Разбор романа И.С. Тургенева "Отцы и дети"
Теперь участь России зависит от выбора младшего поколения: если оно пойдет за разночинцами, то они окажутся ведущей общественной силой и в судьбе России наступит решительный перелом — в лучшую или худшую сторону — пока неизвестно. Но этого не происходит. Сословные, кровные связи оказываются прочнее духовного родства поколения, солидарности молодости, и жизнь в России возвращается "на круги своя". Заканчивается увлечение Аркадия Базаровым, и выявляется их изначальная чуждость друг другу ("Он хищный, а мы с вами ручные," — окончательно разграничит Катя недавних друзей). Отпрянет в страхе от Базарова Одинцова, увидев в отношениях с ним "даже не бездну, а пустоту... или безобразие". Кукшина и Ситников способны лишь скомпрометировать новые убеждения, впрочем, как и любые другие.
Задача “уловить” на глазах меняющийся тип "героя времени" сообщала романам Тургенева известную эскизность и сближала их с повестью по таким признакам, как концентрированность содержания, выделение кульминационных моментов сюжета, сосредоточение действия вокруг одного героя. Для композиции сюжета “Отцов и детей” также характерна предельная сжатость действия во времени. Тургенев умело раскрывает сложнейшую проблематику в немногих эпизодах. От начала действия романа до смерти Базарова проходит всего два месяца. Из этих двух месяцев реально описаны лишь некоторые дни, в которые сосредотачиваются события или происходят решающие диалоги героев. При этом писатель искусно соединяет в одной сцене несколько сюжетных линий и показывает одновременно значительное число персонажей. (Так, в споре между Павлом Петровичем и Базаровым участвуют и проявляются как характеры также Аркадий и его отец. В городе, при встрече друзей с Одинцовой, одновременно показываются Ситников, Кукшина, губернатор и Колязин. В саду у Одинцовой параллельно изображаются объяснения Аркадия с Катей и Анны Сергеевны с Базаровым и т.д.).
В сюжетно-композиционном плане роман четко делится на три части, которые прямо соотносимы с пространственным передвижением героев. Сперва в Марьине, усадьбе Кирсановых, происходит первый первое знакомство будущих главных антагонистов и изложение ими своих взглядов. Это — любимое сюжетное построение ранних романов Тургенева: неожиданный приезд в некую локальную, но типичную и давно сложившуюся среду нового человека — выразителя последних веяний времени, что позволяет, в одной стороны, оценить устоявшуюся среду с позиций современности, а с другой — досконально изучить новую фигуру, сразу приковывающую к себе всеобщее внимание.
Затем начинается вторая часть — проверка героев и их идей жизнью. Аркадий и Базаров отправляются в город, где показываются уже на фоне целого губернского общества, там же знакомятся с Одинцовой, и вскоре отправляются к ней в Никольское, где происходит испытание их любовью. Оттуда они приезжают в деревню Базарова, где читатели имеют возможность сопоставить Евгения с его родителями и оценить его дальнейшие перспективы жизни после университета.
С отъездом Базарова от родителей начинается заключительная композиционная часть — “подведение итогов”. Друзья возвращаются в Марьино, где Базаров уже отделяется от Аркадия, и в дальнейшем показывается на страницах романа один. Сначала он подводит дуэлью черту в своих отношениях с Павлом Петровичем, затем по второму кругу отправляется в Никольское, чтобы распрощаться с Одинцовой, и к родителям, где и “сводит счеты” с жизнью вообще.
Семья Кирсановых
Если такой герой, как Базаров, впервые появляется в романе Тургенева, то Кирсановы — герои из привычной для автора дворянской среды. У Аркадия, к примеру, есть множество родственных черт с героем "Аси" и отчасти с Рудиным, а Николай Петрович Кирсанов схож по характеру с Лаврецким из “Дворянского гнезда” и Берсеневым из “Накануне”. Тургенев пишет о Кирсановых с легкой иронией, но они близки ему по духу, он любит их, знает все об их чувствах и мировосприятии. В письмах по поводу “Отцов и детей” Тургенев много раз подчеркивал, что описал в Кирсановых именно лучших дворян. Особенно близок автору лиричный Николай Петрович Кирсанов — утонченный эстет, ценящий Шиллера, Гете, Пушкина, играющий на виолончели Шуберта и восторгающийся красотой природы. (Не случайно на новом месте, где Николай Петрович решил построить свой дом, из всей растительности при общем запустении прижились и буйно разрослись лишь сирень и акации — самые романтические, “дворянские” растения). У него мягкий характер и любвеобильное сердце. Даже в сорок с лишним лет его до слез волнует "волшебный мир", "возникающий из туманных волн прошлого":
"Он ходил много, почти до усталости, а тревога, в нем, какая-то ищущая, неопределенная, печальная тревога, все не унималась. О, как Базаров посмеялся бы над ним, если б он узнал, что в нем тогда происходило!.. У него, у сорокачетырехлетнего человека, агронома и хозяина, навертывались слезы, беспричинные слезы ; это было во сто раз хуже виолончели."
После смерти жены он не мог долго оставаться один и сошелся с дочерью экономки — Фенечкой, переживая, что изменил памяти покойной жены. Но с появлением ребенка у него складывается новая, счастливая семья.
Очень похож на него его сын Аркадий — восторженный и романтический, тонко чувствующий красоту природы и искусства, быстро увлекающийся людьми и легко поддающийся их влиянию. У него не сильный характер, но зато счастливый и гармоничный. Он не глуп, быстро разбирается в людях, но ум его лишен смелости и оригинальности. В нем нет ни базаровской “дерзости, ни злости, а есть молодая смелость да молодой задор”. “Дальше благородного смирения или благородного кипения” он не пойдет.
Совсем иной тип представляет дядя Аркадия — Павел Петрович Кирсанов. Это — надменный аристократ, в прошлом "светский лев", обладающий, в отличие от мягкого брата, твердой и решительной натурой (недаром он с самого начала избрал для себя военную карьеру). "Он не был рожден романтиком, и не умела мечтать его щегольски сухая и страстная, на французский лад мизантропическая душа..." Аристократизм его проявляется в неуклонном соблюдении раз и навсегда принятых им к исполнению принципов: безвыездно проживая в деревне, он одевается так, что в любую минуту дня мог бы появиться в великосветской гостиной, и разговаривает с любым собеседником с той же изысканной вежливостью, с какой говорил бы с английским лордом. (В этом он прямой антипод Базарову, у которого не меньшая сила характера проявляется как раз в освобождении себя от всевозможных принципов и ограничений). Павел Петрович безукоризненно честен со всеми и сам с собой. Никогда бы он не уронил свое достоинство связью с женщиной из низшего сословия, так что брат Николай боится даже заикнуться ему о своем браке с Фенечкой. К искусству Павел равнодушен, но уважает в нем освященность традициями и элитарность.
Если Николай является носителем дворянской культуры, то Павел, с его интересом к политике и приверженностью к английскому парламентаризму, — носителем европейской цивилизации. Привнесение двух этих завоеваний прогресса с европейской на русскую почву и есть, с точки зрения Тургенева, главная заслуга и историческая миссия русского дворянства, которое было до недавнего времени единственным просвещенным сословием, вершившим пути духовного и общественного развития России. Характерно при этом, что Николай гораздо более приближен к русской почве, чем его брат, что должно по замыслу автора указывать но то, что национальная русская культура уже существует, в то время как до цивилизации в русской жизни еще далеко. Показательно, что Николай все время зачитывается Пушкиным, поэтическое наследие которого символизирует в романе высшие достижения дворянской культуры XIX века. Именно Николай занимается и хозяйством в имении (в основном земледелием), постоянно имея дело с "русским народом". Но дело у него не идет, что для автора является свидетельством недееспособности дворянства в новых условиях экономического перелома. Павел же, "всю жизнь свою устроивший на английский вкус", вообще абстрагируется от русской действительности, не касается хозяйства и, говоря с крестьянами, "морщится и нюхает одеколон".
Объединяет братьев одно: оба они, безусловно, живут миром чувств. Конечно, объективно они видят смысл своей жизни в служении обществу и следовании непреложным для них нравственным идеалам (это вовсе не завышенный тон: вспомним, слова Павла Петровича о том, что он следит за своим туалетом в деревне из чувства общественного долга, "да-с, да-с, долга", а также его торжественное обращение к брату с призывом "исполнить обязанность честного и благородного человека" — жениться на Фенечке). Однако в реальности одна лишь любовь способна наполнить их существование и дать им настоящее счастье. Страстность, бывшая в характере Павла Петровича, сыграла в его жизни роковую роль: вся его жизнь оказалась разбита несчастной любовью к княгине Р., ради которой он пожертвовал карьерой и положением в свете. После окончательного разрыва а затем и смерти своей возлюбленной он почувствовал себя полностью опустошенным, разбитым и "уже не мог попасть в прежнюю колею". "Потеряв свое прошедшее, он все потерял" и поселился окончательно в деревне у брата. Автор пишет о жизненной драме Павла Петровича сочувственно, но не скидывает со счетов и мнение Базарова, утверждающего, что Павел Петрович прожил свою жизнь зря: “Человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви" и когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакий человек — на мужчина, не самец".
Образ Базарова. Проблема нигилизма
Базаров отличается от них прежде всего исключительной энергией и мужественностью, твердостью характера и самостоятельностью, выработанными в борьбе с житейскими трудностями. "В основание главной фигуры, Базарова, — писал впоследствии Тургенев, — легла одна поразившая меня личность молодого провинциального врача. (Он умер незадолго до 1860-го г.) в этом замечательном человеке воплотилось — на мои глаза — то едва народившееся, еще бродившее начало, которое потом получило название нигилизма. Впечатление, произведенное на меня этой личностью, было очень сильно и в то же время не совсем ясно..." "Мне мечталась фигура сумрачная, дикая, большая, до половины выросшая из почвы, сильная, злобная, честная — и все-таки обреченная на погибель — потому, что она все-таки стоит еще в преддверии будущего, мне мечтался какой-то странный pendant с Пугачевым."
Знаменательно, что у Базарова единственного из всех героев нет предыстории, в которой Тургенев обычно дает ключ к характеру персонажа, чего он явно не хочет делать в случае с Базаровым (может быть, вообще достоверно не зная, как складываются подобные характеры). В отличие от всех дворян, Базаров обладает натурой деятеля и борца. Неустанным трудом приобрел он фундаментальные знания в естественных науках. Привыкший полагаться лишь на собственный ум и энергию, Базаров выработал спокойную уверенность в себе. Ощущение его силы невольно передается окружающим, даже если она никак не проявляется внешне. Он сразу ставит себя в оппозицию ко всем людям: "Когда я встречу человека, который не спасовал бы передо мною, тогда я изменю свое мнение о самом себе". Его совершенно не беспокоит, что думают о нем другие: "Настоящий человек не должен об этом заботиться; настоящий человек тот, о котором думать нечего, а которого надобно слушаться или ненавидеть". Никакие сердечные связи не связывают его с людьми (характерны в этом плане его отношения с родителями, для которых у него не находится ни жалости, ни ласки, хотя он и говорит Аркадию, что их "любит"). От этого и проистекает базаровская "резкость и бесцеремонность тона". Отношения между мужчиной и женщиной он сводит к физиологии, искусство — к "искусству делать деньги или нет более геммороя", то есть ему совершенно чужд весь мир прекрасного, равно как и дворянская утонченная культура чувств, которую он вкупе с религией и философией обзывает "романтизмом, чепухой, гнилью, художеством" (чего стоит один только этот синонимический ряд!).
Из подобного отношения к жизни, а также из "безмерной гордости", и берет свое начало его жизненная философия, смелая, страшная и парадоксальная, заключающаяся в тотальном отрицании всех устоев, на которых зиждется общество, равно как и вообще всех верований, идеалов и норм человеческой жизни, когда за истину принимаются только голые научные факты. "Нигилист, это человек, который не склоняется ни перед какими авторитетами, который не принимает ни одного принципа на веру, каким бы уважением ни был окружен этот принцип," — формулирует в романе Аркадий, очевидно со слов своего учителя. Такая философия — закономерное порождение кризисного состояния общества. По точному определению В.М. Марковича, "для Базарова бесспорно, что нет ни одного "постановления" "в современном нашем быту, в семейном или общественном, которое не вызывало бы полного и беспощадного отрицания". Для Базарова бесспорна возможность неограниченной свободы личности: "нигилист" убежден, что в своих решениях, направленных на переделку жизни, человек нравственно ничем не связан. Логика истории, "мнение народное", традиции, верования, авторитеты — все это не должно иметь никакой власти над индивидуальным сознанием и индивидуальной волей"[7] .
Таким образом, базаровский нигилизм распространяется на общественную, личную и философскую сферы.
Общественный нигилизм Базарова находит свое наиболее полное выражение в споре с Павлом Петровичем. Эти два достойных противника, убежденные приверженцы каждый своей идеологии, не могли не столкнуться, подобно двум противоположным зарядам. Характерно при этом, что Павел Петрович нервничает и сам вызывает на спор Базарова, в то время как последний, полный сознания собственной силы и превосходства, спорит как бы нехотя, чтобы "зря не болтать".
В вопросе о характере преобразований в России Базаров стоит за решительную ломку всей государственной и экономической системы. "В России нет ни одного гражданского постановления, которое не заслуживало бы критики," — считает он. Однако взамен он ничего не предлагает. Кроме того, Базаров никак не показан в общественной деятельности, и мы не знаем, есть ли у него реальные планы проведения своих взглядов в жизнь. Павел Петрович Кирсанов, как настоящий либерал, тоже убежден в необходимости преобразований, но против бессмысленного разрушения всего. Он стоит за "цивилизацию" и "прогресс", то есть за путь реформ.
При споре о ведущей общественной силе Павел Петрович указывает на аристократию, потому что только в ней развито в высшей степени чувство собственного достоинства, без которого не может быть настоящего гражданина, уважающего права других. "Аристократия дала свободу Англии и поддерживает ее". А новые люди, "нигилисты" (при этом слове Павлу Петровичу всякий раз "изменяет чувство собственного достоинства" и он срывается на брань) — невежественные "болваны", не имеющие поддержки в