Творчество Микеланджело Буонарроти
Юлий II даже не отдал ему приказа прийти на богослужение в Сикстину. Микеланджело узнал о состоявшейся церемонии случайно. Поздравить его пришел только Рафаэль.
-Мессер Буанаротти, ваша капелла буквально сразила меня, - сказал Рафаэль.
Больше никто не пришел поздравить его, никто ни разу не подошел на улице. Роспись плафона Секстины ни чуть не взволновала римскую публику, все будто свелось к поединку между Микеланджело, Господом Богом и Юлием. Лишь через год, в 1511 году Микеланджело получил возможность продолжать роспись. Он работал упорно, не отрываясь ни в воскресенья, ни в праздники.
"Пока я не кончил работу над плафоном, о каких либо удобствах и удовольствиях мне даже противно думать. Жить хорошо можно лишь тогда, когда ты счастлив,"- говорил Микеланджело. Он считал, что будет счастлив только тогда, когда возьмется за мраморы. Мастер сам писал каждую фигуру и одеяние, каждое движение и жест, в котором сквозили: свое чувство, своя мысль. Каждый удар кисти был сделан им самим. Этот гигантский труд был исполнен за 3 ужасающих по напряжению года, хотя его хватило бы на целую жизнь. В день Всех Святых 1 ноября 1512 года, плафон был открыт. На открытие Микеланджело не пошел, он спустился на террасу своего дома и застыл в раздумье перед мраморами, рубить и резать которые он так жаждал целых 7 лет. Он вернулся к рабочему столу, взял перо и написал:
И высочайший гений не прибавит Единой мысли к тем, кто мрамор сам Таит в избытке и лишь это нам Рука, послушная рассудку, явит.
Но именно эта исключительная по размаху и величию «героическая симфония» позволила Родену написать: «Я скажу, что Микеланджело... возносится надо всей Италией вдохновенным пророком, венчая ее своим гением. Потолок Сикстинской капеллы простирается над нею».
В дальнейшем Микеланджело будет вынужден еще раз взяться за громадный живописный заказ — на роспись алтарной стены Сикстинской капеллы, вступив в соревнование уже с самим собой. Но между этими двумя работами лежит большой отрезок времени и множество событий, которые произошли в жизни страны и в жизни самого Микеланджело.
Через четыре месяца после окончания росписи свода Сикстинской капеллы умер папа Юлий II,
Преемник Юлия, Лев X, возложил на Микеланджело постройку фасада церкви Св. Лаврентия, во Флоренции, куда и переехал гениальный художник. Много труда и драгоценного времени употребил он на это дело, но оно не пошло далее изготовления модели фасада и заготовки материалов для его возведения.
6.2 Работа над гробницей папы Юлия II (1513-1516)
"Между тем после завершения капеллы и незадолго до кончины папы Его Святейшество поручил кардиналу Четырех святых и кардиналу Аджинензе, своему племяннику, в случае его смерти закончить его гробницу по проекту более простому, чем был первый. К этому делу снова приступил Микеланджело; и вот он с охотой взялся за гробницу, чтобы без стольких помех довести ее на этот раз до конца, но всегда получал от нее впоследствии больше неприятностей, докук и затруднений, чем от чего-либо другого, но всю свою жизнь и на долгое время прослыл, так или иначе, неблагодарным по отношению к тому папе, который так ему покровительствовал и благоволил. Итак, возвратившись к гробнице, он работал над ней беспрерывно, приводя в то же время в порядок рисунки для стен капеллы, однако завистливой судьбе не угодно было, чтобы этот памятник, начатый с таким совершенством, так же был и закончен, ибо приключилась в то время смерть папы Юлия, а потому работа эта была заброшена из-за избрания папы Льва X, который, блиставший предприимчивостью и мощью не меньше Юлия, пожелал оставить у себя на родине, ибо он был первым первосвященником, оттуда происходившим, на память о себе и божественном художнике, своем согражданине, такие чудеса, какие могли быть созданы лишь таким величайшим государем, как он И посему, так как он распорядился, чтобы фасад Сан Лоренцо во Флоренции, церкви, выстроенной семейством Медичи, был поручен Микеланджело, это обстоятельство и стало причиной того, что работа над гробницей Юлия осталась незаконченной. Микеланджело же было приказано высказать свое мнение, составить проект и возглавить новую работу. Микеланджело противился этому всеми силами, ссылаясь на обязательства в отношении гробницы, взятые им перед кардиналом Четырех святых и Аджинензе. Папа же ответил ему, чтобы он об этом и не думал, что он уже за него подумал и освободил его от обязательств перед ними, пообещав разрешить Микеланджело работать над фигурами для названной гробницы во Флоренции в том духе, в каком он их уже начал; но все это огорчило и кардиналов и Микеланджело, удалившегося со слезами" Вазари.
Папа Юлий II умер через 3 месяца после открытия фресок Сикстины. В своем завещании он распорядился, чтобы Микеланджело завершил его гробницу.
Микеланджело вернулся во Флоренцию и возобновил работу над мавзолеем умершего папы Юлия II. Он повторно разработал проект, пытаясь сделать его как можно менее дорогостоящим. По очередному договору 1513 года за 7 лет он должен был соорудить мавзолей и 32 большие статуи.
На три года ушел Микеланджело в работу и создал свои самые совершенные творения, три статуи: - «Моисей» - «Умирающий раб» - «Восставший раб».
Эти скульптуры, относящиеся к числу наиболее известных творений Микеланджело, знаменуют собой более позднюю, драматическую фазу Высокого Ренессанса.
Наследники папы не собирались осуществлять первоначальный грандиозный замысел Микеланджело. Понадобился второй, более скромный проект гробницы, примыкающей к церковной стене. Однако и этот проект показался наследникам слишком крупным и не получил полной реализации. Работа над гробницей растягивалась на десятилетия.
По третьему договору 1516 г. надгробие еще больше упростилось, но и оно не было осуществлено. Работа над надгробием становилась для его создателя трагедией, длившейся до 1542 г., когда согласно шестому договору надгробие было наконец завершено и установлено в церкви Сан Пьетро ин Винколи.
Будто злой рок преследовал мастера и его грандиозный проект. Однако обстоятельства не благоприятствовали его осуществлению, и после завершения трех статуй для гробницы двух «Рабов» и «Моисея» труд мастера был прерван. Новый папа Лев X, будто пытался помешать увековечить память о своем предшественнике, задался целью поставить себе на службу гений Микеланджело. Если Юлий II был папой-воином, Лев Х был эпикурейцем-папой, ему больше импонировал утонченный Рафаэль. Но создатель фресок Сикстинской капеллы, ставший национальной гордостью всей Италии, был вынужден вновь трудиться во славу дома Медичи.
6.2.1 Моисей (1515-1516)
«Он закончил и мраморного Моисея высотой в пять локтей, и со статуей этой не может по красоте сравниться ни одна из современных работ, впрочем, то же можно сказать и о работах древних: в самом деле, он сидит в величественнейшей позе, опираясь локтем на скрижали, которые придерживает одной рукой, другой же он держит ниспадающую прядями длинную бороду, выполненную из мрамора так, что волоски, представляющие собою трудность в скульптуре, тончайшим образом изображены пушистыми, мягкими и расчесанными, будто совершилось невозможное и резец стал кистью. И помимо красоты лица, имеющего поистине вид настоящего святого и грознейшего владыки, хочется, когда на него смотришь, скрыть покрывалом это лицо, столь сияющее и столь лучезарное для всякого, кто на него смотрит; так прекрасно передал Микеланджело в мраморе всю божественность, вложенную Господом в его святейший лик; не говоря уж о том, как прорезана и отделана одежда, ложащаяся красивейшими складками, и до какой красоты и до какого совершенства доведены руки с мышцами и кисти рук с их костями и жилами и точно так же ноги, колени и стопы в особой обуви; да и настолько закончено каждое его творение, что Моисея ныне еще больше, чем раньше, можно назвать другом Господа, пожелавшего руками Микеланджело задолго до того, чем у других, воссоздать его тело и подготовить его к воскресению из мертвых. И пусть евреи, мужчины и женщины, как они это делают каждую субботу, собираются стаями, словно скворцы, и отправляются к нему, чтобы увидеть его и поклониться, ибо поклонятся они творению не человеческому, а божественному» Вазари.
В первую очередь, работая над грандиозным проектом гробницы папы Юлия II, Микеланджело создал три статуи, среди них знаменитейшею и прекраснейшую - Моисея (1515-1516, Рим, Сан Пьетро ин Винколи), в которой, быть может, всего убедительней мастер передал «устрашающую силу», так поражавшую современников в его образах. Не менее их пораженный, Суриков писал художнику П. Чистякову:
«Его Моисей скульптурный мне показался выше окружающей меня натуры... Тут я поверил в моготу формы, что она может со зрителем делать... Какое наслаждение... когда досыта удовлетворяешься совершенством. Ведь эти руки, жилы кровью переданы с полнейшей свободой резца, нигде недомолвки нет».
Завершенная до мельчайших деталей в отделке мрамора и его полировке, статуя «Моисей» заключает в себе мощный эмоциональный заряд и громадное внутреннее наполнение. Это одно из самых прославленных творений Микеланджело, по существу, определяет идейно-художественный смысл и эстетическую ценность всего надгробия. «Если вы не видели этой статуи,— писал Стендаль,— вы не имеете понятия о возможностях скульптуры». Ее размер (2,5 м в высоту), сама масштабность, значительность образа властно привлекают внимание зрителя.
Моисей, грозный и мудрый вождь еврейского народа, наделенный могучей волей, титанической силой и темпераментом, должен был стать центром композиции нового проекта. Мускулистый патриарх с тревожным взглядом сидит в неглубокой нише. В руках его, прижаты к телу - скрижали с Десятью Заповедями. Его длинная борода струится между могучих пальцев. Его голова повернута влево, как и у Давида. Он смотрит вдаль, как бы общаясь с Богом. Правая часть его тела напряжена, резкое движение правой ноги подчеркнуто переброшенной через нее драпировкой. Это гигант, один из пророков, воплощенных в мраморе, духовный вождь народа, исполненный непоколебимой воли.
Моисей представлен в момент, когда согласно библейскому мифу увидел свой народ, поклоняющимся золотому тельцу. Разгневанный и страдающий, он полон решимости и непреклонной энергии в своем порыве спасти заблудших. Он изображен сидящим в резком развороте, с отставленной назад левой ногой, словно собираясь подняться, чтобы действовать. Обрамленное густой шапкой волос и длинной волнистой бородой красивое, мудрое лицо Моисея выражает сложнейшую душевную жизнь, таит в себе титанические страсти. Каскад ниспадающих складок одежды подчеркивает красоту и совершенство форм обнаженных рук и ног. Совершенная пластика передает напряжение каждого мускула и вздувшихся вен.
В образе Моисея сочетаются физическая мощь и одухотворенность, мудрость и воля, едва сдерживающая сильные страсти. И хотя статуя помещена в нише и не дает возможности кругового обхода, все же она допускает несколько точек зрения и дает богатство аспектов, словно разворачивающегося во времени движения, переданного мастером.
6.2.2 «Умирающий раб» и «Восставший раб» (1513-1519)
Вершинами скульптурного творчества Микеланджело наряду с «Моисеем» можно рассматривать его «Рабов», вносивших яркую героическую ноту в первоначальное решение надгробия. Возможно, эти статуи символизировали завоеванные папой Юлием провинции, а может быть являлись аллегориями различных искусств, покровителями которых считал себя Юлий II? Сам Микеланджело не придавал большого значения точному смыслу аллегорий. Для него пластика человеческого тела, его движения и контрапосты сами по себе были исполнены внутреннего содержания. По существу, статуи пленников воспринимаются олицетворением героической борьбы человека за свое освобождение.
Созданные в период с 1513 по 1519 г. для надгробия папы Юлия II две статуи рабов - «Умирающий раб» и «Скованный раб», (обе - 1513-1516, Лувр, Париж), задуманные как противопоставление прекрасного и сильного юноши, пытающегося разорвать путы, столь же прекрасному юноше, бессильно повисающему в них.
После росписи Сикстинской капеллы изменился пластический стиль мастера: статуя уже не исчерпывается восприятием с одной, главной точки зрения. Микеланджеловская скульптура требует теперь полукругового обхода, в процессе которого сменяют друг друга не только различные пластические мотивы, но и различные вариации в эмоционально-драматическом замысле образа.
Раб, рвущий путы изображен в резком повороте, подобно Евангелисту Матфею. Медленно обходя, спереди и с боков его фигуру, следя за меняющимися пластическими аспектами, зритель видит все стадии героического и преисполненного мощи, и все же напрасного усилия разорвать путы - то предельное напряжение, то новое отчаянное усилие. Так само пластическое построение воплощает в себе развернутую тематическую концепцию и сложную эмоциональную динамику образа. Уже современники называли статую «Скованного раба» «Восставшим рабом» — настолько явно воспринимается здесь титанический порыв к свободе. В сложном винтообразном движении тела, в предельном напряжении всех мускулов, в выражении лица — стремление к свободе. Рассчитанная на разные точки обзора, статуя отличается пластическим богатством и выразительностью.
«Умирающий раб» выражает тему сломленного сопротивления, полного покоя, забытья. Пропорции этой фигуры более стройные. Одухотворенное лицо юноши погружено в сон, переходящий в сон вечный, — одно из самых прекрасных в творчестве Микеланджело. «Умирающий раб» побежден, он словно пытается подняться последнем скорбно-патетическом душевном взлете, но в бессилии замирает, склонив голову под заломленной назад рукой. Он не рвет свои узы: закинув за голову руки и склоня голову к плечу, он погружается в состояние, одинаково похожее и на смерть и на сон – благодетельное освобождение от мук.
В превоначальном плане мавзолея, по утверждению Вазари: "Пленники эти означали области, покоренные этим папой и подчиненные апостольской церкви; другие же разнообразные статуи, также связанные, - олицетворяли все добродетели и хитроумные искусства, изображенные там потому, что и они были подчинены смерти и не в меньшей степени, чем сам первосвященник, который столь успешно им покровительствовал".
Здесь, как и во многих других поздних работах, художник не скрывает своего горя и отчаяния. Но побежденные, связанные, умирающие люди у него всегда прекрасны и сильны. В этом утверждении красоты и силы человека – глубокий оптимизм Микеланджело.
Эти две превосходные, исполненные трагизма, статуи демонстрируют подход Микеланджело к скульптуре. По его мнению, фигуры просто заключены внутри мраморного блока, и задача художника - освободить их, удалив избыток камня. В отличие от современных ему скульпторов он обрабатывал глыбу мрамора не со всех сторон, а только с одной, как бы извлекая фигуры из толщи камня; в своих стихах он неоднократно говорит о том, что скульптор лишь высвобождает изначально скрытый в камне образ. Представленные в напряженно-драматических позах «Рабы» как бы и сами пытаются вырваться из сковывающей их каменной массы. Часто Микеланджело оставлял скульптуры незаконченными - либо потому, что они становились не нужны, либо просто потому, что они теряли для художника свой интерес.
«Скованный раб» и «Умирающий раб» не вошли в окончательное решение надгробия. В 1546 г. Микеланджело подарил их Роберто Строцци за оказанное гостеприимство - стороннику республики, высланному из Флоренции и поселившемуся во Франции, а тот, в свою очередь, преподнес их французскому королю Франциску I, таким образом две статуи пленников оказались в Лувре.
7. Флоренция. Гробницы Медичи. Осада Флоренции (1516-1534)
В 1523 г. папский престол вновь вернулся к роду Медичи. На этот раз папой оказался Джулио Медичи под именем Климента VII, который будучи еще кардиналом поручил Микеланджело создание усыпальницы рода Медичи. Этот архитектурно-скульптурный ансамбль, капелла Медичи, стал одним из высочайших достижений не только в творчестве Микеланджело, но и во всем искусстве Возрождения.
Под руководством Микеланджело достраивалось само здание капеллы, увенчанной куполом, были созданы им аллегорические статуи «День» и «Ночь», надгробная статуя Лоренцо Урбинского, «Мадонна с младенцем», а затем с конца 1526 по осень 1531 г. в работе последовал длительный перерыв, вызванный бурными политическими событиями, произошедшими во Флоренции.
3а пятнадцатилетие работы Микеланджело над гробницей Медичи, Флоренция пережила много событий, из которых главным было изгнание Медичи в 1527 году, восстановление республиканского строя и последовавшая затем осада города соединенными армиями папы и императора. Во время осады Микеланджело был назначен руководителем всех фортификационных работ, вследствие чего роль его в обороне Флоренции была очень велика.
Драматизм, а затем и трагизм образов Микеланджело усиливаются в последующие годы, особенно после поражения республики во Флоренции в 1530 г. и восстановления власти Медичи. Тяжелые переживания Микеланджело отразились и в работе над архитектурно-скульптурным ансамблем для капеллы Медичи при церкви Сан-Лоренцо во Флоренции (1520—1534). И статуя герцогов Джулиано и Лоренцо Медичи, и помещенные на саркофагах аллегорические фигуры «Утро», «День», «Вечер», «Ночь» имеют одно общее: при всей физической мощи они лишены активного действия. Весь ансамбль проникнут ощущением неуверенности и беспокойства.
7.1 Фасад церкви Сан Лоренцо (1516-1520)
"Недаром последующие обсуждения всего этого были разнообразными и бесчисленными, тем более что работу над фасадом пожелали поделить между несколькими лицами; много архитекторов съехались в Рим к папе, и проекты составили Баччо д'Аньоло, Антонио да Сангалло, Андреа и Якопо Сансовино, а также прелестный Рафаэль Урбинский, который с этой целью был отправлен во Флоренцию позднее, когда туда прибыл папа. Посему решил и Микеланджело сделать модель, высказав желание, чтобы только он, и никто другой, был главным руководителем архитектурных работ. Однако этот отказ от помощи и стал причиной того, что к работе не приступали ни он, ни другие, и, махнув на все рукой, названные мастера возвратились к своим обычным занятиям, а Микеланджело, собравшись в Каррару, получил предписание, чтобы Якопо Сальвиати выплатил ему тысячу скудо; однако, так как Якопо сидел запершись в своей комнате, обсуждая дела с какими-то горожанами, Микеланджело не пожелал дожидаться приема, но, ни слова не говоря, повернулся и тотчас же уехал в Каррару...
Много лет потратил Микеланджело на добычу мрамора; правда, добывая его, он лепил восковые модели и делал и кое-что другое для выполнения заказа, но дело это затруднялось так, что деньги, предназначенные папой на эту работу, были потрачены на войну в Ломбардии, и вся работа так и осталась незаконченной по случаю смерти Льва; ведь ничего другого сделано не было, кроме передней части фундамента, под фасад, а из Каррары на площадь Сан Лоренцо привезли большую мраморную колонну" Вазари.
Существенной помехой для завершения гробницы папы Юлия II Микеланджело был новый заказ папы Льва X. Если Юлий II отрывал Микеланджело от скульптуры и приказывал заниматься живописью, то новый папа повелевал ему стать архитектором и закончить фасад церкви Сан Лоренцо во Флоренции, где были погребены его отец, дед, прадед и многие другие представители дома Медичи. Напрасно Микеланджело отказывался, ссылаясь на свои обязательства перед наследниками папы Юлия, на то, что архитектура — «не его специальность», — ему пришлось подчиниться.
Достроить фасад церкви Сан Лоренцо - церкви Медичи во Флоренции - новый папа Лев Х решил во время своего пребывания во Флоренции в 1515 г. Первоначально к разработке проекта были привлечены многие архитекторы и скульпторы (Антонио Сангалло, Андреа и Якопо Сансовино, Рафаэль, Баччо д'Аньоло), 19 января 1518 г. заказ вторично получил один Микеланджело. Рисунки его проектов сохранились в Уффици и в Доме Буонарроти, где хранится также деревянная модель фасада.
Церковь Сан Лоренцо была построена в ХV веке Филиппо Брунеллески и находилась под особым покровительством семейства Медичи. Фасад церкви планировался как величественная архитектурная композиция, насыщенная скульптурными изображениями, статуями и рельефами. Микеланджело получил возможность проявить свой архитектурны талант. Он мечтал явить в монументальном фасаде «зеркало всей Италии».
В 1517 г. Микеланджело писал одному из приближенных папы, Домонико Буонинсеньи: «Я чувствую в себе достаточно сил сделать фасад Сан Лоренцо так, чтобы он стал зеркалом всей Италии».
Как к живому организму подошел Микеланджело к решению проекта фасада церкви Сан Лоренцо. Используя свой дар скульптора, свое знание античной культуры, он предполагал соединить в этом фасаде архитектуру и скульптуру. По сохранившихся набросках и модели фасада можно увидеть близость к классическим традициям Высокого Возрождения и творениям великого Браманте. Разделенный на два этажа раскрепованным карнизом и мощным аттиком, фасад завершался небольшим фронтоном. По вертикали первый этаж должен был члениться колоннами, а второй — пилястрами коринфского ордера. Между колоннами и пилястрами и в первом, и во втором этаже, в нишах должны были размещаться статуи и рельефы. Совершенствуя свой проект, Микеланджело усиливал значение рельефов и всей скульптурной части. Он исполнил глиняную и деревянную модели фасада, однако этому его проекту, как и ряду других, не суждено было осуществиться. Прискорбно, но Микеланджело не удалось завершить фасад церкви Сан-Лоренцо, но так и стоит по наши дни без всякой отделки.
Много сил и времени потратил он на заготовку мрамора в Карре. Но Медичи настаивали на том, чтобы добыча мрамора велась в новоприобертенных Флорецией карьерах Пьертрасанте. Микеланджело оказался в затруднительном положении, ему пришлось подчиниться приказу папы, чем восстановил против себя каррцев. Ему пришлось с большими трудностями строить новую дорогу от каменоломен к морю, частью на сваях, через горы и болта. Из шести монолитных колонн по дороге во Флоренцию пять были серьезно повреждены. Папа и кардинал Медичи потеряли терпение и растрогли договор на постройку фасада церкви Сан Лоренцо в 1520 г.
7.2 «Коленопреклоненные окна» Палаццо Медичи (1517)
"Возвратимся же к Микеланджело, который, вернувшись во Флоренцию и теряя много времени то на одно, то на другое, сделал тогда же для палаццо деи Медичи модель "коленопреклоненных" окон для угловых помещений, в которых Джованни да Удине отделал лепниной одну из комнат и расписал ее так, что не нахвалишься, а Пилото, золотых дел мастер, под его руководством забрал окна такими сквозными медными ставнями, поистине чудесными" Вазари.
Несмотря на свою занятость работой над гробницей папы Юлия II и новым проектом фасада церкви Сан Лоренсо, в 1517 г. Микеланджело за свое короткое пребывание во Флоренции принял участие в перестройке флорентийского палаццо Медичи: заложил открытую угловую лоджию флорентийского палаццо Медичи, выстроенного архитектором Микелоццо, придумав особую форму окон. Отделка внутренних помещений дворца Джованни да Удине и ставни Пилото не сохранились.
Прекрасный дворец, принадлежащем к наиболее известным образцам зодчества флорентийского кватроченто, был построен для Козимо Медичи архитектором Микелоццо в 1444-1464 гг. Члены семьи Медичи продолжали жить в Палаццо два века, затем его приобрела и кардинально перестроила семья Риккарди. Палаццо Медичи было закончено только в 1464 году, но уже в 1517 конструкция здания была подвергнута значительным изменениям: открытую галерею сделали закрытой, также было добавлено на первом этаже два окна работы Микеланджело.
Микеланджеловские окна получили название "коленопреклоненных" ("ginnocchiati"), с консолями под подоконниками, увенчанные треугольным фронтоном, в заложенных камнем больших фасадных арках первого этажа вилл, впоследствии часто применялись архитекторами позднего Ренессанса и маньеризма. Необычное впечатление от окон усиливается от контраста изящных рам с грубообработанными каменными глыбами фасада.
7.3 Христос, несущий крест (1519-1521)
"В это время он послал своего ученика пистойца Пьетро Урбано в Рим для работы над обнаженным Христом, держащим крест; эта чудеснейшая статуя, выполненная по заказу Антонио Метелли, была поставлена в Минерве рядом с главной капеллой" Вазари.
Работа над гробницей Юлия II растянулась на многие десятилетия, так как Микеланджело все время отвлекали другие заказы. В первые годы понтификата Льва X он усердно трудился над гробницей. В то время он получил лишь один новый заказ в 1514 году — на статую стоящего Христа для церкви Санта Мариа сопра Минерва в Риме от каноника собора св. Петра Бернардо Ченчи (находится на прежнем месте в римской церкви Санта Мариа сопра Минерва). Он сразу же принялся за нее, но закончил только в 1519—1520 годах во Флоренции. Хотя мастер положил на нее много труда, она не принадлежит к его удачным произведениям.
Статуя эта, вероятно, была немного испорчена одним из подмастерьев Микеланджело, Пьетро Урбано из Пистойи, помощником Микеланджело в 1506-1520 г. Перед тем, как выставить ее в 1521 году, Микеланджело еще раз прошелся по ней своим резцом, чтобы исправить главным образом лицо.
Перед Микеланджело стояла задача создать изображение воскресшего Христа, перешедшего рубеж земных страданий, он воплотил идею в образе, лишенным драматизма и динамики, отказавшись от многих привычных средств, в нем нет и следа той богатой и напряженной внутренней жизни, которой наделены «Моисей» или пророков Сикстинской капеллы. Статуя оказалась пресной, лишенной захватывающей эмоциональной и пластической энергии, которая неотделима от всех других работ Микеланджело этого десятилетия, хотя и обладает выразительным силуэтом и другими достоинствами.
Эта статуя изображает Христа, придерживающего руками большой крест, совершенно обнаженным, подобным античному атлету, но поза его не выразительна. Может быть, ни в одном другом произведении Микеланджело не выражена так ясно идея эпохи Возрождения о возможности синтеза христианства с античностью, как здесь. Эта мысль занимала тогда многие умы. Рафаэль проводил ее своей росписью «станц» Ватикана, гуманист, писатель и дипломат Бальдассаре Кастильоне делал такие же выводы в своем трактате «Котреджиано» («Придворный»).
Уже современники ценили эту статую преимущественно за совершенную передачу структуры человеческого тела. Себастьяно дель Пьомбо, венецианский живописец, друживший с Микеланджело, говорил,