Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Шутки и остроты А. С. Пушкина

Шутки и остроты А. С. Пушкина

те, те и те, те, те.

Ближайший друг Пушкина, известный поэт барон А. А. Дельвиг, имел необыкновенную склонность всегда и везде резать правду, притом вовсе не обращая внимания на окружающую обстановку.

Однажды у Пушкина собрались близкие его друзья и знакомые. Выпито было изрядно. Разговор коснулся интимной жизни поэта. Пушкин остановил расходившегося Дельвига, начавшего рассказывать о каком-то любовном похождении Александра Сергеевича:

— Перестань, Дельвиг, сочинять небылицы.

— Я не сочиняю небылиц,— возразил барон,— Мой-девиз — резать правду!

Пушкин говорит ему в тон:

— Бедная, несчастная правда! Скоросовершенно перестанет существовать: ее окончательно зарежет

Дельвиг.

У Кларисы денег мало, Ты богат — иди к венцу:

И богатство ей пристало, И рога тебе к лицу.

Любимым упражнением Пушкина в детстве, по словам его сестры, сначала было импровизировать маленькие комедии и самому разыгрывать их перед сестрою, которая в этом случае составляла публику и произносила свой суд. Однажды как-то она освистала его пьеску “Escamoteur”®. Он не обиделся и сам на себя написал следующую эпиграмму:

Dis moi, pourquoi 1'

Escamoteur Est-il siflle par le parterre?

Helas, c'est que le rauvre auteur

L'escamota de Moliere.7

Один из петербургских аристократов, князь N, хвастун и скряга, давал вечер, на котором присутсгвовал и Пушкин. За ужином хозяин подошел к поэту и спросил его:

— Как вы, Александр Сергеевич, находите это вино? Пушкин в ответ несколько запнулся.

— Мичего... Кажется, порядочное...

— А поверите ли, что шесть месяцев тому назад его и в рот взять нельзя было?

— Поверю,— ответил поэт.

Однажды Александр Сергеевич был в гостях у Анны Петровны Керн. В обществе зашел разговор о том, где лучше быть после смерти—в раю или в аду? Когда с этим вопросом обратились к Пушкину, он, не задумываясь, ответил:

— Конечно, в раю1 Я уверен, что встречу там такую прелестную женщину, как m-me Керн!

Однажды государь Николай Павлович в интимной беседе с поэтом спросил его:

— Пушкин, если бы ты был в Петербурге, принял бы ты участие в 14 декабря?

— Неизбежно, государь! — отвечал он.— Все он друзья были в заговоре, и мне было бы невозможно отстать от них. Одно отсутствие спасло меня,—и я благодарю за это небо.

Этот прямой и откровенный ответ понравился государю, который был сам рыцарь чести и притом один из всех, окружавших его престол, понимал значение Пушкина и сознавал в нем силу поэтического гения, для которого требуются рост и свобода.

— Довольно ты подурачился,— заметил государь,— надеюсь, теперь будешь рассудителен, и мы более ссориться не будем. Все, что ты сочинишь, присылай ко мне: отныне я сам буду твоим цензором.

В тот же вечер на балу у французского посланника маршала Мармона государь сказал графу Д. Н. Блудову:

— Знаешь ли ты, что сегодня я говорил с умнейшим человеком в России? С Пушкиным.

Однажды Пушкин вошел к школу гвардейских подпрапорщиков, где между молодежью имел много знакомых. Молодежь занималась делом: ловила мышь. Но расторопная мышь улизнула от них уже перед глачпми вошедшего Пушкина, который при этом воскликнул:

Победили, победили!

Так воскликнем же ура!

Если мышь мы не убили,

То убили мы бобра!

Кто-то, желая смутить Пушкина, спросил его в обществе: “Какое сходство между мною и солнцем?”. “Ни на вас, ни на солнце нельзя взглянуть не поморщившись”,— быстро ответил поэт.

Желая отвратить от поэзии одного из своих друзей-стихотворцев, Пушкин представил ему, между прочим, в стихах незавидную судьбу, часто постигающую поэтов. Но друг-поэт, очевидно, не остался доволен таким советом и возразил, что он — Пушкин, который сам. пишет стихи, не должен отклонять от них других. Пушкин не замедлил ответить ему следующими стихами:

Арист, без дальних слов, вот мой тебе ответ:

В деревне, помнится, с мирянами простыми,

Священник пожилой и с кудрями седыми,

В миру с соседями, в чести, довольстве жил

И первым мудрецом у всех издавна слыл.

Однажды, осушив бутылки и стаканы,

Со свадьбы, под вечер, он шел немного пьяный;

Попалися ему навстречу мужики.

“Послушай, батюшка,— сказали простаки,—

Настави грешных нас—ты пить ведь запрещаешь,

Быть трезвым всякому всегда повелеваешь,

И верим мы тебе; да что ж сегодня сам...”

“Послушайте,— сказал священник мужикам,

Как в церкви вас учу, так вы и поступайте,

Живите хорошо, а мне — не подражайте”.

Во время путешествия Пушкина с семейством генерала Раевского по Кавказу при них находился военный доктор Рудыковский, который рассказывает, как подшутил над ним однажды поэт:

“В Горячеводск мы приехали все здоровы и веселы. По прибытии генерала в город, тамошний комендант явился к нему и вскоре прислал книгу, в которую вписывались имена посетителей вод. Все читали, любопытствовали. После нужно было книгу возвратить и вместе с тем послать список свиты генерала. За исполнение этого взялся Пушкин. Я видел, как он, сидя на куче бревен на дворе, с хохотом что-то писал,— но ничего и не подозревал. Книгу и список отослали к коменданту.

На другой день во всей форме отправляюсь к доктору Ц., который был при минеральных водах.

— Вы лейб-медик? Приехали с генералом Р.?— спросил меня доктор Ц.

— последнее справедливо, но я не лейб-медик.

— Как не лейб-медик? Вы так записаны в книге коменданта; бегите к нему, из этого могут выйти дурные последствия.

Бегу к коменданту, спрашиваю книгу, смотрю: таи

В свите генерала вписаны — две его дочери, два сына, лейб-медик Рудыковский и недоросль Пушкин.

Насилу убедил я коменданта все это исправить, доказывая, что я не лейб-медик и что Пушкин не нело-росль, а титулярный советник, выпущенный этим чипом из Царскосельского лицея. Генерал порядочно пожурил Пушкина за эту шутку. Пушкин немного на меня подулся, а вскоре мы расстались. Возвратясь в Киев я прочитал “Руслана и Людмилу”—и охотно простил Пушкину его шалость.

Память у Пушкина была замечательная, особенно на стихи; прозу он — по его словам — запоминал хуже. Как только есть размер рифмы — слова сами укладываются у него в голове.

— Они устанавливаются в ряды, как солдаты на парад! — говорил поэт.

Есть у меня приятель на примете:

Неведомо, в каком бы он предмете

Был знатоком, хоть строг он на словах,

Но черт его несет судить о свете!

Попробуй он судить о сапогах.

Однажды Пушкин был очень не в духе. У него была сильная надобность в деньгах, а скорого получения их не предвиделось. В эти неприятные минуты является какой-то немец-сапожник и энергично требует свиданья с Пушкиным. Раздосадованный поэт выходит и рел

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: