Xreferat.com » Рефераты по культурологии » Современные научные картины мира

Современные научные картины мира

Исходя из сложной структуры фенотипа человека, можно сказать, что предметом евгеники, о которой шла речь выше, является только Один — первый из указанных элементов. Представители евгеники абсолютизируют именно его. В то жевремя социальные элементы фенотипа человека остаются вне их поля зрения. В этом состоит ограниченность позиции по­следователей данной теории.

Взаимодействие наследственности и среды в развитии чело­века имеет место на всем протяжении его жизни. Но особую важность оно приобретает в периоды формирования организма:

эмбрионального, трудного, детского, подросткового и юноше­ского. Именно в это время наблюдается интенсивный процесс развития организма и формирования личности.

Наследственность определяет то, каким может стать орга­низм, но развивается человек под одновременным влиянием обоих факторов — и наследственности, и среды. Сегодня ста­новится общепризнанным, что адаптация человека осуществля­ется под влиянием двух программ наследственности: биологиче­ской и социальной. Все признаки и свойства любого индивида являются, таким образом, результатом взаимодействия его ге­нотипа и среды*. Поэтому каждый человек есть и часть приро­ды, и продукт общественного развития.

С такой позицией сегодня согласно большинство ученых. Разногласие возникает тогда, когда речь заходит о роли наслед­ственности и среды в детерминации умственных способностей человека. Н.П. Дубинин пишет: "Ученые пытались показать наследование умственных способностей и пришли к противо­речивым результатам. Существует два мнения: первое, что ум­ственные способности наследуются генетически, и второе, что развитие умственных способностей определяется влиянием со­циальной среды"2.

Подобной точки зрения придерживается и академик А.А. Баев. "Вообще вопрос о генетической предопределенности интеллек­та человека и его творческих способностей, — пишет он, — не имеет однозначного с точки зрения генетики решения. Неко­торые крупные ученые не без основания считают, что ее не существует вообще". Хотя Баев и не отрицает некоторого влияния наследственности на интеллект, но при этом подчер­кивает, что осуществляется оно не непосредственно, а опосре­дованно. "Реализация записанной в ДНК наследственности вновом организме, — утверждает Баев, — осуществляется опо-средственно. Ее молекула — только генеральный "чертеж". Оп­ределенные участки ее служат матрицей для "штамповки" — синтеза молекул того или иного белка, который уже определяет признаки организма: цвет глаз и волос, особенности строения тела, деятельности физиологических систем, в конечном счете — всей конституции и в какой-то мере интеллекта, характера... Есть такие особенности генома, которые предопределяют или могут предопределить какие-то преимущества, успех в творче­ской деятельности музыканта или художника, ученого или ин­женера, артиста или спортсмена". В конце концов А.А. Баев делает вывод, что: "Творческие способности человека, вероят­но, предопределены многими генами, а кроме того, подверже­ны влиянию на их формирование и проявление социальных и вообще внешних условий".

В связи с вышеизложенным следует отметить, что точное определение самих умственных способностей также представ­ляет собой довольно трудную задачу. Ведь интеллектуальные способности весьма разнообразны и своеобразны. Человек может быть гениальным шахматистом и плохим артистом (поэтом, ма­тематиком и т. д.), и наоборот. Кроме того, сама процедура применения тестов на определение 10 имеет недостатки, кото­рые отмечают многие ученые. В частности, при определении 10 многое зависит от учета социальной среды, уровня и характера воспитания и образования испытуемых, их организованности, внимательности, собранности и даже темперамента. Более того, результаты тестирования зависят не только от испытуемых, но и от тестирующих — какие вопросы задаются, с какой целью, из какой области или деятельности и т. д. Так, если детям, вос­питанным улицей, задать вопрос о том, как надо вести себя в обществе, а детей аристократов спросить, например, о кулач­ном бое, то, по всей вероятности, 10 и тех, и других будет не­велик и во многом одинаков.

