Частица ну в диалогической и монологической речи (Word'97)
Принципиально новую классификацию, основанную на функционировании частиц, представляет Н.Ю.Шведова в “Русской грамматике” 1980 г. Сначала определяются функции частиц: частицы “...во-первых, участвуют в образовании форм слов и форм предложений с разными значениями ирреальности (побудительности, сослагательности, условности. желательности); во-вторых, выражают самые разнообразные субъективно-модальные характеристики и оценки сообщения или отдельных его частей; в-третьих, участвуют в выражении цели сообщения (вопросительность), а также в выражении утверждения или отрицания; в-четвертых, характеризуют действие по его протеканию во времени, по полноте или неполноте, результативности или нерезультативности его осуществления. Перечисленные функции частиц группируются, с одной стороны, в функции формообразования, с другой стороны, в функции разнообразных коммуникативных характеристик сообщения. Общим для всех этих функций является то, что во всех случаях в них присутствует значение отношения: или отношения (отнесенности) действия, состояния либо целого сообщения к действительности, или отношение говорящего к сообщаемому, причем оба эти вида отношений очень часто совмещаются в значении одной частицы” (Русская грамматика, 1980, с. 723). Здесь же дается определение значения частиц: “Значением частицы как отдельного слова является то отношение, которое выражается ею в предложении”, то есть семантика частиц выявляется в их функционировании.
Затем, в соответствии с названными функциями, выделяются следующие основные разряды частиц: “1. формообразующие (участвующие в образовании форм слов и форм предложений); 2. отрицательные; 3. вопросительные; 4. частицы, характеризующие признак по его протеканию во времени, по полноте или неполноте, результативности или нерезультативности осуществления; 5. модальные; 6. частицы - утверждающие или отрицающие реплики диалога” (Русская грамматика, 1980, с. 723). При этом делается существенное замечание: модальные (оценочные, экспрессивные) значения в том или ином виде присутствуют и в остальных частицах. (Там же).
Существуют и другие классификации частиц. Так, М.Г. Щур предлагает классифицировать частицы по трем признакам: по семантическому признаку, по особенностям функционирования и по связи с типом речевого акта. По основному - семантическому - признаку частицы, по мнению М.Г. Щур, делятся на 11 разрядов: 1. модальные; 2. эмоционально-экспрессивные; 3. адрессивные; 4. количественные; 5. отрицательные; 6. фазисные; 7. выделительные; 8. отождествительные; 9.градационные; 10. частицы-реплики; 11. контекстные. По особенностям функционирования: частицы могут функционировать в относительно замкнутом высказывании, а также выводить высказывание в более широкий контекст. И наконец, частицы могут классифицироваться по соотнесенности с типом речевого акта: вопросительным, побудительным и утвердительным. (Щур, 1997, с. 621).
§3. Соотношение частиц с другими классами.
При определении частиц остро встает вопрос о границах этого класса. “Это обусловлено функциональной неоднородностью служебных элементов, объединяемых в класс частиц” (Стародумова, 1988, с. 3). Частицы связаны происхождением и соприкасаются функционально с различными классами слов, как знаменательными (местоимениями, глаголами, наречиями и др.), так и служебными (союзами и предлогами). Но подробнее мы остановимся на соотношении частиц с теми классами слов, с которыми граничит объект нашего исследования - частица “ну”. Рассмотрим взаимоотношения частиц и союзов, а также частиц и междометий.
Частицы и союзы. По мнению Е.А.Стародумовой, “существует немало частиц, которые происходят из союзов: “даже”, “и”, “или” и др. Многие из этих частиц, а также ряд частиц несоюзного происхождения соотносятся с союзами функционально, проявляясь то как союз, то как частица” (Стародумова, 1988, с. 5). Н.Ю.Шведова выделяет разряд “союзных частиц”, к которым, в частности, относит сложные частицы “ну и”, “ну так” и др. Она считает, что “связи союзных частиц с собственно союзами являются очень живыми, функция соединения для них настолько же характерна...”(Шведова, 1960, с. 163). А И.Н.Кручинина определяет “ну” как “сочинительный союз с ограничительно-уступительным значением”(Кручинина, 1988, с. 119).
Причину близости союзов и частиц В.В.Виноградов видел в семантической емкости слов, “принадлежащих к реляционной категории” (Виноградов, 1986, с. 545). Но все же, несмотря на функциональную близость союзов и частиц, “необходимо... при описании служебных слов учитывать те существенные признаки, которыми отличаются частицы (“не-союзы”) от подлинных союзов” (Стародумова, 1988, с. 5).
Частицы и междометия. Между частицами и междометиями также есть сходство: “Они имеют точку соприкосновения - отношение к эмоциональной сфере высказывания” (Стародумова, 1997, дис., с. 19). Междометия служат для “выражения чувств, ощущений, душевных и других эмоционально-волевых и эмоциональных реакций на окружающую действительность” (Русская грамматика, 1980, с. 732). Частицам также свойственна эмоциональная функция. “Но частицы при этом непременно выражают отношение говорящего к ситуации или объекту, а междометия, по определению А.Вежбицкой, “не имеют иллокутивной силы” (Стародумова, 1997, дис., с. 19). Тем не менее, в некоторых случаях разграничить частицу и междометие чрезвычайно трудно, и разными исследователями “единицы с тождественными функциями трактуются по-разному” (Там же). Например, в тексте “Ну бал! Ну Фамусов! умел гостей назвать! Какие-то уроды с того света.” (Грибоедов. Горе от ума) “ну” по Н.Ю.Шведовой, описывается как частица со значением оценки (Шведова, 1960, с. 191), а по толковому словарю под ред. А.П. Евгеньевой - как междометие, выражающее недовольство, негодование, удивление (Толковый словарь русского языка, 1982, с. 513).
Глава 2. Семантика и прагматика частиц.
По мнению Е.В.Падучевой, границу между семантикой и прагматикой в лингвистике провести трудно. “Семантика - это отношение знаков к реальности; прагматика - отношение знаков к их пользователям, прежде всего - к говорящему” (Падучева, 1996, с. 221).
§1. Семантика частиц.
Сложности определения статуса частиц обусловили “наметившееся в языкознании 60-70-х гг. стремление к их пословному описанию и отсутствие системно-иерархического описания их общей семантики” (Николаева, 1990, с. 580). Тем не менее И.М.Кобозева в работе “Проблемы описания частиц в исследованиях 80-х гг.” дает определение обобщенной семантической функции частиц: “Служить мостиком между высказанным и подразумеваемым” (Кобозева, 1991, с. 155). И уже в рамках этой общей семантической функции могут быть выделены частные значения частиц.
Несомненна индивидуальность каждой частицы, поэтому “их значения следует классифицировать как лексические, то есть собственно словарные"(Смирницкий, 1955, с. 15). В то же эти значения являются грамматическими, так как имеют служебный характер, но таковыми они являются не по отношению к самой частице, а по отношению к той единице, которую они обслуживают, - к предложению, высказыванию” (Стародумова, 1997, с. 11). По уточнению И.М.Кобозевой, “значения частиц, как и других служебных слов, ближе к грамматическим, чем к “нормальным” лексическим” (Кобозева, 1991, с. 166).
Дискуссионным является вопрос о наличии у частиц собственного инвариантного значения. Е.Г.Борисова дает следующее определение семантического инварианта значения: “общая часть значений частицы”(Борисова, 1982, с. 3). Она также предлагает отдельно описывать назначение частиц и отдельно - их полное значение, “что позволяет уточнить семантические описания некоторых употреблений частиц. Особое внимание, - считает она, - следует обратить на то, чтобы при описании различных значений одной частицы учитывать существующее между ними различие и отражать его при помощи... инварианта” (Там же).
§2. Прагматика частиц, теория речевых актов.
Исследованием прагматики и соответствующих функций частиц занимались многие лингвисты, в том числе Т.В.Булыгина, А.Д.Шмелев, Т.М.Николаева, И.М.Кобозева, Р.С.Столнейкер, А.А.Романов, Н.Д.Арутюнова, Е.В.Падучева. Поскольку прагматика, по определению Р.С.Столнейкера, “это наука, изучающая язык в его отношении к тем, кто его “использует” (Столнейкер, 1985, с. 419), прагматические функции частиц имеют отношение к “организации процесса коммуникативного взаимодействия” (Кобозева, 1991, с. 158). Более того, частицы, как считает Т.М.Николаева, “несут на себе весь максимум коммуникативного (в отличие от номинативного) пласта высказывания. Они передают отношение к ситуации, отношение элементов текста друг к другу, отношения говорящих и отношение говорящего к той системе “общего фонда знаний”, которая объединяет адресанта и адресата. Таким образом, это слова максимально ответственные за удачу общения” (Николаева, 1985, с. 14).
Здесь необходимо сделать отступление и подробней остановиться на основных теоретических понятиях прагматики и теории речевых актов, которые представленны в работах А.Вежбицкой, Н.Д.Арутюновой, Дж.Остина, П.Ф.Стросона, Дж.Серля, З.Вендлера , В.Г.Гака и других исследователей. Центральными понятиями прагматики и теории речевых актов становятся акт коммуникации, или речевой акт, и контекст, в котором эти акты реализуются. “Взаимодействие речевых актов и контекста составляют основной стержень прагматических исследований, а формулирование правил этого взаимодействия - ее главную задачу” (Арутюнова, Падучева, 1985, с. 7).
В акте речи различаются две стороны: “высказывание описывает прежде всего определенное событие (предметные отношения, положение дел)” (Гак., 1982, с. 12), это так называемый диктум, или пропозиция (субъектно-предикатное отношение высказывания); с другой стороны, высказывания с одним диктумом могут отличаться друг от друга по цели сообщения (повествование, вопрос, побуждение и т.д.), степени информированности собеседника, обозначению позиции говорящего. Совокупность этих значений, “ как бы модифицирующих основное содержание высказывания.., и составляет его модус... Прагматический подход нацелен прежде всего на изучение этих значений”(Там же).
В.Г.Гак, анализируя структуру речевого акта с точки зрения прагматики, выявляет следующие его компоненты: “1. говорящий; 2. адресат речи; 3. исходный материал высказывания (пресуппозиция говорящих): 4. цель сообщения; 5. развитие, внутренняя организация речевого акта; 6. контекст и ситуация общения” (Там же). В нашей работе основное внимание уделяется трем компонентам речевого акта: говорящему, адресату и цели сообщения - иллокутивной силе высказывания.
Основы теории речевых актов изложил Дж.Остин в курсе лекций “Слово как действие”, где представил речевой акт как трехуровневое образование: “Речевой акт в отношении к используемым в его ходе языковым средствам выступает как локутивный акт; речевой акт в его отношении к манифестицируемой цели и ряду условий выступает как иллокутивный акт. Наконец, в отношении к своим результатам, речевой акт выступает как перлокутивный акт” (Кобозева, 1986, с. 13). В своем исследовании Остин не дает точного понятия иллокутивного акта (наиболее интересующего нас). Его попытки обнаружить различительные признаки иллокутивных актов П.Ф.Стросон сводит к четырем основным положениям, из которых наиболее важным можно считать первое (иллокутивный акт отличается от локутивного по признаку целенаправленности) и четвертое (иллокутивный акт отличается от перлокутивного по признаку конвенциальности) (Стросон, 1986, с. 131-132).
Классификацию иллокутивных актов Остина (вердиктивы, экзерситивы, комиссивы, бехабитивы и экспозитивы) подверг критике Дж.Серль в работе "Классификация иллокутивных актов”. Он выдвинул “альтернативную таксономию”, которая также состоит из из пяти классов иллокутивных актов: 1.репрезентативы; 2. директивы; 3. комиссивы; 4. экспрессивы; 5. декларации. (Серль, 1986, с. 181-182). Эта классификация отличается от классификации Остина, хотя и частично совпадает с ней.
Существуют и другие классификации иллокутивных актов. Например, в статье Н.Д.Арутюновой “Речевой акт” приводятся следующие основные классы актов коммуникации: “информативные речевые акты сообщения (репрезентативы); акты побуждения (директивы, прескрипции); акты принятия обязательств (комиссивы); акты, выражающие эмоциональное состояние (экспрессивы); акты-установления (декларации, вердикты, оперативы” (Арутюнова, 1990, с. 413). Е.В.Падучева выделяет речевые акты утверждения, речевые акты вопроса, побудительные (императивные) речевые акты и речевые акты экспрессивного типа. (Падучева, 1996, с. 301-311). А Е.Р. Добрушина вводит понятие “верификативного речевого акта” - такого акта, “в котором устанавливается реальность/нереальность предполагаемого акта” (Добрушина, 1997, с. 196). Исходя из этого определения, она выделяет следующие частные типы верификативных речевых актов: 1.“собственно верификация” (положительная и отрицательная), которая возникает как реакция на “общий вопрос”; 2. “подтверждения” и “опровержения”, которые возникают как реакция на “сообщения” и “утверждения”; 3. “верификативное согласие и несогласие”, которые возникают как реакция на высказывание “мнения” (Там же, с. 197-198).
Подводя итоги рассмотрению речевых актов, можно сказать, что с точки зрения иллокуции количество типов речевых актов довольно ограниченно: “мы сообщаем другим, каково положение вещей; мы пытаемся заставить других совершить нечто; мы выражаем свои чувства и отношения; наконец, мы с помощью высказываний вносим изменения в существующий мир” (Серль, 1986, с. 195). Но, несмотря на ограниченность количества основных типов речевых актов, можно сказать, что частицы, внося дополнительные оттенки значения в высказывание, создают в рамках одного типа разные, не всегда похожие речевые акты. За счет этого и происходит расширение узкого круга основных типов актов коммуникации.
§3. Функции частиц.
Функции частиц различаются прежде всего по их связи с семантикой. Е.А. Стародумова предлагает свою классификацию функций частиц, в основе которой лежит деление функций на первичные (в которых семантика частиц проявляется непосредственно) и вторичные ( в которых семантика частиц проявляется опосредованно) (Стародумова, 1997, с.15). Для краткости изложения эта классификация представлена нами в виде таблицы:
|
Первичные функции |
Вторичные функции |
|
I. Коммуникативно-прагматические |
I. Текстовые |
|
1. В монологе: частицы выражают отношение говорящего - к содержанию высказывания; - к какому-либо фрагменту действительности. |
1. В монологе: а) функция может “наслаиваться” на коммуникативно-прагматическую и/или коммуникативно-синтаксическую функцию; б) функция текстовой скрепы. |
|
2. В диалоге: частицы показывают речевое взаимодействие между собеседниками. Функция может быть определена как контактоустанавливающая. а) В репликах-стимулах: - побуждение к ответу; - побуждение к действию. б) В репликах-реакциях: функция поддержания контакта: - в начале реагирующей реплики; - в репликах-повторах; - самостоятельные частицы-реплики. |
2. В диалоге: совпадают с коммуникативно-синтаксическими функциями: частицы служат для синтаксического оформления диалогического текста. |
|
II. Коммуникативно-синтаксические |
II. Конструирующие |
|
1. В монологе: частицы служат средством выражения актуального членения высказывания. |
И в монологе, и в диалоге: участие частиц в построении синтаксических конструкций проявляется в следующих формах: 1. частица - аналог союза; 2. частица - уточнитель, конкретизатор при союзе; 3. частица - компонент союза; 4. частица - компонент структурной схемы предикативной единицы или компонент реализации структурной схемы. |
|
2. В диалоге: а) функция актуализатора темы и ремы; б) релятивная функция: осуществление связей: - между репликами; - внутри реплики; в) функция коммуникатива: частица в роли целого ответного высказывания. |
|
III. Стилистические |
|
|
1. В монологе: частицы являются своеобразным показателем различных форм и типов речи, а также индивидуального авторского стиля. |
|
|
2. В диалоге: а) в непосредственном диалоге у частиц нет и не может быть стилистической функции, так как они употребляются непроизвольно; б) в литературной форме диалога употребление частиц отражает стилистические намерения автора произведения. |
(Там же, с. 15 - 43).
Глава 3. Частица “ну” в словарях и научной литературе.
§1. Слово “ну” в словарях.
“Ну” - одно из самых употребляемых слов в русском языке. В “Частотном словаре русского языка”, где описано около 40000 слов, “ну” входит в первую сотню. По данным этого словаря, в 59 взятых текстах “ну” встречается 1173 раза. Чаще всего это слово употребляется в драматургии (1156 раз) и в художественной прозе (503 раза), то есть преимущественно в “литературной” форме диалога. Реже “ну” встречается в газетно-журнальных статьях (66 раз) и в научно-публицистических текстах (48 раз) (Частотный словарь русского языка, 1977, с. 390).
По происхождению “ну” - общеславянское слово. Н.М. Шанский и Т.М. Боброва считают его звукоподражанием: “ср. нукать, аналогичное тпрукать” (Шанский, Боброва, 1994, с. 205).
В словарях “ну” описывается по-разному. Д.Э. Розенталь и М.А. Теленкова считают “ну” модально-волевой частицей (Розенталь, Теленкова, 1976, с. 528). Но это единственный случай, когда данное слово в словарях трактуется однозначно. В большинстве словарей слово “ну” представлено как разные части речи: междометия, союзы, частицы с союзным значением и другие частицы. Так, Владимир Иванович Даль считает его или междометием, или союзом. Частиц в его классификации быть не может, поскольку этот класс в грамматических классификациях в то время еще не был представлен. В.И. Даль определяет “ну” как междометие в следующих случаях: “...понудительное, понукательное<...> : Да ну, иди, что ли! <...> // угрозы, вызова: А ну, подойди-ка!<...> // брани, проклятий: Ну тебя, отвяжись, пропади. <...> // изумления: Ну, брат, выкинул же ты штуку!” (Даль, 1981, с. 558). А союзом В.И. Даль называет “ну” в таких ситуациях: “Со. близкий по значению с междометием “давай”, “начал”: Вот он, ну его бить!<...> // убеждения, ободрения: Ну, полно тебе упрямиться. // согласия или уступки<...>: Приходи же завтра; “ну”.<...>“ (Там же). Кроме того, по мнению этого исследователя, “во многих случаях “ну” может быть принято и за союз, и за междометие, напр. Ну, кабы я не поспел, беда бы! Ну сказывай, я слушать стану.” (Там же).
В современных словарях “ну” квалифицируется уже не только как союз и междометие, но и как частица. В “Словаре русского языка” под ред. А.П. Евгеньевой частица “ну” и междометие “ну” разграничиваются как омонимичные части речи, поэтому они представлены в разных словарных статьях. Здесь наибольшее количество значений этого слова описывается как значения частицы; в первых трех значениях “ну” - вопросительная частица: “1. Употребляется для выражения вопроса с оттенком недоверия, удивления (- Это кто такой? - спросил у него сосед слева. - Помощник Лазо. Правая его рука. - Да ну? - удивился боец. (Седых. Даурия.)); 2. Употребляется как отклик на обращение или на сообщение о чем-л. (- Илья Ильич! - Ну? - откликнулся он. - А что ж управляющему-то сказать? (И. Гончаров. Обломов.)); 3. Употребляется в начале вопросительного предложения, выражающего опасение, предположение чего-л. нежелательного ([Хлестова:] Ну, как с безумных глаз затеет драться он! (Грибоедов. Горе от ума.))” (Словарь русского языка, 1982, с. 513-514); в других случаях частица “ну” имеет следующие значения: “4. усилительное. Употребляется для придания высказыванию большей силы, выразительности (- Ведь это неправда? --- Ну, конечно, неправда, - ответила Екатерина Дмитриевна, устало закрывая глаза. (А.Н. Толстой. Сестры.)); 6. Употребляется в значении: начал, стал, принялся энергично делать что-л. (- Представьте: вошли к нему и ну кричать и спорить, да так дико, злобно. (Тургенев. Накануне.)); 7. Употребляется в значении: допустим, положим ([Зина:] Вы первый курс? [Студентка:] Ну, первый. А какое это имеет значение? (Погодин. Маленькая студентка.))” (Там же).
Нужно отдельно сказать об употреблении “ну” как частицы в значении союза. В отличие от словаря В.И.Даля, здесь это слово уже не классифицируется как собственно союз, хотя в некоторых употреблениях его союзное значение присутствует. Поэтому в таких употреблениях “ну” считается частицей с союзным значением: “Употребляется в значении союза, указывающего на вывод, заключение или вводное замечание ( - Ну, и гости, разумеется, при этом случае бывают. И забава, и почет соблюден. (Тургенев. Малиновая вода.)” (Там же).
Как междометие “ну” выступает и в самостоятельных употреблениях: “Выражает призыв или побуждение к действию ([Бальзаминов:] Ну, давай плясать! Становись! (А. Островский. За чем пойдешь, то и найдешь))” (Там же), и в сочетаниях: “2. (с род. п. местоимений 2 и 3 л. ед. и мн. ч.: ну тебя, ну его и пр.). Выражает требование не надоедать чем-л., не приставать к говорящему (- Ну тебя к черту! Ну вас к лешему!); 3. (обычно в сочетании с частицами “и”, “уж”, “ж”: ну и, ну уж, ну ж). Выражает удивление, восхищение или недовольство, негодование, иронию и другие чувства ([Пионова:] Ну уж и женщины-то ваши тоже хороши! (Островский. Свои собаки грызутся, чужая не приставай!))” (Там же).
Кроме того, как самостоятельные, отличающиеся от “ну”, описываются междометия “ну-ка”, “ну-кась” и “ну-кася”, “ну-ну”, “нуте” и “нуте-ка”, “ну-тка”. Но, несмотря на отличие от междометия “ну”, значения этих сочетаний связаны со значением этого слова. Исключение составляет только одно из значений междометия “ну-ну”: “Употребляется для выражения согласия с собеседником, желания успокоить его (- Ну-ну, не сердись: я сделаю все, что прикажешь. (Гончаров. Обыкновенная история.))” (Там же, с. 515).
Подобным образом описывается слово “ну и” в “Толковом словаре русского языка” под ред. проф. Д.Н. Ушакова (Толковый словарь русского языка, 38, с. 601-603).
В “Толковом словаре русского языка” С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой “ну” в самостоятельных употреблениях относится только к междометиям и частицам. Союзное значение, приписываемое частицам в “Словаре русского языка” под ред. А.П. Евгеньевой, здесь отсутствует так же, как и употребление “ну” в качестве союза. Причем, как междометие “ну” отмечается здесь всего лишь в одном значении: “Выражает побуждение, удивление, негодование, иронию, восхищение (Ну, рассказывай! Ну, насмешил!)” (Ожегов, Шведова, 1995, с. 414). А наиболее частым употреблением, по мнению составителей, является употребление “ну” в качестве частицы. Но, отдавая должное краткости и емкости данной классификации значений слова “ну”, нельзя не указать на некоторое несоответствие. Одно из значений ”ну” как частицы (“Выражает удивление по поводу сказанного. - Сегодня он уезжает. - Ну?!” - там же) оказывается практически тождественным описанию “ну” как междометия. Такая отнесенность близких употреблений слова к разным частям речи кажется достаточно противоречивой. Но, несмотря на это, в данном случае “ну” классифицируется исследователями именно как частица. Кроме этого употребления, как частица “ну” описывается в следующих значениях: “3. В изложении употребляется для некоторого резюмирования и указания на возможность перехода к дальнейшему (-Все готово, ну, кажется, можно ехать.); 4. Употребляется при неопределенном наклонении для обозначения неожиданного и резкого начала действия (-Она ну кричать! Ну на него кидаться!); 5. Выражает утверждение при некотором недовольстве и готовности возражать или обсуждать (Ты пойдешь гулять? - Ну пойду.); 6. То же, что “да” (- Ты что, болен? - Ну.)” (Там же).
Сочетание “ну и “ определяется С.И.Ожеговым и Н.Ю.Шведовой как союз: “Вот поэтому и, вот по этой причине (- Ослабел, ну и отстал.)” (Там же), а так же как фразеологизм: “В сочетании со следующим словом выражает оценку, удивление, подчеркивание (- Ну и молодец! Ну и насмешил!)” (Там же), в то время как “Словарь русского языка” под ред. А.П. Евгеньевой называет “ну и “междометием “ну” в сочетании с частицей “и”, выражающим различные чувства.
Нужно отметить, что, классифицируя значения “ну” в самостоятельных употреблениях, составители всех перечисленных словарей единодушно относят к классу междометий “ну” в следующих значениях: 1. “Выражает призыв или побуждение к действию” (Словарь русского языка, 1982, с. 513); 2. “В значении изумления” (Даль, 1981, с. 558). Кроме этого, и словарь С.И.Ожегова, Н.Ю.Шведовой, и словарь А.П.Евгеньевой описывают как междометие “ну” в следующем употреблении: “Выражает ...восхищение или недовольство, негодование, иронию и другие чувства” (Словарь русского языка, 1982, с. 513). А В.И. Даль выделяет как междометие “ну” в значении “угрозы, вызова” (Даль, 1981, с. 558).
В качестве частицы во всех словарях “ну” выступает в следующих случаях: 1.“при неопределенном наклонении для обозначения неожиданного и резкого начала действия” (Ожегов, Шведова, 1995, с. 414); 2. “в значении: допустим, положим”(Словарь русского языка, 1982, с. 513-514). Как частицу С.И.Ожегов и Н.Ю.Шведова описывают и “ну” со значением вывода, а в словаре под ред. А.П.Евгеньевой уточняется, что это частица с союзным значением. Кроме того, в каждом словаре описываются частные значения частицы “ну” в самостоятельном употреблении. Так, в “Словаре русского языка” под ред. А.П. Евгеньевой частица “ну” имеет усилительное значение и значение “отклика на сообщение или обращение” (Словарь русского языка, 1982, с. 513), в “Толковом словаре русского языка” С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой - значение удивления, а также “утверждения при некотором недовольстве” (Ожегов, Шведова, 1995, 414), а в словаре В.И. Даля “союз” “ну” имеет значение убеждения, ободрения (Даль, 1981, с. 558).
В “Словаре эквивалентов слова” Р.П. Рогожниковой “ну” в сочетаниях определяется как частица и как междометие. В качестве частицы описываются сочетания “ну вот”, “ну да”, “ну что” и “ну (,) что же (ж). Сочетания “ну и” и “ну уж” здесь также определяются как частицы, тогда как “Словарь русского языка” под ред. А.П. Евгеньевой трактует их как междометие “ну” в сочетании с частицами “и” и “уж”, а “Толковый словарь русского языка” С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой описывает “ну и “ как союз. По поводу определения сочетания “ну и что <же (ж)>“ также нет единого мнения. В словаре Р.П.Рогожниковой это сочетание считается частицей: “1. Служит для уточнения каких-л. обстоятельств (- Да, самолюбив. Ну и что? А у тебя самолюбия нет? (В.Кожевников. Корни и крона.)); 2. В ответной реплике. Не имеет значения (- Вы же сами сказали. - Ну и что же, что сказал? Путь заняли эшелоны, понимаете? (К. Федин. Необыкновенное лето.))” (Рогожникова, 1991, с. 171-173), а в словаре под ред. А.П. Евгеньевой - фразеологизмом на основе междометия. “Ну как” оба словаря называют частицей, но описывают разные значения этого сочетания: “Словарь эквивалентов слова” - “служит для выяснения того, какое впечатление произвело что-л. на кого-л.” (Там же), а “Толковый словарь русского языка” - “опасение, предположение чего-л. нежелательного” (Толковый словарь русского языка, 1982, с. 513). Сочетание “ну тебя” и под. в словаре Р.П.Рогожниковой считается междометным: “Возглас при выражении отрицательного отношения к кому-, чему-л., нежелание иметь дело с кем-,