Травма живота
Поверхностные (глубиной до 1—2 см) трещины, не дающие кровотечения, не требуют наложения швов. Более глубокие повреждения, не проецирующиеся на прохождение основных печеночных сосудов, ушивают узловыми кетгутовыми швами, предварительно лигировав обнаруженные кровоточащие сосуды. Желательно в швы захватывать уложенный на рану участок хорошо кровоснабженного большого сальника (изолированный лоскут сальника применять не следует, так как, некротизируясь, он может способствовать развитию инфекции).
При наложении швов пользуются большой изогнутой колющей иглой, позволяющей прошить полностью всю толщу краев и дно раны. Оставление неушитых полостей («мертвых пространств») приводит к образованию внутрипеченочных гематом, дающих в последующем тяжелые осложнения. Чтобы швы не прорезывались, их затягивают и завязывают лишь после окончательного наложения всех швов. Ассистент сближает пальцами края раны, а хирург поочередно завязывает швы, затягивая их не слишком туго.
При наличии размозженных краев раны их иссекают по типу хирургической обработки, удаляя все нежизнеспособные ткани. Кровоточащие сосуды и открытые внутрипеченочные желчные протоки лигируют.
Если не удается быстро остановить массивное кровотечение из сосудов печени, следует пережать печеночно-двенадцатиперстную связку, введя палец в сальниковое отверстие. Уменьшая степень пережатия, обнаруживают и лигируют кровоточащие печеночные сосуды. Срок выключения печени из кровообращения не должен превышать 10 мин. При редко встречающейся необходимости продлить этот срок приходится периодически прекращать пережатие, восстанавливая на некоторое время проходимость воротной вены и печеночной артерии.
Широкую рану, образующуюся после иссечения размозженных тканей, часто не удается ушить описанным выше способом. После выполнения тщательного гемостаза рану можно укрыть большим сальником, фиксировав его к краям раны слабо затягиваемыми швами и поместив под сальник перфорированную (желательно двух-просветную) силиконовую трубку для оттока крови и желчи в послеоперационном периоде.
К применению при разрывах печени марлевых тампонов, весьма популярному в прошлом, в настоящее время отношение резко изменилось. Именно тампоны очень часто оказываются главной причиной тяжелых послеоперационных осложнений (рецидив кровотечения, нагноение) и гибели больного. К тампонированию марлей можно прибегать как к крайней мере лишь при невозможности остановить кровотечение другими методами. Вместе с тем временное интраоперационное использование тампонов, смоченных горячим изотоническим раствором хлорида натрия, является удобным и рациональным техническим приемом.
К появившемуся за последнее время увлечению широкими резекциями, лобэктомиями при травме печени следует относиться критично, не расширяя чрезмерно масштаба операции, особенно у больных с сочетанной травмой. Нужно стремиться удалить нежизнеспособные ткани и остановить кровотечение. Лобэктомия для достижения этой цели становится необходимой у весьма небольшого числа пострадавших. Большую помощь в определении объема вмешательства оказывает селективная ангиография.
Операцию заканчивают обязательным подведением к рапе печени силиконового дренажа, который удаляют лишь после полного прекращения поступления по нему отделяемого.
Повреждения органов забрюшинного пространства.
1. Повреждения двенадцатиперстной кишки. Разрыв забрюшинной части двенадцатиперстной кишки чаще всего имеет поперечное направление. Иногда наблюдается полный поперечный разрыв кишки.
После экономного иссечения краев раны накладывают двухрядный шов. При полном циркулярном разрыве накладывают анастомоз конец в конец. Брюшину над кишкой ушивают, по возможности перитонезируя ею ли нию швов. В забрюшинное пространство через надре: брюшины сбоку от кишки устанавливают двухпросветную силиконовую трубку для постоянной аспирации с промыванием. Свободный конец трубки выводят наружу через прокол брюшной стенки справа от срединного разреза. Необходимо следить, чтобы дренажная трубка не соприкасалась с линией швов на кишке. В двенадцатиперстную кишку трансназально (или по типу гастросто-мы) вводят зонд для декомпрессии.
При неуверенности хирурга в надежности наложенных на двенадцатиперстную кишку швов, помимо дренирования забрюшинной клетчатки и наложения микрогастростомы с заведением в двенадцатиперстную кишку относительно мягкой дренажной трубки, имеющей боковые отверстия, необходимо пересечь начальный отдел тощей кишки и, отступя на 50—70 см от места пересечения, наложить У-образный анастомоз по Ру. Свободный конец пересеченной кишки следует вывести в левом подреберье в виде концевой стомы (еюностома по Майдлю). Еюнос-тома позволяет проводить полноценное энтеральное кормление, минуя двенадцатиперстную кишку, и одновременно утилизировать химус, аспирируемый из двенадцатиперстной кишки.
При наличии большого дефекта стенки двенадцатиперстной кишки, который трудно ушить обычным путем, в ранние сроки можно анастомозировать этот дефект с петлей тощей кишки.
При вмешательстве, производимом в более поздние сроки, когда обнаруживается флегмона забрюшинной клетчатки, простое ушивание раны кишки или анастомозирование ее с тощей кишкой не перспективны и прогноз, как правило, бывает неблагоприятным. В виде операции отчаяния можно рекомендовать введение в кишку через рану не присасывающейся двухпросветной трубки для постоянной аспирации в послеоперационном периоде. Рану кишки следует ушить двухрядным швом до трубки.
Вторую дренажную трубку (двухпросветную для длительной аспирации с промыванием) устанавливают в область нагноившейся забрюшинной гематомы. Задний листок брюшины тщательно ушивают (желательно с укреплением линии швов сальником) и накладывают еюностому по Майдлю.
При отсутствии специального двухпросветного шланга можно использовать две простые резиновые трубки, концы которых надевают на два отрога стеклянного тройника. В станке той трубки, по которой будет присасываться воздух, прорезают несколько небольших боковых отверстий. При промывании, периодически отключая электроотсос, можно использовать присасывающую трубку для вливания по ней в различные отделы брюшной полости жидкости из сосуда, укрепленного на высоком штативе.
Для промывания пригодна любая находящаяся в операционной стерильная жидкость (растворы фурацилина, новокаина или изотонический раствор хлорида натрия), которую, чтобы не вызвать переохлаждения больного, нужно предварительно подогреть до температуры тела.
Ни при промывании, ни при осушении брюшной полости нельзя протирать брюшину марлей. При промывании легкое нежное подводное протирание загрязненной висцеральной и париетальной брюшины можно производить только пальцами в резиновой перчатке, удаляя при этом с брюшины непрочно фиксированные загрязненные наложения фибрина, слегка «прополаскивая» кишечные петли в большом количестве жидкости. Мы специально обращаем внимание на этот вопрос в связи с тем, что при травмировании брюшины перитонит будет протекать значительно тяжелее.
Прокалывать стенку живота следует не перпендикулярно, а косо, чтобы трубка без перегиба под острым углом проникала в брюшную полость в нужном направлении. Кожу около трубки прошивают прочной нитью и фиксируют ею трубку, на которую можно надеть также резиновый хомутик.
Марлевые тампоны допустимо устанавливать в брюшную полость лишь для остановки упорно продолжающегося капиллярного кровотечения и в исключительно редких случаях, по особым показаниям, когда, например, ими отгораживают ненадежно ушитую рану отключенной прямой кишки.
При перитоните необходимо дренировать также желудок и начальный отдел тощей кишки. Для этой цели трансназально вводят в желудок относительно тонкий зонд, имеющий многочисленные боковые отверстия. Нащупав зонд рукой через стенку желудка, хирург помогает направить его в двенадцатиперстную кишку. Помощь в проведении зонда в тощую кишку может оказать предложение Б. А. Войкова (1972) устанавливать в просвете зонда несколько тонкостенных металлических колец, придающих этим участкам жесткость. Захватывая пальцами через стенку желудка, а затем кишки, эти плотные участки, зонд легко можно провести ниже уровня связки Трейтца.
Боковые отверстия в стенке зонда позволяют осуществлять аспирацию как из тощей кишки, так одновременно и из желудка с двенадцатиперстной кишкой.
Ушивание лапаротомной раны. Ушивать лапаротомную рану необходимо при наличии полноценной мышечной релаксации. Вначале накладывают на апоневроз в области пупка 2—3 узловых шва и уже затем ушивают непрерывной кетгутовой нитью брюшину. Для ушивания апоневроза необходимо, чтобы края его были хорошо отсепарованы от подкожного жирового слоя, так как плохое соприкосновение сшиваемой апоневротической ткани, интерпозиция жировой ткани создают опасность возникновения в послеоперационном периоде эвентрации.
Одной из причин эвентрации является также прошивание одного лишь срединного апоневроза без проведения иглы латеральнее зоны слияния передней и задней стенок влагалища прямой мышцы живота. Срединный апоневроз, особенно при его значительной ширине, относительно легко расслаивается в поперечном направлении, в области же деления его на переднюю и заднюю стенки влагалища прямой мышцы живота имеется сложное переплетение волокон, препятствующее прорезанию нити.
При ушивании апоневроза ниже пупка, в зоне, где отсутствует задняя стенка влагалища прямой мышцы, при операции по поводу травмы, учитывая неизбежное в послеоперационном периоде вздутие живота, целесообразно накладывать 8-образные швы, менее склонные к прорезыванию.
При слаборазвитом подкожном жировом слое и умеренном загрязнении брюшной полости можно рекомендовать наложение на кожу петлевидных (вертикальных матрацных) швов Донати, с помощью которых одновременно ушиваются съемными швами подкожный жировой слой и кожа. В шов для надежной ликвидации полости в подкожном жировом слое необходимо захватывать апоневроз. Узел в отличие от обычного кожного шва располагают у самой линии шва, а не у места вкола иглы.
При выраженном, особенно избыточном развитии подкожного жирового слоя у больных с повреждением полых органов живота всегда высок риск нагноения лапаротомной раны. Одним из наиболее действенных методов предупреждения нагноения в таких случаях является дренирование подкожного жирового слоя по Редону с постоянной аспирацией в раннем послеоперационном периоде. При этом из ушитой раны эвакуируется раневой секрет (кровь, тканевая жидкость), который служит хорошей питательной средой для микроорганизмов и является одним из основных факторов, способствующих развитию послеоперационных нагноений. Никакие «выпускники» никогда не могут обеспечить полное удаление неизбежно накапливающегося в ране содержимого. Создающееся в ране при длительной аспирации разрежение способствует также смыканию ее стенок, выполняя роль стенки шприцем в сторону раны стерильную жидкость, легко промыть кольцевой дренаж. При удалении кольцевого дренажа один из концов его пересекают на уровне кожи, т. е. поступают как при снятии кожных швов.
Особенности лечения в послеоперационном периоде. Пострадавших, оперированных при отсутствии перитонита, если позволяют другие компоненты сочетанной травмы, необходимо рано активизировать в постели, разрешая садиться через 1—2 дня после операции.
Сроки кормления зависят от локализации внутрибрюшных повреждений и от темпов обратного развития послеоперационного пареза желудка и кишечника. Ушивание в ранние сроки повреждений подвздошной и толстой кишки позволяет (при отсутствии резко выраженного пареза) назначать небольшие порции жидкости уже на следующий день после операции. Если питье на протяжении первых суток не вызывает застойных явлений и рвоты, то можно начинать кормление жидкой пищей.
Общие лечебные мероприятия и инфузионная тера--пия проводятся с учетом характера всей суммы повреждений по общепринятым в хирургии показаниям.
При применении модифицированного дренажа Редона (или кольцевого дренажа) посредством прокола резиновой трубки 2—3 раза в день вводят при помощи шприца стерильную жидкость (раствор фурацилина и др.), осуществляя таким образом промывание основного канала дренажа. При загрязненной ране можно вводить раствор антибиотика или антисептика временно, для создания экспозиции, пережимая при этом шланг, по которому осуществляется аспирация.
Удалять дренаж Редона следует не раньше, чем через 2 дня после операции.
В рамках настоящей книги отсутствует возможность детально осветить весь комплекс лечебных мероприятий. проводимых при перитоните. При травматическом перитоните лечение принципиально не отличается от лечения иного разлитого перитонита, в том числе и перитонита аппендикулярного происхождения.
Больной с перитонитом в послеоперационном периоде должен находиться в положении с приподнятым головным концом кровати. К сожалению, данным общеизвестным требованием хирургии очень часто пренебрегают. Удаление тонкокишечного содержимого по трансназальному зонду при таком положении больного следует осуществлять посредством длительной аспирации со слабым разряжением.
При отсутствии в лечебном учреждении условий для постоянного четкого контроля за уровнем электролитов в средах организма и в промывной жидкости мы не рекомендуем прибегать к использованию классического перитонеального диализа. Выведение из организма токсических продуктов в таких случаях целесообразнее осуществлять посредством форсированного диуреза.
Введенные в брюшную полость микроирригаторы необходимо использовать для периодического влияния по ним растворов антибиотиков.
Наиболее популярны в настоящее время новые антибиотики широкого спектра действия. Однако, хотя пенициллин уже давно считается недостаточно эффективным средством воздействия на микрофлору, высеваемую при перитоните, при введении его в брюшную полость (с интервалами в 3—4 ч) до 24 000 000—30 000 000 ЕД в сутки с одновременным внутримышечным введением 8000000— 16000000 ЕД в сутки мы многократно добивались излечения больных с тяжелым перитонитом.
Обычные методы бактериальной диагностики без применения специальных сред и сложных анаэробных камер, к сожалению, не дают полного представления об ассоциации микроорганизмов, вызывающих перитонит, вследствие чего при лечении перитонита отсутствуют сведения о чувствительности к антибиотикам. Поэтому ориентироваться только на определение чувствительности к высеваемой форме микроорганизмов не всегда правильно.
Во всяком случае большие дозы пенициллина при лечении перитонита часто дают четкий положительный эффект, не всегда объяснимый получаемыми данными о чувствительности.
Бензилпенициллин можно комбинировать с полусинтетическими пенициллинами.
Какие бы антибиотики ни были применены, вводить их в брюшную полость следует в значительном разведении, в большом количестве растворителя, во-первых, чтобы раствор проник во все отделы брюшной полости, во-вторых, чтобы чрезмерно высокая концентрация антибиотика не вызывала раздражения брюшины. При положении Фовлера экссудат и вводимая в брюшную полость жидкость постепенно стекают вниз к малому тазу. Для активного удаления экссудата по описанному выше сквозному дренажу, к одному концу его подлючают постоянную аспирацию, осуществляемую с помощью электровиброотсоса. При этом через второй конец дренажной трубки поступает воздух, препятствующий присасыванию к боковым отверстиям дренажа прилежащих образований. Не отключая аспирацию, дренажную трубку периодически промывают стерильной жидкостью.
При лечении тяжелого перитонита должен быть использован весь комплекс современных средств. В НИИ скорой помощи имени Н. В. Склифосовского мы пользуемся форсированным диурезом, дренированием грудного лимфатического протока на шее с возвращением в кровяное русло очищенной лимфы. Индивидуально назначаем инфузионную терапию, иммунную терапию, парентеральное питание, включая полноценный комплекс аминокислот, жировые эмульсии. Производим электростимуляцию кишечной перистальтики, при уменьшении выраженного пареза назначаем раннее медленное введение по зонду в тощую кишку корригирующих солевых растворов, близких по концентрации к кишечному химусу, вводим питательные смеси. Больным применяется гипербарическая оксигенация, лечебная физкультура и др.
Лечение местных осложнений. При нагноении лапаротомной раны (как и при нагноении почти любых других ран) мы отказались от традиционного разведения краев раны с тампонированием. Вместо этого во всю длину нагноившейся раны устанавливаем двухпросветный силиконовый дренаж, широкий канал которого имеет небольшие боковые отверстия. В узкий канал трубки вводим инъекционную иглу, соединенную с системой медицинской капельницы. Широкий канал трубки посредством стеклянного переходника соединяем со шлангом, идущим к емкости с отрицательным давлением.
При отсутствии специальной двухпросветной дренажной трубки можно воспользоваться обычной силиконовой трубкой, введя в ее просвет достаточно плотный тонкий микроирригатор. Герметичность при этом достигается проведением микроирригатора в трубку через стеклянный тройник с резиновой муфтой, как показано.
При относительно небольшой полости нагноившейся раны осуществляют постоянную аспирацию (с помощью электровиброотсоса) по широкому каналу двухпросветной трубки при одновременном постоянном капельном вливании стерильной жидкости по тонкому каналу. Непрерывное промывание дренажной трубки препятствует ее закупорке: экссудат по мере его накопления сразу же удаляется вместе с промывной жидкостью по системе трубок в герметично закрытый стеклянный сосуд.
При больших гнойных полостях, при отслойке тканей эвакуация экссудата из образующихся боковых отрогов может оказаться недостаточной. В этих случаях мы применяем фракционное промывание уже не только дренажной трубки, но и самой гнойной полости, наполняя ее периодически промывным раствором.
Особо важное значение метод приобретает у больных с сочетанной травмой, когда обездвиженность больного из-за наличия переломов костей позвоночника, конечностей, длительной комы резко затрудняет использование тампонного метода лечения, требующего частой смены повязок.
При аспирационном лечении гнойников брюшной полости желательно пользоваться не обычным электровиб-роотсосом, дающим разрежение порядка 120—140 см вод. ст., а созданным на его основе Л. Л. Лавриновичем аспиратором, позволяющим весьма точно регулировать параметры разрежения. При разрежении, превышающем 50 см вод. ст., присасывание кишечной стенки к отверстиям дренажной трубки может привести к перфорации и развитию кишечного свища.
При отсутствии аспиратора с регулируемым уровнем разрежения в полость внутрибрюшного гнойника целесообразно вводить неприсасывающуюся дренажную трубку, конструкция которой описана выше.
Аспирацию с промыванием мы неоднократно с успехом применяли и при открывающемся в гнойник брюшной полости кишечном свище. Двухпросветная дренажная трубка при этом должна иметь несколько больший диаметр, чем обычно.
При возникновении в послеоперационном периоде несостоятельности швов ушитой кишечной раны или швов анастомоза показана экстренная релапаротомия. Симптомы этого осложнения нередко бывают стертыми и чаще всего проявляются нарастающей интоксикацией, тахикардией, разлитой болью в животе, парезом кишечника при отсутствии мышечного напряжения и при нечетко выраженном симптоме Щеткина — Блюмберга.
Тактика при несостоятельности швов должна быть такой же, как и при первичной операции, производимой по поводу повреждения кишечника в поздние сроки, при уже развившемся перитоните. Еще раз подчеркиваем, что при гнойном перитоните не следует прибегать к ушиванию дефектов кишки. В брюшной полости при перитоните должны оставаться только неповрежденные кишечные петли.
В заключение подчеркиваем, что для лечения нагноительных процессов методом герметичного дренирования с промыванием и аспирацией необходимы известный опыт и предельно добросовестное отношение к своим обязанностям всего медицинского персонала, принимающего участие в лечении больного.
Литература.
Бочаров А.А. Повреждения живота. М.: Медицина, 1967. - 164с.
Гланц Р.М., Рожинский М.М. Сберегательная хирургия повреждений селезёнки. М.: Медицина, 1973. - 103с.
Горшков С.З., Волков В.С. Закрытые повреждения живота. М.: Медицина, 1978. - 216с.
Гостищев В.К. Общая хирургия. М.: Медицина, 1997. - 672с.
Дибижев В.В. Хирургия травматических повреждений селезёнки. Орджоникидзе, 1960. - 92с.
Караванов А.Г., Данилов И.В. Ошибки в диагностике и лечении травм живота. Киев: Здоровье, 1967. - 197с.
Кочнев О.С. Экстренная хирургия желудочно-кишечного тракта. Казань: Изд-во Казанского университета, 1984. - 288с.
Лебедев В.В., Охотский В.П., Каншин Н.Н. Неотложная помощь при сочетанных травматических повреждениях. М.: Медицина, 1980. - 184с.
Лубенский Ю.М., Нихинсон Р.А. Гульман М.И. Повреждения поджелудочной железы. Красноярск: Изд-во Красноярского университета, 1983. - 157с.
Мариев А.И. Хирургическое лечение закрытых повреждений и ранений печени. Петрозаводск: ПГУ, 1983. - 69с.
Мариев А.И., Ревский А.К. Хирургия травм печени. Томск: Изд-во Томского университета, 1993. - 143с.
Николаев Г.Ф. Закрытые повреждения печени. Ленинград: Медгиз, 1955. - 164с.
Русаков В.И. Основы частной хирургии. М.: Медицина, 1997. - 512с.
Фэгэрэшану И., Ионеску-Бужор К., Аломан Д., Албу Е. Хирургия печени и внутрипеченочных желчных путей. Румыния: Изд-во Академии СРР, 1976. - 538с.
ТРАВМАТИЧЕСКИЙ ШОК
Травматический шок—фазово развивающийся патологический процесс, важнейшим патогенетическим моментом которого является несоответствие энергетических запросов тканей их циркуляторному обеспечению, возникающее вследствие расстройств нейрогуморальной регуляции, вызванных тяжелым механическим повреждением организма.
Во время Великой Отечественной войны травматический шок отмечался у 10—12% раненых. Есть основание полагать, что механические травмы, вызванные современным оружием, црежде всего ядерным, значительно чаще (в 25—30% случаев) будут осложняться шоком'. Особенно часто он развивается при множественных, сочетанных повреждениях и комбинированных поражениях. Развитию шока способствуют нервно-психическое напряжение, физическое утомление, охлаждение и т. п. Запоздалая и неполноценная первая медицинская помощь, дополнительная травматизация в процессе выноса (вывоза) раненых из очага поражения также влекут за собой учащение случаев шока.
В течении травматического шока различают эректиль-ную и торпидную фазы.
При эректильной фазе отмечаются двигательное и речевое возбуждение, недооценка больным своего состояния; речь отрывиста, взгляд беспокойный; кожные покровы бледные, покрыты капельками пота, иногда гипере-мированы; болевая реакция повышена; пульс учащен, удовлетворительного наполнения, иногда напряжен; артериальное давление нормальное или несколько повышено; дыхание учащено, глубокое; рефлексы усилены; зрачки нормальной ширины, реакция их на свет живая; тонус скелетных мышц нередко повышен; температура тела нормальная, диурез не нарушен. Продолжительность эректильной фазы колеблется от нескольких минут до нескольких часов.
Торпидная фаза шока характеризуется угнетением жизненных функций организма. Образно эта фаза описана Н. И. Пироговым: «Лежит такой окоченелый на перевязочном пункте неподвижно; он не кричит, не вопит, не жалуется, не принимает ни в чем участия и ничего не требует; тело его холодно, лицо бледно, как у трупа; взгляд неподвижен и обращен вдаль; пульс как нитка, едва заметен под пальцем и с частыми перемежками. На вопросы окоченелый или вовсе не отвечает, или только про себя, чуть слышным шепотом; дыхание тоже едва приметно...» . Шок в торпидной фазе в зависимости от тяжести делят на 3 степени.
Шок 1 степени характеризуется легкой заторможенно-стью при сохраненном сознании; реакция на окружающее адекватная, но замедленная; кожные покровы бледные, нередко с синюшным оттенком; ногтевое ложе нормальной окраски или с циаиотичным оттенком, при нажатии пальцем на ноготь кровоток быстро восстанавливается; болевая реакция ослаблена; пульс 90—100 в 1 мин, удовлетворительного наполнения, дыхательная аритмия обычно отсутствует: систолическое артериальное давление 100—90 мм рт. ст.'; дыхание несколько учащено, ровное и глубокое; рефлексы ослаблены; тонус скелетной мускулатуры понижен; температура тела не изменена или понижена; диурез не нарушен.
Шок П степени характеризуется более выраженным угнетением пораженного и серьезными нарушениями гемо-динамики. Пульс 110—120 в 1 мин, систолическое артериальное давление 90—70 мм рт. ст. При несостоятельности компенсаторных механизмов возможен переход шока II степени в шок III степени.
Шок Ш степени проявляется резкой заторможенно-стью, сознание часто затемнено; реакция на внешние раздражители неадекватная, резко ослаблена; кожные покровы бледно-серой окраски с синюшным оттенком; холодный липкий пот; ногтевое ложе цианотичное, при нажатии пальцем на ноготь кровоток длительное время не восстанавливается; пульс чаще 130 в 1 мин, слабого наполнения, аритмичен; систолическое артериальное давление 70 мм рт. ст. и ниже; дыхание поверхностное, частое; рефлексы, мышечный тонус и температура тела понижены; диурез снижен вплоть до анурии.
Несвоевременное устранение причин, вызывающих шок, препятствует восстановлению функций организма, и шок III степени может перейти в терминальное состояние.
При терминальном состоянии сознание и- реакции на внешние раздражители отсутствуют; кожные покровы бледные с землистым оттенком; пульс на бедренной и сонной артериях слабого наполнения, частый, едва сосчитывается; систолическое артериальное давление не определяется; тоны сердца едва прослушиваются; дыхание редкое, судорожное, аритмичное; рефлексы не вызываются; мышечный тонус предельно ослаблен; температура тела резко понижена; анурия.
Шок может возникнуть при повреждениях любой локализации.
При травме черепа и головного мозга, особенно сочетающейся с повреждениями других органов и систем, шок развивается часто. Он проявляется на фоне восстанавливающегося или утраченного сознания, при выраженных расстройствах функции дыхания и кровообращения, неу-стойчивости артериального давления с превалированием гипертензии, брадикардии. У таких пострадавших нередко регистрируются параличи или парезы конечностей, расстройства чувствительности, патологические сухожильные -рефлексы, йесостоятельность сфинктеров. Шок при травме черепа и головного мозга протекает тяжело и представ-ляет большую опасность для жизни.
Течение шока, возникшего в результате повреждений груди, осложняется выраженными расстройствами внешнего дыхания. Морфологической основой такого шока могут быть переломы ребер, разрывы легких, ушибы миокарда, флотация органов средостения. Поведение больных беспокойное; кожные покровы бледные, акроци-аноз; дыхание поверхностное, частое, аритмичное, выслушиваются влажные хрипы; гемодинамические показатели крайне лабильны.' Тяжесть общего состояния, беспокойное поведение и обширная подкожная эмфизема в значительной мере ограничивают возможности диагностики.
Шок, возникший вследствие травмы живота, характеризуется клиникой «острого живота» (повреждение полых органов) и массивного внутреннего кровотечения (разрыв паренхиматозных органов). Интенсивность развития такого шока во многом зависит от степени и обширности анатомических повреждений, скорости и величины крово-потери. Вначале превалирует картина острого малокровия и «острого живота» и лишь затем проявляется весь симптомокомплекс, характерный для шока: появляются резкая бледность кожного покрова, тахикардия, снижается уровень артериального давления, тоны сердца становятся глухими, дыхание поверхностное, частое. Сознание утрачивается в случаях критической кровопотери или при переходе шока в терминальное состояние.
На течение шока при травме таза существенное влияние оказывают часто встречающаяся массивная кровопо-теря и резкая интоксикация (повреждение подвздошных, ягодичных сосудов, разрушение мышц), а также повреждение органов малого таза.
ДИАГНОСТИКА ШОКА
При наличии жизнеопасных состояний (нарушение внешнего дыхания, кровотечение) следует немедленно провести соответствующие лечебно-реанимационные мероприятия. После купирования указанных расстройств, а также во всех остальных случаях проводят системное обследование больного.
Осмотр пострадавшего должен быть быстрым, но последовательным. Необходимо исследовать все анатомические области в сегменты конечностей с пелью выявления имеющихся повреждений. При наличии нескольких повреждений важно определить доминирующую травму.
Психоневрологический статус. Сознание сохранено, спутано, отсутствует. Важно установить наличие двигательного и речевого возбуждения или заторможенности и степени ее выраженности. Пострадавший недооценивает своего состояния, отвечает на вопросы эмоционально или тихим голосом, односложно, медленно, как бы с трудом; ориентируется в окружающей обстановке и контактирует с врачом или нет; реагирует на внешние раздражения неадекватно усиленно, ослабление или такая реакция отсутствует; мышечный тонус повышен или понижен; рефлексы усилены, ослаблены или не вызываются.
Кожные покровы нормальной окраски, гиперемирова-ны, бледные, с синюшным или землистым оттенком; мелкие капли пота на> лице или холодный обильный (проливной) липкий пот.
Ногтевое ложе нормальной окраски или с цианотичным оттенком, при нажатии пальцем на ноготь кровоток восстанавливается быстро или медленно.
Пульс. 'Подсчитывается частота его в 1 мин при пальпации периферической артерии (например, лучевой). Если таким образом пульс не определяется, его подсчитывают на бедренной, сонной артериях или при аускультации—по числу сердечных сокращений. Важно определить не только частоту пульса, но и его наполнение, напряжение, ритмичность, наличие или отсутствие дыхательной аритмии.
Дыхание. Количество дыхательных движений подсчитывают в 1 мин на глаз или с помощью руки, положенной на грудную клетку. Регистрируют частоту, глубину и ритмичность дыханий.
Систолическое артериальное давление. Наиболее рас-простравенным является метод Короткова, с помощью которого регистрируют систолическое и диастолическое артериальное давление в мм рт. ст. С помощью этого метода удается замерить систолическое артериальное давление не ниже 40—50 мм рт. ст. Такой уровень давления свидетельствует о крайне тяжелом состоянии больного, и поэтому регистрация более низких показателей теряет практическое значение.
Показатель уровня артериального давления не всегда является достаточно информативным для установления тяжести шока. Бблыпую диагностическую ценность представляет так называемый индекс Алговера: отношение частоты пульса к уровню систолического артериального давления. Индекс 0,8—1,0 характерен для шока 1 степени; 1,1—1,5—для II степени и 1,6 и более—для III степени.
Таблица 5 Опредалевне величины кровопэтерн с помввцыо •ндeкca Алговера
| Индекс Алговера | Объем кртопотери, % - |
| 0,8 0,9—1,2 1,3—1,4 1,5 | 10 20 30 40 |
Величина кровопотери. Травма любой локализации практически всегда сопровождается кровопотерей. Условно принято считать [Lucas С. Е., 1976], что при переломе плеча больной теряет крови 200—500 мл, голени—350— 650 мл, бедра—800—1200 мл, таза—1500—2000 мл. При одновременном повреждении крупных сосудов кровопоте-ря может достичь значительно больших величин. Ориентировочно объем кровопотери можно вычисшпъ, используя индекс Алговера, по табл. 5.
При имеющихся возможностях величину кровопотери можно установить на основании определения удельного веса крови и гематокритного числа (табл. 6).
Удельный вес крови определяют по Филипсу—Ван-Слайку в модификации Г. А. Барашкова. У больного берут 2 мл крови в пробирку с сухим цитратом. Полученную цитратную кровь по капле вносят в банки с растворами медного купороса определенного удельного веса. Эти капли могут всплывать, идти. ко дну или «повисать» в растворе на несколько секунд. В последнем случае удельный вес раствора медного купороса соответствует удельному-весу крови. В норме удельный вес крови у мужчин составляет 1055—1063, а у женщин—1052—1060.
Таблица б
Определение величины кровопотерн по показателям удельного веса крови и гематокритного числа
| Удельный вес крови, мг/мл | Гематокрвпюе число, % | Объем кровопотери, мл |
| 1057—1054 1053—1050 1049—1044 Меньше 1044 | 44—40 38—32 30—22 Меньше 22 | До 500 1000 1500 Более 1500 |
Между величиной кровопотери и тяжестью шока имеется корреляционная связь. Так, при шоке 1 степени кровопотеря обычно составляет около 500 мл, II степени—1000 мл и III степени—1500 мл и более.
Уровнем цевтрального венозного давления ЩВД) оценивается перфузионная способность сердца и осуществляется контроль за .проводимой трансфузионной терапией. ЦВД определяют следующим образом: к катетеру, заведенному в устье полой вены, присоединяют систему для переливания растворов. После снятия зажима и начала переливания сосуд, содержащий трансфузионную среду, опускают до тех пор, пока не прекратится поступление жидкости в кровеносное русло. Искомая величина ЦВД соответствует высоте уровня жидкости в сосуде над уровнем правого предсердия (средняя подмышечная линия) минус высота воздушного промежутка в капельнице между носиком пипетки и уровнем жидкости в ней (рис. 54). Нормальный уровень ЦВД составляет 5—10 см вод. ст. Критической величиной является уровень, равный 15—20 см вод. ст., превышение которого свидетельствует о развитии сердечной недостаточности либо о введении избыточного количества трансфузионных сред.
Диурез. Почасовой диурез характеризует выделительную функцию почек, что коррелирует с состоянием почечного кровообращения. Критическим уровнем является 40 мл мочи в час. Более низкие цифры свидетельствуют о серьезном нарушении в кровообращении почек. При снижении систолического артериального давления до 50 мм рт. ст. фильтрационная способность почек прекращается. Контроль за мочевыДелением осуществляют на протяжении всего шокового периода, для чего больному вводят постоянный катетер и регистрируют объем выделяемой мочи.
МЕДИЦИНСКАЯ ПОМОЩЬ В ОЧАГЕ МАССОВОГО ПОРАЖЕНИЯ И НА ЭТАПАХ МЕДИЦИНСКОЙ ЭВАКУАЦИИ
В целях предупреждения шока или снижения шокоген-ности травмы при первой медицинской помощи необходимо выполнить следующие мероприятия:
1. Устранить причину асфиксии. Нарушение дыхания может развиться при механической асфиксии, торакаль-цых ранениях. В первую очередь надлежит обеспечить проходимость верхних дыхательных путей, фиксировать язык при его западении, провести искусственную вентиляцию легких методами изо рта в рот или изо рта в нос. При ранениях груди с открытым пневмотораксом требуется немедленно наложить герметизирующую (окклюзионную) повязку.
2. Остановить наружное кровотечение. При артериальном кровотечении показано наложение жгута, а при венозном и капиллярном—давящей повязки. В случае прекращения сердечной деятельности надлежит провести закрытый массаж сердца.
3. Ввести анальгетик из шприц-тюбика, находящегося в индивидуальной аптечке.
4. Наложить асептическую повязку на рану, используя индивидуальный пакет перевязочный или подручные средства.
5. Наложить шину при переломах длинных трубчатых костей или обширных повреждениях мягких тканей конечности.
6. Придать пострадавшему функционально выгодное положение и создать температурный комфорт (укрыть одеялом, пальто и т. п.).
После оказания первой помощи всех пострадавших с тяжелыми травмами надлежит быстро и бережно вынести из очага поражения и направить в ОПМ.
В ОПМ при проведении медицинской сортировки необходимо установить наличие шока и определить его тяжесть. Наиболее важной и вместе с тем сложной задачей врача, проводящего сортировку, является выделение группы раненых в состоянии шока с неблагоприятным прогнозом. Решить такую задачу поможет метод многофакторной оценки тяжести травматического шока, разработанный в Институте скорой помощи им. И. И.