Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Родина и природа в лирике С.А. Есенина

Родина и природа в лирике С.А. Есенина

Сергей Есенин прожил короткую жизнь (1895—1925), но в па­мяти и сознании народа жив. Его поэзия стала неотъемлемой частью духовной культуры нации. Есенин принадлежит к тем художникам, произведениям которых свойственна великая простота. Они понятны любому читателю. Стихи поэта входят в душу, сливаются с чувством любви к Роди­не. Быть может, именно это чувство нерасторжимой связи с род­ной землей и есть суть есенинского поэтического мира.

Край любимый! Сердцу снятся

Скирды солнца в водах лонных,

Я хотел бы затеряться

В зеленях твоих стозвонных.

Россия в сердце поэта, и оттого так пронзительно и звонко это признание в любви к родному краю! Один из продолжателей есенинской традиции в современной поэзии, Николай Рубцов, в точ­ных и выразительных строчках передал это качество творчества Есенина:

Версты все потрясенной земли,

Все земные святыни и узы

Словно б нервной системой вошли

В своенравность есенинской музы!


Родился Есенин на Рязанщине, в привольно раскинувшемся среди широких полей на крутом берегу Оки селе Константиново. Но из рязанской деревни поэт уехал совсем молодым, жил потом и в Москве, и в Петербурге, и за границей, в родную деревню приезжал время от времени как гость.

Память детства — «Родился я с песнями в травном одеяле» — питала корни его поэзии и самой жизни. В одной из автобиографий поэт отмечает, что у него было «детство такое же, как у всех сельских ребятишек»1. Оно оставило неизгладимый след в его творчестве.

Как хорошо,

Что я сберег те

Все ощущенья детских лет.

Большую часть жизни Есенину суждено было провести в го­роде, только наездами бывал он в бесконечно дорогих местах, где прошли детство и юность. Душа же осталась навечно привязанной к отчему дому, родной семье, любимым рязанским раздольям. Русская природа, крестьянский уклад, народное творчество, вели­кая русская литература — вот истинные источники его поэзии. Именно разлука с родной землей придала его стихам о ней ту теплоту воспоминаний, которая их отличает. В самих описаниях природы у поэта есть та мера отстраненности, которая позволяет эту красоту острее увидеть, почувствовать.

Для поэта родная деревня в России - это нечто единое, родина для него, особенно в раннем творчестве - это прежде всего родной край, родное село, то, что позднее, уже на исходе XX века, литературные критики определили как понятие "малой родины". С присущей С.Есенину лирической склонностью одушевлять все живое, все окружающее его, он и к России обращается как к близкому ему человеку:


Ой ты, Русь, моя родина кроткая,

Лишь к тебе я любовь берегу...


Порой стихи поэта обретают ноту щемящей грусти, в них возникает чувство неприкаянности, лирический герой их - странник, покинувший родную хижину, всеми отверженный и забытый. И единственное, что остается неизменным, что сохраняет вечную ценность - это природа и Россия:


А месяц будет плыть и плыть,

Роняя весла по озерам...

И Русь все также будет жить,

Плясать и плакать у забора.


Именно народные представления о красоте и добре воплоще­ны в творчестве Есенина. В его стихах поэзия сопутствует челове­ку во всем — в нелегком крестьянском труде и в веселых деревен­ских празднествах.

О пашни, пашни, пашни,

Коломенская грусть,

На сердце день вчерашний,

А в сердце светит Русь.

Самая природа — средоточие красоты. Есенин черпал поэзию из этой кладовой. И трудно назвать другого поэта, поэтическое восприятие которого было бы так непосредственно и глубоко свя­зано с миром родной природы:

Я по первому снегу бреду,

В сердце ландыши вспыхнувших сил.

Вечер синею свечкой звезду

Над дорогой моей засветил.


Человек и природа слиты в мироощущении поэта. У них об­щая жизнь и общий удел. Природа в лирике Есенина действительно живая, наделенная разумом и чувством, способная откликнуться на боли и радости человека.

Поэтическое видение Есенина конкретно, поэтому так зримы, звучны и многоцветны его стихи. Поэт создает гармоничный мир, где все согласовано и имеет свое место:

Тихо, на корточках, в пятнах зари

Слушают сказ старика косари...

Такая яркая образность может быть рождена только глубоким и истинным чувством. Есенин искал и находил неожиданные об­разы, его удивительные сравнения и метафоры приходили, как правило, из обыденной крестьянской жизни: «вечер морозный, как волк, темно-бур»; «по равнине льется березовое молоко»; «рассвет рукой прохлады росной сшибает яблоки зари».

Образ никогда не был для него самоцелью. Размышляя о поэ­тах, которые грешили формотворчеством, он точно обозначил ис­точник их заблуждений: «У собратьев моих нет чувства родины во всем широком смысле этого слова, поэтому у них так и несогласованно все».

Есенин был наделен, как отмечали едва ли не все писавшие о нем, исключительной, феноменальной впечатлительностью. Он открывал в привычном прекрасное, одухотворял своим словом каждодневное:

Выткался на озере алый свет зари.

На бору со звонами плачут глухари.

И эта же повышенная впечатлительность не позволяла ему проходить мимо чужого горя, наделила его Музу отзывчивостью, распространявшейся действительно на все живое:

Не дали матери сына, Первая радость не впрок. И на колу под осиной Шкуру трепал ветерок.

Порой его поэтические откровения, точность видения представляются чудом, рожденным не человеком, а самой природой. Не случайно М.Горький в своем очерке о Есенине подчеркивал именно эту мысль: «Есенин не столько человек, сколько орган, созданный природой исключительно для поэзии, для выражения неисчерпаемой «печали полей», любви ко всему живому в мире и милосердия, которое — более всего иного — заслужено челове­ком».

Да, природный дар поэта огромен. Но было бы не совсем справедливо считать Есенина неким поющим на свирели беспеч­ным деревенским пастушком, Лелем. Кстати, самому поэту всегда было неприятно такое толкование его творчества. За каждым его поэтическим озарением стояла серьезная литературная работа. Есенин пришел в город не наивным «природным человеком». Он хорошо знал классическую литературу, свою поэтическую родо­словную вел от А. Кольцова. А в итоговой автобиографии (октябрь 1925) подчеркивал огромное значение для него Пушкина: «В смыс­ле формального развития теперь меня тянет все больше к Пуш­кину». Интерес к русской классике проснулся у Есенина еще в период учебы в Спас-Клепиковской учительской школе. И позже в Москве на занятиях в народном университете Шанявского он продолжил ее углубленное изучение. Особенно поэт любил Гоголя. И так же, как автор «Вечеров на хуторе близ Диканьки», Есе­нин не просто органически чувствовал и помнил услышанные в детстве сказки, песни, частушки, по и вдумчиво изучал устное народное творчество. Поэт учился у народа, в фольклоре видел «узловые завязи» образного выражения мира.

Известно, что Есенин собрал и записал четыре тысячи часту­шек. Уже это было своеобразной, но, несомненно, живой и серьез­ной поэтической школой. В своем интересе к этой форме народно­го творчества Есенин был неодинок. В то время частушка актив­но входила в произведения Блока, Маяковского, Д. Бедного. В 1918 году 107 частушек в записи Есенина появились на страницах московской газеты «Голос трудового крестьянства». А в 1920 году он выпустил книгу «Ключи Марии» — толкование миросозерцания и творчества народа.

Уже в первых юношеских стихах, появившихся в печати в январе 1914 года, Есенин — незаурядный поэт, так богато и свежо его поэтическое чувство, так точно и выразительно образное виде­ние! Но его жизнь в большой русской литературе началась, пожа­луй, 9 марта 1915 года, после знаменательной встречи с А. Блоком. Есенин, начинающий поэт, не случайно пришел именно к Блоку. Он хорошо знал творчество своего старшего современника и ощу­щал определенное поэтическое родство с ним. Впоследствии, осмысляя свой путь в искусстве, Есенин точно обозначил круг своих интересов и поэтических истоков: «Из поэтов-современников нравились мне больше всего Блок, Белый и Клюев. Белый дал мне много в смысле формы, а Блок и Клюев научили лирично­сти». Блок мгновенно почувствовал самобытный звонкий дар «молодого рязанского парня» и говорил с ним как с собратом по перу. Он не обучал и наставлял, а приглашал Есенина к соразмышлению о творчестве, словно предвидя трудную поэтическую судьбу молодого поэта: «...я думаю, что путь Вам, может быть, предстоит не короткий, и, чтобы с него не сбиться, надо не торо­питься, не нервничать. За каждый шаг свой рано или поздно придется дать ответ, а шагать теперь трудно, в литературе, пожа­луй, всего труднее». Блок делает для Есенина, быть может, самое необходимое ему в тот момент: помогает укрепиться чувству уве­ренности в собственных силах и приближает, посредством реко­мендательных писем в журналы, встречу есенинских стихов со своим читателем.

Читатели петроградских журналов, в которых одно за другим стали появляться стихотворения Есенина, были буквально оше­ломлены искренностью его поэзии. Порыв к людям, близость к природе, любовь к Родине, поэтизация простых человеческих чувств — эти настроения и мысли, прозвучавшие в есенинских стихах, покорили современников. До революции вышла всего одна книга поэта — «Радуница» (1916), но известность Есенина была огромной. Современники ждали его новых стихов, они относились к ним как к беспримерному жизненному документу, обращенному и адресованному непосредственно к каждому читателю. Поэт стремительно сокращал расстояние между автором, лирическим героем и читателем. Отдавая себя целиком на читательский суд, делясь сокровенными чувствами, он с полным основанием мог написать впоследствии: «...что касается остальных биографических сведений,— они в моих стихах».

Поэзия Сергея Есенина глубоко патриотична. Уже в первых стихах с беспощадной искренностью воспел он высокую граждан­скую любовь к Родине:

Если крикнет рать святая:

«Кинь ты Русь, живи в раю!»

Я скажу: «Не надо рая,

Дайте родину мою».

Родина, в сущности, главная человеческая и творческая тема поэта. Со всей неизбежностью сыновняя любовь Есенина к окру­жающему миру переходит в большую любовь к Родине, ее прош­лому и настоящему. Поэтическое восприятие Родины поэтом так же конкретно и непосредственно, как и изображение им при­роды. В первую очередь это крестьянская Русь, шири рязанских полей, односельчане, близкие. Радость от общения с любимым краем не заслоняет картин нелегкой крестьянской жизни.

Заглушила засуха засевки,

Сохнет рожь, и не всходят овсы,

На молебен с хоругвями девки

Потащились в комлях полосы.

Доскональное знание крестьянского бытия, чаяний сельских тружеников делает Есенина певцом народа, Руси. Всей душой он желает, чтобы жизнь крестьян стала более радостной и счастли­вой. В дореволюционной России поэт не может не видеть безот­радной забитости и обездоленности деревни («Край ты мой забро­шенный, край ты мой пустырь»). Гневно не приемлет поэт пер­вую мировую войну, несущую народу новые беды. Но, пожалуй, больше всего угнетает сострадательную душу ощущение безысход­ности происходящего:

И Русь все так же будет жить,

Плясать и плакать у забора.

Острое социальное видение позволяет Есенину воспринять Февральскую революцию в развернутой исторической перспективе. К дальнейшему и более глубокому обновлению страны призывает он в первом же своем поэтическом отклике после февраля 1917 года:

О Русь, взмахни крылами, Поставь иную крепь!

С особым энтузиазмом в «Небесном барабанщике» поэт выра­зит свое отношение к преобразующей силе Октябрьской револю­ции. Ее подлинно народный характер, масштаб социальных изме­нений не могут не привлечь к ней бунтарскую душу поэта. Даже его богоборческие поэмы тех лет «Преображение», «Иорданская голубица», «Инония», пронизанные расплывчатым пониманием революции, наивным представлением о грядущем «крестьянском рае», были все же ощутимым ударом по старому миру. Голос Есенина, воспевающего революцию, звучит в унисон с поэтиче­ским гимном революции в поэме Блока «Двенадцать», с револю­ционными стихами Маяковского и Д. Бедного. Рождается действи­тельно новая — советская поэзия.

И, тем не менее, бессмысленно, да и не нужно отрицать слож­ность и противоречивость восприятия поэтом коренной ломки пат­риархального уклада жизни. Есенин в автобиографии отмечал: «В годы революции был всецело на стороне Октября, но принимал все по-своему, с крестьянским уклоном».

Размышления о судьбах современного крестьянства приводят Есенина к истории. Он обращается к крестьянской войне XVIII ве­ка и создает пронзительную драматическую поэму о выдающемся вожде крестьянских масс Емельяне Пугачеве. Стихия народного бунта мощно выплеснулась в строчках «Пугачева». Героя поэмы он рисует великим сострадальцем народным бедствиям, но при этом исторически обреченным политическим деятелем.

В период гражданской войны и первые послевоенные годы страна переживает колоссальные перемены, деревня преобразует­ся на глазах. Неслыханная глубина перестройки временами пу­гает поэта. Особенно значительны эти колебания в 1919—1920 го­дах. Деревня кажется ему принесенной в жертву чуждому городу. Щемяще звучат строки поэта в «Сорокоусте»:

Милый, милый, смешной дуралей,

Ну куда он, куда он гонится?

Неужель он не знает, что живых коней

Победила стальная конница?

И все-таки новое неотвратимо захватывает душу поэта. Он чувствует, что патриархальные устои уже не могут воспринимать­ся как безусловное и единственное идеальное начало. Время рождает иные ценности.

До конца понять правомерность и перспективность социаль­ного переустройства страны помогает поездка с женой, известной американской танцовщицей Айседорой Дункан, по странам Евро­пы и Соединенным Штатам Америки (1922—1923). Подлинный патриот, Есенин не может без боли видеть неопровержимые сви­детельства технической отсталости России. В то же время он остро почувствовал убогость духовной жизни Запада, всепогло­щающую власть денег. В сердце рождается гордость за грандиоз­ность происходящих на Родине революционных преобразований. В настроениях поэта происходит перелом, появляется устойчивое желание открывать как бы заново собственную страну:

Издатель славный! В этой книге

Я новым чувствам предаюсь,

Учусь постигнуть в каждом миге

Коммуной вздыбленную Русь.


Сергей Есенин — сын России. Ее новь, социальный выбор большинства народа становятся родным и для него. Поэту внятно то, «о чем крестьянская судачит оголь», он вполне разделяет ре­шение односельчан: «С Советской властью жить нам по нутрю». Прощание со старой деревней неизбежно:

Полевая Россия! Довольно

Волочиться сохой по полям.

Нищету твою видеть больно

И березам и тополям.

Как ощутима в этих строчках боль за Россию духовная преемст­венность есенинского творчества русской классике!

Беззаветность чувства любви к Родине приводит Есенина к революционной теме. Появляется удивительный революционный эпос «Песнь о великом походе», написанный в форме частушки. Он воздает благодарную дань героям революции («Баллада о два­дцати шести», «Капитан земли» и др.), преклоняясь перед само­отверженными борцами за великую идею, перед людьми, открыв­шими России новые горизонты. Их жизнь для поэта — пример гражданского служения Отчизне:

Я тем завидую,

Кто жизнь провел в бою,

Кто защищал великую идею…

Осмысление революции и социальных преобразований в стра­не достигает подлинного историзма в поэме «Анна Онегина» (1925). И в освоении этой темы Есенин снова в одном ряду с Маяковским и Д. Бедным. В «Анне Снегиной» прозвучали удиви­тельно точные и выразительные слова о Ленине как действитель­но народном вожде:

Дрожали, качались ступени,

Но помню

Под звон головы:

«Скажи,

Кто такое Ленин?»

Я тихо ответил:

«Он — вы»…

Революционная тема в поэзии Есенина объективно вводила поэта в общий с народом круг, давала жизненную перспективу. Однако поиск места в новой действительности оказался для него очень сложным. То новое, что с такой художественной силой во­плотилось в его искусстве, с трудом утверждалось в собственной судьбе. Новое принято и воспето, но где-то в тайниках души прячется тоска, поэта тяготит ощущение душевной усталости:

Я человек не новый!

Что скрывать?

Остался в прошлом я одной ногою,

Стремясь догнать стальную рать,

Скольжу и падаю другою.

Сложно складывается и личная жизнь. Всегда окруженный поклонниками и друзьями, Есенин, в сущности, одинок. Горькая строчка вырывается у него — «Ни в чьих глазах не нахожу приют»,— а как нуждается он в «дружьей улыбке»! Всю жизнь Есенин мечтал о семье, о «своем доме». Семьи не получилось. Долгие годы его быт беспорядочен. Натуре поэта такой образ жизни чужд. «С небывалой жестокостью к самому себе» (П. Оре­шин) Есенин обнажает свои заблуждения и сомнения в цикле «Москва кабацкая». Не упоение разгулом в этих стихах, а мучи­тельные философские раздумья над смыслом жизни, над собст­венной судьбой.

Он искал спасения от «мрачных сил, терзающих и губящих» в образах родной природы, в обращении к дорогим ему людям — матери, сестре, любимым женщинам, друзьям. В посланиях Есе­нина последних лет открываются новые возможности эпистоляр­ного стихотворного жанра, традиционного в русской литературе. Эта поэтическая форма доверительного обращения наполняется особой лирической исповедальностью и патриотическим звуча­нием. За обликом дорогой ему женщины встает «иконный и стро­гий лик» Родины, любимая сестра сравнивается с березкой, «что стоит за родимым окном». Напряженная исповедь Есенина, во многих стихах обращенная к конкретному адресату, оказывается общезначимой. Из личного переживания вырастает общечеловеческое. Слияние личного и общественного в поэзии Есенина приво­дит к тому, что в лирике он выступает как поэт «с большой эпи­ческой темой», а в поэмах, особенно в «Анне Снегиной», полноцен­но звучит его лирический голос.

Знаменитые строки «Письма к женщине» говорят не только о сложности судьбы поэта, но и о драматизме истории:

Не знали вы,

Что я в сплошном дыму,

В развороченном бурей быте

С того и мучаюсь, что не пойму —

Куда несет нас рок событий.

Действительно, в каждом образе, в каждой строке мы чувст­вуем обнаженное есенинское «я». Для такой искренности необхо­димы мудрость и мужество. Есенин рвался к людям, погружение в себя, «пустыня и откол» были для него тупиком, творческим и человеческим (об этом — одно из его последних произведений — трагическая поэма «Черный человек», законченная 14 ноября 1925 г.). Поэт надеялся обрести новую творческую жизнь:

И пусть иная жизнь села

Меня наполнит

Новой силой.

Как раньше

К славе привела

Родная русская кобыла.


Поэты круга С.Есенина того времени - это Н.Клюев, П.Орешин, С.Клычков. Надежды эти выражены в словах Н.Клюева - близкого друга и поэтического наставника С.Есенина: "Мужицкая ныне земля, /И церковь не наймит казенный". В есенинской поэзии в 1917 году появляется новое ощущение России: "Уж смыла, стерла деготь/ Воспрянувшая Русь". Чувства и настроения поэта этого времени очень сложны и противоречивы - это и надежды, и ожидания светлого и нового, но это и тревога за судьбу родного края, философские раздумья на вечные темы. Одна из них - тема столкновения природы и человеческого разума, вторгающегося в нее и разрушающего ее гармонию - звучит в стихотворении С.Есенина "Сорокоуст". В нем центральным становится обретающее глубоко символический смысл состязание между жеребенком и поездом. При этом жеребенок как бы воплощает в себе всю красоту природы, ее трогательную беззащитность.

Паровоз же обретает черты зловещего чудовища. В есенинском "Сорокоусте" вечная тема противостояния природы и разума, технического прогресса сливается с размышлениями о судьбах России. В послереволюционной поэзии С.Есенина тема родины насыщена нелегкими думами о месте поэта в новой жизни, он болезненно переживает отчуждение от родного края, ему трудно найти общий язык с новым поколением, для которого календарный Ленин на стене заменяет икону, а "пузатый "Капитал" - Библию. Особенно горько поэту сознание того, что новое поколение поет новые песни: "Поют агитки Бедного Демьяна". Это тем более грустно, что С.Есенин справедливо замечает: "Я поэт! И не чета каким-то там Демьянам".

Поэтому так горестно звучат его строки: "Моя поэзия здесь больше не нужна, /Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен". Но даже желание слиться с новой жизнью не заставляет С.Есенина отказаться от своего призвания российского поэта; он пишет: "Отдам всю душу октябрю и маю, /Но только лиры милой не отдам".

Сегодня нам, живущим в России, трудно до конца понять смысл этих строк, а ведь написаны они были в 1924 году, когда само название - Русь - было едва ли не запретным, а гражданам полагалось жить в "Ресефесере". С темой родины у С.Есенина связано понимание своей поэтической миссии, своей позиции "последнего певца деревни", хранителя ее заветов, ее памяти. Одним из программных, важным для понимания темы родины, у поэта стало стихотворение "Спит ковыль":

Спит ковыль.

Равнина дорогая

И свинцовой свежести полынь!

Никакая родина другая

Не вольет мне в грудь мою теплынь.

Знать, у всех у нас такая участь,

И, пожалуй, всякого спроси -

Радуясь, свирепствуя и мучась,

Хорошо живется на Руси.

Свет луны, таинственный и длинный,

Плачут вербы, шепчут тополя,

Но никто под окрик журавлиньй

Не разлюбит отчие поля.

И теперь, когда вот новым светом

И моей коснулась жизнь судьбы,

Все равно остался я поэтом

Золотой бревенчатой избы.

По ночам, прижавшись к изголовью,

Вижу я, как сильного врага,

Как чужая юность брызжет новью

На мои поляны и луга.

Но и все же новью той теснимый,

Я могу прочувственно пропеть:

Дайте мне на родине любимой,

Все любя, спокойно умереть".

Стихотворение это датировано 1925 годом, относится к зрелой лирике поэта. В нем выражены его сокровенные мысли. В строке «радуясь, свирепствуя и мучась» трудный исторический опыт, который выпал на долю есенинского поколения. Стихотворение построено на традиционно поэтических образах: ковыль как символ русского пейзажа и одновременно символ тоски, полынь с ее богатой символикой и журавлиный крик как знак разлуки. Традиционному пейзажу, в котором олицетворением поэзии является не менее традиционный "свет луны", противостоит "новый свет", скорее абстрактный, неживой, лишенный поэзии. И в противоположность ему звучит признание лирического героя есенинского стихотворения в приверженности вековому деревенскому укладу. Особенно значим у поэта эпитет "золотой": "Все равно останусь я поэтом /Золотой бревенчатой избы".

Он один из наиболее часто встречающихся в лирике С.Есенина, но обычно он связан с цветовым понятием: золотой - то есть желтый, но непременно и с оттенком высшей ценности: "роща золотая", "золотою лягушкой луна". В этом стихотворении оттенок ценности преобладает: золотой не только цвет избы, сколько символ ее непреходящей ценности как символа уклада деревенской жизни с присущей ей красотой, гармонией. Деревенская изба - это целый мир, ее разрушение не искупается для поэта никакой заманчивой новью. Финал стихотворения звучит несколько риторически, но в общем контексте поэзии С.Есенина он воспринимается как глубокое и искреннее признание автора.

В последние годы жизни приходит к поэту человеческая и творческая зрелость. 1924—1925 годы, быть может, наиболее зна­чительны по тому, что было им создано. С сентября 1924-го по август 1925-го Есенин предпринял три довольно длительные поезд­ки по Грузии и Азербайджану. В результате этих поездок родил­ся, в частности, удивительный цикл стихов «Персидские мотивы». Грузинский поэт Тициан Табидзе отмечал, что «...Кавказ, как ко­гда-то для Пушкина, и для Есенина оказался новым источником вдохновения. В отдалении поэту пришлось многое передумать... Он чувствовал наплыв новых тем...». Укрупняется масштаб видения поэта. Его гражданское чувство способно воспеть не только родной рязанский уголок, но всю «шестую часть земли» — боль­шую Родину:

Я буду воспевать

Всем существом в поэте

Шестую часть земли

С названьем кратким «Русь».

Поэзия Есенина живет во времени, взывает к сопереживанию. Его стихи дышат любовью ко всему, «что душу облекает в плоть». Земная простота предмета изображения превращается в

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: