Культура Российской империи в XVIII веке
Вторая половина XVIII в. ознаменовалась развитием искусства ваяния, главным образом основных его видов – рельефа, статуи, портретного бюста.
Крупнейшим русским скульптором этого времени, непревзойденным мастером психологического портрета являлся Ф.И. Шубин (1740–1805). Он выработал разнообразные и убедительные приемы для передачи в бронзовых и мраморных статуях конкретного человеческого лица с учетом возраста, пола и иных особенностей модели. Никогда не повторяясь в решениях, скульптор каждый раз находил и своеобразную композицию, и особый ритмический рисунок, идущий не от внешних признаков, а от характерологических черт личности изображаемого им человека («Портрет неизвестного»).
Портретирование с натуры оставалось для Федора Шубина основной линией творчества. Пристально вглядываясь в свои модели, скульптор стремился каждый раз изобразить с максимальной точностью конкретного человека, подчеркивая неповторимые особенности его облика. Он умел художественно ярко выразить духовную глубину, неповторимое индивидуальное своеобразие личности через подчас внешне неброские и далеко не идеальные черты портретируемого. Достоверность и убедительность образов характерны для бюстов А.А. Безбородко, В.Я. Чичигова, И.И. Бецкого, Павла I, посмертного портрета М.В. Ломоносова. Выдающееся дарование Шубина неотделимо от эпохи, в которой оно сформировалось и расцвело. В его работах реализм сочетался с элементами классицизма. Особенно наглядно это выразилось в портретах Екатерины II.
Наряду с русскими мастерами яркие работы создавали французские скульпторы. Э.М. Фальконе, поселившийся в России, с помощью М.А. Колло создал для ее столицы произведение Памятник Петру I («Медный всадник»). Двенадцать лет потребовалось Э.М. Фальконе для создания величественного памятника, ставшего символом Петербурга. При полной естественности движения коня, органичности позы и жеста всадника статуя символична. Порыв неукротимой монаршей воли подчеркивают конь, мощным усилием руки всадника вздыбленный у края обрыва, скала, волной вздымающая вверх и возносящая всадника, звериная шкура, на которой он восседает. Единственный аллегорический элемент – змея, попираемая копытами. Она олицетворяет побежденное зло. Эта деталь важна в конструктивном отношении, ибо служит третьей точкой опоры.
Не менее совершенна голова Петра, выполненная ученицей Фальконе М.А. Колло. Образ созвучен общему замыслу монумента; величие, внешняя сдержанность и ощущаемая за ними могучая импульсивность, ясный холодный ум и всепобеждающая воля читаются в пронзительном взгляде Петра, плотно сжатых губах, в энергичном повороте головы. За эту работу двадцатилетняя Колло была избрана академиком Российской Академии художеств.
Начиная с 1770-х гг. в России сформировалась плеяда талантливых воятелей: Ф.Г. Гордеев, М.И. Козловский, Ф.Ф. Щедрин, И.П. Мартос. Их творчество продолжилось в XIX в.
Мастером мемориальной пластики был Ф.Г. Гордеев (1744–1810), автор барельефного надгробия Н.М. Голицыной. Тип этого памятника восходит к древнегреческим стелам. Обращение к античности помогало скульптору в решении его творческих задач.
Наиболее последовательно черты классицизма проявились в работах М.И. Козловского (1753–1802). Самым значительным произведением этого скульптора является памятник А.В. Суворову в Петербурге. В нем не наблюдается буквальное сходство с оригиналом, но в созданном образе угадываются характерные черты личности великого полководца. Мужество, энергия, благородство, мудрость Суворова переданы с большим художественным мастерством.
Углубление мастерами барокко и классицизма идейного содержания русского изобразительного искусства XVIII в., в котором отчетливо просматривается национальный колорит, обеспечило ему почетное место в европейском искусстве эпохи.
3. Становление стилей и жанров светской литературы
культурный классицизм искусство литературный
Молодая российская культура XVIII в. уверенно прогрессировала во всех видах и направлениях, демонстрируя высокий творческий потенциал, большие возможности и перспективы. Русская литература, как и другие виды искусства, переживала период бурного становления на отечественной почве светских жанров и стилей, подобных европейским. В литературе послепетровских времен господствовал классицизм, который ярко представляли М.В. Ломоносов, А.П. Сумароков, Я.Б. Княжнин, В.К. Тредиаковский, Г.Р. Державин. На первом этапе ее развития в русле классицизма важное место занимали вопросы создания нового литературного языка, реформирования стихосложения и разработки в литературе строгой системы жанров.
Основы современного русского литературного языка закладывались во многом под влиянием учения Ломоносова о трех «штилях»: высоком, который отличали торжественно звучащие слова, общие для церковнославянского и русского языков, и пригодном для написания возвышенной трагедии, героической поэмы и торжественной оды; среднем, представленном в основном церковнославянизмами, малопригодными для литературного творчества; и низком, опиравшемся только на слова русского языка и подходящем для написания комедий, эпиграмм, сатирических произведений.
Сам М.В. Ломоносов отдавал предпочтение торжественной оде (всего им было создано 20 больших од) и героической поэме («Петр I»). Он рассматривал этот жанр как возможность преподавать исторические уроки царям, хотя бы и в духе ангажированной поэзии с ее обязательными похвалами адресату произведения за истинные и преувеличенные, придуманные заслуги. Огромную роль в развитии русского литературного языка сыграла «Российская грамматика» Ломоносова, закрепившая изменения в русском языке.
Жанры трагедии и комедии получили наиболее полную разработку в творчестве А.П. Сумарокова (1717–1777), написавшего 9 трагедий и 12 комедий. Драматургия Сумарокова подчинялась правилам классицизма (единство времени, места и действия, резкое разделение героев на добродетельных и порочных) и была рассчитана на прямое воспитательное воздействие на зрителя. В его пьесах присутствовали тираноборческие мотивы (трагедия «Дмитрий Самозванец»). Сегодня менее известен Я.Б. Княжнин (1740–1791), в исторической трагедии «Вадим Новгородский» прославивший восстание республиканца Вадима против деспотической власти князя. Екатерина II приказала сжечь книгу, где была напечатана трагедия, публично, усмотрев в историческом сюжете покушение на существующее абсолютное самодержавие.
Реформа стихосложения связана с именем В.К. Тредиаковского (1703–1768). Он заменил силлабическую систему на силлабо-тоническую. Тредиаковский является автором поэмы «Телемахида». Он пробовал себя в разных жанрах, писал оды, трагедии, сатиру, эпиграммы.
Поэт Г.Р. Державин (1743–1816) известен как певец подвигов русских воинов, полководцев и «бич вельмож», обличитель фаворитизма при дворе, праздности, пьянства. Ему принадлежит наполненная глубоким философским содержанием ода «Бог», в которой человек, будучи слабым и бренным как плотское существо, тем не менее наделен силами и способностями демиурга. Державину удалось обновить поэзию благодаря трансформации жанра оды, существенной корректировке теории трех стилей и введению разговорных оборотов в литературный язык.
В конце XVIII в. в русской литературе сложилось новое направление – сентиментализм. Его основоположником стал Н.М. Карамзин (1766–1826), повесть которого «Бедная Лиза» (1792) имела большой успех. Растроганные читатели проливали над ней потоки слез. История несчастной любви дворянина Эраста и крестьянской девушки Лизы заканчивалась трагически: героиня бросилась в пруд, потрясенная изменой возлюбленного.
В целом сформировавшиеся в XVIII в. новые направления, стили, которые нашли свое выражение в изобразительном искусстве, архитектуре, драматургии, литературе, тяготели к нормативному типу художественного сознания, признававшему преобладание формы над содержанием и подчинение мыслей и намерений художника, архитектора, писателя строгим правилам, приемам, формальным нормативам. Законодатели русского барокко и классицизма, а также их подражатели были обязаны направлять свое официальное искусство на утверждение идеи должного, ставить свои произведения на службу эстетическому и риторическому воплощению идеологии просвещенного абсолютизма, воспроизводя отретушированный образец «идеальной монархии».
Однако к концу столетия в русской литературе стали нарастать антиаристократические, демократические тенденции. Более того, появлялись деятели русского Просвещения, такие, как А.Н. Радищев, Н.И. Новиков, Д.И. Фонвизин, которые позволяли себе резко отклоняться от господствовавшей самодержавной идеологии. Заглядывая за «фасад» монархического нарциссизма, они высвечивали мерзость и запустение, царившие в плутократических и крепостнических недрах антигуманного эксплуататорского строя, и создали своими острыми произведениями идейные предпосылки для формирования индивидуально-творческого типа художественного сознания и последовательного демократического искусства, вольнолюбивой литературы XIX в.
Список использованных источников
1. Культурология. Учебное пособие / Под редакцией А.А. Радугина – М., 2001.
2. Эренгросс Б.А. Культурология. Учебник для вузов / Б.А. Эренгросс, Р.Г. Апресян, Е. Ботвинник. – М.: Оникс, 2007.
3. Ширшов И.Е. Культурология – теория и история культуры: учебное пособие / Ширшов И.Е. – Мн.: Экоперспектива 2010.
Размещено на
27