Таким образом, исчерпывающие сведения об умственных способностях людей с помощью 10 получить достаточно труд­но. "Тем не менее, — отмечает А.П. Пехов, — большое количе­ство независимых исследований, выполненных почти в 10 странах, свидетельствует о том, что индивидуальные различия в коэффициентах умственных способностей обусловлены как на­следственностью, так исредой"1. При этом автор ссылается на исследования американских ученых, которые определяли 10 у однояйцевых близнецов, воспитываемых вместе и раздельно, т.е. в условиях одинаковой и разной среды. Оказалось, что у раздельно воспитываемых близнецов различия между коэффи­циентами были большими, чем у близнецов, живущих вместе. В связи с тем, что генотип у однояйцевых близнецов идентичен, полученные результаты указывают на существенное влияние среды на умственные способности. То, что умственные способ­ности определяются не только наследственностью, но и средой, подтверждается и другими исследованиями.

Говоря о биологическом наследовании человека, следует иметь в виду, что не только положительные задатки, но и умст­венная неполноценность часто обусловлены генотипом. Так, если один из однбяйцевых близнецов, имеющих, как уже отме­чалось, практически одинаковый генотип, заболевает шизофре­нией, то в 69% заболевает ею и второй. В случае слабоумия у одного в 97% этот недуг проявляется и у другого, тогда как у разнояйцевых близнецов ь— только в 37%. Высокий процент умственно отсталых людей рождается тогда, когда один или оба родителя неполноценны в этом отношении. При исследовании родословной детей с умственной отсталостью оказывалось, что даже в том случае, когда родители были совершенно нормаль­ными, у них обнаруживались дяди или тети с подобными забо­леваниями.

3.5. Социобиология о природе человека

Хотя развитие человека во многом обусловлено биологически, не следует, однако, абсолютизировать это влияние. В связи с этим большой интерес вызывает такое совре­менное течение, как сопиобиология, о которой и пойдет речь ниже. Возникновение социобиблогии связано с выходом в 1975 г. книги американского энтомолога Э.0. Уилсона "Социобио-логия: новый синтез". В рамках этой концепции ставится зада­ча по-новому подойти к проблемам морали, свободы, агрессии, альтруизма, эгоизма и других качеств человека. Важнейшее ме­сто в ней отводится анализу возможностей и границ примене­ния аналогий между поведением животных и человека. Перво­степенное внимание при решении указанных проблем уделяет­ся принципам и понятиям дарвинизма, в том числе и естест­венному отбору. Используется широкая экстраполяция выво­дов, полученных при изучении животных, на поведение чело­века. С точки зрения методологии, наблюдается биологический и молекулярно-генетическии редукционизм: антропология сводит­ся к биологии, а последняя — к молекулярной генетике.

По мнению социобиологов, принципиальные изменения в представлении о природе человека должна внести теория геиио-культуриой коэволюции. Суть ее состоит в утверждении того, что процессы органической (генной) и культурной эволюции человека происходят совместно. Гены и культура в этой эволюции неразрывно связаны между собой. Однако ведущая роль все же отводится генам. Они оказываются конечными причинами многих человеческих поступков. Поэтому человек выступает на самом де­ле прежде всего объектом биологического знания. Уилсон определя­ет задачу социобиологии как "изучение биологических основ всех форм социального поведения у всех животных, включая челове­ка". Главные положения его теории сводятся к тому, что у чело­века не может быть "трансцендентальных" целей, возникших вне его биологической природы.

По мнению представителей теории геннокультурной коэво­люции, весьма вероятно, что человек наследует моральные чув­ства по биологическим каналам. Так, происхождение запретов кровнородственных браков (инцест) усматривается в поведении животных, из этого и выводятся биологические основания мо­ральных табу вообще. То же самое относится к агрессивности человека, которая якобы является неотъемлемой его чертой. Вот почему, скажем, война — это не что иное, как проявление внутривидовой агрессии. О характере социобиологических ана­логий и изысканий можно судить, например, по объяснению человеческой любви — как поведенческого механизма, обеспе­чивающего оптимальную связь между удовлетворяющими друг друга партнерами. Дело доходит до того, что даже сознание человека рассматривается в качестве инструмента только для исполне­ния биологических функций, "Человеческое сознание, — пишет Уилсон, — является устройством для выживания и воспроизводст­ва, а разум есть всего лишь один из инструментов для биологи­ческого воспроизводства".

Оценивая концентрацию социобиологов, нельзя отрицать продуктивности и эвристической ценности идеи коэволюции. Но сразу же следует дистанцироваться от спекуляций на ней представителей современного социал-дарвинизма, расизма и евгеники.

Коэволюция как взаимодействие биологического и социального в развитии человека и общества действительно имеет место. Бо­лее того, следует особо подчеркнуть, что человек (и человечество) может развиваться только в единстве с природой, т.е. в рамках коэво­люции. И то, что мы сегодня называем этим словом, было осмыс­лено и понято замечательным русским ученым В.И. Вернадским еще в начале нашего столетия. Именно он впервые научно обосновал тесную взаимообусловленность человека (человечества) и природы, и прежде всего человека и биосферы.

Но главное заключается в том, в какой мере и до какого предела признаются влияние биологического на социальное и биологическая детерминация поведения человека. Биология, гены, конечно же, определяют поведение человека, он не мо­жет вырваться за пределы своей биологической природы, даже если бы очень захотел. Есть и эволюционная связь человека с животным, и определенные аналогии между их поведением. Другими словами, существуют биологические основы социально­сти человека.

Однако объяснять развитие и поведение человека преимущест­венно в терминах и рамках биологии, как это делают представите­ли социобиологии, было бы неверно. На самом деле биологическое и социальное в человеке, как мы уже отмечали, находятся в тесной взаимосвязи. Младенец, попавший в условия существова­ния животных, даже если и выживает физически при благоприят­ных обстоятельствах, однако не станет человеком, во всяком слу­чае полноценным. Для этого индивиду нужно пройти определен­ный период социализации. Нельзя не присоединиться к мнению о том, что "Ребенок в момент рождения лишь кандидат в человека, но он не может им стать в изоляции: ему нужно научиться быть человеком в общении с людьми". Другими словами, вне социаль­ных условий одна природа еще не делает человека человеком.

Еще один аспект влияния социального на биологическое в человеке состоит в том, что биологическое в человеке осуществ­ляется и удовлетворяется в социальной форме. Природно-биологическая сторона существования человека опосредуется и "очеловечивается" социокультурными факторами. Это касается и удовлетворения таких сугубо' биологических потребностей, как продолжение рода, еда, питье и т. д. Правда, следует отме­тить, что "очеловечивание" природы на практике не всещаоз­начает ее облагораживание.

Порой индивид неадекватными действиями и поведением может наносить ущерб собственной природе, здоровью, как и все общество способно пагубно влиять на свою природную сре­ду. Подобное влияние сегодня налицо и представляет собой важнейшую экологическую проблему. Решение ее связано с физическим выживанием и развитием человека.

Таким образом, при рассмотрении роли биологических и социальных факторов в развитии человека следует избегать крайностей как панбиологизма, так и пансоциологизма. В пер­вом случае человек низводится до уровня животного. Во вто­ром — предстает как 1аЬи1а гаяа (чистая доска), на которой среда пишет его развитие.


3.6. Социально-этические проблемы. генной инженерии человека

Этические аспекты генной инженерии выражают частный, хотя и очень значимый вопрос, входящий в круг про­блем, рассматриваемых биоэтикой. Последняя включает в себя этические регулятивы отношения к живым существам, в том числе и человеку. Как уже отмечалось, биоэтика сформировалась сравнительно недавно — в конце 60-х — начале 70-х гг. Ее воз­никновение обусловлено прежде всего достижениями медици­ны и ее техническим перевооружением. Достижения медицины определили успех таких ее направлений, как генная инжене­рия, трансплантация органов, биотехнология и т. д. А эти успехи, в свою очередь, обострили старью и вызвали новые мораль­ные проблемы, с которыми сталкивается врач в общении с па­циентом, его родственниками и даже со всем обществом.

Проблемы, о которых идет речь, возникли как неизбеж­ность и часто не имеют однозначного решения. Они становятся очевидными, когда мы задаем такие вопросы: с какого момента следует считать наступление смерти (каков ее основной крите­рий? Допустима ли эфтаназия (легкая смерть)? Имеются ли пределы поддержания жизни смертельно больного человека и если да, то каковы они? С какого момента зародыш следует счи­тать живым существом? Допустимо ли преждевременное пре­кращение беременности, убийство ли это живого существа? В одном ряду с этими вопросами находится и проблема генной инженерии человека. Ее можно сформулировать так: допустимо ли, с точки зрения моральных норм, хирургическое вмешательство в генотип человека?

Актуальность генной инженерии человека обнаруживается сра­зу, как только мы обратимся к необходимости лечения больных с иаеяедственными болезнями, обусловленными геномом1. При этом особенно важна забота о будущих поколениях, которые не должны расплачиваться собственным здоровьем за недостатки и ущерб­ность своего генома и генофонда сегодняшнего поколения.Проблемы, связанные с генной инженерией, сегодня, без преувеличения, приобретают глобальный масштаб. Заболевания на генном уровне все чаще обусловлены развитием цивилиза­ции. В настоящее время человечество пока не склонно отка-, заться от определенной части техники и технологий, несу­щих не только комфорт и материальные блага, но и деграда­цию естественной среды обитания людей. Поэтому в ближай­шей перспективе будут иметь место побочные явления научно-технического прогресса, отрицательно влияющие на организмы человека. Развитие атомной энергетики, получение синтезиро­ванных химических соединений, использование гербицидов в сельском хозяйстве и т. д. создают новую природную среду, ко­

торая очень часто, мягко говоря, не является идеальной для здоровья человека. Повышенная радиация и увеличение доли химических веществ в пище и атмосфере становятся фактора­ми, вызывающими мутации у человека. Многие из них как раз и проявляются в виде наследственных болезней и аномалий.

Имеющиеся исследования свидетельствуют о том, что у со­временных поколений около 50% патологий обусловлены теми или иными нарушениями в структуре и функциях наследствен­ного аппарата. Каждые 5 новорожденных из 100 имеют выра­женные генетические дефекты, связанные с мутациями либо хромосом, либо генов.

Следует отметить, что генотипические факторы играют важную роль не только в появлении физических болезней, но также и в развитии отклонений в психической деятельности человека. Так, в результате проведенных исследований выяснилось, что около 50% усыновленных детей, родители которых были психически больны, даже попав с годовалого возраста в нормальную семью, в последующем страдали психическими за­болеваниями. И наоборот, дети, родившиеся от нормальных родителей, попадая в условия психически больных семей, не отличались по частоте заболеваний от нормальной популяции. Имеются также данные о влияние биологических факторов на предрасположенность к различного рода отклонениям от нор­мального поведения, в частности к правонарушениям.

Необходимость исправления "ошибок природы", генной те­рапии наследственных болезней выдвигает на первый план та­кую область молекулярной генетики, которую называют генной (или генетической) инженерией. Генная инженерия — это раздел молекулярной биологии, прикладная молекулярная генетика, зада­чей которой является целенаправленное конструирование новых, не существующих в природе сочетаний генов при помощи генети­ческих и биохимических методов. Она основана на извлечении из клеток какого-либо организма гена или труппы генов, со­единении их с определенными молекулами нуклеиновых ки­слот и внедрении полученных гибридных молекул в клетки другого организма.

Генная инженерия, безусловно, открывает широкие просторы и множество путей решения проблем медицины, генетики, сельского хозяйства, микробиологической промышленности и т. д. С ее помощью можно целенаправленно манипулировать генетиче­ским материалом с целью создания новых или реконструкции ста­рых генотипов. Имеющиеся достижения в этой области показы­вают перспективность генной терапии наследственных болезней.

Однако возникает законный вопрос о социально-этической оценке и значимости генной инженерии вообще и генной те­рапии человека в особенности. Спрашивается, где гарантии того, что генная терапия не будет использована во вред челове­ку, как это произошло со многими открытиями в области фи­зики, химии и других наук. Иными словами, человечество столкнулось с дилеммой: затормозить прогресс или дать миру новые источники тревог.

На этот вопрос предлагаются различные ответы. Некоторые ученые, например академик Н.П. Дубинин, полагают, что надо вести борьбу за "охрану существующей наследственности челове­ка" и не пытаться "заменить эту наследственность чем-то кажу­щимся в данное время лучшим"1. Он считает, что наследствен­ность современного человека не нуждается в улучшении и оспари­вает правомочность вмешательства в естественный процесс. Дру­гие ученые, в частности А. Нейфах, призывают различать невеже­ственное вмешательство в наследственность человека и катастро­фическое по своим последствиям невмешательство.

Возникает проблема, связанная и с тем, что генная терапия основана на введении в организм чужеродного генетического ма­териала. А это означает непосредственное вмешательство в гено­тип человека. На данном основании некоторые авторы также выступают против генной инженерии.

Думается, что при существующем уровне развития генной инженерии большинство ученых не возьмут на себя смелость дать однозначный ответ на все возникающие вопросы. Но вме­сте с тем, по всей вероятности, возражение против генной ин­женерии на том основании, что в организм человека вводится чужеродный материал, явно устарело. Достаточно привести в пример факты, доказывающие, скольким людям помогли опе­рации по трансплантации органов, спасшие им жизнь. Эти операции воспринимаются сегодня как нормальное явление и не вызывают каких-либо серьезных возражений этического плана. Кроме того, в случае введения в организм генетического материала вместо аналогичного, но не справляющегося со своими функциями, вообще не будет происходить изменение генома. И наконец, противникам генной инженерии следует иметь в виду, что любое лекарственное вещество, введенное в организм, является для него чужеродным телом и довольно часто сопровождается отрицательными последствиями.

На наш взгляд, люди, связывающие исследования генома человека с покушением на свободное развитие личности и вы­ступающие в связи с этим за их приостановление, вольно или невольно допускают возможность ограничения процесса по­знания вообще. Но этого, в принципе, сделать нельзя. Новые знания, получаемые человеком, — это естественный фактор его собственной эволюции. Само познание, научные исследования не несут в себе ни добра, ни зла. Главное, в чьих руках (или в каких головах) они находятся. Открытие атома автоматически не влечет за собой угрозу атомной войны или Чернобыль.

Исследование молекулярного строения генома способствует раскрытию механизма индивидуального развития человеческого организма и ведет к более глубокому пониманию эволюции чело­века. Эти исследования открывают путь к решению практических задач, так как помогают вскрыть генную основу наследственных болезней и в итоге утверждают генную диагностику и терапию.

Противникам генной инженерии человека можно ответить, что в конце концов людей-роботов можно получить и без участия генетики. В большой степени этого можно добиться путем соци­ально-политического, идеологического, педагогического и других форм манипулирования сознанием людей. Исторический опыт богат такими примерами. Но вместе с тем история свидетельству­ет, что рано или поздно наука обязательно выходит за рамки лю­бых запретов. Другое дело, в использовании достижений науки должен действовать этический кодекс ученого, в данном случае — жесткие рамки биоэтики, понимание того, что главное — не навредить здоровью человека, не нанести вреда личности. Что касается России, то сегодня она серьезно отстает от передовых стран в области развития генетики. И отказ от исследования в этой области еще более усугубит положение.

В заключение отметим, что генная инженерия, открывая большие перспективы в лечении наследственных болезней, становится подлинно научной альтернативой евгенике. Ибо она не стремится вывести элитарную "породу" людей в противовесосновной массе населения, а ставит своей задачей исправить ' недостатки природы, помочь избавить человечество от наслед»» ственных недугов. Конечно, при этом нельзя забывать, что ее успехи возможны только при одновременном улучшении и соци­альных условий жизнедеятельности человека. Лишь в условиях благоприятной природной и социальной среды можно стабили­зировать геном и генофонд человека.


3.7. "Бессознательное и сознательное в человеке


С вопросом биологического и социального тесно связана и проблема бессознательного и сознательного в человеке. На протяжении длительного времени в науке и философии • доминировал принцип антропологического рационализма: чело­век, мотивы его поведения и само бытие рассматривались только как проявление сознательной жизни. Этот взгляд нашел яркое воплощение в знаменитом высказывании французского ученого и философа Р. Декарта: "Со&Ио егво зшп" ("Мыслю, сле^ довательно, существую"). Человек в данном случае выступал лишь как "человек разумный". Но начиная с Нового времени в учении о человеке все большее место занимает проблема бессознательного. Такие мыслители, как Лейбниц, Кант, Кьеркегор, Рартман, Шо­пенгауэр, Ницше, начали анализировать роль и значение психиче­ских процессов, не осознающихся человеком, с разных сторон.

Однако определяющее влияние на разработку этой проблемы оказал 3. Фрейд, открывший целое направление в учении о чело-» веке и утвердивший бессознательное как важнейший фактор челове­ческого измерения и существования. Он представлял бессознатель­ное как могущественную силу, которая противостоит сознанию? Согласно его концепции, психика человека состоит из трех пластов. Самый Нижний и мощный шаст — "Оно" — на­ходится за пределами сознания. По своёму объему он сравним с подводной частью айсберга. В нем сосредоточены различны биологические влечения и страсти, прежде всего сексуального" характера, и вытесненные из сознания идеи. Затем следует сравнительно небольшой слой сознательного — это "Я" чело­века. Верхний пласт человеческого духа — "Сверх-я" — это идеалы и нормы общества, сфера долженствования» и моральная цензура.

По Фрейду, личность, человеческое "Я" вынуждено посто­янно терзаться и разрываться между, образно говоря, Сциллой и Харибдой — неосознанными влечениями и побуждениями "Оно" и нравственно-культурной цензурой "Сверх-Я". В итоге оказывается, что собственное "Я" — сознание человека не является "хозяином в своем собственном доме". Именно сфера "Оно", всецело подчиненная принципу удовольствия и наслажде­ния, оказывает решающее влияние на мысли, чувства и поступки человека. Поэтому сам человек — прежде всего существо, управляемое и движимое сексуальными устремлениями и сек­суальной энергией (либидо).

Драматизм человеческого существования, по Фрейду, "усили­вается тем, что среди бессознательных влечений имеется и врожденная склонность к разрушению и агрессии, которая нахо­дит свое предельное выражение в "инстинкте смерти", противо­стоящем "инстинкту жизни". Внутренний мир человека оказал­ся, следовательно, еще и ареной борьбы между двумя этими влечениями. В конце концов Эрос и Танатос1 рассматриваются Фрейдом как две наиболее могущественные силы, определяю­щие поведение человека.

Таким образом, фрейдовский человек получился сотканным из целого ряда противоречий между биологическими влечения­ми и социальна обусловленными нормами, сознательным и бес­сознательным, инстинктом жизни и инстинктом смерти. Но в итоге биологическое бессознательное начало оказывается у него определяющим. Человек, по Фрейду, — это прежде всего эротиче­ское существо, управляемое бессознательными инстинктами.

Проблема бессознательного интересовала и швейцарского психолога и культуролога К.Г. Юнга. Однако он выступил про­тив трактовки человека как существа эротического и попытался более глубоко дифференцировать фрейдовское "Оно". В частно­сти, Юнг выделил в нем, помимо "личностного бессознательного" как отражение в психике индивидуального опыта, еще и более глубокий слой — "коллективное бессознательное", которое являет­ся отражением опыта предшествующих поколений.

Содержание коллективного бессознательного составляют, по Юнгу, общечеловеческие первообразы —-

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: