Динамика цивилизации

что в целом «благотворно сказалось на развитии человечества» [15,с.89], Кууси заключает, что религиозное «раздвоение реальности, бесспорно связано с двойственной сущностью человека. Ведь он несет в себе как людское, так и животное начало, является частью природы и в то же время чем-то отличным от нее» [15,с.86]. «Даже если наука и не нуждается в Боге для объяснения законов природы, в нем нуждается человек, чтобы придать смысл своему существованию» [15,с.87]. Являющиеся частью религиозного представления мифы о начале и конце света, «хотим мы этого или нет, живы в накопленной человечеством информации. Наследство, полученное нервными клетками от предыдущих поколений, позволяет человеку (жаждущему избежать смерти) обрести душевный комфорт в размышлениях о том, что и миру придет конец, после чего наступит обещанное в Евангелии вечное блаженство» [15,с.87-88].

Не вдаваясь в оценку трактовки автором роли мифологии и религии в эволюционной истории культуры, отметим, что на основе приведенных фрагментов из работы П.Кууси можно опять таки прийти к сделанным ранее выводам о глобальных изменениях в психоинформационном развитии человека, происшедших во второй половине первого тысячелетия до нашей эры.

Констатируя такие труднообъяснимые (с учетом тогдашней территориальной разобщенности и информационной разъединенности населения Земли) факты поразительной одновременности возникновения мировых религий, освоения письменности, образования, расцвета и падения империй, освоения сельскохозяйственных культур, металлов, других великих изобретений, Кууси в отличие от Сорокина и Ясперса не склонен считать их (в частности формирование религий) результатом «какого-то великого пробуждения души». По его мнению, это «одинаковые поведенческие реакции на однотипные изменения в производстве и социальных условиях». Тем не менее, попытки автора истолковать явления духовного мира с позиций «матеарилистического понимания истории» не дают достаточно убедительных объяснений подобным феноменам культурной эволюции. Более того, в отдельных случаях Кууси, очевидно сам того не замечая, противоречит своему же тезису о приоритете духа в культурной эволюции [15,с.98], что, конечно же, нисколько не уменьшает достоинств его фундаментальной работы.

Характеризуя период «античных государств» и оценивая вклад античности в эволюцию культуры, автор основывается на исследованиях Т.Парсонса, который определяет эволюционные изменения как результат «четырех специфических структурных перестроек». Парсонс назвал их адаптацией, дифференциацией, интеграцией и воспроизводством структуры ценностей (генерализацией)» [15,с.168]. Пользуясь этой терминологией, Кууси рассматривает эпоху античности в Греции как «расцвет индивидуальности», период «дифференциации и специализации функций мозга», в течение которого «процесс формирования человека шел быстрее, чем когда бы то ни было прежде» [15,с.168-169], тогда как более позднюю стадию римской античности он оценивает, как «культурный процесс генерализации ценностей или нарастания единообразия» [15,с.170].

Предпринимая попытку обзора эволюционной истории человечества как биологического вида, идущего в авангарде эволюционного процесса, Кууси вслед за биологами использует в качестве основного критерия так называемого «успеха» вида данные о численности населения Земли на протяжении длительного периода времени (30-40 тыс. лет до н.э. – 1980 г. н.э.). При этом он опирается на материалы демографических исследований последних лет, в частности из работ Ж.-Н.Бирабана, подчеркивая, что они носят оценочный характер: «...Вероятная ошибка в определении общего населения мира составляет для нашего времени около 5%, для 1700 года – 7-8 и для 1500 года – 10%. Естественно, с продвижением в глубину веков вероятная погрешность вероятная погрешность увеличивается…» [15,с.174]. Обобщая данные о численности населения основных районов Земли из таблицы, составленной на основе исследований Бирабана, Кууси отмечает, что «периоды демографического застоя и подъема во всем мире наблюдались более или менее одновременно. Хотя принято считать, что до 1400 года народы жили сравнительно изолированно и автономно друг от друга, нельзя не обратить внимания на всеобщий характер успеха человечества и интерпретировать его как проявление единой направленности эволюционного процесса» [15,с.175].

Рассмотрим приведенные П.Кууси данные об общей численности населения Земли (в миллионах человек) за период с 400 года до нашей эры по настоящее время [15,с.179].

