Александр Блок: патология любви
К 1913 году Люба целиком ушла в личную жизнь и бывала дома все реже и реже. Блок смиренно пишет ей в Житомир: «Приехала бы, весна, я бы тебя покатал и сладкого тебе купил. Ты даже почти не пишешь…» Только теперь он начал понимать, как хорошо жена усвоила его собственный взгляд на свободу! И, надо сказать, от этого ему ничуть не становилось легче…
…Но тут Блок снова влюбился. Выглядело так, будто они с Любой соревновались в кипении страстей, но в этот раз Сашура действительно потерял голову. У Любови Дельмас, оперной актрисы, игравшей Кармен в театре Музыкальной драмы, были медно-рыжие волосы, сияющие глаза, полные белые руки и «буря цыганских страстей» в голосе. Блок полюбил ее в роли Кармен, посвятил ей самый ликующий и восторженный цикл стихов «Кармен». Однако Любе можно было не тревожиться — поток восхитительных стихов иссяк уже через три месяца.
…ШЛА Первая мировая война. Осенью 1916-го Сашуру призвали на фронт, но уже в марте 1917-го он вернулся в революционный Петроград, где стал оживленно сотрудничать с новой властью. Во время «революционного воодушевления» были написаны «Двенадцать» и «Скифы», крайне неоднозначно воспринятые и публикой, и коллегами-поэтами, и большевиками.
Потом — Гражданская война, и Блокам стало не до выяснения отношений: «Мороз. Прохожие несут какие-то мешки. Почти полный мрак. Какой-то старик кричит, умирая с голоду…» — мрачно описывает Блок в дневнике.
В тот последний, 1921 год Сашура особенно мучился: ему стало окончательно ясно, что на всем свете у него было, есть и будет только две женщины — Люба и «все остальные». В апреле он уже был болен. Страшная слабость, испарина, сильная боль в руках и ногах, бессоница, раздражительность…
Последняя прогулка: с Любой по любимым местам — по Мойке, по Неве…
Последние дела: разобрал архив, сжег некоторые записные книжки и письма.
Последняя строка: «Мне пусто, мне постыло жить!»
Вечером 7 августа на замызганном кухонном столе лежало то, что когда-то было Александром Блоком, который когда-то был Гамлетом…
Вместо эпилога:
Я — Гамлет. Холодеет кровь,
Когда плетет коварство сети,
И в сердце — первая любовь
Жива — к единственной на свете.
Тебя, Офелию мою,
Увел далёко жизни холод,
И гибну, принц, в родном краю,
Клинком отравленным заколот.