Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Образование княжеско-дружинного субпространства и особенности ее ценностно-мыслительного пространства (IX – X вв.)

Образование княжеско-дружинного субпространства и особенности ее ценностно-мыслительного пространства (IX – X вв.)

бедра меч сорвал, медведь мне у колена потник укусил, лютый зверь вскочил ко мне на бедра и коня со мною опрокинул, и бог сохранил меня невредимым”.

Битвы и сражения становятся будничным явлением в хищническом, агрессивном образе жизни княжеского воинства. В своем “Поучении...” Владимир Мономах вспоминает, что только больших походов он совершил 83, “...а остальных и не упомню меньших”. Если допустить, что из 72-х прожитых лет до 50-ти приходится на период активных военных действий, то княжеская жизнь действительно приобретает походный характер.

Примечательно, что в былинном эпосе “физическая сила” воинов-богатырей носит абсолютно разрушительный характер. Мне не удалось отыскать ни одного примера, когда бы “физическая сила” богатыря была направлена на созидание. При встрече богатыри сначала меряются силами (чаще всего бьют палицей по голове), а затем знакомятся. Когда же богатырь в гневе или во хмелю, то буйство физической силы становится особенно разрушительным. Наиболее показательным примером может служить поведение Ильи Муромца в былине “Илья в ссоре с Владимиром”, когда “раззадорился он да разретивился” из-за того, что князь Владимир забыл его пригласить на пир.

“Тут-то сам Ильюшенька раздумался:

“А что мне, молодцу, буде поделати?

А я ныне молодец разгневанный,

А я ныне молодец раздраженный”.

Как он-то за тем тут повыдумал,

Стрелил-то он по божьим церквам,

По тем стрелил по чудным крестам,

По тем золоченым по маковкам.

Упали маковки на сыру землю”.

Казалось бы, вышесказанному противоречит былина “Вольга и Микула”, в которой создан красивый поэтический образ пашущего землю в чистом поле Микулы Селяниновича. Былина “Вольга и Микула” отражает раннюю стадию взаимодействия двух субкультур: целостной славянской языческой культуры, в которой “физическая сила” носит жизнеутверждающий, созидательно преобразующий характер, и княжеско-дружинной, которая формировалась в значительной степени за счет отбора силачей среди славян-крестьян.

Удивительный образ единства пространственной шири, свободы и физической мощи найден в этой былине:

“Повыехали в раздольице чисто поле,

Услыхали во чистом поле оратая.

Как орет в поле оратай посвистывает,

Сошка у оратая поскрипывает,

Омешики по камешкам почиркивают.

Ехали-то день ведь с утра до вечера,

Не могли до оратая доехати…

Тут ехали они третий день,

А третий день еще до пабедья,

Наехали в чистом поле оратая”

До середины XI в. сильной великокняжеской власти удавалось держать под контролем сконцентрированную в дружине большую энергию физической силы, направляя ее на выбивание дани из подвластного населения и на внешние походы за добычей, если не считать две усобицы, связанные с восхождением на киевский престол Владимира и Ярослава.

Тема “вольности”

Тема “вольности”, ”вольницы” наряду с темами “добычи” и “физической силы”, является как бы третьим энергетическим центром княжеско-дружинного ценностно-мыслительного  пространства  . Слой дружинников составляли физически сильные люди, объединенные страстью к добыче  как средству в обеспечении разгульного, вольного образа жизни. “Вольница” приняла действительно универсальный характер. До середины XI в., до распада единого древнерусского государства объектом потребления дружинников стала вся Русская земля. ”Вольница” приняла практически безграничный характер. В западноевропейских государствах по мере развития средневековой культуры набирал силу процесс правовой регуляции социальных отношений. Каждая социальная группа, утверждая статуты и другие правовые акты, стремилась к четкому закреплению своих прав  как по отношению к другим социальным слоям, так и внутри социальной группы каждого его члена. Таким образом, расширяющаяся сеть законодательства прочно увязывала средневековое общество Западной Европы в единый организм, в котором не было места стихии вольницы и разгулу физической силы. Правда, в западноевропейском обществе была проблема с обузданием своеволия высшей феодальной знати, но по мере становления абсолютизма эти трудности в целом были преодолены. В Киевской Руси подобная работа практически не велась, поэтому “дух вольницы” царил как в славянской, так и в княжеско-дружинной субкультурах, выступал одной из важнейших составляющий древнерусского языческого идеала. Образ “чистого поля”  как воплощения этого духа является, вероятно, наиболее часто употребляемым в былинном эпосе. Все основные события в былинах происходят в “чистом поле”, как бы на фоне необъятных просторов полной внутренней и внешней свободы. Впоследствии по мере становления русской культуры эта тема будет задавлена, вытеснена в коллективное бессознательное и останется в духовном пространстве в виде архетипического образа, проникнутого ностальгическими переживаниями о безвозвратно утраченной свободе.

На пути пересечения тем “вольницы” и “физической силы” возникают темы “разбоя” и “бунта”. Тема “бунта” в последующем развертывании русской культуры получит дальнейшее продолжение, в то время, как тема “физической силы” по мере распространения христианства и государственности трансформируется в тему мощи “Российского государства”.

Поэтизация темы “бунта-разбоя” нашла выражение в былине “Василий Буслаев и новгородцы”:

“Поводился ведь Васька Буслаевич

Со пьяницы, со безумницы,

С веселыми удалыми добрыми молодцы,

До пьяна уже стал напиватися,

А и ходя в городе, уродует:

Которого возьмет он за руку, –

Из плеча тому руку выдернет;

Которого заденет за ногу, –

То из гузна ногу выломит;

Которого хватит поперек хребта, –

Тот кричит-ревет, окарач ползет”.

Вольница во хмелю и диктат силы, ломающие все препятствия, превращаются в немотивированную разрушительную силу. Поэтизация этого бессмысленного разбоя – примечательная черта русской народной культуры. В былине эта тема доводится до противопоставления всему Новгороду:

“Говорит тут Василий Буслаевич:

Гой еси вы, мужики новогородские!

Бьюсь с вами о велик заклад –

Напущаюсь я на весь Новгород битися, дратися

Со всею дружиною хороброю”.

Опора на физическую силу, составляющая краеугольный камень “идеологии” Василия Буслаева, высказывается в былине “Смерть Василия Буслаева”:

“Говорит тут Василий Буслаевич

“А не верую я, Васюнька, ни в сон ни в чох,

А и верую я в свой червленный вяз”.

Нередко в литературе этот безудержный разбой истолковывается  как форма социального протеста против угнетения со стороны состоятельных людей Новгорода. Такого рода истолкование имело бы смысл, если бы в былине упоминалось о несправедливости власть имущих, притесняющих рядовых новгородцев. Напротив, в былине ясно звучит антитрудовая тема:

“Кто хочет пить и есть из готового,

Валился к Ваське на широкий двор,

Тот пей и ешь готовое

И носи платье разноцветное”.

Не отрицая существование острых социальных конфликтов в Киевской Руси, периодически порождающих восстания-бунты в Новгороде, Киеве и др., необходимо отметить и выделить тему “бунта-разбоя”, как специфическую тему русской народной культуры, которая требует специального исследования.

Тема “божественного”

Придя на славянские земли, варяги приняли религиозные верования туземцев. В летописи отмечается, что после заключения договора с Византией Олег давал присягу по русскому закону: “...Клялись те своим оружием и Перуном, их богом, и Волосом, богом скота, и утвердили мир”. При заключении аналогичного договора Святослав сказал: ”Если же не соблюдем мы чего-либо из сказанного раньше, пусть я и те, кто со мною и подо мною, будем прокляты от бога, в которого веруем, – в Перуна и в Волоса, бога скота”. Они даже не ввели в славянский языческий пантеон собственного бога, что было бы нетрудно сделать при аморфности славянских мифологических представлений и их веротерпимости. Поэтому можно говорить о добровольном погружении пришельцев в натуралистическое мифологическое пространство язычества восточных славян, которое в целом существенно не отличалось от норманнского. Вместе с тем, воинственный характер и образ жизни князей и дружинников обязательно должен был трансформировать сложившиеся мифологические представления в сторону выдвижения??? на первый план богов, соответствовавших их “воинственной идеологии”, например, бога Перуна, и уменьшения влияния богов, связанных с земледелием. В языческой реформе Владимира это изменение было узаконено.

Тема "Русской земли"

Тема "Русской земли" возникает в ментальном пространстве древнерусской культуры с образованием княжеско-дружинного субпространства.

Поскольку княжеско-дружинная субкультура как бы вырастала из языческой культуры восточных славян, надстраивалась над ней, то для неё характерны ценностно-мыслительные ориентации внешнего наблюдателя по отношению к последней. Эта своеобразная "метаустановка" княжеско-дружинной субкультуры находит воплощение в теме "Русской земли”, содержание которой включает совокупность подвластных земель с их природными богатствами и проживающего на них населения в городах и поселках. "Русская земля" в IX –X вв. рассматривалась как объект наживы, как объект потребления. Древнерусские богатыри меньше  всего выступают народными защитниками в борьбе с иноземными завоевателями. Мотив охраны, безопасности и благополучия народа практически отсутствует в былинном эпосе. Богатыри совершают свои подвиги "за веру христианскую", "церкви соборные" и "князя Владимира". Поэтому, обороняя Русскую землю, князья и дружинники защищали прежде всего свою коллективную собственность, своё безраздельное право добычи на территории, обозначенной словом "Русская земля".  Было бы очевидной модернизацией рассматривать употребление понятия “Русская земля” в IX –X вв. как синоним государственного образования или древнерусского этноса. Конкретно-исторический материал дает возможность говорить лишь об элементах "государственного мышления” вплоть до распада Киевской Руси. Нет оснований также утверждать о преодолении племенного партикуляризма, о появлении представлений о единстве древнерусского народа с формированием тонкого слоя княжеско-дружинной субкультуры. В летописях всегда тщательно перечисляется состав войска, где наряду с этническими образованиями (черные клобуки, вятичи и т.д.) употребляются территориальные, в смысле этнических (киевляне, новгородцы и др.). Это также свидетельствует о преобладании партикуляристских представлений. Преобладает натуралистическое истолкование понятия “Русская земля” как совокупности материальных ценностей. Поэтому  нельзя рассматривать слово "Русская земля" в качестве аналога государства или древнерусской народности. Следует заметить, что содержательный анализ становления и развития ФТС княжеско-дружинного  субпространства культуры ограничивается IX – Х вв. Принятие христианства и рост феодальной раздробленности в Киевской Руси приведут к существенной перестройке ФТС и ценностно-тематического пространства в целом и славянской языческой,  княжеско-дружинной субкультур  в частности. Поэтому тема “Русской земли” и другие доминирующие темы княжеско-дружинной субкультуры претерпят значительные измерения, конкретный анализ которых будет проведен в следующих параграфах.

При подготовке этой работы были использованы материалы с сайта www.studentu

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: