе всех к царю расположен Председатель Департамента государственной экономии Д.М. Сольский, поскольку чин действительного тайного советника ему был пожалован 1 января 1878 года. За ним сидит Председатель Департамента Законов Э.В. Фриш, который состоял действительным тайным советником с 15 мая 1883 года. Наконец, Председатель Департамента промышленности и торговли Н.М. Чихачев изображен только третьим, поскольку чин адмирала ему был присвоен 1 января 1892 года.
Весьма ценным источником является картина для тех, кто интересуется историей парадного мундира и наградной системы. Это, в частности, отмечает Л.Е. Шепелев. Не вдаваясь глубоко в эту специальную область исторической науки мы можем отметить, что парадный мундир несомненно отражал значимость «государевой службы», создавал особый психологический настрой, связанный с исполнением служебных обязанностей, а в случае с высшими сановниками подчеркивал их положение, заслуги и степень доверия Императора.
Большинство участников заседания одеты в темно-зеленый полукафтан с богатым золотым шитьем – мундир члена Госсовета. Однако, некоторые министры присутствовали в особых мундирах своих ведомств. Явно заметно это в отношении министра иностранных дел В.Н. Ламздорфа и министра путей сообщения князя М.И. Хилкова, на них мундиры с серебрянным шитьем. С другой стороны, Обер-прокурор Синода К.П. Победоносцев изображен не в мундире своего ведомства (с серебряным шитьем), а в мундире Совета.1
Следует отметить высокий процент генеральских мундиров – он свидетельствует о значительной милитаризации правящей элиты и, одновременно, о слабой подготовке к законотворческой деятельности у многих членов Совета.
Любопытно отражены на картине особенности наградной системы Российской империи. Как известно, через плечо носилась лента высшего из пожалованных орденов. На полотне мы видим у абсолютного большинства членов Совета красные ленты ордена Св. Александра Невского. Это была почетная, но не самая высокая награда. На самом деле, многие сановники были кавалерами более престижного ордена – Св. Владимира I степени, просто его лента одевалась под мундир.1 Известно, например, что к моменту создания картины такой орден имели Председатель Комитета министров И.Н. Дурново, Э.В. Фриш, А.А. Половцов и другие. В этом смысле материал картины дополняется архивными документами. С другой стороны, Морской министр адмирал П.П. Тыртов изображен кавалером ордена Святого Александра Невского, тогда как у него должна была быть синяя лента более низкого ордена Белого Орла, подобная той, что на министре юстиции Н.В. Муравьеве.2
Наконец, из картины видно, каким высоким престижем обладала высшая награда Российской империи – орден Св. Андрея Первозванного. Он давался в исключительно редких случаях, с большим разбором, за особые государственные заслуги. На картине, помимо шести членов Императорской фамилии, получавших орден при рождении, с голубой лентой ордена изображены только 9 человек (6 генералов – кн.П.С. Ванновский, Н.С. Гонецкий, граф Н.П. Игнатьев, О.Б. Рихтер, Н.Н. Обручев и граф И.И.Воронцов-Дашков; 3 гражданских сановника - К.П. Победоносцев, Д.М. Сольский и Д.Н. Набоков).
Высокий статус главной награды можно рассматривать как признак определенной устойчивости власти, наличия некоторого запаса прочности. Для начала ХХ века такой вывод еще вполне справедлив.
Высказанные соображения не исчерпывают информационного содержания репинской картины. В рамках нашей работы, мы постарались лишь показать многообразие содержащейся в картине информации, которая делает ее ценным историческим источником. Хочется привести еще одно соображение. Если специальные работы, исследования, монографии, тем более редчайшие фотографии доступны лишь узкому кругу специалистов, то репродукции картины можно встретить во многих книгах и альбомах. Кроме того, можно познакомиться и с оригиналом картины, выставленном в Государственном Русском Музее. Таким образом, молодым, еще не профессиональным исследователям открывается возможность работать с картиной, использовать ее в своих научных исканиях, привлекать ее в качестве источника. На наш взгляд это значительно увеличивает ценность репинского шедевра.
Кроме того, поскольку данный источник еще и талантливое художественное произведение выдающегося мастера, которое способно оказывать сильное эмоциональное и эстетическое воздействие, мы вполне можем говорить о его уникальности в указанном смысле.
Заключение
Государственный совет в дореволюционной России считался высшим правительственным учреждением. Но фактически его деятельность носила декоративный характер. В Совете обсуждались важнейшие вопросы внутренней и внешней политики, но все решения были только советами, с которыми император мог согласиться или не согласиться. В начале XX века такая роль уже не отвечала требованиям времени. Совет явно отживал свое. Но присущими ему торжественностью, патриархальностью, аристократизмом Гос.совет ярко воплощал основные черты, плюсы и минусы русской самодержавно-бюрократической монархии, был ее символом. Поэтому вместе с ним уходила в прошлое целая эпоха.
Видимо Репин понял это, когда к нему обратились с официальным заказом, написать картину юбилейного заседания Совета. Задача вдохновила художника, придала ему сил и энергии. Вместе с учениками Б.М. Кустодиевым и И.С. Куликовым он активно включился в работу. Работа над картиной продолжалась целых два года и на всех основных ее этапах главным стремлением Репина было - добиться максимальной правдивости, достоверности и точности изображения.
На начальном этапе Репин напряженно работает с залом заседания, с Советом в целом, ищет наилучшее композиционное и цветовое решение, В течение второго, самого длительного этапа, Репин с учениками пишет портретные этюды всех членов Совета. Каждый такой портрет - синтез многообразной информации, включавшей в себя сведения о мундире, ленте, наградах и даже обуви портретируемого и личных наблюдений художника, два месяца посещавшего заседания Совета
Наконец, третий этап заключался в работе над огромным полотном картины. Здесь Репину также помогали ученики, поэтому не удалось избежать некоторых промахов.
Но в целом, картина удалась. В ее высокой оценке совпали мнения большинства современников и позднейших исследователей. Ее приняли как сановники, удовлетворенные внешней парадной стороной, так и общественность, с радостью угадавшая идею исторической обреченности Государственного совета, а вместе с ним и всей старой России.
С точки зрения содержания картина позволяет путем сопоставления с другими источниками выявить и устранить ряд неточностей, встречающихся в исторической литературе. Однако, на наш взгляд значение и ценность ее как исторического источника заключается:
Во-первых, в комплексном характере (многообразие и разноплановость информации).
Во-вторых, в наглядности и образности (изобразительный источник), что особенно важно из-за редкости фотографий, тем более коллективных и тем более опубликованных.
В-третьих, картина еще и уникальна, ибо позволяет взглянуть на высшую власть глазами не просто современника, но выдающегося творца, который сумел передать особую атмосферу власти, психологию ее представителей. Сильное эмоциональное и эстетическое воздействие позволяет ощутить дух, особый колорит эпохи, что немаловажно для исследователя.
Все сказанное позволяет прийти к выводу, что картина И.Е.Репина «Торжественное заседание Государственного совета …» является ценным и даже уникальным историческим источником. Безусловно, тема требует дальнейшей разработки, детализации и уточнения, постановки и решения новых проблем. Мы лишь по мере сил и возможностей постарались взглянуть на известное произведение под новым углом, рассмотрев перспективы его использования в исторических исследованиях.
Надеемся, что столетие со дня создания репинской картины привлечет внимание со стороны специалистов и общественности, и, возможно, подарит ей «второе рождение».
Наша работа - скромный вклад в это дело.
Список использованных источников и литературы
А) Источники:
Гурко В.И. Черты и силуэты прошлого. М., 2000.
Любимов Л. Как И.Е. Репин писал «Заседание Государственного совета». // Искусство. 1961. №2.
Новое о Репине. Л.: изд-во «Худ. РСФСР». 1969.
Репин И.Е. Далекое – близкое. М.: изд-во Ак.Худ., 1960.
Репин И.Е. Письма. Т 3. М. – Л., 1950.
Б) Литература:
Балакин П. И.Е. Репин и И.С. Куликов. //Искусство. 1963. №7
Бородин А.П. Государственный совет в России (1906-1917). Киров, 1999.
Высшие и центральные государственные учреждения России. 1801 – 1917 гг. Т.1. СПб., 1998
Грабарь И.Э. Репин. Монография в 2-х томах. Т.2. М.: изд-во «Наука», 1964.
Лясковская О.А. Илья Ефимович Репин. М.: «Искусство», 1982.
Ордена России//Дом Романовых/ П.Х. Гребельский, А.Б. Мирвис. СПб., 1992.
Пружан И.Н., Князева В.П. Русский портрет ХIХ-нач. ХХ вв. М., 1980.
Стернин Г.Ю. Илья Ефимович Репин. Л.: изд-во «Худ. РСФСР», 1985.
Турков А.М. Б.М. Кустодиев. М.,1986.
Федорченко В.И. Императорский Дом. Выдающиеся сановники: Энциклопедия биографий: В 2 Т. М., 2000.
Шепелев Л.Е. Заседание Государственного совета. // Родина. 1997. № 5. Цв.вкл.
Шепелев Л.Е. Чиновный мир России в ХIХ – нач. ХХ вв. М., 1999.
Шилов Д.Н. Государственные деятели Российской империи (1802-1917). Биобиблиографический справочник. СПб., 2001.
1 Высшие и центральные государственные учреждения России. 1801 – 1917 гг. Т.1. СПб., 1998. С.20-22
1 Гурко В.И. Черты и силуэты прошлого. М., 2000. С.40
1 Гурко В.И. Черты и силуэты прошлого. М., 2000. С.38-39
2 Там же. С.39
1 Гурко В.И. Черты и силуэты прошлого. М., 2000. С.109
1 Любимов Л. Как И.Е. Репин писал «Заседание Государственного совета».// Искусство. 1961. №2. С. 68
2 Лясковская О.А. Илья Ефимович Репин. М.: «Искусство», 1982. С.390-391
1 Любимов Л. Как И.Е. Репин писал «Заседание Государственного совета».// Искусство. 1961. №2. С.69
1 Грабарь И.Э. Репин. Монография в 2-х томах. Т.2. М.: изд-во «Наука», 1964. С.228-229
2 Любимов Л. Как И.Е. Репин писал «Заседание Государственного совета».// Искусство. 1961. №2.С. 70
1 Любимов Л. Как И.Е. Репин писал «Заседание Государственного совета».// Искусство. 1961. №2.С. 69
2 Турков А.М. Б.М.Кустодиев. М.,1986. С.34
3 Балакин П. И.Е.Репин и И.С.Куликов. //Искусство. 1963. №7. С.67
1 Любимов Л. Как И.Е. Репин писал «Заседание Государственного совета».// Искусство. 1961. №2.С.70.
2 Новое о Репине. Изд-во «Худ. РСФСР». Л., 1969. С.245
3 Стернин Г.Ю. Илья Ефимович Репин. Л.: изд-во «Худ. РСФСР», 1985. С.35
4 Репин И.Е. Письма. Т 3. М. – Л., 1950. С.215
5 Грабарь И.Э. Репин. Монография в 2-х томах. Т.2. М.: изд-во «Наука», 1964. С.133
1 Федорченко В.И. Императорский Дом. Выдающиеся сановники: Энциклопедия биографий: В 2т.М., 2000. С.59, 96
2 См., например,: Бородин А.П. Государственный совет в России (1906-1917). Киров, 1999.
1 Шепелев Л.Е. Заседание Государственного совета. // Родина. 1997. № 5. Цв.вкл.
1 Ордена России//Дом Романовых/ П.Х. Гребельский, А.Б. Мирвис. СПб., 1992
2 Шилов Д.Н. Государственные деятели Российской империи (1802-1917). Биобиблиографический справочник. СПб., 2001