Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Лингвостилистические реалии комического в произведениях о. Генри (в подлиннике и переводах)

Лингвостилистические реалии комического в произведениях о. Генри (в подлиннике и переводах)

о связи стилистической категории образности с другими категориями стилистики: эмоциональностью, оценочностью, экспрессивностью – и их взаимоотношениях. Из многочисленных исследований данного направления большой интерес представляют работы В.А.Зарецкого (48; 49).

Концепция В.А.Зарецкого представляется убедительной и интересной. Особого внимания заслуживают следующие положения его теории:

Словесный художественный образ предстает как дополнительная информация к логическому содержанию, выраженному словарным значением.

Словесный художественный образ может быть выражен и словом, и целым отрезком текста, причем его содержание несводимо к содержанию составляющих его элементов.

Словесный художественный образ формируется в особом отрезке текста – образном поле, которое представляет собой определенную упорядоченность и систему.

Можно ли соотнести понятие языкового конструкта, дополнительной информации с понятием комического эффекта? Обратимся к примеру:

The potato girl was quite slim and small. And handled her potatoes as an old bachelor uncle handles a baby who is cutting teeth. She had a dull shoemaker’s knife in her right hand, and she had begun to peel one of the potatoes with it (“The Third Ingredient”).

Пер.: Картофельная девушка была тоненькая и маленькая и обращалась со своими картофелинами, как старый холостяк с младенцем, у которого режутся зубки. В правой руке она держала тупой сапожный нож, которым и начала чистить одну из картофелин («Третий ингредиент»).

Художественная действенность данного отрывка обусловлена наличием множественного значения (при одновременной реализации прямого и переносного значения лексической единицы potato). Наличие множественного значения, по теории Зарецкого, главное условие существования образа. Информация, возникающая в результате взаимодействия значений, не равнозначна собственному значению отдельно взятых слов и состоит из ряда компонентов, определяющих ее стилистическую значимость. Такими компонентами являются экспрессивность, эмоциональность, оценочность, которые привносятся в семантическую структуру высказывания в результате особой организации этого высказывания. Одновременная реализация прямого и переносного значений рассчитана на комическое восприятие, то есть на создание определенной эмоции. Через описание персонажа выражена опосредованная авторская оценка этого персонажа, при этом налицо и чувственная наглядность.

Данная образная информация рассчитана на воздействие особого рода, на реакцию эмоционального характера (улыбку, смех), поэтому она лежит в основе особого художественного образа – комического. В словесном комическом образе те лингвостилистические категории, о которых шла речь выше (экспрессивность, эмоциональность, оценочность), приобретают еще большую отчетливость, ибо комическое восприятие предполагает, с одной стороны, обязательное включение эмоций (смех – это эмоция) и, с другой стороны, оценку фактов и явлений действительности. Эта оценка выражает отношение писателя к изображаемому и формирует читательское отношение.

В плане создания комического образа художественный текст может быть стилистически информативен, во-первых, потому, что данная прагматическая информация присуща самому языку, то есть в самом языке имеются лексические единицы, обладающие заданностью на комическое воздействие, константной прагматической заданностью. Это языковые единицы, имеющие словарные пометы «комич.», «иронич.», «шутл.» и т.п. Во-вторых, прагматическая заданность текста может создаваться в результате определенной организации высказывания, сводящейся к сознательному конструированию некой системы явлений или понятий, а также системы слов с целью вызвать эффект комического, создать СКО.

Языковые единицы, обладающие константной стилистической информативностью, в художественном тексте в зависимости от его целенаправленности могут получить усиление, или сенсибилизацию стилистической семы, благодаря воздействию разных факторов – сенсибилизаторов. В нашем случае это будут сенсибилизаторы узуальной коннотации, отражающей прагматическую заданность данной лексической единицы на комическое воздействие. Но в языке число единиц с константной прагматической заданностью на комический эффект очень незначительно, о чем свидетельствует очень небольшое количество слов со словарными пометами данного стилистического плана. Наибольшим комическим потенциалом обладают устойчивые сочетания фразеологического характера, за счет которых в основном, и формируется прагматическое языковое поле с комической направленностью.

В системе всех средств, с помощью которых создается комический образ, главное место принадлежит не константным языковым прагмемам с заданностью на комическое воздействие, а лексическим единицам с другими коннотациями, которые в тексте произведения приобретают прагматическую заданность на комическое воздействие и участвуют в создании СКО. Прагматическая направленность языковых единиц создается под воздействием находящихся с ними в контакте языковых прагмем, т.е. в результате определенных контекстных условий. Такие условия называются в исследовании актуализаторами СКО, а сам процесс использования потенций, заложенных в единице языка, но не обнаруживающихся в ней до создания определенных условий ее функционирования, называются актуализацией СКО.

Понимание термина «актуализация» в стилистике ведет начало от работ лингвистов Пражского лингвистического кружка, в частности Я. Мукаржовского, которые считают, что актуализация какого-либо компонента означает выдвижение его на передний план, то есть такое использование языковых средств, которое привлекает внимание само по себе и воспринимается как необычное, лишенное автоматизма, «выдвинутое» (Б. Гавранек, Я. Мукаржовский). Такое же понимание актуализации находим в работах многих исследователей-стилистов (М. П. Румплянский, И. В. Шенько). Наличие в тексте каких-либо формальных признаков, фиксирующих внимание читателя на некоторых чертах текста и создающих экспрессивность, объединяется в стилистике декодирования под термином «выдвижение», что, в общем, и составляет механизм актуализации (И. В. Арнольд).

Теория выдвижения, разрабатываемая в русской школе стилистики декодирования, рассматривает актуализацию формы как указание на важные элементы содержания, устанавливает иерархию значений и элементов внутри текста, выдвигая на передний план особо важные части сообщения, затушевывая другие. К приемам выдвижения относятся, например, конвергенция, повтор, сцепление, обманутое ожидание, полуотмеченные структуры (И. В. Арнольд). Понимание актуализации в данном исследовании в принципе не отличается от общепринятого в стилистических исследованиях, но несколько сужено в зависимости от целей исследования; она понимается как процесс выдвижения, выделения языковых факторов, участвующих в формировании образа с определенной прагматической заданностью, то есть под актуализаторами СКО понимаются и условия (как лингвистические, так и ситуационные), и сами средства, участвующие в передаче СКО.

Прагматическая заданность художественного произведения обязательно предполагает модальность текста – категорию, определяющую отношение говорящего (пишущего) к действительности (Г. Клаус).

С прагматикой тесно связана и проблема подтекста, ибо прагматическая функция считается одной из основных функций подтекста (И. Р. Унанбаева). Принцип подтекста сводится к тому, что за непосредственно изображаемыми событиями читатель находит второй, глубинный, слой происходящего (А. А. Брудный).

Подтекст несет информацию, а значит, связан с такой категорией текста, как информативность. Подтекст не может быть обнаружен в результате стандартных аналитических процедур, при помощи которых выявляется эксплицитная информация, заложенная в тексте, а следовательно связан с категорией эксплицитности / имплицитности. Подтекст может возникать как спонтанно, так и в результате сознательных действий говорящего (так же, как может восприниматься осознанно или неосознанно) и поэтому связан с категорией интенциональности.

В различных работах, посвященных описанию подтекста, называются разные средства его выражения. Среди них – многозначные слова (точнее, их контекстуальные, выходящие за рамки узуса значения); дейктические слова; частицы; диминутивные морфемы; восклицания; различные виды повторов; парцелляция; нарушение логической последовательности; паузы и т. д.. Общим для этой совокупности средств является то, что все они могут рассматриваться как дополнительные, необязательные элементы текста, лишь надстраивающиеся над «коммуникативным минимумом» текста, то есть средствами, обеспечивающими передачу основной, эксплицитной информации. Приведенный выше список средств выражения подтекста может быть разделен на две части: собственно языковые средства, обладающие способностью выражать оба вида информации, и приемы их использования, являющиеся средством дополнительного маркирования, «переключения» их с функции выражения основной информации на функцию выражения дополнительной информации. К первой части могут быть отнесены многозначные слова, дейктические слова, частицы, повтор как средство создания связности текста. Куда более существенной представляется задача выяснения второй части списка – средств дополнительной маркировки языковых средств. Первая группа таких средств – нарушение стандартного функционирования языковых средств. К этой группе относятся парцелляция, эллипсис, умолчание, нарушение синтаксического или логического порядка расположения компонентов высказывания. Это нарушения, ведущие к разрушению определенных текстовых структур; соответственно они характерны для маркированных синтаксических (в широком смысле слова) средств выражения. Другая группа нарушений – использование отдельных единиц текста в нестандартных позициях – более типично для лексических (нарушения сочетаемости слов) и морфологических (неоправданное использование определенных артиклей и т.д.) средств. Однако и весь текст может выступать как единица, неадекватная речевой ситуации, а значит, в некотором смысле как единица, употребленная в нестандартной позиции. Вторая группа способов дополнительной маркировки текста – использование их хоть и без видимых нарушений узуальных норм, но с коммуникативной избыточностью. Иными словами, если средство употреблено правильно, с точки зрения «коммуникативного минимума» оно должно быть употреблено определенное количество раз. Увеличение этого числа создает маркированность. К этой группе способов относятся различные виды повторов; неадекватно большие паузы также могут рассматриваться как проявление коммуникативной избыточности (в таком случае они трактуются как повторение паузы).

Во второй главе «Антифразис и способы особой организации контекста, актуализирующие словесный комический образ в произведениях О.Генри» анализируется взаимодействие контрадикта и контекста как основа СКО иронической направленности, рассматривается особая организация стилистического контекста как источник СКО иронической направленности.

Одной из наиболее действенных форм комического является ирония. Для выражения иронии в стилистике существует специальный прием – антифразис, сущность которого состоит в несоответствии значения слова контексту его употребления.

Ирония – действенное средство создания СКО в произведениях О.Генри. Языковые средства для выражения иронии у О.Генри весьма богаты и разнообразны.

При исследовании было рассмотрено свыше 400 случаев актуализации СКО иронической направленности. Приблизительно 60% этих случаев представляют собой примеры актуализации СКО с помощью антифразиса. В качестве такого элемента могут выступать различные структурные единицы, конструирующие текст. Довольно часто в качестве антифразиса используется слово. Например:

Which instigates the moral reflection that life is made up of sobs, sniffles, and smiles, with sniffles predominating (“The Gift of the Magi”).

Пер.: Откуда напрашивается философский вывод, что жизнь состоит из слез, вздохов и улыбок, причем вздохи преобладают («Дары волхвов»).

Номинативное значение и узуальная оценка, реализованные существительным smiles - улыбки, находятся в полном противоречии с номинативным значением и узуальной оценкой, реализованными существительными sobs - слезы и sniffles - вздохи. Причем в контексте отрицательная оценка сенсибилизирована преобладанием лексических единиц sobs - слезы, sniffles - вздохи, номинативное значение которых выражает отрицательную оценку. Элемент, за счет которого выражается ирония, для удобства называется в исследовании контрадиктом. Иронический образ актуализируется в пределах контекста одного предложения на лексико-семантическом уровне, то есть наблюдается полная одноуровневая актуализация образа. Основная функция контекста – семантическое осложнение контрадикта, ведущее к созданию подтекста. Ирония используется как средство характеристики ситуации и формирования читательского отношения.

В качестве контрадикта может использоваться не одно слово, а сочетание или несколько сочетаний, как в следующем примере, где сочетание находится в отношении противопоставления к значению всего окружающего контекста:

My cosmopolite was sustaining the pride and reputation of the earth when the waiters closed in on both combatants with their famous flying wedge formation and bore them outside, still resisting (“A Cosmopolite in a Café”).

Сочетание the pride and reputation of the earth - гордость и доброе имя Земли, насыщенное узуальными положительными эмоционально-оценочными и экспрессивными коннотациями, противостоит значению следующего за ним контекста в пределах одного предложения. Описывая поведение одного из героев своего рассказа, О.Генри иронизирует, характеризуя героя фразой «гордость и доброе имя земли», в то время как тот затеял пьяную драку в кафе. Размеры контекста, необходимого для актуализации СКО иронической направленности, не превышают одного развернутого предложения. В отличие от предыдущего примера оценочные коннотации в контексте, которому противостоит контрадикт, формируются не за счет лексических единиц с узуальными отрицательными оценочными коннотациями, а опосредованно за счет описания действий, то есть формирование читательской оценки происходит на сюжетно-композиционном уровне, читателю предоставляется право самому формировать эту оценку в соответствии с собственным пониманием плохого-хорошего. В результате взаимодействия контрадикта и контекста ситуации наблюдается осложнение семантики сочетаний, формирующих контрадикт, что ведет к актуализации СКО иронической направленности.

В качестве контрадикта может использоваться целое предложение или несколько предложений.

Анализ примеров показывает, что не только контрадикт может иметь разную структуру, но и сам контекст, которому он противостоит, может иметь различную структуру и разные условия формирования оценочных полей, противопоставленных контрадикту.

Противоположная контрадикту оценка может быть выражена эксплицитно в семантике лексических единиц, формирующих контекст. Это имеет место в тех случаях, когда в семантической структуре языковых единиц, формирующих контекст, есть узуальные эмоционально-оценочные или экспрессивные коннотации или само номинативное значение представляет собой оценку денотата, то есть данные лексические единицы относятся к прагматическим языковым подсистемам (пр.1).

В ряде случаев писатель лишь описывает какой-то поступок, избегая прямых характеристик и оценок, предоставляя читателю возможность самому оценить ситуацию. Оценка в данном случае выражена опосредованно на сюжетно-композиционном уровне (пр.2).

Иногда автор прибегает к другому способу имплицитного формирования читательской оценки, противоположной контрадикту. В следующем примере контекстом, которому противостоит контрадикт, является развернутая речь героя. Автор не дает эксплицитно выраженной оценки героя, все лексические единицы, употребленные в речи героя и наполненные экспрессивными, эмоциональными и оценочными коннотациями, относятся не к нему, но читатель формирует свое отношение к данному герою именно через семантику этих лексических единиц, определяет, насколько соответствует содержание речи тем оценкам, которые выражены в контрадикте:

‘A competence is to be desired. But when you have so many millions that!’ she concluded the sentence with a gesture of despair. ‘It is the monotony of it,’ she continued, ‘that palls. Drives, dinners, theatres, balls, suppers, with the gilding of superfluous wealth over it all. Sometimes the very tinkle of the ice in my champagne glass nearly drives me mad’ (“While the Auto Waits”).

Пер.: «Достаток в средствах, конечно, желателен. Но когда у вас столько миллионов, что… - она заключила фразу жестом отчаяния. – Однообразие, рутина, - продолжала она, - вот что нагоняет тоску. Выезды, обеды, театры, балы, ужины – и на всем позолота бьющего через край богатства. Порою даже хруст льдинки в моем бокале с шампанским способен свести меня с ума» («Пока ждет автомобиль»).

Через речь героя выражено отношение к нему. Главная героиня рассказа относится к маленьким снобам из среды клерков и продавщиц, которые тешат себя эфемерными иллюзиями, стремясь подняться над себе подобными и приблизиться к социальной элите. В данном примере налицо присутствие подтекста с эмоциональной доминантой смысла. Оценка читателя формируется на лексико-семантическом уровне через семантику лексических единиц, имеющих или получивших в данном контексте эмоционально-оценочные и экспрессивные коннотации (gesture of despair - жест отчаяния, monotony - однообразие, drives me mad – сводит меня с ума). Само языковое выражение мысли играет здесь роль опосредованную, актуализация иронического образа осуществляется в результате соотнесения контрадикта с имплицитно выраженной оценкой героя, сформированной в плоскости читательского восприятия.

Очень часто в качестве средств, конструирующих контекст и определяющих его оценочное поле, выступают различные тропы, в этом случае оценка также создается имплицитно. Среди тропов излюбленным приемом О.Генри является метафора.

Так, в следующем примере взаимодействие контрадикта и контекста, выраженного развернутой метафорой, ведет к осложнению семантики и контрадикта:

John dragged the cold mutton from the ice-box, made coffee and sat down to a lonely meal face to face with the strawberry marmalade’s shameless certificate of purity. Bright among withdrawn blessings now appeared to him the ghosts of pot roast and the salad with tan polish dressing. His home was dismantled. A quinsied mother-in-law had knocked his lares and penates sky-high. After his solitary meal John sat

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: