Легенды Скандинавии
Жена Браги, нежная и кроткая Идун, - богиня вечной юности. Она скромна и тиха, но без нее Асов уже давно не было бы в живых. У Идун есть корзина с яблоками вечной молодости, которыми она угощает богов. Эта корзина волшебная; она никогда не пустеет, так как взамен каждого вынутого яблока в ней тот час же появляется новое.
Богиня Эйр - покровительница врачей. Она излечивает все болезни и раны.
Мать Тора, Йорд, - богиня земли, а его жена Сиф, - богиня плодородия. Красотой Сиф уступает лишь Фрейе, а таких волос, как у нее нет ни у кого в мире.
Богиня Лефн освящает браки между людьми; богиня Син охраняет их дома от воров, а Сйофн старается, чтобы они жили мирно и дружно.
Богиня истины Вар выслушивает и записывает клятвы людей, а богини Фулла, Сага, Глин и Гна прислуживают Фригг и выполняют ее поручения.
Кроме богов и богинь, в Асгарде живут прекрасные девы-воительницы - Валькирии. Их предводительница - Фрейя. Валькирии невидимо принимают участие в каждой битве, давая победу тому, кому ее присуждают боги, а потом уносят павших воинов в Валгаллу и там прислуживают им за столом.
Так устроен Асгард, и таковы его жители. А теперь, когда вы знаете всех Асов, послушайте рассказы об их замечательных делах. О том, что случилось с богами раньше, о том, что с ними будет в последний день мира. О подвигах могучего Тора, о проделках коварного бога огня и о его страшных детях.
Дети
Локи
Однажды,
это было еще
до того, как
великаны начали
войну с Асами,
бог огня Локи,
странствуя
по свету, забрел
в Йотунхейм
и прожил там
три года у великанши
Ангрбоды. За
это время она
родила ему трех
детей: девочку
Хель, змею Йормундгад
и волчонка
Фенриса. Вернувшись
обратно в Асгард,
бог огня никому
не рассказал
о своем пребывании
в стране великанов,
но всеведущий
Один скоро
узнал о детях
Локи и отправился
к источнику
Урд, чтобы спросить
вещих норн об
их дальнейшей
судьбе.
- Смотрите,
смотрите, сам
мудрый отец
богов пришел
к нам! Но он услышит
от нас недобрые
вестей, - едва
увидев его,
сказала старшая
норна.
- Он пришел
услышать от
нас то, что надолго
лишит его покоя,
- добавила средняя
норна.
- Да, он
пришел услышать
от нас о детях
Локи и великанши
Ангрбоды, -
подтвердила
младшая из
норн.
- Если вы
знаете, зачем
я к вам пришел,
так ответьте
мне на тот вопрос,
который я хотел
вам задать, -
сказал Один.
-
Да, мы ответим
тебе, - вновь
заговорила
Урд. - Но лучше
бы тебе не слышать
наших слов.
Знай, что те, о
ком ты хотел
спросить, принесут
богам много
несчастий.
-
Двое из них
принесут смерть
тебе и твоему
старшему сыну,
а третья будет
царствовать
после вас, и ее
царство будет
царством тьмы
и смерти, - добавила
Верданди.
- Да,
волк убьет
тебя, а змея -
Тора, но и они
сами погибнут,
а царство третьей
будет недолгим:
жизнь одержит
победу над
смертью, а свет
- над тьмой, -
сказала Скульд.
Печальный
и озабоченный
возвратился
владыка мира
в Асгард. Здесь
он созвал всех
богов и поведал
им о предсказании
норн, а Тора
послал в Йотунхейм
за детьми Локи.
С тревогой
выслушали Асы
слова Одина,
но еще больше
испугались
они, когда бог
грома привез
с собой на своей
колеснице Хель,
Йормундгад
и Фенриса.
Еще
совсем юная
Хель была уже
на две головы
выше своей
исполинской
матери. Левая
половина ее
лица была красной,
как сырое мясо,
а правая - иссиня-черной,
как беззвездное
небо страны
вечной ночи.
Змея Йормундгад,
вторая дочь
Ангрбоды, еще
не успела вырасти
- в ней было не
более пятидесяти
шагов, - однако
из ее пасти уже
сочился смертельный
яд, а ее холодные
светло-зеленые
глаза сверкали
беспощадной
злобой. По сравнению
с обеими сестрами
их младший
брат, волчонок
Фенрис, казался
совсем безобидным.
Ростом с обычного
взрослого
волка, веселый
и ласковый, он
понравился
богам, которые
не нашли в нем
ничего опасного
для себя.
Один,
сидя на своем
троне, внимательно
оглядел всех
троих.
- Слушай
меня, Хель, -
произнес он.
- Ты так велика
и сильна, что
мы решили сделать
тебя повелительницей
целой страны.
Эта страна
лежит глубоко
под землей, и
даже под Свартальфахеймом.
Ее населяют
души умерших,
тех, кто не достоин
жить с нами в
Валгалле. Ступай
туда и никогда
больше не появляйся
на поверхности
земли.
- Я согласна,
- сказала Хель,
наклоняя голову.
-
Ты, Йормундгад,
- продолжил
Один, - будешь
жить на дне
мирового моря.
Там для тебя
найдется довольно
места и пищи.
-
Я согласссс-на,
- прошипела
Йормундгад,
сворачиваясь
кольцом и глядя
на богов жестоким
немигающим
взглядом.
- А
ты, Фенрис, -
промолвил Один,
обращаясь к
волчонку, - будешь
жить у нас в
Асгарде, и мы
воспитаем тебя
сами.
Фенрис
ничего не ответил:
он был так мал
и глуп, что еще
не умел говорить.
В
тот же день
Хель отправилась
в царство мертвых,
где и живет до
сих пор, повелевая
душами умерших
и зорко следя
за тем, чтобы
ни одна из них
не вырвалась
на свободу.
Змея
Йормундгад
опустилась
на дно мирового
моря. Там она
все росла и
росла, так что
наконец опоясала
кольцом всю
землю и положила
голову на собственный
хвост. С этого
дня ее перестали
называть Йормундгад,
а прозвали змея
Митгард, что
означает "Мировая
змея".
Фенрис
целый год жил
в Асгарде, но
и он с каждым
часом становился
все больше и
больше, и вскоре
из игривого
волчонка превратился
в такое чудовище,
что уже никто
из богов, кроме
бога войны
Тира, который
его кормил, не
решался подойти
к нему близко.
Тогда
Асы решили
привязать
Фенриса и больше
месяца трудились,
пока не сковали
цепь, которая,
как они думали,
сможет его
удержать. Эта
цепь называлась
Лединг и была
самой толстой
цепью на свете.
Боги принесли
ее волчонку
и сказали:
- Ты
уже вырос, Фенрис.
Пора тебе испытать
свои силы. Попробуй
разорвать цепь,
которую мы
сделали, и тогда
ты будешь достоин
жить с нами в
Асгарде.
Фенрис
внимательно
звено за звеном
осмотрел Лединг
и ответил:
-
Хорошо, наденьте
мне ее на шею.
Довольные
Асы сейчас же
исполнили его
желание и надели
на него цепь.
-
А теперь отойдите
подальше, - сказал
волчонок.
С
этими словами
он приподнялся,
встряхнул
головой, и Лединг
со звоном разлетелся
на куски.
- Вот
видите, я достоин
жить среди вас,
- гордо заявил
Фенрис, снова
ложась на свое
место.
- Да, да,
Фенрис, ты достоин
жить среди нас,
- переглядываясь
между собой,
отвечали испуганные
Асы и поспешили
уйти, чтобы
начать делать
вторую цепь.
На
этот раз они
работали целых
три месяца, и
выкованная
цепь, Дромми,
оказалась в
три раза толще,
чем Лединг.
-
Ну, уж ее-то Фенрису
не разорвать,
- говорили они
друг другу,
весело неся
Дромми волчонку.
Однако,
когда он встал,
чтобы их поприветствовать,
и они заметили,
что его спина
уже возвышается
над гребнем
крыше Валгаллы,
веселость богов
сразу прошла.
Увидев
Дромми, Фенрис
оглядел ее так
же внимательно,
как перед этим
Лединг.
- Ваша
новая цепь
намного толще
старой, - сказал
он, - но и мои силы
прибавились,
и я с удовольствием
попробую.
И
он подставил
богам свою шею.
Асы надели на
нее цепь, и едва
волчонок повернул
голову, как
цепь лопнула
и упала на
землю.
