Богатство мыслей и чувств лирики А.С. Пушкина
III. Заключение.
I.
В свое время В. Г. Белинский в силу присущей ему способности исто-рического мышления счел нужным ограничительно определить социальную значимость своих оценок художественных произведений. Он писал о Пушки-не: "Пушкин принадлежит к вечно живущим и движущимся явлениям, не ос-танавливающимся на той точке, на которой застала их смерть, но продол-жающим развиваться в сознании общества. Каждая эпоха произносит о них свое суждение, и как бы неверно поняла она их, но всегда оставит сле-дующей за ней эпохе сказать что-нибудь новое и более верное, и ни одна никогда не выскажет всего".
В 1859 году Аполлон Александрович Григорьев писал о Пушкине: "Пушкин - наше все: Пуш-кин - представитель всего нашего душевного, особенного, такого, что остается нашем душевным, особенным после всех столкновений с чужим, с другим миром. Пушкин - пока единственный полный очерк народной личнос-ти,... полный и целый, но еще не красками, а только контурами набро-санный образ нашей народной сущности... Сфера душевных сочувствий Пуш-кина не исключает ничего до него бывшего и ничего, что после и будет правильного и органически - нашего".
Вокруг имени Пушкина создается атмосфера своего рода обожествления носителя и выразителя основных свойств "национальной души". Хотя есть и ни менее великие писатели. Пушкина - в меру уровня культурности господствующих классов дореволюционной Рос-сии - усиленно изучают, издают, на нем "воспитывают" подрастающие по-коления.
Чтобы показать, какое содержание нередко вкладывали в понятие "на-циональный поэт", приведем один пример. В торжественной речи, произне-сенной в 1891 году на празднике памяти Пушкина в одной из гимназий, учащимся сообщались следующие истины: "Идеал пушкинского политического устройства такой: свободная преданность долгу внизу, но милосердное могущество наверху... Пушкин был убежден, что православие есть основа нашего национального характера, нашей народности, что монахам мы обя-заны нашей историей, следовательно, и просвещением"
Чрезвычайно любопытную характеристику пушкинского гения полсотни лет тому назад дал французский критик Мелькиор де Вогюэ в своей книге о русском романе.
В главе, посвященной русскому романтизму и пушкинской поэзии, М. де Вогюэ пишет: "Надо признать, что творчество Пушкина, взятое в целом, не обнаруживает никаких этнических черт. Это - романтик, проникнутый духом, воодушевлявшим в то же самое время его собратьев в Германии, Англии и Франции; он выражает всеобщие чувства и влагает их в русские темы; но национальную жизнь он созерцает извне, как и все из его мира, глазами художника, свободного от всякого влияния расы.
"...Разве это значит умалить Пушкина, похитив его у расы для того, чтобы отдать человечеству? Я этого не думаю".
"...Случайность, заставившая его родиться в России, могла бросить его в любую другую страну; его творчество от этого нисколько бы не из-менилось, оно бы осталось тем, что оно есть, простым и верным зерка-лом, в котором отражаются все человеческие чувства под одеждой, приня-той около 1830 года образованным обществом Европы. Эти же стихи, вос-певающие русскую природу, русскую любовь, русский патриотизм, если в них изменить некоторые слова, будут воспевать те же предметы для анг-личанина, француза или итальянца".
"...Если прекрасно быть сыном Рюрика, то еще более прекрасно быть сыном Адама; и если, как это иные думают, является большей заслугой быть понимаемым только в Москве, то, может быть, еще большая заслуга, заставлять думать, плакать и улыбаться повсюду, где дышит человек; и Пушкину это удалось".
II.
"Его надо сослать в Сибирь" - негодовал император. Разумеется, его, возглавившего заговор против отца, болезненно задел намек в оде "Вольнос-ть.
О мученик ошибок славных,
За предков в шуме бурь недавних
Сложивший царскую главу.
И все же возмущала ни она, а стихи типа Сказок и посланий например - "К Ча-адаеву". Формально то, что мы называем южной ссылкой, значилось слу-жебным перемещением. Но по сути это была именно ссылка: Пушкина удаля-ли из столицы, отправляли под надзор. Он уехал из Петербурга в мае 1820 года - чтобы вернуться в 1826. На 5 лет он оказался исключен не только из светской жизни столицы, но и во многом из жизни литературных кружков и сообществ. Служебными обязанностями чиновник Пушкин перегру-жен не был. В этом была относительная свобода, но поэт Пушкин ощущал себя изгнанником - и это не могло не сказаться в его творчестве. 1820-1822 годы в творчестве Пушкина - расцвет романтизма.
В стихотворении "Деревня" (1819) Пушкин выступает против крепостно-го права. Чтобы подчеркнуть всю несправедливость крепостного права, Пушкин в построении стихотворения прибегает к приему