Под знаком гротеска: антиповедение в русской культуре
16 Бодрийяр Ж. Указ. соч. - С. 116-117.
Хаотизация, разрушение норм «серьезной» повседневности, амбивалентость веселья («и страшно и весело») позволяют рассматривать балаган и связанные с ним элементы в качестве «перевернутого», гротескного мира. Обратная, «теневая» сторона балаганного веселья воссоздавалась за счет открыто негативного отношения к нему и с позиций представителей официальной, «высокой» культуры, и с позиций ортодоксальной церкви. Мнение православного духовенства для простого народа на протяжении всего периода XVIII—XIX вв. оставалось далеко не безразличным, а оно было однозначным: балаганы, карусели и прочие увеселительные «монстры» — кощунство. Исследователь В.Ю. Лещенко свидетельствует «Народная линия балаганной культуры воспринималась в назидательной литературе без энтузиазма и получила название «плевел» народной мудрости — нечистого, расстроенного и непотребного, проникшего на святую Русь»17. Князь КМ. Долгорукий, побывавший в 1813 г. на нижегородской ярмарке, записал в дневнике: «Всегда мне странно казалось, что на подобных игрищах представляют монаха и делают из него посмешище <...> Со временем так приучают народ видеть чернеца деревянного с бабой в комаринской, что и на живого старца будут с теми же помышлениями посматривать»18. В середине XVIII века народные игрища драматург Сумароков охарактеризовал как «смех без разума»19. Что же касается представителей закона, то еще в первой половине XVIII в. в одном из полицейских рапортов по поводу поведения, творимого при каруселях, сообщалось, что тому веселью «описанию и премерзностному в манерах подлого сословия <...> места в донесении быть не могло»20.
17 Лещенко В.Ю. Семья и русское православие (XI—XIX вв.). — СПб.. 1999. - С. 292.
18 Некрылова А.Ф. Указ. соч. — С. 64.
19 Берков П.Н. Вступ. статья / Русская комедия и комическая опера XVIII в.: Сб. ст. / Под ред. П.Н. Беркова. - М.-Л., 1950. - С. 8.
20 Иванов Е.Г. Карусели и прочие монстры. — М., 1928. — С. 13-14.