Развитие музейного дела в дореволюционной России XVIII–начала XX веков
В Эрмитаж допускались немногочисленные посетители и только с разрешения обергофмаршала — президента Дворцовой конторы. В залы попадали и художники-копиисты, в том числе архитекторы Ч. Камерон, Дж. Кваренги, П. Гонзаго. Первыми хранителями музея были художники и библиотекари Пфанцельт, А.Н. Лужков и др.
В Эрмитаже устраивались приемы в честь известных иностранцев, которым демонстрировалось богатство императорского двора. После концертов и спектаклей "часто танцевали в Павильоне, проходя залы большого помещения, построенного Фельтеном, где были выставлены картины. Там нередко останавливались для их осмотра, тут же стоял бильярд, который притягивал любителей".
Во второй половине XVIII в. кроме Эрмитажа произведения живописи и ваяния хранились в императорской Академии художеств, основанной в 1758 г. Это были картины русских мастеров, прежде всего профессоров, академиков и воспитанников Академии. Однако в ней был и достаточно представительный отдел западноевропейского искусства. В 60-е гг. XVIII в. коллекции Академии становятся доступны, по свидетельству И. Георги, "всей публике, даже простому народу".
В середине XVIII века в России продолжались традиции частного собирательства. Особенно оживилась коллекционерская деятельность русских аристократов при Екатерине II. Британский путешественник А. Кларк, посетивший страну в конце XVIII в., писал: "Можно подумать, что русские ограбили всю Европу для составления своих выдающихся коллекций".
Накопление богатств, стремление к роскошной жизни отразилось на коллекционировании того времени. Если в Петровскую эпоху у коллекционеров преобладали научно-познавательные цели, то в Екатерининскую эпоху большинство аристократов-собирателей стремились украсить свои дома. В частном собирательстве проявляется бытовое направление.
Владельцы бытовых комплексов XVIII в. еще не рассматривали художественные предметы как коллекции прикладного искусства. Эти предметы включались в интерьер для достижения декоративных эффектов. Так, например, после приема, данного канцлером князем А.А. Безбородко, шведский король вспоминал: "чудесный дом выделялся чрезмерным богатством: лестницы были устланы ценными азиатскими коврами, стены украшены красивейшими картинами, потолки горели люстрами и прекрасным огнем бриллиантов".
Многие представители знати, не удовлетворяясь столичными домами, возводили в родовых имениях дворцы, которые также заполнялись образцами декоративно-прикладного искусства, как, например, дворцы графов Шереметьевых в их подмосковных имениях Кусково и Останкино. В Кускове были представлены антики из раскопок в Геркулануме, столы, сделанные из малахита, "камера" с древним оружием, картинная галерея с полотнами А. Ван Дейка, П.П. Рубенса, Рембрандта, П. Веронезе и др.
С подмосковными шереметьевскими дворцами состязались дворцы князей Юсуповых (в Архангельском), графов Орловых ("Отрада"), князей Голицыных (в Назарьеве), князя А.А. Безбородко (в Стольном Черниговской губернии).
В России появились дельцы, которые торговали художественными изделиями, велась антикварная торговля, центрами которой были Санкт- Петербург и Москва.
§ 2. Естественно-научные (природоведческие) коллекции и музеи
О самых ранних естественно-научных коллекциях в России нет достоверных сведений. Начало целому ряду крупнейших собраний было положено Петром I. Во время своих неоднократных посещений Западной Европы Петр I встречался с учеными, в частности с президентом Берлинской академии наук Г.В. Лейбницем, посещал научные учреждения, библиотеки, анатомические музеи, кунсткамеры, картинные галереи, мюнцкамеры. Из заграничных путешествий Петр I привозит зоологические, ботанические и минералогические коллекции, приборы и инструменты.
В 1716 году в Голландии было куплено "Альберта Сабы славное собрание четвероногих, птиц, рыб, змей, ящериц, раковин и других диковинных произведений", в 1717 – собрания анатомических препаратов, трав и бабочек известного анатома Ф. Рюйша, содержавшее более 2 тысяч препаратов по эмбриологии и анатомии человека, а также 1179 номеров различных мелких животных, 259 номеров птиц, "законсервированных рюйшевым сухим способом". Все эти приобретения и легли в основу Кунсткамеры.
Первая экспозиция Кунсткамеры временно размещалась в Кикиных палатах близ Смольного монастыря. Вход в музей был бесплатным. Заботясь о просветительных задачах Кунсткамеры, Петр I отдал распоряжение: "...впредь всякого желающего оную осмотреть, пускать и водить, показывая и изъясняя вещи".
В это время Петр издает указ "О приносе родившихся уродцев, а также найденных необыкновенных вещей". Утаивание уродцев почиталось за государственное преступление и наказывалось штрафом. Тех же, кто спешил пополнить государеву коллекцию, награждали приличной денежной суммой. Акции изъятия существ странного вида у граждан российского государства проводилось в рамках так называемой "тератологии", или науки о монстрах. Тератология почиталась не только забавою, но и деятельностью весьма полезною, так как позволяла показать, что уроды появляются на свет по причинам естественным, без всякого вмешательства дьявола. Монстры всех видов и мастей поступали в Кунсткамеру регулярно и в изобилии — как живые, так и мертвые. Здесь тех, что были мертвыми, препарировали и готовили из них препараты. Царь с энтузиазмом принимал в этом участие: он был неплохим патологоанатомом и увлекался анатомией. (Живые так и существовали при музее до своей естественной смерти.) Некоторые из экспонатов петровского времени сохранились до сегодняшнего дня: например, двухголовый теленок и огромный скелет француза по имени Буржуа.
В 1741 г. был издан первый каталог музея под названием "Палаты Санкт-Петербургской Академии наук. Библиотека и Кунсткамера". В него вошли анатомические, зоологические, археологические и этнографические коллекции, минералогический кабинет, мюнцкабинет, Петровский (императорский) кабинет с восковой персоной и мемориальными вещами Петра I, его токарными инструментами. Императорский кабинет, созданный в Кунсткамере после смерти Петра I, был первым мемориальным комплексом, увековечившим его имя и дела.
В царствование Екатерины II Кунсткамера интенсивно пополнялась за счет государственной казны коллекциями ученых, возвращающихся из экспедиций, — Палласа, Гмелика, Генкеля, Лепехина, Нартова, Бема и др., а также коллекциями, купленными за рубежом. Судя по "Описанию" Кунсткамеры, вышедшему в 1800 г., ее структура не изменилась. Над входом в музей были начертаны слова Екатерина II из "Наказа": "Хотите ли предупредить преступления. Сделайте, чтобы просвещение распространялось между людьми".
В XVIII веке в Европе расширяются функции ботанических садов, увеличивается и их численность. В России в 1714 г. был открыт Аптекарский сад (с 1735 г. "медицинский огород") на Аптечном острове в Санкт-Петербурге, где выращивались не только лекарственные растения, но и разные коллекционные травы.
Кроме "медицинского огорода" с 1735 г. в столице России действовал ботанический сад Академии наук. Ботанический сад – научно-исследовательское, учебное, просветительское учреждение, распространяющее знания об эволюции флоры, об использовании растений человеком. С древнейших времен человек стремился приблизить к себе полезные дикорастущие растения. Уже египтяне и вавилоняне закладывали сады, в которых высаживали привозимые из других стран растения, в первую очередь декоративные. Одним из " семи чудес света" считались "висячие сады" Вавилона, связанные с именем ассирийской царицы Семирамиды (конец IX века до н.э.). Первый в мире ботанический сад, лесопарк около Афин, принадлежал "отцу ботаники" Теофасту (371 – 286 г.г. до н.э.) и использовался с исследовательскими и образовательными целями. Практичные римляне имели сады, предназначавшиеся для выращивания лекарственных растений. В средние века ту же задачу выполняли монастырские сады. На Руси издавна существовали плодовые сады: в летописях описаны яблоневый сад Киево-Печерского монастыря (XI век), культурные сады в Москве (с XIV века), аптекарские огороды (с середины XV века). По переписи 1701, в России было 43 сада. Работы по интродукции растений (введении в культуру дикорастущих растений или культурных видов и сортов из стран и областей с иными природными условиями) начались при Петре I. На базе "аптекарских огородов" созданы ботанические сады в Москве (1706) и Петербурге (1714).
Российские ботанические сады проводили целенаправленный сбор растений в различных регионах страны и за рубежом, служили местом концентрации гербариев, собранных экспедициями, организованными государством, отдельными ведомствами (Морским министерством, Ген.штабом, Переселенческим управлением и др.), Академией наук, научными обществами.
С XVIII века в России известны частные ботанические сады, в том числе крупнейшие в Европе: Г.А. Демидова (1733, Соликамск), П.А. Демидова (1756, Нескучный сад в Москве), А.К. Разумовского (1978, Горенки под Москвой).
Природоведческие музеи, ботанические и зоологические сады позволяли естествоиспытателям упорядочивать описание природного мира, революционизировать исследования жизни животных и растений.
§ 3. Научно-технические коллекции и музеи
Начало музеефикации памятников науки и техники относится к XVIII веку, когда появились коллекции научных приборов. Собираемые любителями ранние технические коллекции включали в себя широкий набор практических и научных предметов — замки, ключи, осветительные приспособления, часы, музыкальные инструменты, глобусы, астролябии, навигационные инструменты, машины, автоматы, механические часы, телескопы, микроскопы, электрическое оборудование, научную аппаратуру, инвентарь и инструментарий, который применяется в математике, медицине, астрономии, химии, физике.
В XVIII веке во многих европейских государствах возникают академии наук, в России это событие приурочено к 1724 году – образована Академия наук в Санкт-Петербурге.
Некоторые европейские академии получали под свое управление музеи, как это было в Петербурге, в ведение Академии была отдана Кунсткамера, что содействовало развитию и науки, и музейного дела. Здесь в 1741—1765 гг. работал М.В. Ломоносов. "Любопытные" и "умелые", как называли себя члены академий, рассматривали знания как средство возрастающего контроля человека над силами природы и воспитания человеческой изобретательности. Широта их интересов была энциклопедической и охватывала как экспериментальную философию (так называли моральные и природоведческие науки), так и историю, литературу, а также неоформленные в самостоятельные дисциплины археологию и этнографию. Для научных исследований было необходимо все: библиотеки, ботанические и зоологические сады, исследовательские лаборатории и, наконец, музеи — для изучения и классификации созданного человеком и природой. Важную роль в разработке этих наук сыграли собрания предметов, называемые "кабинетами". Основанное с целью изучения природных богатств и экономики России Вольное экономическое общество (Санкт-Петербург, 1765) собирало коллекции лучших образцов сельскохозяйственного и ремесленного инвентаря, продукции сельского хозяйства и пчеловодства, а также минеральные, ботанические и зоологические коллекции. В России представление о мемориальной ценности предметов, характеризующих развитие науки и техники формируется начиная с XVIII века, тогда же образуются первые коллекции. Орудия труда, научные приборы и инструменты, модели, чертежи, рисунки и документы встречались в коллекциях Петра I, Я.В. Брюса, А.П. Волынского, Д.М. Голицына, Ж.Н. Диделя, Г.Ф. Миллера, А.И. Мусина-Пушкина, В.Н. Татищева и др., хранились в Петербургской кунсткамере, в Архиве Академии Наук, Эрмитаже, при Шляхетском кадетском корпусе, в Музее натуральной истории и камере моделей Московского университета, Минералогическом кабинете Вольного экономического общества, в также в первых ведомственных и отраслевых музеях: Модель-камере и Рудном кабинете при Берг-Коллегии, Музее истории оружия при Тульском оружейном заводе и др. Коллекции и музейные собрания в это время не были стабильными. Например, открытый в 1782 году музей при Горной школе в Иркутске в конце десятилетия пришел в полный упадок после отъезда его организаторов – Э.Г. Лаксмана и А.М. Карамышева. Но уже тогда в конце XVIII века была осознана необходимость сохранения не только редких, необычайных, художественно-ценных вещей, но и характерных памятников науки и техники. Диковинки и раритеты, естественно-научные материалы предписывалось собирать специальными указами Петра I, инструкциями для участников многочисленных академических экспедиций, несколькими анкетно-статистическими опросами. В последней четверти XVIII века появляются общедоступные пособия типа "Краткого наставления для охотников до натуральной истории, желающих собирать всякие натуральные вещи для Императорской Академии Наук". Основными источниками комплектования фондов музеев в это время и позднее являлись закупки коллекций и отдельных предметов у зарубежных и отечественных коллекционеров, а также целенаправленная деятельность научных экспедиций по сбору естественно-исторических, археологических, этнографических и других коллекций. Фонды пополнялись путем дарений, конфискаций, обменов с музейными и научными учреждениями, за счет предметов, присылаемых для рассмотрения, изучения и экспертизы (Вольное экономическое общество).
§ 4. Исторические коллекции и музеи
Наиболее ранние свидетельства о сохранении исторических реликвий на Руси относятся к XIII – XV векам: княжеские одежды хранились в софийском соборе в Киеве, посох и облачение епископа Никиты – в ризнице новгородской Софии, меч, приписывавшиеся князьям Довмонту и Всеволоду Мстиславичу, - в Троицком соборе Пскова. Предметы древности и книги (не всегда богослужебного характера) в XVI – XVII веках хранились в ризницах и монастырских библиотеках: в Архангельском, Успенском, Благовещенских соборах Московского Кремля, в Троице-Сергиевском, Печерском, Тихвинском, Кирилло-Белозерском, Чудовом, Ново-Иерусалимском, Волоколамском монастырях; в древлехранилище в Туле, Нижнем Новгороде, Ростове. В XVIII веке наблюдался повышенный интерес к памятникам истории, в работе с ними наметилась определенная система, постепенно осознавалось их значение как исторических источников.
Важную роль в сохранении отечественного культурного наследия, формировании коллекций, создании исторических музеев сыграли законодательные акты Петровского времени: "Указ Петра I о сдаче старинных редкостей комендантам" от 13 февраля 1718, "Указ Сената о сборе в епархиях и монастырях рукописных и печатных книг, грамот и других исторических документов и присылке их копий в Сенат" от 20 декабря 1720 и др. Возникновению исторических музеев предшествовало формирование коллекций памятников истории в частных собраниях Б.Ф. Годунова, Ф.С. Милославского, Ф.А. Головина, Я.В. Брюса, А.Н. Демидова, Д.М. Голицына и др., а также в Оружейной палате, Модель-камере (Петербург), Петербургской кунсткамере, Эрмитаже.
В царском указе о покупке редкостей для Кунсткамеры от 1718 г. значилось: "Ежели кто найдет в земле, или в воде какие старые вещи, а именно: каменья необыкновенные, кости человеческие или скотские, рыбьи или птичьи, не такие, какие у нас ныне есть, или такие, да зело велеки или малы перед обыкновенным; также какие старые подписи на каменьях, железе или меди или какое старое и ныне необыкновенное ружье, посуду и прочее все, что зело старо и необыкновенно, також бы приносили, за что давана будет довольная дача...". Древности в России находили и до XVIII в., но только в петровскую эпоху пришли к пониманию, что они нужны для изучения и просвещения. Это было принципиально новым отношением к древностям. Новые собиратели предпочитали то, что "зело старо и необыкновенно" богатству и роскоши княжеских собраний допетровской эпохи, свидетельствовавших о знатности их владельца.
