Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Развитие культуры народов Центральной Азии во второй половине ХIХ - начале ХIХ века

Развитие культуры народов Центральной Азии во второй половине ХIХ - начале ХIХ века

особо сложных условиях именно в Туркестанском крае, где действовали чрезвычайные законы и где власть имущие делали все для того, чтобы не было никаких, сколько – нибудь прочных контактов между местным населением и русскими.

Однако жизнь брало свое, и русско-европейское прогрессивное влияние проникло в различные сфера традиционный культуры.

В процессе исторического развития под влиянием русской культуры ослабевала влияние религиозных фанатиков, неуклонно возрастала посредническая функция русского языка, особенно в связи с усилением притока языка, переселенцев из центральных районов страны.

Благодаря усилием представителей передовой русской интеллигенции удалось постепенно положить начало мероприятием по просвещению коренного городского населения, ознакомлению его с классическими образцами русской литературы, достижениями науки, техники, живописи театра. Возникают первые амбулатории и лечебницы для народов Туркестана; появились книги, и журналы началось изучение памятников материальной культуры: были созданы общества, стали открываться музеи и библиотеки, вошла в строй обсерватория и т.д.

Русская культура самым благотворным образом повлияла на местную демократическую культуру, прежде всего на таких ведущих ее представителей, как Мукими, Фуркат, Дониш, Айни, Хамза и другие.

Таким образом, в Центральной Азии возникла мощная прогрессивная инокультурная основа еще передовой русской интеллигенции и русских трудящиеся. Активно многопланово взаимодействуя с передовыми слоями коренного населения, сравнительно быстро ликвидировалось характерная для феодального восточного общества.

Мучительная раздвоенность культуры на «традиционный» и «модернистские типы, что позволило слить их воедино.

После присоединения Туркменистана в общем, Центральной Азии к России местные правящие классы, хотя в них и произошла существенная структурная перестройка вследствие падения значимости феодальной и клерикальной аристократии за счет подъема буржуазных слоев, главной целью которых было сохранение своего социального, политического и экономического господства, имели большие возможностей для расширение основ своей власти постепенно и консолидации своих позиций.

Факты свидетельствуют о том, что именно представители этих традиционных элит имели предпочтительный доступ к новым сферам экономической деятельности и социальной мобильности, открывшимся в результате колонизации.

Примерно так складывалось картина и в предреволюционной османской империи.

В обоих сравниваемых нами регионах царили низкий уровень, религиозные предрассудки, политическая неразвитость. Более того, по ряду формальных параметров развития культуры Турция опережала Среднюю Азию. Так в конце XIX – начала XX веков грамотность население Турции составляла 20%, а в Центральной Азии 2-3%. В этом отношении история духовной культуры дореволюционного Узбекистана как нельзя лучше иллюстрирует правоту известной мысли «Коммунистического манифеста» о том, что образования мирового рынка, универсализация капиталистического способа производства оказали непосредственное влияние на стороны жизни народов, затронув и их духовную жизнь»:на смену старой местной и национальной замкнутости приходит всесторонняя связь и всесторонняя зависимости наций друг от друга.

Это в равной мере относится как к материальному, так и к духовному производству. Плоды духовной деятельности отдельных наций становятся общим достоянием. Национальная одно народность и ограниченность становятся все более и более невозможными, и из множества местных литератур образуется одна всемирная литература.

Пропаганда социалистических идей началась в Центральной Азии еще в конце XIX века, когда в числе политических «преступников», сосланных в этот край оказалось немало социал–демократов – марксистов. Они создали там постепенно социал-демократические кружки, участники которых изучали марксистскую литературу, распространяли Ленинскую «Искру».

Еще меньшее влияние на широкие массы, чем туземные школы, имела организованная правительством «Туркестанская туземная газета», издевавшаяся с 1870 г. С 1883 г. газета стала еженедельным изданием.

Большое значение в распространении влияние русской культуры имели успехи научного исследования страны. Оно заложило прочную базу для дальнейшей работы во всех областях науки. Результаты многочисленных экспедиций выразились в научных трудах в области географии, этнографии, геологии, естествознания, статистики. Для науки исследованную ранее страну – Среднюю Азию, а для коренного населения приобщение к завоеваниям науки и техники означало приобщение к современной общечеловеческой культуре. Деятельность экспедиций оказывала известное влияние на местное населения: туркмены, узбеки, казаков, киргизы.

Участники экспедиций привлекали их к работе и они становились ценными помощниками – проводниками осведомителями о природных условиях.

Местные жители, многие из них с радостью помогали, в моральном и психическом как говорится боязнь, какие нибудь угрозы со стороны местных жителей отсутствовала. Они охотно помогали экспедицию, природную условию они хорошо знали поэтому их брали в проводника и других работ.

Рассматривая вопрос о воздействии русской культуры на культуру народов Центральной Азии необходимо остановить внимание на проникновении к ним русских революционно-демократических идей, на воздействие идей русских революционных демократов.

Великие русские революционеры – демократы Герцен, Белинский, Чернышевский, Добролюбов выступая против социального и национального гнета, проводили в своих сочинениях идею, что в эпоху царизма борьба за свободу русского народа являлась в то же время и борьбой за свободу всех многочисленных народов населяющих Россию.

Так узбекский поэт Фуркат, деятельность которого приходится по 80–е годы XIX в., патриот своего народа, скорбя о том состоянии невежества в котором поддерживало его народ мусульманское духовенство и царизм призывал в своих стихах изучать русский язык, русскую науку. В свое время, он пропагандировал идеи просвещения, выступал против косных традиций феодальной Средней Азии, в трудных условиях призывал к повышению благосостояния и культурного уровня народных масс, высмеивал продажных чиновников, баев, духовенство.

В своем труде «Из истории общественной и философской мысли Узбекистана конце XIX и начало XX вв.» Муминов писал:

Нельзя не отметить ту притягательную силу, которой обладали великие русские революционеры – демократы: Герцен, Белинский, Чернышевский, Добролюбов выступавшие против национального гнета и пропагандирование идею содружества наций, завоевания идею этим самым симпатии, любовь и восхищение передовых людей угнетаемых царизмом народов России.

Благодаря ним, революционным демократом, лучшие люди Центрально-азиатских народов, еще во второй половине XIX века начали уже отличать самодержавия отьрусского народа от России прогрессивной, дающей свет отсталым народам России, призывающей к борьбе с тиранией и невежеством.

Воздействие идей русских революционных демократов способствовало пробуждению и росту революционного сознания трудящихся масс народов Центральной Азии.

Во второй половине XIX века – концу 90-х годов важнейшим фактором воздействия русской культуры на духовную культуру народов Центральной Азии явилось народов русское революционное пролетарское движение. Однако прогрессивное значение присоединения Центральной Азии к России было обусловлено постепенным, но неуклонным в своем поступательной движении, благотворным влиянием русской культуры на материальную и духовную культуру коренного населения Центральной Азии.

Воздействие русской культуры на культуру народов Центральной Азии выразилось в фактах, зафиксированных архивными документами, трудами современников, журнальными статьями и газетными заметками, книгами и отчетами иностранцев путешественников, посетивших Центральную Азию во второй половине XIX начале XX в.в. Под влиянием революционного движения в России еще выше поднимается сознание трудящихся, выдвигаются их идейные защитники в лице народных акынов – демократов, которые в своих произведениях повествуют о тяжелом материальном положении и политическом бесправии трудящихся, открыто призывают их к борьбе с эксплуататорами за свободу и счастье. Иного мнения были акыны – демократы о дальнейшем пути развития киргизского народа. В противоположность акыном – пессимистом, которые в приобщении Киргизии к России виден лишь «разрушение» непоправимую утрату прошлого и т.д., акыны – демократы в этом историческом акте видели пути хозяйственного и культурного роста, пути завоевание свободы и счастья народа.


1.3 Развитие общественно политических мысли во второй половине XIX нач. XIX века


Изучение культуры киргизского народа, испытывавшей благотворное влияние России, является, несомненно, одним из актуальных вопросов истории Киргизии. Правильное ее освещение имеет большое политическое и научное значение не только для понимания истории киргизского народа, но и для выявления истоков исторически сложившейся дружбы и сотрудничества киргизского и русского народов.

К дореволюционной культуре киргизского народа прямо относится, в ее развитии были налицо две тенденции: тенденция господствующей бай – манапской культуры и им подобных и демократическая, выразителями которой были народные акыны Токтогул, Тоголок Молдо, Барпы и др.

Вхождение Киргизии в состав России совпало, по времени с пореформенной историей империи и было обусловлено бурным процессом развития капитализма на Руси. По экономическому освоению Средней Азии и Казахстана включая Киргизию было переселение русских крестьян в эти края. «Отбрасыванием» их из центра на окраины царизм, с одной стороны, хотел смягчить противоречия между трудовым крестьянством и помещиками в центральных районах России, с другой – превратить кулацкую часть этих переселенцев на национальных окраинах в опору царской власти в деле их колонизации и эксплуатации местного населения.

В переселении русских крестьян на окраины России царское правительство видело одно из важных средств русификации местного населения. Однако переселенческая политика не оправдала надежд правительства. Здесь они подпадали гнет русских кулаков и колониальных властей. Общение киргизского трудового народа с беднейшими слоями русского крестьянства привело к их экономическому и культурному сближению. Процесс общения шел прежде всего по хозяйственной линии, но постепенно он привел и к классовому сближению киргизской и русской крестьянской бедноты. Царское правительства восстанавливало переселенцев и в местное население друг против друга, отнимая плодородные земли у киргизов. Но русские крестьяне стремились «жить со своими кочевниками соседями в добрых отношениях, закрепленных беспрестанной помощи и обмена предметов, производимых той или другой сторонами».

Экономические и культурные взаимоотношения между киргизами и русскими народами складывались на основе взаимного уважения и вопреки воле царизма и местной знати. Колониальная политика царизма, бесчинства и произвол баев, манапов, тяжелый гнет кулаков и капиталистов способствовали взаимному сближению киргизских трудящихся и русских крестьян. В лице царской власти и местных феодалов они видели своего общего врага. Было немало случаев и совместных выступлений против царизма и его местных прислужников. Но широкому сближению этих двух народов препятствовало политика разжигания национальной вражды, которую упорно проводил царизм, боявшийся объединения угнетенных классов русского и киргизского народов. Этому еще мещали и бытовавшие патриархально-родовые традиции киргизов, антирусская пропоганда мусульманского духовенства.

Социально – экономические и политические изменения, которые произошли в жизни киргизского общества после вхождения края в состав России были несомненно прогрессивным явлением, известным сдвигом вперед.

В связи с ломкой старого и рождением нового, в устном народном творчестве обнаруживаются две тенденции, которые все более отчетливо выступают как противоположные друг другу направления: реакционно-феодальное, с одной стороны, и прогрессивно – демократическое – с другой. Влияние передовой русской культуры на общественную жизнь киргизского народа и ее проникновение в киргизскую действительность того времени было по – разному воспринято носителями этих двух противоположных тенденций в киргизской культуре. Идеологи бай – манапства характеризовали переживаемое время как «зор заман», «тор заман», «акыр заман», еще эпоху плача, бед, страданий и скорби. Отсюда и их названия – «заманисты».

Идея «заманов» проявилась в творчестве среднеазиатских поэтов как ранним средневековья, религиозно – мистическая поэма узбекского поэта – мыслителя XII в. Сулеймони Бакыргани «Охир – заман китаби» - «Книга конец мира», так и XVIII – XIX вв. песни казахских поэтов Бухар – Жырау, Нысанбая, Досходжи, Кудери – Байтока – певцов патриархальных нравов и минувшего «золотого века». Особенно ярко сказалось реакционно – консервативное течение «заманов» в поэзии казахских акынов XIX и начала XX в. Шортамбая Канаева (1818 – 1881 гг.) – автора поэмы «Зор – заман) – «Эпоха скорби» и его современника и последователя Дулата Бабатаева (1802 – 1874 гг.), Мурата Монке – улы (1843 – 1906 гг.) и др. Оплакивая уходящее патриархальное прошлое, они называли эпохой скорби период после завершения присоединения Казахстана к России, восхваляли прошлую жизнь казахского народа – период казахских ханов, предков так называемой «белой кости»,критиковали современную им эпоху, считая ее «эпохой всеобщей моральной деградации людей», выступали с религиозно – мистических и антирусских позиций, против новшеств, появлявшихся в общественной, экономической и культурной жизни казахов.

Признаки разложения патриархально – феодальных отношений и появление новых социальных слоев в киргизском обществе порождали тревогу и страх у господствовавшей феодальной верхушки и естественно произведения акынов – заманистов, выражавшие ее идеологию, пронизывали мотивы уныния и тоски, предчувствия надвигающихся на них несчастий.

В киргизском классовом обществе господствующей была культура баев и манапов, наряду с нею имелись и элементы демократической культуры. Киргизская знать, как носительница господствовавших феодально–клерикальных тенденций выступив под флагом борьбы за чистоту национальной культуры», «национальной традиции», боролась против влияния на киргизов передовой русской культуры, она боялась пробуждения революционного самосознания народа, его растущих стремлений к свету, знанию и просвещению В.И. Ленин, подвергая критике национальную буржуазию, которая по видом борьбы за «культурно – национальную автономию» стояло на позициях национализма, писал:, «Борьба против всякого национального гнета – безусловно да. Борьба за всякое национальное развитие, «за национальную культуру» вообще, – безусловно, нет», этот лозунг «разделяет нации и сближает на деле рабочих одной нации с ее буржуазией». Сопротивление феодальной верхушки и ее идеологов – заманистов проникновению в жизнь киргизского народа всяких хозяйственно – культурных новшеств и социальных изменений, идущих со стороны России, не могло остановить или повернуть вспять общественное движение, оно шло своим чередом.

В противовес господствующей идеологии феодальной верхушки в киргизском устном творчестве выступали элементы демократической культуры, «ибо в каждой нации есть трудящаяся и эксплуатируемая масса, условия жизни которой неизбежно порождают идеологию демократическую и социалистическую.

Общение с лучшими представителями русского трудового народа, знакомства с его культурой и общественно – политической жизнью поднимало сознание киргизского народа, выдвинувшего своих идейных защитников в лице народных акынов. В своих произведениях великий акын Токтогул не только повествовал о тяжелом экономическом положении и политическом бесправии трудящихся. Но и призывал их к борьбе с эксплуататорами за народную свободу и счастье. Народные акыны видели в историческом акте приобщение Киргизии к России пути дальнейшего хозяйственного и культурного роста, пути завоевания счастливой долины.

Именно в таких моментах, выдающиеся народные акыны Токтогул Сатылганов, Тоголок Молдо и Барпы Алыкулов выступали за сближение киргизского народа с русским народом, за приобщение к его передовой культуре. Эта подлинно народная, демократическая тенденция в киргизской культуре имела поддержку и питалась живительными соками от общения с русской передовой демократической культурой и ее представителями в Киргизии.

Токтогул Сатылганов, Тоголок Молдо и Барпы Алыкулов – выходцы из трудовой среды, выражая интересы трудящихся масс, обличали манапов и баев, царских колонизаторов как виновников бедствий и страданий народа, открыто восставили против социальной несправедливости, воспевали дружбу народов и их стремление к свободе.

Токтогул является самым выдающимся представителем киргизской общественной мысли второй половины XIX – начала XX в.

Токтогул был самым ярким представителем демократического направления национальной культуры. Ему были совершенно чужды идеализация старины, уход в мистику. В силу политической и культурной отсталости киргизского народа Токтогул не мог выдвинуть положительной программы и указать пути избавления от угнетателей; его протест носил стихийный характер, но он сумел понять общность интересов всех народов России в борьбе с эксплуататорами и призывал свой народ к этой борьбе. Но Токтогулу не удалось вскрыть причины и корни социальной несправедливости, он не сумел показать и реальных путей уничтожения существующих патриархально – феодальных отношений. Ограниченность общественно – политических взглядов Токтогула, определяемая отсталостью общественного развития киргизского общества, не умаляет его роли великого акына, ведущего неуклонную борьбу с бай – манапами и царскими колонизаторами. Токтогул был не только крупным певцом, но и талантливым музыкантом, композитором. Мелодии его песен, как и их слова, запоминались и распевались на всех народных празднествах.

Токтогул обращал свой взор не к отсталым, деспотическим мусульманским странам Востока, что было характерно для творчества акынов – заманистов, а к русскому народу, к его культуре. Он призывал киргизский народ учиться у русских, утверждая, что «клад науки – у русских». Токтогул называл русских людей доброжелательными, справедливыми, отзывчивыми, он верил, что русскому народу суждено большое будущее. В сближении с русской культурой он видел верный путь к избавлению от средневековой отсталости и произвола киргизских феодалов. И не случайно он приходил к мысли, что вероятно, именно русские помогут, киргизам достигнуть к небывалому вершину. Достойными последователями и учениками Токтогула являются киргизские народные акыны: Тоголок Молдо, Барпы Алыкулов, Калык Акиев, Алымкул Усенбаев и талантливые певцы Эшмаммбет Толтоев, Кооргол Досиев и многие другие.

Тоголок Молдо по своему развитию стоял значительно выше общей массы киргизов – кочевников и мировоззрение его складывалось под воздействием тех новых социальных и культурных факторов, которые появились в киргизском аиле. Тоголок Молдо понимал, что феодальная раздробленность и разобщенность киргизских племен была главной причиной установления над ними.

Кокандского господства. Но при этом он допускал, что народ может быть пассивным к политической жизни общества. Сознавая, что народ идет на поводу у своих родоначальников, которые и решают его судьбу, Тоголок Молдо считал это вполне закономерным. В этом появляется ограниченность его мировоззрения, которое, естественно, определялось социальной действительностью своего времени. Он знал, кто именно является злейшим врагом народа, но из-за ограниченности своего мировоззрения не видел путей избавления от бесправия и произвола, был далек от революционных идей и утверждал, что народ «не в силах сделать ничего». Он, однако, глубоко верил в прогресс и в лучшее будущее нового поколения и не призывал вернуться назад, к патриархальным порядкам, не идеализировал их, не уходил в мистику. Формирование в творчестве большое внимание, влияние оказала окружавшая его действительность, характеризовавшаяся углублением классовых противоречий, усилением бай - манапского и колониального гнета и начавшимся сближением трудовых масс киргизского и русского народа. В произведениях акына на более позднем этапе его дореволюционного творчества более отчетливо отразились демократические идеи, крепнувшие в киргизском обществе под влиянием передовой революционной русской общественной мысли.

Как и другие киргизские народные акыны, Барпы Алыкулов не видел путей избавления народа от мучений и эксплуатации. Он критиковал общественный строй преимущественно в морально – этическом плане. Акын пел о страданиях трудового народа, проклинал лживость, корыстолюбие, жестокость и аморальность правящей верхушки киргизского общества и представителей религиозного культа. Он ненавидел паразитическую жизнь баев и манапов, оставался верным интересам народа

Анализируя общественный мысль и творчества одного из народных певцов, А.А. Ивановский еще в 80-х г. прошлого столетия обнаружил в нем ясные гражданские мотивы и открытый социальный протест: «Наряду с песнями, полными любви к своему народу, искренней преданности к нему, готовности, если потребуется, душу свою положить за него, песнями, где все оскорбленные и униженные найдут сочувственный отклик себе, где разделится и облегчится горе их, наряду с ними он поет и другие песни, исполненные злобой, ненавистью и проклятьем ко всем тем, кто так или иначе, приносит ущерб благосостоянию народа его».

Рост сомасоздания киргизского народа, его стремление к свободе и классовое расслоение заметно усилились в последние годы. На этой по чве шла идейная борьба, которая ярко выражала противоположность идеологии феодальной верхушки и трудового народа.

По мере развития политического и классового самосознания среди узбекских, казахских, таджикских, туркменских, киргизских, каракалпакских и других тружеников, чему немало способствовала агитационно–пропагандистская деятельность посланцев Ленинской партии, они все более активно включались в борьбу против феодального и капиталистического порабощения.

Выдающиеся национальные мыслители, ученые и поэты способствовали дальнейшему развитию самобытной культуры узбекского, казахского, таджикского, туркменского, киргизского, каракалпакского и других народов Средней Азии, а также ознакомлению этих народов с достижениями русской мировой культуры.

Одной из наиболее ярких фигур среди них является, замечательный просветитель второй половины XIX в. Ахмад Махмуд Дониш, прозванный современниками Ахмад Калла («Ахмад Голова»). Это был всесторонне развитый человек – историк, художник, писатель и поэт, обладавший к тому же широкими познаниями в точных и естественных науках. Ознакомление с более передовой русской культурой оказало серьезное воздействие на формирование его мировоззрения и творчества и благодаря деятельности просветителя способствовало пробуждению прогрессивных умов и развитию общественно – политической мысли Средней Азии второй половины XIX – начала XX в.

