Xreferat.com » Рефераты по культурологии » Монашество в Буддизме

Монашество в Буддизме

они вплотную были связаны с неотъемлемой частью чаньской школа — боевыми искусствами (зарождение и развитие см. в «Боевые искусства»). Общеизвестен факт, что монахи в период смут и политической нестабильности нередко нападали на купеческие караваны, принуждая купцов и других состоятельных людей платить монастырю пошлину. Сам император периодически обращался к монастырям за военной помощью, за что расплачивался обширными земельными угодьями. Так, например, они помогали основателю династии Тан (618-907гг) — императору Гаоцзу — в борьбе с мятежным генералом Ван Шичуном, получив за это 40 цинов пахотной земли

Однако в последующие эпохи, начиная с кон. XI— нач. XII в., шаолиньские монахи стали принимать активное участие в деятельности тайных религиозно-политических объединений и народных сект, которые чаще всего имели антиправительственную направленность. Поэтому монастырь нередко подвергался опале и преследованию со стороны официальных властей.

В Индии: поскольку достижение Нирваны происходит с помощью бодхисатв, то верующие старались добиться их расположения, делая богатые подношения. В первые века нашей эры буддийские монастыри превратились в крупных собственников, которым цари — последователи буддизма, а также знать дарили земли, давали большие денежные суммы, различные ценности.


Вывод: В Японии правительство, с одной стороны, старалось контролировать все аспекты деятельности буддистов, но с другой, — учитывая большое значение этой организации в создании твердой идеологической ос­новы для управления страной, мало препятствовало ее внутрен­нему укреплению, прежде всего экономическому, создавая тем самым предпосылки для превращения церкви в автономный элемент социальной структуры. Развитие буддийской церкви проходило в борьбе этих двух противоборствую­щих тенденций, преимущественно преобладала первая.

В Китае буддийская церковь была полностью вне государства и влияние последнего на монашеские общины было минимальным.

В Индии положение буддийских монастырей было весьма завидным, пока эта религия не была вытеснена индуизмом (которому сейчас следует более 80% населения).


  1. Боевые искусства.

Буддизму свойственно стремление развить этическую самодисциплину и способность к концентрации с тем, чтобы личность была в состоянии сосредоточиться на реальности, мудро проникая в суть вещей и преодолевая заблуждения; а также разрешить собственные проблемы и максимально помочь окружающим. Боевые искусства являются техникой, дающей возможность развить те качества личности, которые могут быть использованы для достижения той же самой цели.

Самой известной школой чань-буддийского направления была шаолиньская школа у-шу борьбы и кулачного боя, включавшая в себя обширный комплекс приёмов без оружия и с применением различных его видов. В эту систему входили также методы и приёмы общей морально-психологической и психофизической подготовки.

Применение в рамках одной из буддийских школ приёмов искусства боевого единоборства, противоречащих по своей сути подчеркнуто миролюбивому характеру этического учения буддизма, требовало объяснений и множество версий, зачастую очень противоречивых и взаимоисключающих, стало возникать ещё в период становления шаолиньских школ у-шу. Многочисленные попытки объяснить, как и почему в чань-буддизме стало практиковаться боевое искусство, предпринимаются и в настоящее время, но сколько-нибудь исчерпывающего объяснения этого феномена до сих пор нет.

Название этой школы происходит от крупнейшего и древнейшего центра чань-буддизма и всей китайской махаяны — монастыря Шаолиньсы, история которого тесно связана с историей школы чань. Следует сказать несколько слов о его основателе. Им считается легендарный основоположник школы чань и её первый патриарх буддийский миссионер Бодхидхарма, прибывший из Южной Индии в конце Vв. И передавший своему первому китайскому ученику Хуэйкэ эзотерическое учение «о внезапном просветлении».

В те далёкие времена горы Суншань были покрыты густым лесом, в котором прятались разбойники, постоянно нападавшие на безоружных монахов, да и вообще, в это время в Китае существовало огромное количество воюющих княжеств: в стране царил хаос. В течение длительного времени Бодхидхарма сосредоточенно размышлял о том, какие методы могут быть приемлемыми для того времени и для тех условий; он разработал то, что в последствии стало известно как боевые искусства. К счастью, Бодхидхарма, будучи из княжеского рода, принадлежавшего к сословию кшатриев, владел приёмами индийского боевого искусства (ваджрамушти), которым обучился до того как стал последователем буддизма. Китайские ученики стали развивать и совершенствовать это искусство дальше, в результате чего и возникла «шаолиньская школа». Но, как уже говорилось, традиционные версии не объясняют, почему шаолиньская школа с самого начала носила ярко выраженный наступательный характер и ударам в ней придавалось гораздо большее значение, чем защитным блокам (которые, кстати, были более характерны для даосов). К тому же указанные в традиционных версиях мотивы не согласуются с тем, что «шаолиньская школа» включает искусство фехтования различными видами холодного оружия, метание, стрельбу из лука, эти виды никак не назовёшь оборонительными.

Занятия боевым искусством стали обязательной и важной частью программы обучения монахов, продолжая играть эту роль в течение многих столетий, хотя, по преданиям, обитатели Шаолиньсы вскоре расправились с досаждавшими им разбойниками. А со временем боевое искусство этой школы приобрело такую известность, что мало кто осмеливался нападать на её представителей, случалось даже наоборот (см. гл.5).


Дзэн, естественно, тоже утверждает, что к Просветлению можно прийти через совершенствование в боевых искусствах (т.к. дзэн был «иммпортирован» из Китая). Приёмы боя, рождавшиеся в дзэнских монастырях, со временем дали начало множеству стилей и направлений. Это и фехтование (кэндо), использующее как боевые мечи, так и фехтовальные бамбуковые палки; и восточный бокс (в Японии кэмпо, в Китае кунфу); и дзюдо или айкидо, предназначенные для самообороны.

В тренировках использовались дзэнские приёмы отработки навыков дыхания, концентрации внимания, перевода действий с уровня сознательного на уровень мгновенной, спонтанной и естественной реакции. Выработать эти качества помогали бег по крутому склону, плавание со связанными за спиной руками, стрельба с коня на скаку. Основная задача, которая ставилась перед тренирующимся, определялась его возможностями. «Благородный муж обретает единство с Дао, и таким образом хранит свою истинную сущность, достигая состояние святого — бессмертного, — писал известный мастер Ли Цюэнь. — Менее совершенный человек изучает боевые искусства, а не совершенный борется только ради славы и выгоды». Таким образом, истинным мастерством считалось умение вести поединок в состоянии слияния «с истинной природой вещей».

На острове Окинава наивысшего развития достиг местный комплекс ритуальных боевых искусств китайского происхождения. Он носил название тодэ ( кит. «рука династии Тан» ). В 30-е годы ХХ столетия на основе этих систем в Японии возникло каратэ. Это синтез индийских навыков дыхания, древнекитайских упражнений, японских боевых стоек. (Как мы выяснили выше, именно в такой последовательности развивались буддийские боевые искусства).

В индийском буддизме не существовала традиция боевых искусств; что-либо подобное не развилось позднее ни в Тибете, ни в Монголии, куда буддизм проник из Индии. Будда учил о тонких энергиях тела и работе с ними. Поскольку разработанная для Китая система боевых искусств также имеет дело с тонкими энергиями тела, она согласуется с буддизмом. Однако в боевых искусствах энергии тела описываются с точки зрения принятого в Китае традиционного представления об этих энергиях, которое мы находим в даосизме…


Вывод: В дзэн-буддизме присутствуют определенные влияния воинской традиции Японии, что «оправдывает» наличие «необоронительного» характера боевых искусств. Этой традиции присуща очень суровая дисциплина: верующий должен сидеть в безупречной позе, при нарушении которой его бьют палкой.

В Китае методы психофизической подготовки предназначались не только для самозащиты и выполняли не только терапевтические и общеукрепляющие функции, но и рассматривались как важнейшее средство практической реализации основополагающих принципов чань-буддизма. Это средство стало обязательным элементом психофизической тренировки монахов не в силу случайного стечения обстоятельств, а потому, что это соответствовало общим тенденциям развития школы чань и было обусловлено глубокими внутренними закономерностями этого развития. Случайные совпадения, связанные с Бодхидхармой, могли лишь создать благоприятные условия для проявления этих закономерностей, но не могли обусловить столь длительный и устойчивый интерес к боевому искусству.

Всё это противоречило фундаментальным принципам буддийской морали (принцип не-насилия — первая заповедь), хотя с другой стороны, как уже упоминалось, буддизм всегда адаптируется к местным традициям, образу мышления и т.д., в этом отношении это самая гибкая религия.

Празднества

Буддийская сангха помимо обычных монастырских церемоний (в них частично участвовали и буддисты-миряне) устраивала и торжественные публичные празднества.

Одно из них включало процессию буддийских изображений на повозках. Для Индии существуют несколько описаниями этих празднеств.

Так, Фа-сянь на рубеже IV и V вв. наблюдал такое празднество. Он говорит о нем, как о проходящем раз в пять лет собрании буддий­ских монахов. Вероятно, при этом собирались монахи группы монастырей, которые обладали полнотой власти и символизировали общину - сангху, состоявшую из пяти групп (составных частей).

На праздники в Каштаре по приглашению царя монахи четырех сторон света «собираются подобно облакам вместе». Место сбора богато украшениями. Здесь устанавливали балдахины и подвешивали шелковые фраги, из­готовляли золотые и серебряные цветы лотоса, украшали трон и сиденья для монахов. Царь и его министры приносили в процессе собрания дары. Затем царь верхом на коне, взяв необходимые для монахов предметы, вместе с министрами передавал все это монахам.

Сюань-цзан описывает буддийский праздник в важном центре северного буддизма - в Куче. Вне «главного города», у его западных ворот, справа и слева от дороги, были установлены статуи Будды высотой 90 футов. Перед статуями — место, где проходило буддийское собрание. И каждый год во время осеннего равноденствия на протяжении девяти дней проводилось со­брание буддийских монахов всей страны. По этому случаю царь и весь народ откладывали свои дела и становились участниками религиозного празднества. Они слушали чтение священных текстов — так проходили дни. Все монастыри имели богато украшенные (в том числе драгоценностями) изо­бражения Будды, покрытые шелковыми тканями. В соответствующее время провозили повозки со статуями, что называлось "процессией изображений". Посмотреть на это стекались тысячные толпы народа .

Фа-сянь лично наблюдал буддийское празднество в Хотане. Жители столицы, начиная с первого дня четвертого месяца, подметали, поливали и укра­шали улицы города. Над городскими воротами они устраивали большой, бо­гато декорированный навес. Именно здесь во время празднества находились царь, царица, придворные дамы. Первая процессия устраивалась мо­нахами сангхарамы. Недалеко от города они сооружали громадную повозку, оформленную в виде движущегося павильона высотой в тридцать футов. Здание было богато украшено, вверху развевались шелковые полосы и занавески. В здании помещались фигура Будды и двух бодхисатв, подвешивались золотые, серебряные, нефритовые фигурки деват.

Когда повозка приближалась к городским воротам, царь снимал корону и царское одеяние и, надев другое (очевидно, монашеское), босой, в сопро­вождении помощников двигался навстречу повозке, держа в руках цветы и курильницу. Приблизившись к повозке, он в знак почтения преклонял голо­ву, разбрасывал цветы и возжигал курильницу. У входа в город царица и придворные бросали на повозку цветы.

Так проходил первый день празднества. Затем такое представление устраивалось ежедневно другими сангхарамами, причем каждый раз оформ­ление повозки было иным. Праздник продолжался 14 дней - по числу имев­шихся в Хотане больших сангхарам.

В «Анналах страны Ли» рассказывается, что празднество проводилось в первый весенний месяц. Монахи сопровождали крупные изображения по северной улице города. В празднестве участвовали «обе сангхи» (т.е. муж­ская и женская). Празднество проходило на холме Гошринга, «где од­нажды останавливался Будда», в нем участвовали царь, знать, землевла­дельцы. Крупные религиозные изображения везли на повозках.

Следует иметь в виду, что такие празднества организовывались и буд­дистами Индии. Фа-сянь рассказывает о процессии повозок с изображения­ми в Индии, в Паталипутре. Там для этого употреблялись повозки на четырех колесах. На них устраивалось пятиярусное сооружение, напоминающее пагоду, которое покрывалось белыми хлопчатобумажными тканями с цветными изображениями божеств. Они были украшены золотом, серебром и стеклом; на них водружались изображения божеств, висели знамена и балдахины. С каждой из четырех сторон было святилище, в котором имелось изображение сидящего Будды, сопровождаемое бодхисаттвой. Повозок было двадцать, и каждая отличалась от остальных. Слышалась музыка, люди приносили цветы, возжигались курильницы. Посмотреть и принять участие в ритуальной процессии собирались все мона­хи и жители страны. Изображения оставались в городе до следующего дня. Всю ночь горели светильники, совершались жертвоприношения, раздавались звуки музыки, люди танцевали - и все это в честь богов. «Церемония - заключает Фа-сянь, - такая же, как и в других буддийских странах».

В Индии, как пишет И-цзин, в VII в., в ночь четырнадцатого дня, когда сезон дождей заканчивался, монахи приглашали своего главного занять место на высоком троне и читать буддийские сутры. «Следующим утром все они совершают обход деревни или города и благоговейно почитают все чайтьи. Они тащат многоярусные повозки, несут на носилках священные изображения, высоко поднятые знамена и балдахины, развевающиеся и закрывающие солнце. Это называется Samagri , что переводится "согласие" или "скопление (народа)". Все великие дни подобны этому дню». Этот день в Китае, - пишет И-цзин, —называют «Церемония обхода города».

Согласно японскому ученому К.Косуги и западному исследователю А.Соперу, смысл буддийской церемонии «статуи богов на колесницах» был следующий. При ежегодном празднестве, связанном с днем рождения Будды, каждый мог видеть священные статуи, причем в движении. В то же время, церемония вновь подтверждала значение буддийской веры и авторитет церкви. Когда изображение Будды ввозили через ворота в запруженные народом город, это было символической параллелью «первым семи шагам», которыми младенец Будда вошел в символическое владение миром. В действии участвовали царь (правитель) - высший авторитет, он приветствовал Будду и поклонялся ему, что напоминает приветствие Будды после его рождения богами и людьми. Вместе с тем это освещало и авторитет царя.

Эту церемонию (в описании Фа-сяня и Сюань-цзана) современные исследователи связывают с днем рождения Будды. С таким объяснением в целом можно согласиться. Следует отметить, что буддийские празднества сопровождались рели­гиозными представлениями. В «Анналах страны Ли» содержится предание о таком представлении, артистами в котором были небесные девы. Само представление посвящалось деяниям Шакьямуни. Реально они организовы­вались в монастырях. Так, например, в хотанском монастыре ежегодно, в седьмой и восьмой день первого месяца, в середине дня, проходили драматические представления, сюжеты которых выбирались из деяний Будды.

Драматические представления обозначались термином по-1е — это ти­бетское произношение хотаносакского nalai, в свою очередь происходяще­го из пракритской формы палаца (Др.-инд. паtа1са). Тексты драм в хотаносакских материалах отсутствуют, но ссылки на их былое существование имеются.

Во время работ А.Лекока в пещерном храме у Кизыла найдены фраг­менты рукописей. Несомненно, они имели индийское происхождение и лишь позже доставлены в Турфан и написаны письменностью брахми, причем шрифт характерен для кушанского времени. Рукописи были в употребле­нии очень длительное время, их уже в древности подновляли, отдельные знаки и слова заново выписывали, производили мелкие улучшения текста. Все это сделано в Центральной Азии, ибо шрифт вставок - центрально-азиатский брахми. Это драмы буддийского содержания. Языком части персонажей является санскрит, других — пракрит. Эти фрагменты древнейшие образцы индийской драмы. Можно думать, что в северных оази­сах исполнялись драмы с санскритско-пракритской речью персонажей.

Вывод: В отношении празднеств не существует каких-либо ярко выраженных особенностей, даже с учётом разных национальностей (быть может это связано с наличием общих традиций азиатских народов). Зато, очевиден социально-прокламативный характер этих красочных религиозных празднеств.


Заключение

Подводя итог по проделанной работе, надо заметить, что Буддизм — феномен, который не повторился больше за всю историю человечества ни в одной другой культуре; он лишь был экспортировано в другие страны и воспринято там в зависимости от силы воздействия местных устоев, культурных особенностей и традиций. Это также уникальное историческое явление в развитии любого общества, принимающее различные формы выражения.

Соответственно, уникально и монашество в буддизме. Интересна не только организация этого религиозного института, которая варьировала и значительно изменялась в разных странах-реципиентах, но и сами этические нормы. Например, Будда понимал, что все люди неодинаковы и обладают разными характерами и склонностями, и поэтому он никогда не выдвигал какую-либо одну догматическую систему, а обучал различным системам и методам в зависимости от индивидуальности обучаемого. Буддисты считали авторитетом не какую-то абстрактную догму, не канон или трактат, но учителя. Именно его слова, а не строки писаний, и были для них воплощением учения. Благодаря этому буддизм, с одной стороны, всегда оставался учением живым, личностным, а с другой — был определенно пластичен, менял свою форму в зависимости от учителя и эпохи. Кроме того, чань буддизм считает, что истинным учителем, точнее «учителем в последней инстанции», может являться лишь сам человек, который открывает истину в себе и для себя.

Буддийский монастыри с давних пор были очагами письменности и образованности вообще, более того, они по-прежнему выступают в качестве крупных учебных заведений, которые являются центрами просвещения и искусства. Творческая раскрепощенность чаньского и дзэнского сознания во многом повлияла на формирование богатой художественной и эстетической традиции Японии, Китая и других стран.

Современная жизнь монаха, как и в прошлые века, — сложнейший комплекс принципов, сформулированных великими патриархами, (примечательно, что хотя в современных чаньских монастырях существуют строгие кодексы и уставы, превыше них стоит целый ряд сутр, где сформулированы принципы миросозерцания, достойные истинных монахов). Но эти принципы очень гибко и интенсивно изменялись по мере необходимости. Самым активным в этом отношении был Китай, изменивший главному канону — принципу не-деяния (увэй), как мы рассмотрели, связанного с особым почитанием труда; затем, гармоничное внедрение (как основного стержня самосовершенствования монаха) боевых искусств в абсолютно мирное учение и т.д.

В условиях религиозной неоднородности общества монополизирование какой-либо религиозной системы сопровождается утверждением её главенствующего положения по отношению к другим религиям и таким образом превращение её в идеологию. Так случилось в Японии, что не могло не отразиться на монашестве как социальной прослойке. В Лаосе, Камбодже и Таиланде руководство церковью принадлежит главам государств. В странах, где сильно влияние Буддизма, сохраняется множество монахов: достаточно сказать, что в Камбодже монахом является каждый двадцатый мужчина.

Значительно отличался социальный статус буддийских монахов, который, в свою очередь, влиял на престижность этой социальной группы, на отношения к ней других слоёв населения. Если в Индии этот статус был очень высоким и гарантировал почтительное отношение со стороны большинства населения, а значит, и готовность оказывать монахам материальную поддержку, то в Китае он был намного ниже и отношение к монахам варьировалось от весьма уважительного до откровенно пренебрежительного или даже погромного настроения.


Несмотря на всю привлекательность буддийского учения, с его оккультными таинствами и свободой мировосприятия и мироощущения, мне кажется, что Христианская религия со строгими канонами и прочными устоями стоит на порядок выше в отношении способности воспитывать духовность и нравственность верующего. И пусть «члены» сатанинских сект, возникших в «противовес» Христианству, считают представителей этой религии откровенными мазохистами, именно в умении подавить в себе низменное, животно-бессознательное и есть величайшая сила этой религии.


Список использованной литературы:

  1. Н.В. Абаев «Буддизм: история и культура» —М.,1989— С.—174-182

  2. Игнатович «Буддизм в Японии: очерки ранней истории» — М.,1991—

С.119-144.

  1. Н.В. Абаев «Чань-буддизм и культурно-психологические традиции в средневековом Китае » —Новосибирск «Наука»1990 — С.121-131.

  2. Репс «Плоть и кость Дзэн». — ? — С.27-28.

  3. Энциклопедия «Религии мира» — Т.6, Ч.2;— Москва1996, « Аванта + » — С.—5, 8-12, 27-29, 41-43.

  4. Е.П. Блаватская «Из пещер и дебрей Индостана» — МП «Муза»1991 — С.—173-179.

  5. Кочетов А.И. «Буддизм» — М.,Политиздат,1970 — С., 5-7.

  6. «Древние цивилизации» / Под общей редакцией Г.М. Бонгард-Левина — «Мысль», М.,1989 — С.— 232-233.

- 26 -

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: