Культура Древнего Египта
Помимо статуй умерших в гробницу, особенно в Среднем царстве, помещали также фигурки работников, которые, как верили, должны были обеспечить загробное существование умершего. Отсюда проистекают и другие требования к скульпторам - изобразить людей, занятых самой разнообразной работой. В полном соответствии с общим требованием египетского искусства для каждого занятия выбирается характерный момент, который становится каноничным для этого типа. Общие же правила, например фронтальность и принятая раскраска, сохраняются и здесь.
Статуи играли большую роль в архитектурном оформлении храмов: окаймляли дороги, ведущие в храм, стояли у пилонов, во дворах и внутренних помещениях. Статуи, имевшие большую архитектурно-декоративную нагрузку, отличались от чисто культовых. Их делали крупных размеров, трактовали обобщенно, без большой детализации.
В эпоху Среднего царства ведущие позиции в пластическом искусстве занимает фиванская школа. Если сначала она следует принципам схематизации и идеализации (статуя Сенусерта I из Лишта), то затем в ней усиливается реалистическое направление: царская статуя, прославляя могущество фараона, должна в то же время закрепить в сознании народа его конкретный облик. С этой целью скульпторы используют новые приемы – контраст между неподвижностью позы и живой выразительностью тщательно проработанного лица (глубоко сидящие в орбитах глаза, прорисованные мускулы лица и складки кожи) и резкая игра светотени (статуи Сенусерта III и Аменемхета III). В деревянной народной скульптуре популярны жанровые сценки: пахарь с быками, лодка с гребцами, отряд воинов; их отличает непосредственность и правдивость.
В ранний период Нового царства происходит отход от пластических нововведений предшествующей эпохи: при максимальной идеализации сохраняется только самое общее портретное сходство (статуи царицы Хатшепсут и Тутмоса III; возникает обычай воспроизводить в скульптурных изображениях знати черты правящего фараона. Но, начиная с царствования Тутмоса IV, скульпторы отказываются от канонической строгости форм в пользу изысканной декоративности: прежде гладкая поверхность статуи покрывается теперь тонкими струящимися линиями одежды и завитками париков и оживляется игрой светотени. Усиливается стремление к передаче движения и объема; тела обретают мягкость, рисунок лица – большую точность. Тенденция к естественности и реалистичности характерна преимущественно для статуй частных лиц (статуя семейной пары времени Аменхотепа III, мужская голова из Бирмингемского музея). Эта тенденция достигает своей кульминации при Эхнатоне, когда происходит полный разрыв с каноном; от идеализации отказываются даже при изображении царя и царицы. Скульпторы ставят перед собой задачу передать внутренний мир персонажа (портретные головы Эхнатона и Нефертити), а также добиться реалистического изображения человеческого тела (статуэтки четырех богинь из гробницы Тутанхамона).
В период антиэхнатоновской реакции делается попытка вернуться к старым антиреалистическим приемам. Ведущей вновь становится тенденция к идеализации, характерная в первую очередь для мемфисской школы (статуи из Пер-Рамсеса). Однако в пластическом искусстве эпохи XIX–XX династий не сдает своих позиций и реалистическое направление, что проявляется прежде всего в царском портрете: здесь нет больше гиперболизованной мускулатуры, неестественно прямой позы, застывшего взгляда, устремленного вдаль; фараон предстает в образе сильного, но обычного воина, не в парадном, а в бытовом одеянии. Утверждается светский образ царя – не бога, а реального земного правителя (статуя Рамсеса II).
В начальный период Позднего царства пластическое искусство переживает упадок. В XI–IX вв. до н.э. монументальная скульптура уступает место малым формам (небольшие бронзовые статуэтки). В конце IX – начале VIII вв. до н.э. возрождается реалистический скульптурный портрет (статуэтки Тахарки, кушитских царевен, статуя фиванского градоначальника Монтуэмхета). В Саисскую и Персидскую эпохи реалистическое направление соперничает с возродившейся традиционалистской тенденцией.
3.3 Изобразительное искусство
Большое место в искусстве Древнего царства занимали рельефы и росписи, покрывавшие стены гробниц и храмов, причем и здесь были выработаны основные принципы всего дальнейшего развития этих видов искусства.
Ко времени Древнего царства сложились два основых типа египетского рельефа – обычный барельеф и углубленный (врезанный) рельеф (поверхность камня, служившая фоном, оставалась нетронутой, а контуры изображения врезались). Тогда же утвердилась строгая система расположения сцен и целых композиций на стенах гробниц. Рельефы царских усыпальниц выполняли три задачи: прославить фараона как земного владыку (сцены войны и охоты), подчеркнуть его божественный статус (фараон в окружении богов) и обеспечить ему блаженное существование в загробном мире (разнообразная снедь, посуда, одежда, оружие и пр.). Рельефы в гробницах знати делились на две категории: одни воспевали заслуги и подвиги умершего на службе у фараона, на других изображалось все необходимое для другой жизни.
Еще в эпоху Раннего царства сформировались основные принципы рельефного изображения (плита Нармера): 1) поясное расположение сцен (одна над другой); 2) общий плоскостной характер; 3) условность и схематичность, отчасти обусловленные верой в магический характер изображения: передача социального статуса через размер фигуры (фигура фараона превосходит все остальные, фигуры вельмож немного меньше, простые люди – почти пигмеи), сочетание разных перспектив (голова и ноги человека даются в профиль, а глаза, плечи и руки развернуты в фас), показ предмета с помощью схематической фиксации его отдельных частей (копыто вместо лошади, голова барана вместо самого барана), закрепление за определенными категориями людей определенных поз (враги неизменно изображены поверженными и т.д.); 4) максимальное портретное сходство главного персонажа; 5) противопоставление главного героя остальным участникам сцены, с которыми он контрастирует своим спокойствием и неподвижностью; при этом он всегда остается вне действия. Рельефы раскрашивались без градаций оттенков, фигуры обводились контурами.
Эти изобразительные принципы использовались также в стенной живописи, которая в эпоху Древнего царства оказалась тесно связанной с рельефным искусством. Именно в тот период распространились два основных вида техники стенной росписи: темперой по сухой поверхности и вкладка цветных паст в заранее сделанные углубления. Применялись исключительно минеральные краски.
В период Древнего царства большое значение и развитие получило художественное ремесло. Сосуды из различных пород камня — алебастра, стеатита, порфира, гранита, яшмы; ювелирные изделия из золота, малахита, бирюзы, сердолика и других полудрагоценных камней, а также из фаянсовых паст; художественная мебель из ценных пород дерейа — кресла, носилки, палатки, то с инкрустациями из золота, то обитые листовым золотом, деревянные ложа с художественно обработанными костяными ножками; изделия из меди, бронзы, глины — таков лишь краткий перечень тех разнообразных предметов, которые уже вырабатывались в эпоху Древнего царства. Как и в других видах искусства, в художественном ремесле этого периода также складывались основные формы и технические приемы, существовавшие в дальнейшем очень долго. Изделиям художественного ремесла Древнего царства свойственны такие же строгие и простые, законченные и четкие формы, которыми отличается все искусство этого периода. В декоративных деталях этих вещей много непосредственного отражения реальных жизненных явлений: так, ножкам ложа придается форма мощных бычьих ног, бусы и подвески воспроизводят цветы и т. д. Художественное ремесло имело большое значение для развития всего искусства Древнего царства. С одной стороны, обработка ряда материалов впервые складывалась и совершенствовалась именно при создании художественного ремесла, открывая пути для декоративного использования этих материалов в других областях искусства; так, красота полированных поверхностей камня и цветных фаянсов сначала была найдена и понята в ремесле, а затем уже использована в скульптуре и архитектуре. С другой стороны, ремесленники, тесно связанные с народной средой, являлись постоянными проводниками ее животворящего влияния на творчество профессиональных художников.
В период Среднего царства определяются два направления – столичное, которое ориентируется на строгое воспроизведение прежних образцов (гробницы фараонов и придворных), и провинциальное, которое пытается преодолеть ряд канонов и ищет новые художественные приемы (гробницы номархов в Бени-Хасане); для последнего характерны более естественные позы персонажей, отказ от несоразмерности в изображении главных и второстепенных участников сцен, больший реализм в показе простолюдинов и животных, богатство окраски, смелое сопоставление световых пятен. Однако с падением самостоятельности номов при XII династии эта тенденция постепенно сходит на нет.
В эпоху Нового царства рельеф и стенная роспись отделяются друг от друга, становясь самостоятельными видами изобразительного искусства. Значение стенной живописи возрастает. Росписи выполняются на гладкой белой штукатурке, покрывавшей известняковые стены, и отличаются стилистическим и сюжетным разнообразием (фиванская стенная живопись); рельефы вырезаются гораздо реже и лишь в тех скальных гробницах, которые вырублены из высококачественного известняка. Возникает книжная живопись, близкая к графике (иллюстрации к Книге мертвых).
При XVIII династии искусство рельефа и росписи претерпевает изменения как в сюжетном, так и в изобразительном плане (фиванская школа). Появляются новые темы (разнообразные военные сцены, сцены пиров); делаются попытки передать движение и объемность фигур, показать их со спины, в полный фас или полный профиль; групповые композиции приобретают трехмерность; раскраска становится более естественной. Кульминацией этой эволюции становится эпоха Эхнатона и Тутанхамона, когда отказ от прежних канонов позволяет художникам трактовать доселе запретные темы (царь в повседневной жизни – за обедом, в кругу семьи), больше внимания уделять окружающей обстановке (сады, дворцы, храмы), передавать фигуры в свободных и динамичных позах без условного фронтального разворота плеч.
При последних фараонах XVIII и в эпоху XIX династии сохраняется сюжетное и композиционное разнообразие, интерес к пейзажу, стремление к портретной точности и тщательной моделировки тела. Одновременно происходит возврат к традиционным принципам композиции, идеализации образов, несоразмерности фигурных изображений, особенно в храмовых рельефах культового содержания. После Рамсеса III эта тенденция одерживает полную победу; в фиванском искусстве реалистическое направление умирает; религиозная тематика подавляет светскую.
3.4 Музыка
Древнеегипетские тексты - первый письменный и, пожалуй, наиболее важный источник наших представлений о музыке и музыкантах той эпохи. К этому роду источников непосредственно примыкают изображения музыкантов, сцен музицирования и отдельных инструментов - изображения, которыми так богаты гробницы фараонов и номархов; произведения мелкой пластики; папирусы. Из них мы получаем представление и об инструментах, и о среде, в которой был распространен тот или иной из них. Огромное значение имеют данные археологии. Классификация, обмер и детальное обследование найденных инструментов могут раскрыть и характер самой музыки. Наконец, мы располагаем сведениями древнегреческих и римских писателей, оставивших описание быта, нравов и обрядов египтян.
Как свидетельствует анализ барельефов гробниц, папирусов и пр., музыке отводилось значительное место в повседневной жизни, как знати, так и низших слоев населения Древнего Египта. В гробницах фараонов встречаются изображения арфистов, лютнистов, флейтистов, певцов, которые, по представлениям египтян, должны были развлекать и увеселять своего господина в потустороннем мире. Одно из таких изображений находится в гробнице лица эпохи V династии: двое мужчин хлопают в ладоши, аккомпанируя пяти танцовщицам с поднятыми над головой руками; в верхнем ряду изображен мужской инструментальный ансамбль: флейта, кларнет и арфа. Перед флейтистом и кларнетистом певцы, показывающие повышение и понижение высоты звуков при помощи так называемой хейрономической руки. Обращает на себя внимание тот факт, что перед арфистом их двое.
Объяснить это можно, вероятно, следующим образом: арфа - единственный из изображенных там инструментов, на котором можно исполнять аккорды. Поэтому для указания высоты нескольких звуков, бравшихся одновременно, необходимо было два либо несколько "дирижеров".
Изображения, аналогичные описанному, встречаются довольно часто. Некоторых музыкантов мы знаем даже по именам. Так, первым известным нам музыкантом Древнего Египта был Кафу-анх - "певец, флейтист и администратор музыкальной жизни при дворе фараонов" (конец IV- начало V династии). Отдельные музыканты уже в тот далекий период заслужили своим искусством и мастерством большую славу и уважение. Кафу-анх был удостоен того, что фараон Усеркаф, первый представитель V династии, поставил ему памятник рядом со своей пирамидой. К более позднему периоду (правление Пиопи I или Меренра II) относятся имена флейтиста Сен-анх-вера, арфистов Кахифа и Дуатенеба. От V династии сохранились сведения о большом роде музыкантов Снефру-ноферов, четыре представителя которого несли службу при дворе фараонов.
Анализируя древнеегипетскую музыкальную культуру по сохранившимся о ней сведениям, обращаешь внимание на противоречие между массой изображений музыкантов, что свидетельствует о значительном распространении музыки в различных социальных слоях древнеегипетского общества, и почти полным отсутствием источников, характеризующих систему нотной записи. Объясняется это, по-видимому, мистическим табу, наложенным на запись обрядовой музыки, хотя и удалось обнаружить в текстах Среднего и Нового царств некоторые знаки, имеющие отношение к фиксации музыки.
В течение всей истории Древнего Египта музыка сопровождала культовые обряды. Более того, пение и игра на арфе и лютне вообще входили в обязанности жрецов. Среди служителей культа - музыкантов были не только египтяне, но и чужеземцы. Кахунский иератический папирус содержит сведения об участии танцоров-чужеземцев в храмовых празднествах. Сохранились изображения танцовщиков-негров. Пластика эпохи Среднего царства дает примеры изображения танцовщиц и музыкантш, чьи тела украшены татуировкой. Советские специалисты И. А. Лапис и М. Э. Матье, описывая одну из статуэток женщины, хранящуюся в Эрмитаже, отмечают: "Наличие татуировки в статуэтках - сравнительно редкое явление. Наиболее близкой аналогией может служить татуировка на ногах фаянсовой статуэтки нагой танцовщицы из гробницы лучника Неферхотепа (XI династия, XXI в. до н. э.), найденной в Фивах, в Дейр эль-Бахри; здесь татуировка состоит из таких же ромбов, по три на каждой ноге, спереди и сзади. Такая же татуировка ромбами имеется не только на ногах, но и на теле фаянсовой статуэтки нагой молодой женщины... Известно, что танцовщицы, музыкантши, второстепенные обитательницы гаремов часто украшали татуировкой свои тела, особенно руки и ноги. Татуировка, полностью схожая с изображенной на нашей статуэтке и на статуэтке из гробницы Неферхотепа, обнаружена на коже мумий танцовщиц из гарема Ментухотепа. Позднее, в Новом царстве, появляется более сложная татуировка - в виде фигурок бога веселья Бэса".
Если первоначально культовые занятия музыкой были привилегией жрецов, а профессиональные занятия ею оставались еще очень долгое время под их контролем, то "домашнее", обычное музицирование скоро демократизировалось. В эпоху Среднего царства музыканты были запечатлены на барельефах гробниц трудового населения: мы видим их и в числе "mrjjt" (этот термин охватывает вообще все трудоспособное население Египта), и в числе хана-анеян - соседей египтян, которых ввозили в качестве рабочей силы, и среди населения Нубийской пустыни. К концу Среднего царства наметились значительные социальные изменения, отразившиеся и на формах музицирования. В папирусе Ипусера этот реакционный вельможа не без досады отмечает: "Тот, который не знал даже лиры, теперь стал владельцем арфы. Тот, который даже для себя не пел, он восхваляет теперь богиню Мерт...".
Даже самые ранние изображения египетских музыкантов показывают, что исполнители на различных инструментах, а также певцы и танцоры группировались в разнообразные по составу ансамбли. Более того, ансамблевое музицирование занимало господствующее место на протяжении всей истории Древнего Египта, тогда как изображение солистов - редкое явление (их можно встретить главным образом среди арфистов - служителей культа). В Древнем царстве преобладали ансамбли, состоявшие из нескольких арф, флейт и кифар (кифара - струнный щипковый музыкальный инструмент, родственный лире), которые аккомпанировали певцам и танцорам. Со временем состав исполнителей изменялся. В ансамблях увеличивается значение ударных инструментов - барабанов, бубнов, трещоток, а также значение исполнителей, хлопающих в ладоши. Геродот так описывал один из религиозных обрядов, сопровождавшийся шумной музыкой: "Когда египтяне едут в город Бубастис, то делают вот что. Плывут туда женщины и мужчины совместно, причем на каждой барке много тех и других. У некоторых женщин в руках трещотки, которыми они гремят. Иные мужчины весь путь играют на флейтах. Остальные же женщины и мужчины поют и хлопают в ладоши. Когда они подъезжают к какому-нибудь городу, то пристают к берегу и делают вот что. Одни женщины продолжают трещать в трещотки, как я сказал, другие же вызывают женщин этого города и издеваются над ними, третьи пляшут... Это они делают в каждом приречном городе...". Анализ изображений таких ансамблей позднего периода истории Древнего Египта (например, рельефа в одной из гробниц некрополя в Саккаре, относящегося к XXI династии) заставляет согласиться с утверждением, что "музыка стала ярче, шумнее и резче. Кажется, что самый "темп жизни" ускорился: танцовщицы и певцы движутся быстрее, с большим подъемом и страстностью. Должно быть, музыка стала более подстегивающей и пьянящей".
Заключение
Культурное наследие Египта продолжало жить в юлианском календаре, в «Геометрии» Герона, в исследованиях дробей у греческих математиков и в задаче на решение арифметической прогрессии у армянского математика VII в. н.э. Анания Ширакского.
Египетские нормы права и государственного управления в той или иной мере усвоены римлянами и Византией, народами христиан Востока и Русью.
Сокровища египетской мысли – научной, практической и мистической – оказались притягательным источником для видных греческих ученых, философов, государственных деятелей, которые посещали Египет, чтобы приобщиться к этим знаниям и сделать их достоянием своей культуры. Еще задолго до того, как взошла заря античной цивилизации, в Египте были накоплены величайшие практические знания в области математики и астрономии (определение площади круга, объема усеченной пирамиды, площади поверхности полушария, солнечный календарь, деление суток на 24 часа, знаки Зодиака).
Европа, получившая от Древнего Египта начатки науки и искусства, обязана ему еще одним благодеянием – алфавитным письмом (фр. ученый Ж.Ф. Шампольон).
Храмы Египта – это гигантские каменные книги, где художники использовали все доступные поверхности. Архитравы, колонны, их основания, пилоны, стены изнутри и снаружи, все покрыто изображениями и иероглифами. Древние памятники сохранили нам рельефы и настенные росписи, статуи и стелы, саркофаги и культовые предметы. Потребности усопшего были скопированы с потребностей живого фараона.
Культура фараоновского Египта, связь с которой поначалу отвергались и христианами и мусульманами, ныне рассматривается всеми как неотъемлемая часть их исторической и духовной цивилизации. Она оказала огромное влияние на развитие мировой культуры. Древнегреческий философ Платон с полным основание назвал Египет «матерью всех цивилизаций».
Использованные источники
www.krugosvet
Коростовцев М.А. - "Религия древнего Египта", М.,1976
Ю.А.Солодовников – «Человек в мировой художественной культуре»
Ганс Райхард – «Что есть что: Пирамиды»
Энциклопедия Аванта+ - Всемирная история
Малюга Ю.Я. Культурология. М.: Инфра-М,1999.
Культурология: Учебное пособие. Под ред. А.А.Радугина.- Москва: Издательство «Центр» 2003г.
М. Б.Коростовцев, Наука древнего Египта. Очерки истории естественнонаучных знаний в древности. - Москва: Наука 1982г.
История Древнего Востока: Учебное издание. Под ред. В.И.Кузищина, Москва: Издательство «Высшая школа» 1988г.