400 г. до н.э. - 153 1300 г. - 431

200 г. до н.э. - 225 1400 г. - 375

0 - 252 1500 г. - 461

200 г. н.э. - 257 1600 г. - 578

400 г. н.э. - 206 1700 г. - 680

500 г. н.э. - 207 1750 г. - 771

600 г. н.э. - 208 1800 г. - 954

700 г. н.э. - 206 1850 г. - 1241

800 г. н.э. - 224 1900 г. - 1634

900 г. н.э. - 222 1950 г. - 2539

1000 г. - 253 1970 г. - 3636

1100 г. - 299 1980 г. - 4432.

1200 г. - 400

Внимательно изучая эти данные, наряду с периодами продолжительного застоя и стремительного подъема, нельзя не обратить внимание на периоды резкого спада численности населения мира между 200-400 гг. до н.э. и 1300-1400 гг. нашей эры. Интересно, что эти периоды довольно точно совпадают с фазами перехода от интуитивной к сенсорной (и наоборот) ценностным доминантам (см. диаграммы 1 и 2), а взятый Кууси за точку отсчета современной научно-технической эпохи 1750 год, – с началом господства парадигм квадры «Гамма».

Трудно предположить случайность такого совпадения, тем более, что удовлетворительного объяснения периодам резкого демографического спада П.Кууси не дает.

Таким образом, целый ряд результатов, полученных независимо друг от друга разными исследователями, также как и во многом совпадающие трактовки рассмотренных явлений мыслителями разных эпох и взглядов, свидетельствуют в пользу выдвинутых гипотез о периодической (циклической) смене ценностных доминант в истории культуры.

Как мы уже убедились, такие циклы включают в себя стадии приоритета ценностей первой-четвертой квадр, продолжительность которых (для всеобщей истории человечества) составляет два столетия. Однако практически не вызывает сомнений то обстоятельство, что эти глобальные циклы интегрируют в себе другие, локальные и менее продолжительные фазы, отражающие динамику этносов, наций, государств и других социальных общностей индивидуумов. Вспомним хотя бы упомянутое выше замечание известного российского социолога-славянофила Н.Я.Данилевского о том, что «столетний период, век... имеет самым очевидным образом существенное значение в ходе развития Европы, во всяком случае, в последнее время ее истории; но преимущественный характер столетия обозначается ясно не раньше его половины по хронологическому летоисчислению... Так, только с половины XV столетия книгопечатание, морские открытия португальцев, расселение византийских ученых после взятия Константинополя, а также усилившееся ослабление феодализма монархической властью, начинают то умственное движение и ту практическую деятельность, которые характеризуют переход к так называемой новой истории... С половины XVI века религиозные интересы охватывают всю Европу, и реформационные бури утихают только до половины следующего столетия (1648 год). С половины XVII века до половины XVIII продолжается собственно то время, которое понимают под именем века Людовика XIV. Век революции с возбужденными ею реакциями, реставрациями и новыми победами политической революции продолжается до половины XIX столетия» [12,с.247-258].

Тот же Данилевский пытался обобщить подобные идеи в виде сформулированных им пяти законов исторического развития. В частности, первый из этих законов утверждал: «Всякое или семейство народов, характеризуемые отдельным языком или группой языков, довольно близких между собою... составляет самобытный культурно-исторический тип, если оно вообще по своим духовным задаткам способно к историческому развитию и вышло уже из младенчества» [12,с.91]. «Пятый закон культурно-исторического движения состоит в том, что период цивилизации каждого типа сравнительно очень короток, истощает силы его и вторично не возвращается» [12,с.106]. По мнению Данилевского, исторический процесс состоит из постоянной смены таких лидеров в лице различных народов: «Дабы поступательное движение вообще не прекратилось в жизни всего человечества, необходимо, чтобы, дойдя в одном направлении до известной степени совершенства, началось оно с новой точки исхода и шло по другому пути, т.е. надо, чтобы вступили на поприще деятельности другие психологические особенности, другой склад ума, чувств и воли, которыми обладают только народы другого культурно-исторического типа» [12,с.109]. При этом Н.Я.Данилевский отрицает какую-либо направленность исторического процесса, утверждая, что «прогресс... состоит не в том, чтобы идти все в одном направлении (в таком случае он скоро бы прекратился), а в том, чтобы исходить все поле, составляющее поприще исторической деятельности человека во всех направлениях. Поэтому ни одна цивилизация не может гордиться тем, чтоб она представляла высшую точку развития, в сравнении с ее предшественницам или современницами, во всех сторонах развития» [12,с.109].

Подобные мысли можно встретить у Гегеля, который утверждал: «Так как история есть формирование духа в образе происходящего, непосредственной природной действительности, то ступени развития наличны как непосредственные природные начала... причем таким образом, что на долю одного народа приходится одно из этих начал – это его географическое и антропологическое существование... Народу, которому такой момент присущ как природное начало, передано его осуществление в поступательном движении развивающегося самосознания мирового духа. Этот народ господствующий во всемирной истории, для данной эпохи – и составить во всемирной истории эпоху он может... лишь один раз. По отношению к этому его абсолютному праву, быть выразителем данной ступени в движении мирового духа, духи других народов бесправны, и они, подобно тем, чья эпоха минула, больше не принимаются в расчет во всемирной истории» [11,с.371-372].

Умозаключения, к которым в разное время приходили упомянутые и другие мыслители, во многом совпадают с выводами современных исследователей, согласно которым «В разных обстоятельствах различные народы склонны вести себя по-разному. Причем нация начинает доминировать на мировой арене именно тогда, когда приходит время ее квадры. Ведь закон чередования квадр носит глобальный характер. Человечество развивается по спирали, и на каждом этапе развития доминирует своя система ценностей. Если она совпадает с ценностями какой-то нации, тогда последняя будто оказывается на гребне волны, становится выразителем и символом идей, волнующих человечество, начинает доминировать если не экономически, то духовно» [22,с.13].

Как свидетельствуют рассмотренные ранее фактические данные и сделанные на их основе умозаключения, в течение последних трех тысяч лет человечество дважды (в первой половине первого тысячелетия до нашей эры и в период средневековья) проходило в своем историческом движении через эпохи интуитивной культуры, сменявшиеся цивилизациями сенсорного типа (античный мир, позднее средневековье – период новейшей истории). Каждый такой цикл, как мы видим, включает фазы последовательной смены всех четырех квадр (начиная с периода доминирования квадры «Дельта») и каждый выдвигает в лидеры цивилизации то национальное или государственное образование, интегральный социотип которого наиболее отвечает, говоря словами К.Г.Юнга, «сознанию эпохи».

В качестве примера, иллюстрирующего такую «смену лидеров», можно привести античный период (5 в. до н.э. – 4 в. н.э.), первая половина которого (время господства квадр «Дельта» и «Альфа») навсегда оставила в мировой истории выдающиеся культурные достижения численного небольшого древнегреческого этноса, программной функцией типа информационного метаболизма которого (очевидно «сенсорно-этический интроверт») является «сенсорика ощущений». В первом веке до нашей эры на смену культуре греческой античности пришла культура Древнего Рима, чей интегральный тип характеризуется развитой «волевой сенсорикой». Знаменательно, что период римской античности совпадает (см. диаграмму 2) с фазами приоритета ценностей квадр «Бета» и «Гамма» при доминанте «черной» (волевой) сенсорики.


3. Эпоха великого кризиса


Продолжая исследование предложенной модели психоинформационной интерпретации выводов П.А.Сорокина, обратим внимание на периоды фазовых переходов от сенсорных к интуитивным парадигмам. Рассмотрение этих периодов должно быть тем более интересным, что мы являемся очевидцами и действующими лицами одного из них, волею судеб совпавшего с нашим временем.

Что можем сказать мы, современники, о мире, в котором живем сегодня? Какими являются характерные черты, приметы нашего времени, что сближает его с другими эпохами и что отличает от них? Можем ли мы что-нибудь узнать о своем ближайшем будущем? Попробуем, насколько это возможно, дать ответ на поставленные вопросы.

Не вызывает сомнения тезис о том, что начало двадцатого века совпало с периодом кризиса современной цивилизации, охватившем середину и конец столетия. Этот кризис предчувствовали А.Шопенгауер и Ф.Ницше. О кризисе европейской (западной) культуры писали В.Соловьев и О.Шпенглер, Н.Бердяев и А.Камю, А.Швейцер и М.Волошин. О кризисе высказываются многие современные политики, дипломаты, деятели науки и культуры. О кризисе говорят средства массовой информации и учебные пособия. Приведем для примера цитату из одного такого учебника: «Одна из важных черт мирового развития конца ХХ века – возрастающее влияние на судьбу человечества глобальных проблем, затрагивающих жизнедеятельность всех людей Земли, охватывающих все ее регионы, создающих угрозу существованию человеческого рода и всего живого на планете. Среди них – угроза ядерной войны, экологической катастрофы, а также энергетическая, сырьевая, продовольственная и демографическая проблемы, отсталость развивающихся государств, проблема опасных заболеваний и т.п. Уже сегодня глобальные проблемы достигли такой остроты, что они наносят значительные убытки многим странам, более того – всему человечеству. Дальнейшее их обострение способно вызвать воистину катастрофические последствия» [19,с.16-17].

Как видим, речь идет не о локальных политических и экономических кризисах, сотрясавших и продолжающих потрясать отдельные страны и регионы. Речь идет о глобальном кризисе, не ушедшем в прошлое вместе с двумя мировыми войнами и революциями, а наоборот углубившемся и расширившемся, охватившем Запад и Восток, поставившем все население планеты перед лицом проблемы выживания. Вот что говорит по этому поводу Пекка Кууси: «После Хиросимы и Нагасаки мы утратили чувство безопасности, ибо до самоуничтожения теперь лишь один шаг... Но человечество столкнулось с новыми грозными проблемами. Один за другим восстают против него используемые им природные ресурсы: применение нефти, химических и радиоактивных веществ влечет за собой катастрофы, происходит загрязнение Мирового океана, эрозия почв и отравление атмосферы. Что случилось с природой? В нее вторгся человек...

...Наша несостоятельность как лидеров эволюции становится все более очевидной: ведь мы до сих пор не знаем, в каком направлении движется мир, не можем ни качественно, ни количественно оценить влияние нашей деятельности на окружающую среду. Мы выполняем роль поводыря, хотя сами не знаем, куда идем» [15,с.23-24]. «Пробуждение глобального сознания в 70-е годы не побудило государства предпринять действия, необходимые для разрешения взаимных проблем, и по мере обострения этих проблем нации все больше замыкались в себе и полагались на силу оружия. Продолжаемая научно-техническими державами гонка вооружений не может не вызывать отчаяние перед лицом ее иррациональности в существующих условиях. А отчаяние питает собой насилие и терроризм, так как это – естественная взрывная реакция в поведении молодых людей, когда мир когда мир кажется им безнадежным, и когда лидеры великих держав на словах и на деле продолжают соревноваться в вооружении и стремлении к власти.

Итак, человечество стоит перед последним испытанием своего разума. Вопрос в том, станут ли нам наконец ясны основы нашего существования и нашей жизни?» [15,с.242-243].

Кууси подчеркивает, что сегодня человечеству как никогда необходимо качественно иное мировоззрение, нужна «новая концепция мира», поскольку открытие человеком новых истин об окружающем мире и о себе самом должны помочь нам, скорректировав свое поведение, избежать назревающей катастрофы. В этой связи с новой остротой перед нами становится вечный вопрос Понтия Пилата: «Что есть истина?».

Вот как отвечает на этот вопрос Питирим Сорокин: «Предшествующее рассуждение дает нам неопровержимое доказательство того, что все три системы истины – чувственная, рациональная и интуитивная – источники достоверного познания и что каждая из них, используемая по назначению, дает нам знание того или иного важного аспекта объективной реальности, и ни одну из них нельзя считать истиной ложной. С другой стороны, любая из них, взятая в отдельности, вне связи с другими, может оказаться ошибочной. История человеческой мысли представляет собой кладбище, на котором похоронены неверные наблюдения и заключения, а также полученные посредством такого опыта ошибочные размышления и ложные интуитивные выводы... В трехмерном пространстве веры, разума и чувств общая истина ближе к абсолютной, чем истина, рожденная одной из этих форм... Эмпирио-чувственная реальность питается чувствами, рациональная – разумом, а сверхрациональная – верой. Каждая из этих систем, взятая изолированно от других, становится менее достоверной и более ошибочной даже в рамках собственной компетентности» [21,с.478]. И далее: «Существует достаточное количество доказательств того, что в полном соответствии со всеми ранними случаями культурных разрушений современное эмпирическое умозрение терпит фиаско совместно с культурой, на нем основанной. Кризис объясняется не теми или иными случайными причинами; к нему привела вся система чувственной истины в процессе своего развития. Семена дезинтеграции были заложены в самой системе с начала ее существования и в процессе развития проросли настолько, что сейчас дали действительно смертельные всходы» [21,с.479-480].

Итак, нынешний кризис носит не случайный характер, а закономерно обусловлен окончанием цикла доминирования цивилизации сенсорного типа. «Мы как бы находимся между двумя эпохами: умирающей чувственной культурой нашего лучезарного вчера и грядущей идеациональной культурой создаваемого завтра» [21,с.427].

Таким образом, нам выпало счастье или несчастье быть современниками, говоря словами того же Питирима Сорокина, одной из «величайших революций» в нашей культурной и социальной жизни. «Как таковая, она неизмеримо более глубока и значительна, чем ее представляют себе сторонники «обычного кризиса». Переход от монархии к республике, от капитализма к коммунизму совершенно незначителен по сравнению с заменой одной фундаментальной формы культуры другой – идеациональной на чувственную и наоборот. Такие изменения очень редки. Как мы видели, в течение трех тысячелетий греко-римской и западной истории это случилось только четыре раза. Но когда кризис действительно происходит, то он производит основательную и эпохальную революцию в человеческой культуре. Нам предоставлен редкий шанс жить, наблюдать, мыслить и действовать в котле такого мирового пожарища. Если мы не в силах остановить его, то следует хотя бы попытаться понять его природу, причины и последствия. Если же мы сможем это сделать, то, вероятно, в некоторой степени сократим его трагический ход, смягчим его последствия» [21,с.435].

Обратимся вновь к предложенной модели (диаграмма 2), отображающей порядок и периодичность смены ценностных доминант. Основываясь на предположении об ее объективности и достоверности (что, как мы убедились, подтверждается фактическими данными), можно с помощью этой схемы не только сделать выводы, касающиеся нынешнего этапа мировой истории, но и предпринять попытку ее экстраполяции в ближайшее будущее.

Зададимся вопросом, насколько достоверны «показания» модели, свидетельствующие о том, что во второй половине ХХ века человечество вступило в эпоху приоритета «интуитивных ценностей» и в данное время находится в начале доминирования квадры «Дельта»? Для ответа на этот вопрос попробуем сопоставить характерные черты первой и второй половин двадцатого столетия. Видимо не будет ошибкой утверждение о том, что первую половину века отличают жесткие волевые методы решения политических вопросов, о чем свидетельствуют навсегда оставившие свой след в истории две мировые войны, революции, голодоморы и кровопролитная гражданская война в России. В отличие от этого, вторая половина и особенно конец столетия характеризуется общей тенденцией отхода от силовых (сенсорных) способов урегулирования конфликтов. Усилилось влияние ООН, других международных сообществ и неправительственных организаций, гораздо больших успехов достигает дипломатия. Конечно нельзя говорить о полном прекращении локальных вооруженных конфликтов, масштабы которых в последнее время даже увеличились, однако общую тенденцию отхода от жесткого политического и экономического диктата «с позиции силы» не заметить невозможно. Не случайно международное общественное мнение, влияние которого на процессы в мире заметно усилилось, уделяет такое большое внимание правам и свободам отдельных личностей и целых народов (вспомним «Декларацию прав человека», другие многосторонние заявления, соглашения и договоры о сотрудничестве). К числу общечеловеческих достижений этого периода этого периода относится также распад колониальной системы и многое другое.

Отсюда напрашивается вывод, что мы, возможно сами того не заметив, уже вступили в качественно новый мир с другими ценностными приоритетами и ориентирами.

С чем можно сравнить этот новый мир? Имеются ли какие-то аналогии ему на обозримом по времени отрезке нашего исторического прошлого?

Для выяснения этих вопросов вернемся к высказанной в самом начале мысли об эсхатологичности, апокалиптичности массового (интегрального) сознания нашей эпохи, предчувствии каких-то глобальных перемен, создающих в сознании людей образ приближающегося «конца света». Вот что писал в статье «Пророки и мстители» о подобных аберрациях общественного сознания Максимилиан Волошин, обладавший, как многие творческие натуры, потрясающей интуицией: «Толща времени, подобно туману, делает предметы и события грандиознее и расплывчатее.

Поэтому часто бывает, что ураган, притаившийся на пути одного народа, для провидцев этого народа представляется событием мировым, а не национальным, и наступление частичной катастрофы кажется наступающим концом мира.

Наиболее яркий пример такого предчувствия – это всеобщее ожидание конца мира в третьем и четвертом веке христианской эры, которое разрешилось падением Римской империи» [10,с.269].

Итак, четвертый век нашей эры, совпавший, как можно судить из сделанных ранее выводов (см. диаграмму 2), с концом предыдущей, античной эпохи «сенсорной культуры», – вот та точка отсчета, с которой можно сравнить ХХ столетие. От него нас отделяет 16 веков – полный (большой) цикл смены «интуитивной» и «сенсорной» цивилизаций [интересно отметить совпадение с так называемым циклом О.Петтерсона, продолжительность которого составляет 1600 или 1596 лет – см. Чмихов М.О. та інші Археологія та стародавня історія України: Курс лекцій. – К. Либідь, 1992. – 376 с. іл.].

В тот период происходили события, во многом перекликающиеся с нашей современной реальностью. Именно в это время завершился раскол Римской империи на Западную и Восточную (как тут не вспомнить распад Советского Союза – наследника России, этого, по выражению славянофилов, «третьего Рима»). Это время широкого распространения буддизма и превращения христианства в мировую религию (сравним с нынешним повсеместным возрождением религиозного мировоззрения).

Наконец, в соответствии с исследованиями Н.А.Морозова, это время появления Апокалипсиса – одного из самых ярких христианских пророчеств, – на разнообразных интерпретациях которого строится догматика многих современных религиозных течений.

Интересно, что Откровение (Апокалипсис), приписываемого христианской традицией перу Иоанна Богослова и относимое той же традицией к более раннему времени, по убедительно обоснованному утверждению Морозова, было на самом деле написано другим выдающимся проповедником, причисленным к лику святых, – Иоанном Хризостомом (Златоустом) в конце 395 года по юлианскому календарю. В частности, проведя тщательные астрономические и исторические изыскания, Морозов приходит к следующему выводу: «Итак, многочисленные астрономические данные, рассеянные по всему Апокалипсису, не оставляют ни малейшего сомнения, что гроза, описанная Иоанном пронеслась над Патмосом около 5 часов вечера 30 сентября 395 года» [17,с.157].

Таким образом, в 1995 году исполнилось ровно 1600 лет с момента появления Откровения, и кто знает, не станут ли нам в ближайшее время известны новые великие пророчества?

Но, конечно же, метод аналогий имеет свои границы и полное отождествление нашего времени с концом четвертого – началом пятого века было бы ошибочным. Не вызывает сомнения то обстоятельство, что наряду с периодически повторяющимися признаками исторических эпох (циклами) существуют нециклические изменения во времени, имеющие глобальную общую направленность (абстрагируемся пока от понятий эволюции, прогресса и их толкований). Примерами таких изменений являются постоянный (хотя и не непрерывный), а в последнее время просто стремительный рост численности населения Земли (см. приведенные выше демографические данные), а также связанная с развитием средств коммуникации информационная объединенность человечества. П.Кууси рассматривает зарождение и становление современной эпохи «научно-технической культуры» (начало которой, напомним, совпадает с началом доминирования ценностей квадры «Гамма») как «мощную мобилизацию и ускорение информационного развития человечества». Он утверждает, что «применяя электронные информационные системы, мы приблизились к такому этапу, когда вся публикуемая в мире информация сможет быть выражена в сжатой числовой форме и станет, как предполагается, общим достоянием, доступным каждому. Таким образом, осуществится прекрасная эволюционная мечта Тейяра де Шардена (дополним – и В.И.Вернадского - А.Р.) – образуется «ноосфера», обволакивающая мир и объединяющая человечество...» [15,с.228].

Несколько отвлекаясь от последовательности изложения, обратимся к затронутому ранее вопросу о предчувствии новой эпохи творцами, обладающими гениальной интуицией. К таким ярким представителям интуитивного менталитета, наделенным даром предвидения, можно отнести некоторых философов и поэтов, таких, например, как Николай Бердяев, Максимилиан Волошин, Александр Блок, Владимир Соловьев. Вспомним, в частности, строки последнего из поэмы «Три свидания»:


"Не веруя обманчивому миру,

Под грубою корою вещества

Я осязал нетленную порфиру

И узнавал сиянье Божества..."


или, для сравнения, слова из одного стихотворения Афанасия Фета:


"Слепцы напрасно ищут, где дорога,

Доверясь чувств слепым поводырям..."

К числу таких индивидуальностей, наделенных могучим творческим воображением, без сомнения относится и автор Апокалипсиса.

В своей работе «Психология и поэтическое творчество» К.Г.Юнг свидетельствует: «Великое творение, порожденное душой человечества, было бы, по моему мнению, при этом исчерпывающе объяснено, если бы речь шла о его возведении к личному. Дело в том, что всякий раз, как коллективное бессознательное прорывается к переживанию и празднует брак с сознанием времени, осуществляется творческий акт, значимый для целой эпохи, ибо такое творение есть в самом глубинном смысле весть, обращенная к современникам. Поэтому «Фауст» задевает что-то в душе каждого немца..., поэтому Данте пользуется неумирающей славой, а «Пастырь Гермы» в свое время едва не стал каноническою книгой. Каждое время имеет свою однобокость, свои предубеждения, и свою душевную жизнь. Временная эпоха подобна индивидуальной душе, она отличается своими особенностями, специфически ограниченными свойствами сознания и поэтому требует компенсации, которая со своей стороны может быть осуществлена коллективным бессознательным лишь таким образом, что какой-нибудь поэт или духовидец выразит все невысказанное содержание времени и осуществит в образе или деянии то, что ожидает неосознанная всеобщая потребность, будет ли это сделано к добру или ко злу, к исцелению той ее эпохи или к ее погибели» [27,с.141-142].

Однако вернемся к рассмотрению нашей современной эпохи. Если и далее следовать методу аналогий, напрашивается сравнение новой «идеациональной» цивилизации с периодом средних веков, по отношению к которому широко употребляется эпитет «мрачное средневековье». Но что можем сказать мы, дети сенсорной культуры, об этом времени, ассоциирующемся в нашем сознании с крестовыми походами и кострами инквизиции, которые, кстати, относятся к самому концу эпохи интуитивной доминанты, когда «исключительно теологическое сверхчувственное умозрение средневековой культуры… после нескольких веков господства начало атрофироваться, постепенно приближаясь к катастрофе, отметившей закат Средневековья» [21,с.479]. Вот, например, строки М.Волошина из упоминавшегося стихотворного цикла «Путями Каина», имеющего, кстати, подзаголовок «Трагедия материальной культуры»:

"Был литургийно строен и прекрасен

Средневековый мир..."

Наверно стоит согласиться с мнением П.Сорокина, который, говоря об искусстве, но, несомненно, имея в виду всю систему нашего мировоззрения, наш сенсорный менталитет, утверждал, что «живя в век чувственной культуры, мы склонны считать идеациональное искусство более примитивным, чем чувственное, а идеационального художника менее искусным и совершенным, чем художника чувственной культуры. Однако такое обоснование не имеет под собой почвы» [21,с.438].

Зададим себе вопрос, разве не этот «мрачный» период европейской и мировой истории оставил нам высокие образцы христианской этики милосердия, любви и всепрощения, рыцарской чести, верности и отваги? Не ему ли мы должны быть благодарны за архитектурное великолепие христианских храмов, этой «библии в камне»? Наконец, именно этому периоду значительная часть населения планеты обязана возникновением и распространением одной из наиболее массовых и авторитетных мировых религий – ислама. И только закат средневековья, а вместе с ним интуитивной эпохи, можно действительно назвать мрачным, однако такого эпитета видимо заслуживает и конец тысячелетия, благодаря невиданным ранее проявлениям массового зверства фашизма и сталинизма. Тот же

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: