«Старое барство» в романе Льва Толстого «Война и мир», или Как Хлёстова и Ноздрёв стали положительными героями
Однажды летом из Богучарова был вызван староста <…>, обвиняемый в разных мошенничествах и неисправностях. Николай вышел к нему на крыльцо, и с первых ответов старосты в сенях послышались крики и удары. <…>
-Эдакой наглый мерзавец, - говорил он, горячась при одном воспоминании. – Ну, сказал бы он мне, что был пьян, не видал… Да что с тобой, Мари? – вдруг спросил он" (Эпилог, ч. 1, гл. VIII).
Жена упрекает мужа в таких поступках. Не одобряет, конечно, и Толстой. Но Николай не всегда может сдержать себя, и автор не судит строго за это своего героя: "С тех пор, как только при объяснениях со старостами и приказчиками кровь бросалась ему в лицо и руки начинали сжиматься в кулаками, Николай вертел разбитый перстень на пальце и опускал глаза перед человеком, рассердившим его. Однако же раза два в год он забывался и тогда, придя к жене, признавался и опять давал обещание, что уже теперь это было в последний раз.
-Мари, ты, верно, меня презираешь? – говорил он ей. – Я стòю этого.
-Ты уйди, уйди поскорее, ежели чувствуешь себя не в силах удержаться, - с грустью говорила графиня Марья, стараясь утешить мужа" (Эпилог, ч. 1, гл. VIII).
Конечно, "Война и мир" — это отнюдь не просто запоздалая апология "старого барства". Но понять роман Толстого без учета противостояния автора влиятельной "либеральной" традиции в отечественной словесности невозможно. Иначе происходит неизменное упрощение смысла этого произведения и позиции его создателя.