Анализ проблематики и выявление основных особенностей публицистических статей В.Г. Распутина рубежа ХХ–ХХI вв.
Вера самого В.Г. Распутина такова, что он выступает едва ли не визионером, когда ощущает на себе благословение святого.
Ощутив близкое присутствие Сергия Радонежского во время посещения поля Куликова, писатель словно бы получил поддержку Преподобного накануне грядущих испытаний. И не удивительно, что писатель чувствует себя практически самым последним воином в духовном сражении за нравственные основы Руси, ее политическую, религиозную, культурную независимость и самобытность.
Прямой разговор о русском национальном духе, который повел В.Г. Распутин и его единомышленники, объединившиеся вокруг журналов "Наш современник", "Москва", некоторых газет, вызвал неприязненную реакцию российских либерал-демократов. Последовали нападки на патриотизм, приравненный к фашизму, в том числе нападки на В.Г. Распутина. Писатель ответил очерком "Из огня да в полымя" (первое название в "Литературном Иркутске" - "Интеллигенция и патриотизм") 1990 года. Очерк содержал острую полемику с одним из "плюралистов" Ан. Стреляным. В.Г. Распутин опровергает многие обвинения оппонента, среди которых одно особенно задевающее. Оно состоит в том, что "он (В.Г. Распутин) позволяет себе говорить о выходе России из СССР" [47; 6]. На это писатель отвечает следующее: "Речь идет о словах: "А может, России выйти из состава Союза?", сказанных в одном из моих публичных выступлений… Жаль, не дано расслышать Ан. Стреляному в моих словах великую боль и обиду за Россию…на чью голову…вывалились поношения и брань как на главного виновника всех несчастий… Союзу без России не быть…Держава - значит держаться вместе…" [47; 8].
Очерк ценен тем, что, помимо спора с Ан. Стреляным и защиты патриотического сознания, содержит настоящее культурно-историческое исследование русской патриотической мысли с привлечением мнений таких писателей и мыслителей, как М. Ломоносов и Г. Державин, Ф. Достоевский и Л. Толстой; Г. Федотов, Н. Бердяев, В. Розанов, И. Ильин. В.Г. Распутин дает двойственный портрет российской интеллигенции, расколовшейся, как накануне революции 1927 года, на два непримиримых лагеря. Одна часть - "бунтари"; "она вела и ведет войну с собственной страной", другая живет "не идеями, а идеалами", это "не бунтари, целители национальных язв. Ветвь этой интеллигенции писатель выводит от Сергия Радонежского, Феофана Затворника, Серафима Саровского, Г. Державина, А. Пушкина, Ф. Достоевского, А. Даля… " [5; 182].
Выход открывался не в новой экономической программе и не в новой системе политического устройства страны. В.Г. Распутин предлагал начинать с воспитания любви к отечеству. Политизированное сознание 1990-х приписывало В.Г. Распутину уход "в политику". Раздавались голоса: "Распутин ничего не пишет…". Сборник рассказов 1980-1990-х годов "В ту же землю" опроверг это мнение. Он показал: в наступившие провальные для России времена писатель остался со своим народом. По-иному стал вспоминаться "Пожар" 1985 года. Упрекаемый при своем появлении в излишней публицистичности, он явился прорицательным образом крушения и разграбления огромной державы.
Ведущим и основополагающим понятием в системе ценностей, утверждаемой писателем, является понятие долга. В очерках и портретных зарисовках конца 1950-х - начала 1960-х годов долг понимался в духе коллективного утилитаризма - как следование общему делу, достижение общей пользы. В 1970-е годы В. Распутин открывает сложность природного долженствования, противоречия, возникающие при осуществлении и передаче этических норм. Нравственные нормы носят абсолютный характер, что связано как с их онтологическим статусом, так и с их антропологическим статусом, в котором они предстают как результат взаимодействия индивида и рода, регламентирующего духовное и социальное существование индивида. Нравственные нормы реализуются в жизни отдельного человека через совесть, которая понимается писателем как моральное предписание, возникшее и хранимое в культурно-историческом опыте народа, открытом онтологии. Категория долженствования приобретает два вектора и понимается, во-первых, как исполнение родового (природного) предназначения, во-вторых, как исполнение социально-исторического предназначения. Передача принципов долженствования и регулирующих их моральных предписаний (совести) от поколения к поколению - это сущность и миссия коллективной памяти, памяти народа.
Долженствование распространяется на весь род (народ), на каждого его представителя и целое поколение. С завершением одного поколения долг передается следующему, а неисполнение ныне живущим поколением долга перед родом (народом) обесценивает этическое служение предков, поэтому память является условием бытия как отдельного рода, так и народа, бесконечного, устойчивого самовоспроизводства и более - исторического развития.
2.4 Проповедническая публицистика В.Г. Распутина последних лет
Мировоззрение писателя складывалось в процессе личного жизненного опыта и его активного осмысления. В процессе публицистического творчества рефлексии подвергаются социальные установки и идеалы, история и общественные процессы второй половины ХХ века. Все это "достраивается" обращением В.Г. Распутина к пяти основным культурным дискурсам: народного языка и патриархальной культуры, воспринятых в детстве, русской и зарубежной литературы XIX - начала ХХ века, современной литературы, отечественной историографии (в том числе региональной) и русской философской (религиозной) мысли.
Выступления В. Распутина последних лет можно определить как следование жанру проповеди. Проповедь предполагает адресность высказывания, отзывчивого слушателя, читателя. Закон проповеди - грация, восхождение смысла.
Именно в соответствии с этим каноном и выстроены выступления В.Г. Распутина на Русском Национальном Соборе. Русский Национальный Собор - съезд наиболее активных представителей русских диаспор и религиозно мыслящей интеллигенции современной России. Этот съезд бывает раз в два года в Храме Христа Спасителя, Распутин сидит в президиуме, рядом с патриархом Алексеем II.
В.Г. Распутин выступает на каждом из десяти заседаний Всемирного Русского Собора. Часть из них проводилась в период, когда президентом был Б. Ельцин, а часть - при президентстве В.В. Путине. Собранные вместе эти речи представляют панораму проблем современной истории за десять лет.
В первом своем выступлении "Так создадим же течение встречное" (июнь 1992) В.Г. Распутин призывает к духовному и гражданскому сопротивлению деморализующей политике властей. Писатель говорит о том, что в стране нет единой системы власти. А только "много специалистов самого высокого класса, занятых не обезболиванием, обездоливанием" [5; 232]. Русский человек, верит В.Г. Распутин, обладает чувством национального самосознания, ответственностью, сплоченностью. Именно к ним и апеллирует писатель.
Темой второго выступления "Путь спасения" (1995) является судьба народа, его внутренний потенциал. Народ, несмотря на равнодушное отношение власти, на нравственное падение, сохраняет "и целомудрие, и здравый смысл, и чувство самосохранения" [22; 3].
На V Всемирном Соборе (1999 г) был подведен итог ХХ веку. И здесь писатель продолжает говорить о духовной и нравственной несостоятельности власти: "Власть, отдавшаяся беспримерному стяжательству, надувательству, бросившая народ на растерзание нищете, преступности … - это не власть, а напасть" [11; 12].
В своем выступлении В.Г. Распутин подчеркивает, что носителем народного сознания является народ, и так определяет эту социальную категорию: "это трудящаяся, говорящая на родном языке, хранящая свою самобытность часть нации" [11; 12].
"Народ он свой, а живет стороной" - выступление писателя на VI съезде (2001 г), в котором он говорит о том, что за десять лет ничего не изменилось. Россию продолжают грабить, превращают в "дикое поле" [5; 242]. В стране торжествует глобализация, т.е. "закон естественного отбора и ступенчатого выживания" [5; 244]. Инструмент покорения населения - угроза голода и "милосердное" окормление тех, кто согласен играть по правилам новой рыночной морали. "Хлеб занимает главенствующую роль, им шантажируют и выдают индульгенции на жизнь" [5; 245].
"Шлемоносцы" - выступление В.Г. Распутина на IX Всемирном Народном Соборе, посвященное 60-летию Победы в Великой Отечественной войне. (2005 год). Начинает свою речь писатель со слов философа И.А. Ильина, которые стали пророческими новой "трагедии жертвы" [5; 248]. Ставя рядом два исторических подвига народа - на поле Куликовом и на полях Великой Отечественной, писатель говорит о бессмертии народа в неразрывной связи поколений, о духовной силе Святой Руси, силе, не иссякнувшей до сороковых годов XX века. Победа добывалась в таких схватках прежде всего самоотверженностью, "когда тебя, как индивида… словно бы и нет, а есть мгновение, которое сильнее тебя и в которое ты или успеешь, или не успеешь сделать спасительный для победы рывок…" [5; 255].
О поклонении родной земле говорит В.Г. Распутин на V Всемирном Народном Соборе (2006). Он защищает от предательства истоки национальной жизни - деревню и язык. Именно с деревни начинается язык и отечество, уверяет писатель. Оттуда пошли обычаи и традиции. По мнению Распутина, деревня всегда "была фундаментом России, тылом настолько бескрайним и могучим" [10; 258].
Писатель дает оценку сегодняшнему положению языка и деревни. Язык уже почти не развивается, а впитывает иностранные слова, которые так срастаются с русским языком, что мы и "сами не всегда способны замечать заимствования" [5; 257]. А деревня оказалась разрушенной, обесчещенной, вывернутой наизнанку и брошенной на свалку, которая занимает теперь пол-России.
В.Г. Распутин считает, что можно было бы все повернуть назад, но во власти нет такого человека, который мог бы защищать национальные интересы.
Таким образом, политику Б.Н. Ельцина, как и политику В.В. Путина, В.Г. Распутин не считает спасением для страны. Русского народа как единого целого не существует. Сегодня государство волнует, по мнению писателя, прежде всего самоутверждение, выражающееся в многочисленных предвыборных компаниях.
Распутин старался быть объективным в оценке текущей истории, он отмечает, что при В.В. Путине появились небольшие перемены в лучшую сторону: страна расплатилась с внешними долгами, частью - с внутренними (правда, за счет газа и нефти), дала льготы старикам, появилась программа, поощряющая деторождение. Но он предъявляет путинскому правлению те же претензии, что и Б.Н. Ельцину:
продолжающаяся деградация культуры,
забвение национальных традиций, т.е. нравственной проповеди в искусстве,
попустительство предательству родного языка - несмотря на год русского языка,
разрушение образовательной системы,
попустительство коррупции.
Оценка В.Г. Распутина современного состояния России негативна: он не видит те силы, которые могли бы защитить национальные интересы страны и ее культуры. Путинская идеология государственного патриотизма оценивается как продолжающееся разграбление национальных богатств. В.Г. Распутин - сторонник авторитарного национального государства, защищающего русский народ от инонационального засилия в экономике и культуре.
По мнению писателя, основа всякой культуры - история. Обращаясь к истории, писатель исследует самый широкий круг вопросов - национально историческое предназначение России, сущность русского национального характера и т.д. В осмыслении В.Г. Распутиным истории Сибири выделяются национальный, культурный и антропологический аспекты. Процесс присоединения Сибири к России и последующего освоения региона представлен писателем как исторически и культурно детерминированное движение национального организма. Он настаивает на активном, героическом потенциале русского национального характера, опровергая распространенные в культуре однозначные представления о пассивной созерцательности и слабохарактерности русского человека.
В национальной истории В.Г. Распутина интересуют следующие вехи: монголо-татарское иго и Куликовская битва, Смутное время, церковный раскол, петровские реформы, наполеоновское нашествие 1812 года и Бородинское сражение, Октябрьская социалистическая революция и гражданская война 1918 - 1920 годов, индустриализация и коллективизация сельского хозяйства в 1926 - 1938 годах, Великая Отечественная война. Кризисные моменты национальной истории рассматриваются в этическом аспекте. Логика истории представляет последовательность сменяющих друг друга нравственных падений и подъемов. Объяснение этому В.Г. Распутин находит в природе русского национального характера - сочетание святости и юродства. По В.Г. Распутину, в русской душе заложен как потенциал духовного саморазрушения, так и потенциал органического сопротивления происходящим внутри и вне него негативным процессам.
Положительные тенденции в жизни общества начинают слабо ощущаться писателем лишь в начале 2000-х годов. В социальной ситуации 1980-х - 1990-х годов В.Г. Распутин обращается к этике долженствования как варианту выхода из кризиса. В национально-исторической концепции В. Распутина ведущим фактором формирования русского характера является православие. В статье "Из глубин в глубины" (1988), посвященной тысячелетию Крещения Руси, писатель отмечает предрасположенность славянина к православной вере. Историческое значение Крещения, с точки зрения В.Г. Распутина, состояло в обретении русским народом цели своего исторического бытия - духовно-нравственного совершенствования. Как существенное обстоятельство отмечается ненасильственный способ введения христианства на Руси. Природно-космический лад души русского человека не был нарушен, а взаимодействие христианства и языческого мироощущения обусловило формирование русского типа ментальности, определило направление его дальнейшего развития.
Обращение В.Г. Распутина к фактам исторического прошлого мотивировано ситуацией последних двух десятилетий ХХ века. Проводя исторические аналогии, писатель стремится выяснить причины наблюдаемого им в современной России кризиса, а также найти и указать соотечественникам способы его преодоления. В системе взглядов В. Распутина современное общество переживает ситуацию комплексного кризиса. Социальное измерение современной Сибири вписано в общенациональный контекст, включенный, в свою очередь, в контекст самой широкой человеческой общности - мировой цивилизации. В публицистике 1980-х годов формируется цивилизационная концепция кризиса современного мира ("Сибирь без романтики", "Моя и твоя Сибирь", "Байкал", "Миллионолетия Рольфа Эдберга", "Сколько будет лет в XXI веке?" и др.).
В.Г. Распутин констатирует нарушение динамического равновесия в системе природная среда - человек и говорит о необходимости изменения, посредством экологической деятельности, связей внутри системы. Без внимания в публицистике не остается ни одна из "болевых точек" на экологической карте Сибири. Все локальные экологические противоречия предстают как составляющие единого регионального и шире - планетарного кризиса экологии. Разрушение экосистем и истощение по экспоненте природных ресурсов оценивается как пограничная ситуация между жизнью и смертью, к которой пришло человечество, избрав не верный, гибельный путь развития.В.Г. Распутин пишет летопись отечественного экологического движения. Для преодоления экологического кризиса современности В.Г. Распутин предлагает две взаимодополняющие стратегии - хозяйственно-экономическую и этическую. Первая стратегия заключается в формировании в современном обществе и государстве культуры хозяйствования, рационального использования и комплексного освоении природных ресурсов. Вторая - этическая - стратегия выступает условием реализации первой и заключается в формировании экологического сознания, путем гуманистического осмысления способов бытия современного человека в социуме и мироздании, пересмотра его отношений к природе и другим людям, коррекции мировоззренческих координат и системы ценностей. Основным средством реализации этой стратегии должна стать массовая работа по экологическому воспитанию.
Человек находится в единстве с природой, не выделяется из нее, воздействие на окружающую среду имеет окультуривающий характер. В экологических размышлениях формируется императив целостного видения мира. В.Г. Распутин ратует за возвращение способности переживания метафизической глубины природы. В публицистике конца 1980-х - 1990-х годов современность рассматривается в геополитическом аспекте. В.Г. Распутин фиксирует происходящее в новейшей истории человечества создание единой планетарной цивилизации - глобализация политико-экономических отношений и унификация общечеловеческой культуры. Вектор глобализации составляет установка на западную культуру. В публицистике 1990-х присутствует образ некой не персонифицированной силы, сознательно управляющей этими процессами (мировое правительство).
Таким образом, художник в публицистике писателя оценивается как носитель родового; в статьях В.Г. Распутина формируется представление о литературе как форме национального самосознания. Художник последовательно предстает медиумом, праведником и проповедником, в зависимости от этапа эстетической деятельности, связанной с познанием и продуцированием этической правды. На основании этих представлений В.Г. Распутин оценивает творчество ушедших из жизни художников (А. Вампилова, В. Шукшина, Ф. Абрамова, Л. Леонова и др.). В эстетике В.Г. Распутина инициатива акта творения не принадлежит автору. Художник - лишь проводник высших смыслов. Истина метафизична, доступна лишь гению. Пространство истины составляет духовное существо народа. Ощущая вечность человечества, понимая цель национального бытия, художник становится хранителем нравственных ценностей - праведником. В.Г. Распутин требует от писателя гражданственности, а публицистика, с точки зрения В.Г. Распутина, должна способствовать осознанию современниками родового предназначения.
Глава III. Особенности поэтики публицистических статей В.Г. Распутина
3.1 Императив нравственной чистоты языка и стиля
Как уже было отмечено, творчество является для В.Г. Распутина тайной. Писатель настаивает на автономности, интимности творчества и говорит о невозможности рационального его постижения. Источником литературы в эстетике В.Г. Распутина является жизнь, писатель утверждает приоритет жизни перед литературой. В понятие жизни он включает момент становления, это процесс, непрерывно осуществляемый в прошлом, настоящем и будущем. Он стихиен, развивается по неведомым, таинственным законам, его течение невозможно предусмотреть и полностью воплотить в слове: "…стихийная выверенность, расставляющая, вопреки нашим суждениям, все по своим собственным местам" [2; 107]. Понятие жизнь охватывает все многообразие реальности - природного и человеческого бытия. Художник в состоянии отразить процесс жизни, лишь обратившись к отдельному его фрагменту - создав завершенную модель действительности, упорядочив ее течение в произведении. Ценностным центром литературы в эстетике В.Г. Распутина является человек: "В литературе мир сходится в человеке" [5; 162]. Человек в эстетическом мышлении В.Г. Распутина - тайна, которую можно познать лишь в связи с общей тайной жизни. Писатель стремится к постижению человека в его целостности, поэтому главным эстетическим принципом его изображения становится психологизм, позволяющий исследовать внутренний мир души во всей полноте.
Реалистический метод признается писателем единственно адекватным полноте бытия, позволяющий в полной мере реализовать предназначение литературы. В публицистике утверждается представление об искусстве как самосознании жизни. С точки зрения В.Г. Распутина, все, что включено в жизненный процесс, обязательно найдет свое отражение в литературе, так как сама жизнь нуждается в том, чтобы быть осмысленной. Единственный, кто способен придать жизни осмысленность, преодолеть ее текучесть в форме целого - это художник. Именно поэтому центральная категория эстетики В.Г. Распутина - "правда жизни". Категория правды жизни определяет и представления писателя о том, что в основе художественного произведения должен быть положен только личный опыт автора, обеспечивающий достоверность переживаемого.
С 1970-х годов в публицистике писатель активно размышляет над проблемами языка. Феномен языка осмысляется как "имя нации" - средоточие народной субстанциальности, форма нравственного самосознания народа, поэтому язык в состоянии помочь писателю в исследовании жизни, человека и народного бытия. В.Г. Распутин испытывает тревогу за современное состояние русского языка, который утрачивает понятийную точность. Многократное наращивание смыслов приводит к утрате словом значения. Но главной проблемой является то, что язык перестает обозначать этическую реальность. Отсюда вытекает и представление писателя о задаче литературы, обозначенной понятием "экология языка" - сохранение первичного значения слов. Народность языка других писателей становится одним из основных критериев оценки истинности их прозы.
С конца 1970-х годов В. Распутин размышляет о сущности, предназначении и современном состоянии культуры и искусства. Культура понимается, с одной стороны, как национальный феномен - воплощение души народа, способ его самовыражения. С другой стороны, множество национальных культур находятся в состоянии диалога и в целом составляют общемировую культуру, сохраняя при этом свою специфичность и самодостаточность.
Понятие культуры включает в себя традиции, обычаи, этические и эстетические нормы, язык, литературу и искусство. В.Г. Распутин не проводит четкой понятийной границы между терминами культура, искусство и литература, используя эти понятия как синонимы, поэтому литературный процесс часто выступает аналогом процессу развития культуры и искусства. Классическая культурная парадигма, в целом, и классическая литература, в частности, в публицистике В. Распутина выступает как идеал, поле базовых интерпретаций, которое призвано обеспечивать сохранение культурного кода.
Писатель подчеркивает идею преемственности русской литературной традиции. В поле рефлексии В.Г. Распутина входят, во-первых, литературная жизнь XIX века - идейное противостояние западников и славянофилов. Во-вторых, эпоха Серебряного века, трактуемого как вершина развития русской культуры, которая в предчувствии скорой катастрофы до предела реализовала свой потенциал. В-третьих, В. Распутин анализирует парадокс революционных лет - как русская литература, во многом подготовив октябрьскую революцию 1917 года (В. Розанов), спасла впоследствии национальную культуру и самосознание (В. Непомнящий). В-четвертых, литература 1960-х - первой половины 1980-х годов, взявшая на себя миссию правдоискательства, проповедничества. По мысли писателя, она подготовила духовно-нравственное возрождение, возврат к истокам. В. Распутин анализирует и кризис литературы 1990-х - начала 2000-х годов. Литературе, продолжающей традиции классики, противопоставляется литература "постмодернизма" ("погребальная литература", "трупоядствующая словесность", "смердяковщина") и современная развлекательная литература ("наркотические таблетки в книжной обертке"). Писатель надеется на кратковременность этого явления.
В публицистических статьях В.Г. Распутина говорится о необходимости господдержки культуры, выдвигаются требования введения государственных ограничений массовой культуры. С точки зрения писателя, художник не знает всех возможностей своего творческого мастерства, находится в постоянных поисках средств изображения, моделирования изменяющейся жизни. При этом он должен следовать собственным познаниям о жизни и познанным ценностям.
Находясь в границах эстетики реализма, В. Распутин не отрицает права на вымысел. Художественный вымысел понимается как прием поэтики, позволяющий максимально выразить нравственный смысл происходящего в реальности. Эстетическое представление о бытии как о тайне, которая должна быть передана в художественном произведении, обусловливает поэтику многозначности. В публицистике В.Г. Распутина устанавливается баланс между мыслью, эмоцией и стилем в рамках художественного произведения. В.Г. Распутин-критик предъявляет авторам требование простоты, в которой проявляется мастерство, т.е. умение передать глубокие истины о жизни, доступные писателю, перевести их на понятный читателю язык. Творческий процесс в эстетическом сознании В.Г. Распутина связан с погружением в создаваемый художественный мир, обеспечивающим целостное его видение. Основной трудностью творчества для В.Г. Распутина является поиск и последующее сохранение устойчивой авторской позиции по отношению к изображаемой реальности, позволяющей зафиксировать непрерывный процесс жизни.
3.2 Поэтика проповеднической публицистики
Проповедь должна быть вдохновенной, красноречивой и предельно ясной по мысли, но суггестивной, т.е. захватывающей сознание слушателей и читателей.
Писатель в своих текстах часто использует антитезу - как противопоставление прошлого и нынешнего, должного и преступного. Система противопоставлений многогранна.
1. Противопоставление народа и власти "элиты": "страна худо-бедно принялась в низах наводить порядок, а в верхах, счастливым случаем наткнувшись на бешеные богатства, двинулась покорять и скупать Европу" [5; 187].
2. Противопоставление социальной миссии человека и навязанной модной "роли": "женщину совратили публичной значимостью и освободили ее от извечной и тихой обязанности культурного укрепления народа; духовность она заменила социальностью, мягкость и проницательность особого женского взгляда - категоричностью, женственность - женоподобием, материнство - болезненным деторождением … семейственность - непорочными связями" [5; 165].
Эти антитезы противопоставляют старое и новое, демонстрируют ошибочное отступление от правильного пути, предательство природного и государственного необходимого.
Для усиления пафоса своих изобличений писатель использует развернутые сравнения:
1) "И как для экологии природы вредны грязные производства, так и экологию языка загрязняют "фабрики" чужесловия, дурно - и тупословия, против которых вместе с охранительными законами нужна и постоянная расчистка родных истоков" [5; 173].
Живописность сравнения подчеркивает жизненную силу языка:
2) "В обильном пиршестве великорусского языка, как за скатерью - самобранкой, с которой чем больше потчуешься, тем больше прибывает, участвовали и Тургенев, и Лесков, и Бунин, и Шмелев…" [5; 169].
3) "Школьное образование и есть материнское молоко, продолжающее необходимое кормление с пеленок" [5; 270].
Пафос защитника русской земли, народа и культуры побуждает его мыслить гиперболически, обобщенно, категорично. В своих статьях В.Г. Распутин, говоря о людях, не использует конкретные цифры, а прибегает к образу бесчисленного:
1) "…на поддержку десятков миллионов русских…" [5; 238].
2) "Доведенные до отчаяния миллионы и миллионы…" [5; 233].
2) "И ни число оппозиционных партий и движений может внушить надежду, не многие тысячи в них состоящих" [5; 233].
3) "Многие миллионы молодых людей…выбрасывают из России в Америку, миллионы в Канаду и Австралию, Европу…" [9; 3].
4) "Подавляющее большинство населения не сделалось от этих ломок энергичней" [5; 245].
В.Г. Распутин не только подчеркивает угрожающие тенденции, его пафос оттеняется иронией - она представляет карикатурно чужую позицию осмеяния и разоблачения абсурда:
"Народы не делятся по сортности, второстепенных народов не бывает" [5; 247].
"…ее (о книге "Сибирь, Сибирь") представление, новоязом говоря, презентация состоялась в начале сентября 1991 года, когда к власти только что окончательно пришел Ельцин и его комарилья…" [47; 4]
"…староватая наша экономика, мягко говоря воровата" [9; 4].
Там, где нужно утвердить безусловное, Распутин прибегает к высокой лексике. Говоря о земле, природе, Байкале писатель указывает на их родство:
"…буду говорить…о судьбе нашей родной земли…" [49; 198].
"…отдавая силы и время защите родной земле" [49; 201].
"… будучи давно родной землей, землей своей, она … продолжала оставаться землей приданной…" [31; 144].
Понятие "родная земля" у писателя является основополагающим: это доминанта его сознания, его вера.
"И человек остается человеком только тогда, когда он сохраняет связи со своей землей" [5; 151].
Любовь побуждает Распутина к языкотворчеству: окказионализмам, неологизмам, которые раскрывают действенность идеального, его участие в жизни человека. Особый интерес писателя к слову "душа", "душеводный" окказионализм носит положительную окраску: "несметью", "чувствилище".
В своей речи писатель использует все пласты русского языка: архаизмы ("обширные крепи", "выя", "тушуется" - слово Ф.М. Достоевского), диалектизмы ("захолонуло", "говоря"), а также прижившиеся в русском языке иностранные слова ("индивид", "индустрия", "анархия", "консервативный").
Композиционная особенность выступлений соответствует языковым примерам, речь построена как развернутая метафора:
"Но как только повреждается корень, а специалисты принимаются хлопотать не над его спасением, а над спасением занесенных в него вредителей, дело может закончиться печалью" [5; 247].
"Скорее вода пойдет против своего обычного течения, чем русский поселянин может быть оторван от земли, упитанной его потом" [5; 146].
При описании ситуации в стране Распутин использует историческую параллель:
Поле Куликово и Отечественная война: "Эти два события - поле Куликово и Отечественная война, разделенные более чем полутысячелетием, невольно в нашем представлении возвышаются над Россией огромными скорбными курганами" [5; 249].
Смута и нынешняя Россия: "В последнее время мы часто вспоминаем нижегородское ополчение, спасшее Россию и Смуту XVII века - новая смута теперь закрадывается в нас самих, в народ наш" [5; 251].
Деревня XIX и XX веков: "мужика в деревне не надо было учить патриотизму - он был у него в крови; мужик не нуждался в понуждении к национальному чувству - он весь из него состоял…" [5; 262], а теперь "земля отчуждена от пахаря, а пахарь от земли, прервалась меж ними таинственная связь, произошло обоюдное чувственное остывание" [5; 263].
Любая проповедь В.Г. Распутина заканчивается на высокой ноте. Финалы выступлений звучат как призыв и утверждение веры:
"И если соберем волю каждого в одну волю - выстоим! Если соберем совесть каждого в одну совесть - выстоим! Если соберем любовь к России каждого в одну любовь - выстоим!" [5; 241]
"Обретем силу, законную, наследственную - и сделается это не на условиях вассальства, а дружества. В добродетельной крепости всегда искали и станут искать заступничества" [11; 12]
3)"…есть мгновение, которое сильнее тебя и в которое ты или успеешь или не успеешь сделать спасительный для победы рывок и невидимые крылья подхватят тебя и вознесут в строй бессмертных: "Да славится в нас Воскресение Христово!" [5; 255].
Все эти средства призваны обеспечить эмоциональный, духовный контакт со слушателями. Проповедник не просвещает их, а апеллирует к нравственному сочувствию и патриотическому сознанию аудитории.
Особого внимания заслуживает организация хронотопа в статьях В.Г. Распутина. Город в его публицистике представляет собой сложный феномен и выступает в нескольких значениях: в социальном - как знак современного состояния жизни; в историческом - как субстанция, развивающаяся в ходе исторического процесса; наконец, в онтологическом - как неотъемлемая часть бытия. Город участвует в двух диалогах: внутреннем - это диалог крупных пространственно локализованных образований в пределах самого города (старый и новый город) и внешнем - это диалог города и окружающего его природного мира. Кризис этой системы в концепции В.Г. Распутина связан с распадом целостности пространства города - деградацией пространственных звеньев, нарушением их органической взаимосвязи, происходящим во времени, с момента прошлого к настоящему, когда новый город обособляется от целого, теряет историческую преемственность, связь с вечностью, природой, свою духовную наполненность, и превращается, фактически, в cамотождественную, замкнутую, агрессивную квазисистему.
Так язык публицистики В.Г. Распутина, вся её поэтика - являются переходным звеном между художественным творчеством и прямым, открытым, страстным высказыванием. Они - творчество и публицистика - апеллируют к одному и тому же читателю-единомышленнику.
С точки зрения В.Г. Распутина, художественное произведение должно существовать в сознании читателя как самодвижущийся момент жизни, развивающийся по своим законам. Автор должен принципиально устраниться из художественного мира и поля жизни героя, чтобы читатель испытывал доверие к воссоздаваемой в произведении реальности. Эта установка определила поэтику повествования в прозе В.Г. Распутина до начала 1980-х годов: между автором и героем устанавливаются особые отношения. Герой является самостоятельным субъектом, наделенным внутренней логикой существования и саморазвития. После завершения произведения созданный мир отрывается от сознания творца и начинает жить по законам собственной логики.
Попытка внесения изменений в самодвижущуюся художественную реальность означает не переделку, а создание уже другой реальности, поэтому писатель считает, что легче написать новую вещь, чем вторгаться в ткань завершенной. В эстетической системе В.Г. Распутина автор и читатель составляют единую духовную общность и сложно взаимодействуют между собой. При этом читатель оказывается активной стороной творчества: он в той же степени, что и автор, сопричастен творению, вживается в художественный мир, способен переживать те же состояния, что и автор. В публицистике формируется представление об особой роли читателя, который должен в процессе чтения самостоятельно познать тайну жизни, воплощенную в произведении.
Заключение
Анализ публицистики В.Г. Распутина в ее