Биографические мотивы в лирике М.Ю. Лермонтова
Содержание
Введение
1. Отражение личности отца Ю. П. Лермонтова в лирике поэта
2. Отражение образа матери М.М. Лермонтовой в лирических произведениях
3 Отражение образа бабушки Е.А Арсеньевой в творчестве поэта
Заключение
Список литературы
Приложения
Введение
Несмотря на то, что о М.Ю.Лермонтове написано огромное количество исследований, и, казалось бы, уже давно все сказано, его судьба продолжает по сей день волновать своими тайнами. Вопросы о сопряжении в художественном произведении реального мира с миром вымышленным, о соединении «мира земного» и «мира фантазии» могут быть интересны каждому исследователю. Тем более, когда речь пойдет о связи этих двух «миров» в творчестве Лермонтова.
Особенно много вопросов у исследователей возникает об обстоятельствах детства поэта. Один из них - истоки семейной драмы, столь тяжело пережитой Лермонтовым. К сожалению, он не разгадан до сих пор. Следующий - о влиянии самых близких людей - отца, матери и бабушки - на творчество поэта. В реальной биографии поэта их роль была различна. Матери М.Ю.Лермонтов почти не знал и не помнил. С отцом в раннем детстве разлучила его бабушка. Сама Е.А.Арсеньева пережила внука на четыре года, т.е. сопутствовала всей жизни поэта, практически всегда была рядом. А каково место этих людей в его творчестве, прежде всего в лирике? Соответствует ли оно «удельному весу» их пребывания рядом с Лермонтовым в реальной биографии? Мы предлагаем свой вариант исследования этого вопроса.
Цель исследования: выявить на основе документальных источников, воспоминаний современников и документов личного происхождения (дневников, писем, записей и проч.) сведения о личностях близких поэту людей. Затем эти документальные свидетельства мы сопоставим с образами отца, матери и бабушки, которые возникают в лирических произведениях М.Ю. Лермонтова.
Объектом нашего исследования являются произведения Лермонтова, прежде всего, лирические, в которых и отразились образы близких ему людей. Наш выбор не случаен и потому, что ранняя лирика поэта, является почти дневниковой, т.е. наиболее полно отражает его душу.
Предметом – соотношение документального и художественного в контексте лирических произведений.
Итак, в процессе исследования мы сможем выяснить, в каких взаимоотношениях находятся документальные свидетельства и художественный текст: подтверждают ли они друг друга, противоречат ли, или же абсолютно не соприкасаются и никак не взаимосвязаны
1 Отражение личности отца Ю. П. Лермонтова в лирике поэта
Документальных свидетельств Лермонтова об отце - дневников, устных упоминаний в передаче третьих лиц - почти не существует. Мы сосредоточимся на его лирике. В этом случае нашей целью будет не характеристика личности Ю.П.Лермонтова, а выяснение, каким поэт видел своего отца, как оценивал его роль в своей жизни. 1
В своей лирике поэт откликнулся только на смерть Юрия Петровича, известно, что родился Юрий Петрович в 1787 году, умер 1 октября 1831 года, когда поэту было 17 лет. В 1816 году, после похорон жены, Юрий Петрович вынужден был уехать в свое имение Кропотово и прожил там 15 лет до самой смерти. Умер он в 44 года. Лишь по временам, приезжая в Москву, отец встречался с сыном, учившимся там в Благородном пансионе. Конкретно о смерти отца упоминается в четырех стихотворениях. В дальнейшем обращений к этой теме мы не найдем. Одним из первых стихотворений является « Я видел тень блаженства…» Оно было создано в 1831 году 1 октября, в день смерти отца. В комментариях к изданию сочинений поэта 1939г. Под редакцией Эйхенбаума сказано, что это первое стихотворение, в котором упоминается от смерти отца. Стоит отметить, что в 1830-31 гг. тема смерти, одиночества, страданья была характерна для творчества М.Ю. Лермонтова, поэтому необходимо разобраться, посвящено ли данное стихотворение конкретно смерти отца, или же здесь Лермонтов рассуждает о смерти в философском смысле, как о феномене человеческой жизни. Обратимся непосредственно к тексту. В первых двух строфах автор рассказывает о своей любви, однако любовь для него - это вовсе не блаженство, а лишь тень его, так как она - это сильнейшая страсть, связанная, прежде всего с тоской. И пока лирический герой стихотворения живет на земле, он понимает, что находится под ее властью, он ее раб. Любовь к девушке, любовь к родине – все, что привязывает его к земле. Однако эта чувство чаще всего соединяется со страданьем («пятно тоски в уме моем»). Родина - это место горя и утраты. Именно здесь он начал знать горесть (умерла мать), и здесь же, совсем рядом, появляется смерть отца, разлука с ним (рана еще свежа и не успела зажить):
Я родину люблю и больше многих:
Средь ее полей есть место,
Где я горесть начал знать;
Есть место, где я буду отдыхать,
Когда мой прах, смешавшийся с землей,
Навеки прежний вид оставит свой.
Упоминание о месте, «где горесть начал знать», обращает мысль автора к последней смерти – отца, о возможности глубоко желаемой встречи с ним:
О, мой отец! где ты? Где мне найти
Твой гордый дух, бродящий в небесах?
В твой мир ведут столь разные пути,
Что избирать мешает тайный страх.
Далее следует размышление о смерти как таковой и о послесмертном существовании, о рае и аде, о разных путях туда. «Есть рай небесный! – звезды говорят;/ Но где же? вот вопрос – и в нем-то яд», - эти строки из последней строфы отсылают к монологам Гамлета. Это можно объяснить фактами из биографии поэта. В 1830-е гг. Лермонтов был уже хорошо знаком с творчеством Шекспира. Серьезное знакомство с этим автором началось к концу 1820-х годов, когда Михаил Юрьевич начал изучать английский язык. В одном из писем к М.А.Шан-Гирей этого же периода он подробно разбирает спектакль «Гамлет», виденный им в Москве. Из «Лермонтовской энциклопедии» мы узнаем, что дед поэта играл в спектакле «Гамлет», поставленном в Тарханах, роль могильщика и, выпив яд, умер прямо на сцене. Обстоятельства смерти деда Лермонтову были хорошо известны, поэтому неслучайно реминисценции именно из «Гамлета» встречаются во многих произведениях, в том числе и в лирике, и данное стихотворение подтверждает это. «Быть или не быть - таков вопрос; Что благородней духом - покоряться пращам и стрелам яростной судьбы; Иль, ополчась на море смут, сразить их противоборством. Умереть, уснуть – и только; и сказать, что сном кончаешь <…> умереть, уснуть, и видеть может сны, быть может? Вот в чем трудность…»2 В этом весь вопрос, весь «тайный страх».
Следующее стихотворение «Ужасная судьба отца и сына…» было написано также в 1831 г. Оно напрямую связано с завещанием отца. «Завещание сыну в ожидании скорой смерти (28.01.1831г.)». Данный документ написан по собственной воле, следовательно, отец испытывал внутреннюю потребность поговорить с сыном. Кроме того, в завещании Юрий Петрович предстает абсолютно другим человеком, вовсе не похожим на того человека, который предстает из воспоминаний современников: любящим мужем, благородным зятем, самое главное - заботливым отцом, несправедливо разлученным с сыном. «Благодарю тебя, друг мой, за любовь ко мне, которую я мог заметить, хотя и лишен был утешения жить вместе с тобою». Кроме того, Юрий Петрович оказался одним из тех немногих, кто сумел разглядеть и оценить талант сына и завещал ему хранить свой дар. «Я вижу, ты одарен способностями ума, не пренебрегай ими и всего более старайся не употребить их на что-либо вредное, это талант, за который ты должен будешь некогда дать отчет Богу».3 Драма, связанная с потерей близкого свежа, и сын очень переживает о судьбе отца, считает его беззаконно изгнанным. Жизнь без отца для него ужасна, она полна страданий («Ужасная судьба отца и сына/ Жить розно»).
Вторая часть стихотворения – общие драматические размышления, развивающиеся в характерном для поэтики романтизма ключе. Герой-одиночка противопоставлен толпе: «Но что такое свет? Толпа людей, то злых, то благосклонных, собрание похвал незаслуженных и столько же насмешливых клевет…». Однако и здесь звучат биографические мотивы: лирический герой жаждет отцовской любви, задумывается о своем одиночестве: «Ужель теперь совсем меня не любишь ты?/ О, если так, то небо не сравняю/ Я с этою землей, где жизнь влачу мою…». Таким образом, в этом стихотворении, как ни каком другом, ощущается духовная близость, родство отца и сына.
Следующее стихотворение «Эпитафия» написано в 1832 г. И вновь в нем звучат те же мотивы непонятости, гонимости, страдания: «Ты сам на свете был гоним, /Ты в людях только зло изведал…», и в то же время духовного родства отца и сына. И несмотря на то, что со смерти Юрия Петровича прошло достаточно времени, оценки и мнение поэта не изменились и потеря отца продолжала волновать его даже спустя годы: «Прости! Увидимся ли снова?/ И смерть захочет ли свести/Две жертвы жребия земного?/ Итак прости, прости, прости…»
Анализ художественных текстов, подкрепленный документальным материалом, убеждает нас в том, что отец Лермонтову действительно был дорог, и никто не смог повлиять на его мнение. Между отцом и сыном существовала глубокая духовная связь и взаимопонимание. И можно осторожно предположить, что, находясь во «враждебном окружении» в Тарханах, Лермонтов вынужден был таиться, не показывать своих подлинных чувств к отцу. И лишь его смерть становится поводом к открытому высказыванию горести потери, трагедийного ощущения утраты, духовной близости, страха одиночества. Можно даже сказать, что на суде истории о личности отца сам Михаил Юрьевич является его Защитником и предъявляет самые убедительные оправдания его жизни и поступков.
2. Отражение образа матери М.М. Лермонтовой в лирических произведениях
Мать умерла, когда Михаилу Юрьевичу было 3 года. Поэтому у самого поэта оказавшегося так рано сиротой не могло остаться личных воспоминаний о матери.4 Тем не менее, существует его дневниковая запись 1830 года: «Когда я был трех лет, то была песня, от которой я плакал: ее не могу теперь вспомнить, но уверен, что если б услыхал ее, она бы произвела на меня прежнее действие. Ее певала мне покойная мать».5 Мария Михайловна действительно играла на фортепиано, и часто пела в присутствии сына, и именно через эти песни он воспринимал, а потом и вспоминал свою мать. Таким образом, зрительного образа матери Лермонтов не сохранил. Ощущение матери связано именно со слухом, звуком.
Теперь перейдем непосредственно к стихам М.Ю Лермонтова, посвященным матери. Стоит заметить, что мы будем анализировать их не с точки зрения отражения личности, поскольку личность матери, в силу выше перечисленных биографических черт, не могла оказать на поэта влияния. Она, как и ее портрет, в лирике Лермонтова не отразился. Известно только описание похорон в поэме «Сашка»: «Он был дитя, когда в тесовый гроб/ Его родную с пеньем уложили…».6 Однако и здесь описываются чувства маленького ребенка от присутствия чего-то страшного и непонятного, а не воспоминания о матери.
Образ матери для Лермонтова – это заведомо не реальный, а идеальный комплекс качеств, которые должны были быть у матери. Правильность нашего тезиса подтверждается и выбором «двух картин», подаренных отцу зимой 1828 г., о которых Лермонтов упоминает в письме от 20-21 декабря 1828 г. Это две перерисовки с мадонн мастеров Возрождения. Мадонна – идеальный женский образ для художника. Думается, в перерисовку этого образа юноша вложил много личного чувства. И наша основная задача - понять, какие же это чувства, какие ассоциации связаны у поэта с образом матери.
В «Лермонтовской энциклопедии» названо одно стихотворение, имеющее непосредственное отношение к матери: «Пусть я кого-нибудь люблю» (1831). Однако строка, в которой говорится о ней: «Я сын страданья. Мой отец/ Не знал покоя по конец. /В слезах угасла мать моя…» - не вошла в окончательную редакцию.
Анализ драматических произведений Лермонтова не входит в задачу данной части нашего исследования. Однако необходимо подчеркнуть, что в драмах «Странный человек», «Люди и страсти» очень ярко отразились переживания поэта, вызванные разладом в семье и размышлениями о роли матери и отца в нем. Лермонтов пытается разобраться в семейной жизни родителей: «Родители мои спорят о любви моей, а иногда они совсем не дорожат ею. Они знают, что я их люблю, сколько может любить сын. Нет, зачем, когда они друг на друга косятся, зачем есть существо, которое хотело бы их соединить вновь <…> это и составляет горе моей жизни, это и доведет меня до гроба…».7 Видно, как ум юноши изнемогает от непосильной ноши, попытки определить правоту или вину родителей. В этом несчастье в драме «Странный Человек» обвиняется то отец, то мать. Подробное изложение данного вопроса требует дополнительных исследований, к которым мы обратимся в дальнейшем
Мы полагаем, круг стихотворений, посвященных матери, можно расширить. Прежде всего, это «Ангел», одно из ранних юношеских сочинений 1831 г. Образ Ангела в этом произведении является олицетворением матери с ребенком, мадонны: «Он душу младую в объятиях нес». Первое, что услышал младенец, - это песня, звук, мелодия. Не слова, а именно песня, которая навсегда осталась в душе ребенка: «И звук его песни в душе молодой/ Остался - без слов, но живой».
Поскольку мы определили, что в лирике поэта женский образ связан со слуховым восприятием - сначала идет звуковая характеристика и лишь потом все остальное: внешность, характер и т.д. - проанализируем несколько произведений, опираясь именно на этот факт.
Стихотворение «Русалка» создано в 1832 г. В нем лирический герой сначала слышит именно песню русалки: «И пела русалка, и звук ее слов/ Долетал до крутых берегов…». В следующем произведении « Слышу ли голос твой звонкий и ласковый…» (оно написано в 1838 г.) первое, на что обращает внимание автор, это голос девушки. Именно он пробуждает сердце героя: «Слышу ли голос твой/ Звонкий и ласковый,/ Как птичка в клетке, /Сердце запрыгает…». Это выводит нас вновь к дневниковой записи. Ведь именно музыка матери, ее голос пробуждали в поэте воспоминания о ней, светлые чувства и эмоции. Неслучайно исследователи называют многое в поэзии Лермонтова воспоминанием о той песне, которую «певала <...> покойная мать». В следующем стихотворении «Она поет, и звуки тают…» (год написания тот же 1838), говоря о возлюбленной, лирический герой в первую очередь описывает вновь ее голос. Основной акцент указан уже в первых словах: «Она поет…». В следующем стихотворении «М.А. Щербатовой», созданном в 1840 г., сначала опять упоминаются слова, слуховое восприятие: «слова ее уст ароматных…». Лишь потом внешний облик: «Как небо тех стран, ее глазки;<...> Румянец на щеках пушистых…». В следующем произведении «Тамара» (1841 г.) первое, что автор сообщает читателю о своей героине: «…и слышался голос Тамары/ Он весь был желанье и страсть…».
Последнее стихотворение, анализ которого необходим в контексте нашего исследования, «Казачья колыбельная песня» написано в 1838 г. Уже в названии сказано, что это песня. В ее словах мать-казачка заключила понимание главных жизненных ценностей, необходимых сыну. Неслучайно в статье, посвященной данному стихотворению, профессор И.П. Щеблыкин заметил: «В “Казачьей колыбельной песне” сведены воедино три фундаментальные основы жизни русского человека: Бог, Отчизна, Дом родной».8 Важно отметить, что эти слова поэт вложил в уста матери. Мы видим здесь биографически оправданную жажду поговорить с близким человеком. Ведь именно этого разговора у Лермонтова не было, так как мать слишком рано ушла из жизни.
Характерно, что тоже самое наблюдается и в прозе. Чуть ли не каждый женский образ Лермонтов связывает с песней, танцем, музыкой. Например, в романе «Герой нашего времени». В главе «Тамань» сначала герой слышит голос Ундины: «Звук будто падал с неба»9, и лишь потом он видит ее. В главе «Княжна Мери» княжна поет, играет на фортепиано: «Княгиня усадила дочь за фортепиано, все просили ее спеть что-нибудь»10. В главе «Бэла» также присутствует музыкальное сопровождение: песенный комплимент Бэлы при знакомстве на свадьбе с Печориным: «Девушка лет шестнадцати подошла к нему, и пропела… как бы сказать?.. вроде комплимента.»11. Песни и танцы Бэлы звучат и в крепости: «Она, бывало, нам поет песню или пляшет лезгинку…»12.
Итак, можно сделать следующие выводы. Во-первых, в лирике Лермонтова запечатлелась не личность, а образ матери, ассоциируемый со звуковыми ощущениями – мелодией, песней, а не словами. Во-вторых, эта биографическая черта оформилась в творчестве поэта в непременный атрибут женских образов: первоначально идет звуковая характеристика, а потом портрет. Это становится у него неизменным принципом.
3.Образ бабушки Е.А. Арсеньевой в творчестве поэта
Начиная наш разговор о Елизавете Алексеевне, стоит отметить, что то, как ее видели современники, не противоречит образу, предстающему перед нами из лермонтовских произведений.13
Роль и значение бабушки в жизни поэта очевидны. При ней прошло все детство Лермонтова. «На ее коленях протекли первые годы моего младенчества…», - говорит Владимир Арбенин (прототип самого Лермонтова) в драме «Странный Человек». Она действительно лелеяла поэта с самой колыбели и сосредоточила на нем все свое внимание и заботу. Неслучайно П.А. Висковатый начинает биографию поэта именно с бабушки: «Горячо любила М.Ю. Лермонтова его бабушка, Е.А. Арсеньева, и память о ней тесно связана с именем поэта»14.
В лирике поэта мы не нашли ни одного произведения, в котором хотя бы по ассоциации был упомянут бабушкин образ, зато в юношеских драмах роль бабушки является одной из главных. Это подтверждают и данные «Частотного словаря языка Лермонтова»15. Слово «бабушка» и производные от него ни разу не упоминаются в стихах в отличие от слов «отец» и «мать».
Юношеское впечатление от бабушки, юношеский максимализм привели к тому, что в своей первой драме «Люди и страсти» он представил Елизавету Алексеевну такой, какой видел ее на протяжении большей части своей жизни. Как утверждает Т.Н. Кольян в статье, посвященной драме «Люди и страсти», для Марфы Ивановны «Лермонтов не пожалел черной краски»16.
В письмах Лермонтов обходится стереотипными фразами, и они больше напоминают некий банальный отчет о поступках, распорядок дней. Никаких своих чувств, эмоций, переживаний Лермонтов ни разу не сообщает Е. Алексеевне.17 В свой внутренний мир поэт ее не впускает. Так как бабушка для него всегда была в мире материальном, практическом, земном, в отличие от отца, с которым у него было именно духовное родство, такое важное и необходимое для чувствительной души поэта
Итак, в поэтическом мире души Лермонтова бабушки нет!
Заключение
Лермонтов со свойственным гению знанием людей смог тонко разобраться в психологических свойствах самых близких людей, кровно с ним связанных, и определил каждому из них «свой адрес» в собственной душе и свое место в поэтическом творчестве. В одном из ранних стихотворений («1830 год. Июля 15-го») он написал:
Зачем семьи родной безвестный круг
Я покидал? Все сердце грело там,
Все было мне наставник или друг,
Все верило младенческим мечтам.
В этих строках сформулировано значение семьи в его «первом мире», в его земной биографии. Во втором мире – творческом – семья предстает в других качествах.
Проведенное нами исследование позволяет сделать вывод о том, что роль и влияние отца, матери и бабушки на творчество поэта было различным.
Бабушки поэта, вечной его спутницы, несмотря на то, что она сыграла одну из решающих ролей в жизни и судьбе поэта и очень много для него сделала, нет в его лирике. Частотный словарь языка Лермонтова не дает ни одного употребления этого и родственных ему слов в лирических произведениях поэта. А в юношеской драме «Люди и страсти» он «не пожалел для бабушки черной краски» и описал ее совсем с непривлекательной стороны. При этом Лермонтов не был неблагодарным внуком или черствым человеком. В одном из писем А.М. Верещагиной (1835 год) он, уже вполне взрослый молодой человек, офицером выпущенный в полк, написал: « Не могу выразить, как меня печалит отъезд бабушки. Перспектива в первый раз в жизни остаться одиноким меня пугает. Во всем этом большом городе не останется ни единого существа, которое мною искренне бы интересовалось...» То есть, Лермонтов прекрасно осознавал свою привязанность к бабушке. Однако Елизавета Алексеевна для него всегда была «прописана» в мире материальном, практическом, земном. И в поэтический мир своей души он ее не впустил.
С отцом у Лермонтова была глубокая связь и взаимопонимание. Причем, свидетельствуют об этом они оба: отец в «Завещании» на случай смерти, и сын в лирических произведениях. Однако стоит заметить, что в лирике поэт откликнулся лишь на смерть отца. В стихах 1831 ( в этом году умирает отец) и 1832 гг. «Я видел тень блаженства…», «Ужасная судьба отца и сына…» и «Эпитафия», Лермонтов очень точно передал свои душевные переживания. Потеря близкого и дорогого человека, с которым он был так долго несправедливо разлучен, глубоко ранила его чуткое сердце. В дальнейшем обращений к этой теме в лирике Лермонтова мы не находим.
Мать в жизни и творчестве поэта занимала особое место, несмотря на то, что она очень рано ушла из жизни (поэту было лишь три года) и зрительного образа в сознании поэта не оставила. Образ матери для Лермонтова стал целым комплексом ассоциаций, и связаны они были, прежде всего, со слухом: мелодией, песней. Источник таких ассоциаций – песня матери младенцу-сыну, о которой он помнил всю жизнь (см. дневниковую запись Лермонтова). Эта биографическая черта оформилась в творчестве поэта в непременный атрибут женских образов: первоначальную звуковую характеристику. Это становится у него неизменным принципом и в лирике, и в прозе. Также, говоря о матери, стоит заметить, что если отец упоминается в лирике Лермонтова раннего периода, бабушка практически совсем не встречается в произведениях, то комплекс материнских ассоциаций пронизывает творчество практически всех периодов. А это свидетельствует о том, что даже, несмотря на огромную пропасть, которую жизнь разверзла между матерью и сыном, и что они так мало успели узнать друг о друге, все же М.М. была для Лермонтова самым близким и дорогим человеком, с которым у него было именно духовное родство.
Таким образом, краткий ответ на поставленный нами в начале исследования вопрос о соотношении документов и художественного текста при характеристике образов родных поэту лиц может быть следующим. Лермонтов в лирике выстраивает вполне самостоятельное, независимое от чужих мнений и впечатлений, основанное на внутренних движениях своей души и своей психической памяти образы матери, отца, бабушки. Их доля и место в художественных текстах поэта не совпадает с биографическими реалиями жизни поручика Лермонтова.
Литература
Лермонтов М.Ю. Собрание сочинений в 4-х томах. М.: Худ. Лит., 1976.
Висковатый П.А. М.Ю.Лермонтов: жизнь и творчество. М.: Современник, 1987
Лермонтовская энциклопедия. М.: Советская энциклопедия, 1981
М.Ю. Лермонтов в воспоминаниях современников. М.: Худ. лит., 1989.
Мельникова Т.М.Альбом уездной барышни. // Сура. 2003, №5.
Описание рукописей и изобразительных материалов Пушкинского дома. Т. 2. М.Ю. Лермонтов. М.: АН СССР, 1953.
Семченко А.Д., Фролов П.А. Мгновения и вечность. Саратов, 1982.
Тарханский вестник. Выпуск 15. Пенза, 2002.
Шекспир В. Литература эпохи Возрождения. Комедии, трагедии, хроники. М.: Худ. лит., 1989.
Щеблыкин И.П. Страницы лермонтоведения. Интерпретации, анализы, полемика. Пенза, 2003.
Приложение
Приложение 1
Юрий Петрович Лермонтов (материалы к биографии)
С отцом поэт виделся крайне редко. Но как складывались их отношения? Кем и как было сформировано мнение поэта о Юрии Петровиче? В этом в дальнейшем нам и предстоит разобраться. Но сначала необходимо более подробно остановиться на супружеской жизни Марии Михайловны и Юрия Петровича Лермонтовых, так как здесь скрывается трагедия, которую сначала М.Ю.Лермонтов, а затем и его биографы разгадывают не одно столетие. Так в какой же семье родился поэт, какими были взаимоотношения родителей?
Супружеская жизнь Лермонтовых была несчастливой. Попытка ответить на вопрос о причинах этого имеет давнюю традицию, а традиция - свои стереотипы. «По вине Юрия Петровича» - утверждают один за другим биографы, считая одной из причин его незнатность. «Юрий Петрович – бедный, без связей, без карьеры, недостоин войти в родство со знаменитыми Арсеньевыми, тем более Столыпиными».18 Такой взгляд характерен для авторов беллетризованных биографий поэта советского периода. Между тем, даже краткая генеалогическая справка убеждает нас в неполноте этой точки зрения. Род Лермонтовых происходит от шотландского герцога Лермонта, в начале 17 века пришедшего на службу к русскому царю. Приблизительно в это же время появляется род Столыпиных, однако знаменитое восхождение этого рода относится к концу 18 века. Самые древние и именитые из родственного окружения поэта - Арсеньевы. Они были близки к царскому двору уже в конце 17 века, но в первой трети 19 века род потускнел, обеднел и жил уже более воспоминаниями прошлого, хотя Арсеньевы и сохранили былые связи в