Пораженные
ужасом, боги
снова собрались
на совет.
- Нам
незачем делать
третью цепь,
- говорили они,
- все равно, пока
мы ее скуем,
Фенрис вырастет
еще больше и
разорвет ее
так же, как и
две первых.
-
Хорошо, тогда
обратимся за
помощью к гномам,
- сказал Один.
- Может быть,
им удастся то,
что не удалось
нам.
И, вызвав
к себе гонца
асов, Скирнира,
он послал его
в Свартальфахейм.
Услышав
просьбу отца
богов, гномы
долго спорили
между собой,
не зная, из какого
металла ковать
цепь, но наконец
старейший из
них сказал:
-
Мы сделаем ее
не из металла,
а из корней
гор, шума кошачьих
шагов, бород
женщин, слюны
птиц, голоса
рыб и сухожилий
медведей, и я
думаю, что такую
цепь не разорвет
даже Фенрис.
Так
и случилось,
что спустя еще
два месяца
Скирнир принес
богам цепь
Глейпнир, сделанную
по совету старейшего
из гномов... А
кошачьи шаги
стали с тех пор
бесшумными,
у женщин нет
бород, у гор -
корней, у птиц
- слюны, у медведей
- сухожилий, а
у рыб - голоса.
Когда
Асы впервые
увидели Глейпнир,
они были очень
удивлены. Эта
цепь была не
толще руки и
мягка, как шелк,
однако чем
сильнее ее
растягивали,
тем прочнее
она становилась.
Теперь оставалось
только надеть
ее на Фенриса,
но боги решили
сначала отвести
его на остров
Лингви, лежащий
в мировом море,
где бы волчонок
не мог причинить
вреда ни им, ни
людям.
- Ты должен
подвергнуться
последнему
и самому важному
испытанию,
Фенрис, - объявили
они младшему
из детей Локи.
- Если ты его
выдержишь, твоя
слава разнесется
далеко по всему
свету, но для
этого ты должен
последовать
за нами туда,
куда мы тебя
отведем.
- Я
готов, - согласился
Фенрис.
Однако,
когда Асы привели
его на остров
Лингви и хотели
было накинуть
на него Глейпнир,
волчонок сердито
оскалил зубы.
-
Эта цепь так
тонка, - заявил
он, - что, если
она не волшебная,
разорвать ее
ничего не стоит,
а если она волшебная,
то я могу и не
разорвать ее,
несмотря на
всю мою силу.
Значит, я или
не добуду никакой
силы, или сделаюсь
вашим пленником.
-
Ты ошибаешься,
Фенрис, - возразил
Один. - Если ты
не разорвешь
нашей цепи,
значит ты настолько
слаб, что нам
нечего тебя
бояться и мы
тут же дадим
тебе свободу,
если же ты ее
разорвешь, то
ты ничего не
потеряешь.
-
Мудреные вещи
ты говоришь,
- усмехнулся
волчонок. - Хорошо,
я позволю вам
подвергнуть
себя этому
испытанию,
только пускай
кто-нибудь из
вас вместо
залога положит
мне в пасть
свою руку.
Асы
невольно опустили
головы, и только
Тир бесстрашно
выступил вперед.
-
Я согласен, -
сказал он и
сунул свою руку
в пасть Фенрису.
Тот
осторожно сжал
ее своими острыми
зубами.
- А теперь
наденьте на
меня цепь, - произнес
он глухо.
Облегченно
вздохнув, но
со страхом
поглядывая
на Тира, боги
накинули на
шею волчонку
Глейпнир, другой
конец которого
уже заранее
прочно прикрепили
к огромной
скале. Фенрис
потряс головой,
потом потянул
все сильнее
и сильнее, но
чудесная цепь
не разрывалась.
-
Нет, - прохрипел
наконец полузадушенный
волчонок, - я
не могу ее разорвать,
освободите
меня!
Асы не
двинулись с
места.
- Ах, так,
значит, вы меня
обманули! - бешено
зарычал Фенрис.
Одним
движением
челюстей он
откусил руку
у Тира и, скрежеща
зубами, бросился
на остальных
Асов. Навстречу
ему выступил
Хеймдалль и
воткнул ему
в пасть меч с
двумя клинками.
Концы этих
клинков вонзились
в верхнюю и
нижнюю челюсти
волчонка, и
тот, не в силах
их закрыть,
завыл от боли
и злобы.
Пока
одни из богов
перевязывали
рану Тира, другие,
во главе с Одином,
взяли скалу,
к которой был
привязан Фенрис,
и опустили ее
вместе с ним
глубоко под
землю, где этот
страшный волк
живет и поныне,
продолжая расти
и набираться
сил и поджидая
той минуты,
когда исполнится
предсказание
норн.
Так Асам
удалось на
долгое время
избавиться
от страшных
детей бога
огня, а вскоре
они получили
замечательное
оружие и против
великанов, и
вот как это
случилось.
Волосы
Сиф
Мы уже
говорили о том,
что жена Тора,
богиня плодородия
Сиф, уступает
по красоте лишь
одной Фрейе
и славится на
весь мир своими
замечательными
волосами. Теперь
мы расскажем
о том, как она
их получила.
Когда-то
в старину у Сиф
были длинные
белокурые
волосы, которыми
она очень гордилась,
но однажды Локи
из зависти к
Тору прокрался
к ней ночью и
остриг спящую
богиня наголо.
Коварный бог
еще не успел
далеко уйти,
как Сиф уже
проснулась
и, заметив пропаже
своих волос,
с громким плачем
стала призывать
Тора. Примчавшись
на зов и увидев
остриженную
голову своей
жены, бог грома
долго не мог
прийти в себя
от удивления,
но потом понял,
в чем дело, и
тогда его удивление
сменилось
яростью. Тору
нетрудно было
догадаться,
кто сыграл с
Сиф такую злую
шутку, и он тут
же бросился
разыскивать
Локи.
Очень
довольный своей
проделкой, бог
огня спокойно
сидел под ветвями
Лерада, с интересом
глядя на забавные
прыжки белки
Ротатеск, когда
перед ним неожиданно
появилась
могучая фигура
сильнейшего
из Асов.
Густые,
жесткие волосы
Тора стояли
дыбом, глаза
налились кровью,
и даже его рыжая
борода и та
тряслась от
бешенства.
-
Готовься к
смерти, Локи,
- прогремел он,
- потому что
сейчас я переломаю
тебе все кости!
-
Пощади меня,
Тор, - пролепетал
не на шутку
испуганный
бог огня. - Пощади
меня, и я исправлю
свою вину.
- Ты
лжешь, обманщик!
Как сможешь
ты вернуть Сиф
ее волосы? - возразил
Тор.
- Я сейчас
же отправлюсь
к гномам, Тор,
- ответил Локи.
- Ты знаешь, какие
прекрасные
вещи они делают.
Они сумеют
изготовить
и волосы, и притом
из чистого
золота. Клянусь
тебе в этом!
Тор
знал, что даже
такой отъявленный
лгун, как Локи,
и тот не осмелится
нарушить клятву,
а поэтому сдержал
свой гнев и
отпустил хитрого
бога.
Довольный
тем, что так
легко отделался,
Локи, не медля
ни минуты, стрелой
помчался в
страну гномов.
Среди
этих подземных
жителей было
немало замечательных
мастеров, но
особенно славились
среди них своим
искусством
братья Ивальди.
К ним-то и направился
Локи. Услышав
его просьбу,
братья-гномы
очень обрадовались.
Им уже давно
хотелось показать
богам свое
необыкновенное
искусство, и
они сейчас же
принялись за
работу. Не прошло
и часа, как волосы
для Сиф были
уже готовы.
Длинные и густые,
они были тоньше
паутины, и, что
самое удивительное,
стоило их приложить
к голове, как
они сейчас же
к ней прирастали
и начинали
расти, как настоящие,
хотя и были
сделаны из
чистого золота.
Облегченно
вздохнув, бог
огня встал и
уже хотел было
отнести их
Тору, но его
остановил один
из братьев.
-
Подожди немного,
- сказал он, - мы
еще не кончили
свою работу.
Локи
послушался
и остался, а
гномы вновь
проворно застучали
своими небольшими
молоточками
и вскоре изготовили
длинное, покрытое
чудеснейшей
резьбой копье
и корабль. Копье
называлось
Гунгнир. Оно
обладало волшебным
свойством
поражать любую
цель, пробивая
самые толстые
щиты и панцири
и разбивая на
куски самые
закаленные
мечи. Еще замечательнее
был корабль.
Он назывался
"Скидбладнир",
и в какую бы
сторону он ни
плыл, для него
всегда дул
попутный ветер.
"Скидбладнир"
был самым большим
кораблем в
мире, но в то
же время он
складывался
так, как если
бы был сделан
из обыкновенного
холста, и тогда
становился
таким маленьким,
что его можно
было заткнуть
за пояс, или
положить за
пазуху.
Взяв
корабль, копье
и волосы, старший
из братьев
Ивальди передал
все это Локи
и сказал:
- Эти
изделия - наши
подарки богам.
Отнеси их в
Асгард и отдай:
копье - Одину,
корабль - Фрейру,
а волосы - Тору.
Локи
поблагодарил
братьев, взял
их подарки и
весело отправился
в путь. Он уже
почти дошел
до границ подземного
царства, как
вдруг увидел
в одной из пещер
гнома Брока
и его брата
Синдри, и ему
захотелось
их поддразнить.
-
Эй вы, горе-мастера!
- закричал он.
- Посмотрите-ка
сюда, на эти
прекрасные
вещи, и поучитесь,
как надо работать
по-настоящему...
Гном
Синдри был
опытный и искусный
мастер. Он
внимательно
осмотрел волосы,
корабль и копье,
а потом сказал:
-
Спору нет, они
сделаны прекрасно,
но я могу смастерить
и кое-что получше.
-
Ты просто жалкий
хвастун! - воскликнул
Локи. - Чего стоит
все твое искусство
по сравнению
с искусством
братьев Ивальди!
Я готов биться
об заклад и
ставлю свою
голову против
твоей, что тебе
никогда не
удастся сделать
что-нибудь
лучше этих
волос, корабля
и копья.
- Ладно,
- спокойно отвечал
Синдри, - поспорим
на наши головы;
и предупреждаю
тебя, что свою
ты потеряешь,
потому что я
отрежу ее без
жалости. А теперь
подожди немного,
и ты увидишь,
хвастун ли я.
С
этими словами,
Синдри вошел
в пещеру, где
находилась
его мастерская,
положил в горящий
горн кусок
золота и приказал
своему брату
не переставая,
раздувать огонь
кузнечными
мехами.
- Помни,
что, если ты
хотя бы на мгновение
прервешь свою
работу, все
будет испорчено,
- сказал он Броку
и вышел из
мастерской.
Между
тем Локи уже
начал раскаиваться
в том, что так
легкомысленно
прозакладывал
свою голову,
и решил во что
бы то ни стало
помешать Синдри
ее выиграть.
Он превратился
в муху и, усевшись
на лицо Броку,
стал изо всех
сил его щекотать.
Брок морщился,
тряс головой,
но работы не
бросал. Вскоре
в мастерскую
вошел Синдри,
и Локи поспешил
принять свой
обычный вид.
-
Готово, - сказал
Синдри. Он подошел
к горну и вынул
из него золотое
кольцо, красивее
которого Локи
еще не видел.
- Это кольцо
Драупнир, - продолжал
Синдри. - Тому,
кто наденет
его на палец,
оно каждый
девятый день
будет приносить
еще восемь
точно таких
же колец.
- Сделано
неплохо, - сказал
Локи, - но корабль
и копье братьев
Ивальди сделаны
лучше.
Синдри
ничего не ответил.
Он положил в
горн старую
свиную кожу
и, повторив
наказ брату
ни в коем случае
не прекращать
работы, снова
вышел. Локи
опять превратился
в муху и с еще
большей силой
принялся кусать
и щекотать лоб,
щеки и шею Брока.
Бедный Брок
покраснел как
рак. Он обливался
потом и еле
удерживался,
чтобы не поднять
руку и не прогнать
назойливую
муху. Наконец,
когда его терпение
уже почти истощилось,
в мастерскую
вошел Синдри
и навстречу
ему из горна
выскочил огромный
вепрь с шерстью
из чистого
золота.
- Это
вепрь Гулинн-бурсти,
- сказал гном.
- Он быстр как
восьминогий
жеребец Одина,
и может нести
своего хозяина
через леса,
моря и горы так
же легко и свободно,
как и по гладкой
дороге.
- Вепрь
хорош, - сказал
Локи, - но копье
Гунгнир все-таки
лучше.
Синдри
и на этот раз
ничего не ответил.
Он положил в
горн большей
кусок железа
и попросив
своего брата
быть особенно
внимательным,
опять оставил
его одного.
Чувствуя, что
его голова в
опасности, Локи
под видом мухи
еще яростнее
набросился
на Брока. Он
уселся ему
прямо на глаз
и стал его
безжалостно
кусать. Брок
взвыл от боли.
Не в силах далее
сдерживаться,
он бросил работу
и схватился
за глаз рукой,
но в эту самую
минуту в дверях
показался
Синдри. Он быстро
направился
к горну и вынул
из него тяжелый
железный молот.
-
Это молот Мйольнир,
- сказал гном,
обращаясь к
Локи, который
уже как ни в
чем не бывало
стоял в углу
мастерской.
- Во всем мире
нет ничего, что
бы могло выдержать
его удар, а поразив
цель, он сам
возвращается
в руки своего
хозяина. Скажи-ка
теперь, какое
из изделий
братьев Ивальди
может с ним
сравниться?
-
Пойдем лучше
к богам, - отвечал
смущенный Локи,
- и пусть они
решат, кто из
нас выиграл
спор.
Синдри
охотно согласился.
Он взял молот,
кольцо и вепря,
а Локи - волосы,
копье и корабль,
и оба тронулись
в путь.
Через
несколько часов
они пришли к
источнику Урд,
около которого
боги вершили
свой суд, и увидели
здесь Одина,
Фрейра и Тора,
сидевших на
вершине одного
из холмов. Локи
выступил вперед
и перевал: Одину
- копье Гунгнир,
Фрейру - корабль
"Скидбладнир",
а Тору - золотые
волосы для Сиф.
Затем к богам
подошел Синдри.
Он рассказал
о своем споре
с Локи и вручил
Одину кольцо
Драупнир, Фрейру
- вепря Гулинн-бурсти,
а Тору - молот
Мйольнир. Боги
совещались
недолго. Они
единодушно
признали Мйольнир
лучшим оружием
против великанов,
а поэтому и
лучшим из изделий
гномов и таким
образом решили
спор в пользу
Синдри.
- Ну,
Локи, - сказал
довольный гном,
- прощайся со
своей головой,
потому что я
ее отрежу.
-
Прежде чем
отрезать мне
голову, меня
нужно сначала
поймать, - насмешливо
отвечал Локи.
- А для этого
нужно бегать
быстрее меня.
С
этими словами
он надел свои
крылатые сандалии
и как вихрь
умчался прочь.
-
Это нечестно!
- закричал Синдри.
- Поймай его,
Тор. Он проиграл
мне свою голову
и должен ее
отдать.
Правда
была на стороне
Синдри, и Тор
немедленно
бросился в
погоню. Ему
нетрудно было
поймать беглеца:
как быстро ни
мчался бог
огня, Тор бежал
еще скорее, и
не прочло и
получаса, как
он вернулся
назад, таща за
собой упирающегося
Локи.
- Теперь
ты от меня не
уйдешь! - радостно
воскликнул
Синдри, подбегая
к беглецу с
ножом в руке.
-
Стой! - закричал
Локи. - Стой! Я
проиграл тебе
только голову,
а не шею. Шея
моя, и ты не имеешь
права ее трогать.
Синдри
остановился
и задумался.
Наконец он
сказал:
- Ты очень
хитер и сумел
спасти свою
голову, потому
что отрезать
ее, не тронув
шеи я не могу,
но ты все же не
уйдешь безнаказанным.
Сейчас я зашью
тебе твой лживый
рот, чтобы ты
уже никогда
больше не мог
хвастаться.
С
этими словами,
Синдри достал
из кармана
шило, проткнул
в нескольких
местах губы
Локи и крепко
сшил их ремнями.
Увы! Не успел
он еще скрыться
из глаз, как
Локи уже освободился
от ремней,
стягивавших
рот, и принялся
болтать и хвастаться
по-прежнему.
Боги
не сердились
на него за это.
Как-никак, а
ведь только
благодаря его
болтовне Один
получил свое
замечательное
кольцо, Фрейр
- не менее замечательного
вепря, а Тор -
молот, сделавший
его грозой всех
великанов.
Не
сердилась на
Локи и