В 1715 г. заводчик А.Н. Демидов подарил жене Петра I Екатерине I коллекцию сибирского курганного золота, а в 1719 г. из Петербурга в Сибирь была отправлена первая научная экспедиция во главе с ученым Д.Г. Мессершмидтом, приглашенным из Данцига. Ему поручалось "приискивать... могильных всяких древних вещей, шайтаны медные и железные и литые образцы человеческие и звериные...". В связи с ценнейшими находками в русском законодательстве появилось специальное разъяснение: "...куриозные вещи, которые находятся в Сибири, покупать... и, присылать в Берг- и Мануфактур-коллегию".
С начала XVIII в. объемы работ кремлевских мастерских в Москве, продукция которых пополняла Оружейную палату, сократились. В 1711г. основная часть царских оружейников, ювелиров и других ремесленников была переведена в Санкт-Петербург. В то же время Петр I стремился сохранить и преумножить накопленные в Москве коллекции. В ходе Северной войны он передал в Оружейную палату трофеи, добытые в битвах при Лесной и под Полтавой.
В коллекционировании исторических материалов проявлялся возрастающий интерес к прошлому, желание объяснить с помощью исторических знаний изменения, которые происходили в России. Однако в коллекционировании преобладал все же интерес к "курьезным" вещам типа "шайтанов" (языческих идолов) или "глухих калмыцких зеркал" с надписями на чужих языках. Стремление к экзотике обусловило преобладающее поступление в Кунсткамеру предметов из азиатской части России.
В фонды Кунсткамеры поступали этнографические предметы из различных стран Востока, что позднее позволило выделить из ее состава Азиатский музей. В состав мюнцкабинета (нумизматической коллекции Кунсткамеры) поступили "ледеров медальный кабинет" из Гамбурга, коллекции медалей Людовика XIV, нумизматические коллекции Я.В. Брюса, а после осуждения по обвинению в государственной измене А.П. Волынского и П.И. Мусина-Пушкина (1740) и их нумизматические собрания.
Немного раньше Кунсткамеры в Петербурге была учреждена Модель-камера. Петр I уделял большое внимание строительству флота в России. Собранные им модели и чертежи кораблей хранились вначале в его доме в Сумах, затем, в 1709 г., последовал указ о переводе моделей в Петербург и их размещении в особом помещении при Адмиралтействе. Так, из личной собственности коллекция перешла в государственную. Это было еще хранилище, коллекции которого использовались в практических целях, в качестве образцов при строительстве новых кораблей. Для Модель-камеры, прообраза будущего Морского музея, большое значение имел "Регламент Петра I 1722 г.", который законодательно устанавливал пополнение его коллекций: "Когда зачнут которой корабль строить, то надлежит приказать тому мастеру... сделать половинчатую модель на доске, и оную с чертежем по спуске корабля отдавать в Коллегию Адмиралтейскую..." Это правило неукоснительно выполнялось, что требовало строительства новых помещений.
В XVIII веке происходит не только интенсивный сбор и хранение исторических памятников, но и намечается осознанный подход к их использованию в научных целях. Многое сделали для этого крупные русские учёные В.Н. Татищев, М.В. Ломоносов, С.П. Крашенинников, Г.Ф. Миллер и др. В начале XVIII в. появились и первые законодательные акты об охране памятников.
В XVIII в. исторические музеи в России находились в стадии формирования. Коллекции исторического профиля, не имея самостоятельного значения, входили в состав музеев или находились в частных руках, оставаясь малодоступными для широкой публики.
В России для размещения одного из богатейших собраний музейно-кунсткамерного типа, принадлежащего Петру I, было построено первое специальное музейное здание – Петербургская кунсткамера (1718-1734, архитектор Г.И. Маттарнови и др.).
Продолжающееся в XVIII веке расширение частных собраний вызывает строительство дворцов, включающих в свой ансамбль специальные помещения (залы и галереи) для размещения и экспонирования коллекций. В начале XVII века складывается устойчивый архитектурный тип музейного здания с 2 или 4 внутренними дворами, образованными галереями в форме греческого креста. Экспонирующиеся коллекции становятся важным фактором в организации и декорировании архитектуры, активно воздействуют на характер интерьеров, приобретая доминирующее значение в поиске образного решения.
Итак, в начале XVIII века в России были собраны богатейшие частные коллекции. Владельцы собраний определяли способ экспонирования своих предметов, они же были главными зрителями и исследователями. Немногочисленные посетители, которые допускались к осмотру собраний, как правило, не имели достаточных знаний о выставленных предметах, не были готовы к их восприятию. Однако, забегая вперед, можно сделать вывод, что большая работа, проведенная коллекционерами в XVIII вв., содействовала дальнейшему развитию российского музея как социального института в следующем, XIX в.
Первый публичный музей был создан Петром I, как элемент культурной реформы царя - открытие Кунсткамеры состоялось 25 ноября 1719 г. Кунсткамеру можно отнести к музеям смешанного типа, где существовали отделы, представляющие разные области научных знаний.
Поступление Кунсткамеры в ведение Академии наук привело к симбиотическому развитию науки и музейного дела. Коллекции систематически пополнялись за счет экспедиций, проводившихся учеными Академии, и одновременно "питали" их научные исследования.
В России в XVIII веке появились первые законодательные акты, касавшиеся сохранения древностей и необычных предметов, они связаны с именем Петра I (указы о доставлении в гос. учреждения "куриозных" вещей и древностей 1704, об охране "потешной флотилии" 1722, о починке разрушающихся строений г.Булгар 1722 и др.). Ряд именных и сенатских указов посвящен собиранию исторических рукописей и древних книг, запрещению переплавлять найденные в могильниках старые золотые вещи; определялись и места, где должны были храниться собираемые предметы. Указы, регулирующие порядок передачи в государственные хранилища ценных и редких предметов, в дальнейшем использовались в качестве юридического прецедента. Уставы и инструкции, регулирующие порядок хранения, учета и пользования музейными предметами, разрабатывались музеями и утверждались правительственными органами. Известно также несколько более поздних актов XVIII века об охране отдельных памятников (о сохранении облика Екатерининского дворца 1745, о починке Золотых ворот в Киеве 1750, о приведении в порядок колокольни Ивана Великого в Московском Кремле). Но о целенаправленности действий правительства в сфере законодательного регулирования охраны памятников в XVIII веке говорить ещё нельзя.
В XVIII веке начинает формироваться краеведение как научное знание, хотя издавна знания о своем крае лежали в основе конкретных представлениях об историческом прошлом и об особенностях явлений природы (что запечатлено в местных преданиях и летописях). Государственный подход к краеведению обнаруживается в указах Петра I о выявлении и описании достопримечательностей, в идее создании "Российской географии" и "Российской истории" и организации академической экспедиции по изучению страны и её прошлого (прежде всего недавно присоединенных территорий). Со 2-й половины XVIII века в становлении краеведения велика роль Петербургской Академии Наук. Взаимосвязь краеведения и академической науки – традиция, характерная для отечественного краеведения. В России у истоков краеведения стояли крупные ученые середины XVIII века: В.Н. Татищев, Г.Ф. Миллер, М.В. Ломоносов (разработанная им анкета – первая программа краеведческого изучения России). Первым членом-корреспондентом Академии Наук стал уральский краевед П.И. Рычков.
Конец XVIII века отмечен формированием исторических, художественных и естественно-научных собраний, изданием первых путеводителей по городам с перечислением их достопримечательностей, попытками организации музеев. А в целом, число музеев было ещё невелико и сосредотачивалось главным образом в столичных городах. Преобладали музеи универсального кунсткамерного типа и музеи-хранилища закрытого типа.
То есть в XVIII веке в России происходило первичное формирование музея как социального института, а в целом музейная политика и музейное дело имели в своей основе просветительские и научные цели.
ГЛАВА 2. МУЗЕЙНОЕ ДЕЛО В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА В РОССИИ
На рубеже XVIII—XIX вв. место музея в жизни европейского общества изменилось. Расширение промышленного производства потребовало более высокой специальной квалификации и общего образования рабочих, что способствовало расширению потенциальной музейной аудитории.
Все большее количество частных коллекций превращается в публичные музеи, открываются новые общедоступные музейные учреждения, что означало признание обществом прав человека на пользование культурным наследием. С просветительскими идеями выступали как представители власти, стремившиеся улучшить существующее общественное устройство, так и радикально настроенная интеллигенция, требовавшая установления новых социальных отношений. Развитие этих идей было медленным и постепенным, часто оно приостанавливалось. Однако прогресс все же, был ощутим, и с течением времени он ускорялся.
Французская буржуазная революция 1789—1794 гг. привела к образованию первых общедоступных музеев во Франции и ускорила этот процесс в других странах.
XIX век часто называют золотым веком музеев. Почти во всех странах Европы возникают музеи с богатейшими коллекциями от античности до современности. Часто (хотя и не всегда) ядром такого музея становилась королевская (царская) коллекция.
В 1-ой половине XIX века в России музеи стали разнообразнее, возросло их число. Сенсационные археологические открытия античной культуры, скифского золота на Юге России (Пантикопей, Херсонес, Фанагория, Ольвия) привели к созданию музеев древности в Феодосии (1811), Одессе (1825) и Керчи (1826); в национальных регионах России открываются Курземский музей в Елгаве (1818), музеи древностей в Екатеринославе (1856) и др. Патриотический подъем после победоносного завершения войны 1812 года, рост национального самосознания, публикуемые Н.М. Карамзиным "Истории государства российского" стимулировали сбор, изучение и сохранение памятников истории и культуры России.
Особое значение имела деятельность графа Н.П. Румянцева, собравшего вокруг себя крупных ученых, сыгравших важную роль в сборе и изучении исторических источников. Собрание древностей графа Румянцева, Румянцевский музей, было одним из первых частных собраний, открытых для широкого круга посетителей. Членам Рямянцевского кружка принадлежат первые музеологические работы – проекты национального музея Ф.П. Аделунга (1817) и Б.Г. Вихмана (1821). Позднее появились проекты Свиньина (1829) и Тамаша Зана (1830). Последний предусматривал создание общероссийского национального музея, опирающегося в своей деятельности на многочисленные региональные музеи.
В связи с развитием художественного образования в 1-ой половине XIX века предпринимались попытки создания публичного художественного музея – разрабатывались проекты Эстетического музея при Московском художественном классе (А.С. Добровольский, 1836), картинной галереи при Московском университете (Е.Д. Тюрин, 1855). Все названные проекты не были реализованы из-за невнимания правительства к общественным инициативам и слабости самих общественных сил.
XVII – 1-я половина XIX века – этап накопления и систематизации музейных собраний. Основными направлениями музейного дела в России стали комплектование и описание коллекций, большинство из которых (кроме художественных) складывались в результате экспедиционного изучения отечественной природы, истории, культуры. Музеи при научных учреждениях и обществах являлись своеобразными лабораториями. Так, материалы, привезенные из академических экспедиций сосредотачивались в Кунсткамере и описывались крупными учеными (М.В. Ломоносовым, С.П. Крашенинниковым, П.И. Рычковым, И.И. Лепёхиным, С.К. Котельниковым, П.С. Палласом и др.). К началу XIX века в Кунсткамере сложился конгломерат коллекций разного профиля, позволивший выделить из неё ряд специализированных академических музеев – Зоологический, Ботанический, Минералогический, Азиатский, Этнографический.
В обществе постепенно осознавалась образовательно-просветительное и идеологическое значение деятельности музеев. Появляются новые открытые для посещения музеи в Петербурге – Морской (1806), Румянцевский (1831); был открыт ограниченный доступ в музеи дворцового ведомства – Эрмитаж и Оружейную палату. Управление российскими музеями первоначально осуществлялось дворцовым ведомством либо Академией Наук (Кунсткамера). В 1-й половине XIX века музеи дворцового ведомства были переданы Министерству Императорского двора, остальные – Министерству народного просвещения. Для управления музеями вводились штаты, "правила" либо уставы, определявшие их финансирование за счёт соответствующих ведомств.
Так как в XIX веке музеи начинают становиться доступными для посещения, служить целям эстетического воспитания и образования, эта прогрессивная тенденция отражается и на музейной архитектуре. Музейные помещения выделяются из дворцовых, здания музеев формируются как самостоятельный архитектурный тип. Идеи просвещения, преобразования личности и общества средствами искусства формировали концепцию музея как алтаря просвещения, как храма науки и искусства. Прямая ассоциация "храм – музей" отразилась на архитектурном облике музейных зданий, которые приобрели ордерную систему античных храмов. Проектируются системы различных по величине помещений с расчетом на размещение конкретных экспозиций (Старый музей в Берлине, 1823-30, архитектор К.Ф. Шинкель; Глиптотека в Мюнхене, 1830; Пинакотека в Мюнхене, 1830; Новый Эрмитаж в Петербурге, 1840-1852, архитектор Л.фон Кленце).
В начале XIX века продолжает развитие российское краеведение. В привлечении интереса к местной истории и источникам её познания значительна роль трудов Н.М. Карамзина: "История государства Российского", "Записки о московских достопримечательностях", которые можно признать образцом путеводителя. С 1830-х гг. начинается работа статистических кабинетов, а в приложении к "Губернским ведомостям" публикуются материалы по истории края и об исторических памятниках.
§ 1. Художественные музеи
В столице Российской империи первой четверти XIX в. произошло преобразование собраний Зимнего дворца в дворцовый музей. Со вступлением на трон Александра I была увеличена сумма расходов на содержание и обслуживание Эрмитажа, увеличен штат служащих.
Наиболее значительно эрмитажное собрание пополнилось после заграничного похода русской армии 1813—1815 гг., в том числе за счет приобретения картин императрицы Франции Жозефины. После перепланировки залов музея под руководством Дж. Кваренги изменилось расположение картин. Появились залы французской, испанской, нидерландской живописи, залы Рембрандта, П.П. Рубенса, А.Ван Дейка. Расположение картин постепенно приобретало систематический характер. В 1825 году впервые появилась галерея русской живописи.
Предусматривалось расширение круга посетителей Эрмитажа. Были определены часы посещения музея летом и зимой.
Пристальное внимание музеям уделял и Николай I. При нем возник Новый Эрмитаж (архитектор Л. фон Кленце). Тогда же по приказу императора были сожжены некоторые портреты, картины и другие предметы, вывезенные из Варшавы после подавления восстания 1830—1831 гг.
Во второй четверти XIX века в музее увеличилось количество произведений современной русской живописи, что отражало академические вкусы двора. Эти произведения легли в основу коллекций будущего Русского музея императора Александра III.
В этот период в Эрмитаж поступило много античных памятников из Италии, Египта, из собрания графини Лаваль, а также российского Причерноморья. Здесь хранилась одна из лучших в мире коллекций самоцветов.
Несмотря на ограничение доступа в Эрмитаж (например, Николай I в 1832 г. запретил военным, гражданским чиновникам и иностранцам посещать музей в сюртуках), музей сыграл большую роль в художественном образовании русских художников и общественности в целом.
Получила развитие Оружейная палата, для которой архитектор И.В. Егоров в 1806 г. начал сооружение нового здания. Начальник ведомства Кремлевской экспедиции П.С. Валуев добился запрета передачи вещей из Оружейной комнаты в другие ведомства. Со времени утверждения составленных им правил (1806) Оружейную палату можно считать музеем. В 1810 г. возведение нового здания для нее было завершено. Однако открыть экспозицию музея удалось только в 1814г. Ее описал в своем "Указателе самых главных примечательностей, которые хранятся в "Оружейной палате" (1826) П.П. Свиньин,