В крупнейшем литературно – философском и политическом труде Ахмада Дониша «Наводир – ул – вакоеъ» («Редкостные события»), в которое вошел «Трактат об устройстве государства и о взаимоотношениях людей», во многих произведениях ученого и писателя (особенно в «жизнеописаниях эмиров Бухары») содержится резкая критика феодального произвола и мракобесия. Дониш призывает к распространению просвещения, пропагандирует технический прогресс, изучение светских наук. В его доме собирались последователи и ученики Ахмада Дониша – историк Азим Соми Бустони, поэты Савдо и Шохин, мыслители Музтариб, Хайрат и другие. Под влиянием взглядов ученого формировалось мировоззрение крупнейшего таджикского писателя Садриддина Айни, творчество достигло расцвета уже в советское время.

В эти же годы развертывается литературная деятельность писателей, поэтов и представителей общественно – политической мысли узбекского нарда – Закирджана Халмухамедова (псевдоним – Фуркат), Мухаммеда Аминходжи Мирзаходжи (псевдоним – Мукими), Абдуллы Салиха (псевдоним – Завки) и другие. Они пропагандировали идеи просвещения, выступали против косных традиций феодальной Средней Азии, в трудных условиях призывали к повышению благосостояния и культурного уровня народных масс, высмеивали продажных чиновников, баев, духовенство.

Важное место в развитии прогрессивной узбекской обществонно-политической мысли и литературы начинает занимать и Хамза Хаким – заде Ниязи, в стихах и прозе которого господствуют революционно – демократические идеи.

В эти же годы, богатые духовные силы туркмемского народа проявляются в произведениях творивших в конце XVIII- начале XIX в. поэтотв Сеиди (Сеид Назар), Кемине Мамед Вели, Зелили, их преемника – Молланепееса и др. Все они развивали и продолжали демократические традиции великого туркменского поэта и мыслителя второй половины XVIII в. Махтумкули (Фраги), отражали передовые, прогрессивные для своего времени идеи, выражали ненависть к угнетателям, любовь к простому народу, боролись против религиозного мракобесия, отстаивали реалистические принципы творчества.

Особое место среди просветителей Востока XIX в. занимает великий сын казахского народа Абай, имя которого и сейчас является символом прогресса и просвещения.

Все это свидетельствует о том, что даже в тяжелых условиях господства колонизаторов творческие силы народов Центральной Азии не угасали, порождая выдающихся мыслителей, которые решительно и настойчиво призывали своих соотечественников к движению вперед, к активной борьбе за лучшее будущее, за свободу и прогресс.

Глава 2. Развитие духовной культуры Центральной Азии во второй половине XIX - начале XX века


2.1 Развитие просвещения и печати


Особое место в системе народного образования в Центральной Азии суждено было знать русско–туземным школам.

Грамотность среди народов Центральной Азии даже к концу XIX века было чрезвычайно низко: Для того чтобы найти человека, умеющего прочитать самый элементарный текст, нужно было объехать, по словам стариков, не менее пяти – шести аулов. Единственным типом начальной школы было низкие учебные заведение конфессионального характера – мактап, задачей которого являлось не столько обучение детей грамоте, сколько воспитание их в духе мусульманского благочестия.

В результате присоединения к России в Средней Азии происходят политические, экономические и социальные изменения, которые создали благоприятную почву для развития просвещение и печати.

В социальных условиях было очень тяжело народов окраин, суждено было знать выбранную им эту дорогу, дорогу благополучия и процветания.

Существовало также несколько русско–туземных школ; в них обучали учителя получившие среднее педагогическое образования. Популярность русско–туземных школ среди населении в первое время была незначительно велико, потому что всегда шло боязнь, противостояние и т.д. одним словом из за работы и вероисповедения, чему способствовала враждебная агитация муллы, после процветания число их несколько увеличилось. Народов национальных окраин от этой положений было неизбежна.

Грамотность среди туркмен к концу XIX века начале XX века было чрезвычайно низко.

В начале 80-х годов в связи с общей ревизией дел в Средней Азии встал вопрос о типе русской школы для коренного населения. Зрел интерес и русской культуре среди простого народа и местной интеллигенции.

В 1884 году в районе старого города, - соседнем с русской частью – Ташкента торжественно открылась небольшое школа того типа, который стал медленно распространяться по регионам.

Развитию русско–туземных школ помогли также методические реформы сначала в русских классах этих школ, а затем и в туземных классах. Обучение языку в русских классах каждым днем улучшалось благодаря применению наглядно – разговорного метода и появлению новые учебников;

В этом периоде Средняя Азия находился господством русского царизма, бухарского эмира и хивинского хана.

Здесь стали развиваться товарно–денежные и капиталистические производственные отношения. В городе создавались общеобразовательные школы и школы социального образовании для европейцев. Первые начальные училище в Закаспийской области было организовано в 1882 году в Кызыл – Арвате.

Для обучения детей господствующих в июле 1896 году в Асхабаде была открыта 4 – классная мужская прогимназия, а через некоторое время, точнее через год Маринская женская училище. В начале 1800 года эти учебные заведение были преобразованы в гимназии.

Метод обучения был буквослагательным, а процессе обучения сводился к вдалбливанию бессмысленных текстов молитв и к механической зубрежке текстов религиозных книг. Срок обучения в медресе был крайне неопределенный, начиная от 5 до 16 лет. Преподавание велось на непонятном слушателям арабском языке.

Народное образование у узбеков во второй половине XIX века и начале XX века, сохраняло черты, свойственные средневековью. Светское образование зародилось лишь в начале XX в., когда появились так называемые новометодные и русско–туземные школы, в которых преподавания этих школ единственным видом учебных заведений являлись различные конфессиональные школы. Основными учебными заведениями были мактабы (низкая школа) и представлении высшую ступень конфессионального образование – медресе.

Сеть мактабов истории была очень значительно. При ханской власти религиозное начальное обучение мальчиков считалось обязательным. Мактабы имелись, как правило, при каждой сельской и городской мечети. В городах открывались, кроме того, в домах учителей – профессионалов (мактабдар); были и домашние мактабы у знати. По статистике царских властей в Туркменистанском крае в XX веке было уже не менее 5 тысяч мусульманских мактабов. Несмотря на большое количество мактабов, медрес и т.д., грамотность среди узбекских населений была очень низка. Грамотными считались духовенство, купечество у кого много земли и т.д. Большинство грамотного население сосредоточивалось в городах. В сельских местностях процент грамотность был так ничтожен, что, например, 1893 году в Дюркульской волости Самаркандского уезда при обмере землевладений нельзя было найти 11 грамотных понятых, несмотря на то что в этой волости было около 30 мактабов.

Арабский алфавит, принятый всеми мусульманами, был очень сложен, обучение чтению велось крайне отсталым, средневековым буквослагательным методом не закреплялось письмом, которому обучались лишь отдельные старшие ученики. Сначала заучивался алфавит: учебным пособием служила социальная, изготовленная учителям тахта, на которой были написаны буквы в разных вариантов.

По дощечке зубрили слоги и лишь после этого приступали к обучению по книге. Язык двух первых книг обучение был непонятен для учеников - узбеков, первой книгой был Хафтчек – сокращенный текст Корана. Ученики заучивали, арабские тексты наизусть, с голоса учителя не понимая их значение и не зная всех букв. Узбекских мактабах читали книгу на одном из

Тюркских языков, чаще всего в XIX – XX вв. это был сборник религиозных стихов Суфи –Аллаяра, узбекского ишана конца XVII века.

Наиболее грамотные мактабдары обучали старших учеников, по соглашению с родителями, каллиграфии и арифметики. Каллиграфы писали на бумаге тушью, пользуясь прописями. В арифметике изучали лишь действия с целыми числами, главном образом устно. Наряду с мактабами для мальчиков существовали и женские мактабы, в главным образом в городах. Мактабы для девочек функционировали на даму у грамотных женщин: обычно это было жены мактабдаров или имамов. С каждым годом количество школ увеличилось. Мактабы помещались обычно в комнатушке при мечети или при доме учителя. В некоторых кварталах Бухары для мактаба имелось особое, нередко старинное, купольное здание, расположенное недалеко от квартальной мечети.

Ученики мактаба сидели на полу, прямо на циновках, в руках у учителя были три палки разной длины, которыми он мог достать ученика в любом месте. Так как все ученики громко твердили каждый свой урок, перекрикивая друг друга, в мактабе

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: