Xreferat.com » Рефераты по медицине и здоровью » Невроз как этиопатогенетический механизм гипертонической болезни

Невроз как этиопатогенетический механизм гипертонической болезни

болевой и т.д.).

Отсутствие должной положительной эмоции тут же переносит весь «фокус активности» мозга в сторону деятельного подбора других комбинаций афферентных возбуждений, способных дать наконец, полноценный приспособительный эффект и соответственно первичную положительную эмоцию. Возникшая в ходе эволюции как результат усовершенствования «санкционирующей афферентации» первичная положительная эмоция не имеет еще центрального характера и по принципу условного рефлекса не вырабатывается. Развертываясь автоматически в зависимости от полноценности адаптационного акта, она выступает, по П.К. Анохину, в качестве своеобразного «пеленга», который прекращает поиски при достижении приспособительного результата или, наоборот, вновь и вновь организует их на различной афферентной основе. Именно первичное эмоциональное ощущение (первичная форма субъективного, занимающая промежуточное положение между физиологическими и психологическими категориями) становится в итоге универсальным индикатором достаточности и целесообразности произведенного приспособительного акта (15).

Огромная роль кортикальных связей в раздроблении многомерного эффекторного комплекса эмоции и переадресовке всей ее силы на те или иные висцеральные процессы означает возможность локальных психосоматических расстройств; в качестве пусковых механизмов выступают при этом не столько периферические, сколько корковые (чаще всего ятрогенные) импульсы, изначально определяющие объект ипохондрической фиксации индивида. Решающим фактором, обусловливающим избирательное вовлечение какого-либо органа или физиологической системы в патологический процесс по принципу вынужденного функционирования (независимо от периферической афферентации), служит, в конечном счете, биологическая архитектоника самой эмоции как целостной функциональной системы. Любой из висцеральных компонентов эмоций и любая комбинация этих компонентов (даже в анатомически отдаленных областях) могут стать чуть ли не единственным клинически очевидным проявлением аффекта.

Сужение афферентации (одна из наиболее отчетливых закономерностей системы при переходе ее на стационарное функционирование) неизбежно способствует все большему обеднению психовегетативной симптоматики при затянувшихся стрессовых ситуациях. Конечным результатом минимизации афферентации (прогрессирующего выключения афферентных влияний из общей суммы обстановочной афферентации определенной системы) становится, по П. К. Анохину, сохранение иногда очень ограниченной «ведущей» афферентации. Суммарная информация, отражающая состояние организма на данный момент, сводится, таким образом, к известному минимуму афферентных импульсов, поддерживающих единство определенной функциональной системы. Внимание больного целиком фиксируется в итоге на деятельности наиболее значимого в его представлении органа, и многочисленные на высоте первоначального аффективного состояния жалобы исчерпываются уже лишь неприятными ощущениями в прекордиальной или поясничной области, «внутренним» головокружением или чувством нехватки воздуха. Любой из висцеральных компонентов эмоции и любая комбинация этих компонентов (даже в анатомически отдаленных частях организма) могут стать, таким образом, почти единственным клиническим проявлением негативной эмоции (выдавать характерным для себя образом ту или иную часть эмоционального состояния, как и в условиях целостного проявления последнего).

Интегративная природа системы, сохраняющей свою полезную для организма архитектонику, обеспечивает, однако, возможность мгновенного вовлечения любых систем и структур мозга в адаптационный процесс (активацию всех компонентов, входящих в состав функциональной системы, при малейшем рассогласовании в конечном приспособительном эффекте и включении ориентировочно-исследовательской реакции). При нарушении уже сложившегося гомеостаза на сцену моментально выходят «резервные» афферентации, и клиническая картина моносимптомного, казалось бы, страдания тотчас принимает характер динамический и лиморфный.

Крушение динамического равновесия, характеризующего в норме сложные корково-подкорковые взаимоотношения, обуславливает соответственно более или менее выраженную дезинтеграцию психического, вегетативного и соматического компонентов эмоции как целостной функциональной системы и доминирование висцеровегетативных проявлений эмоционального стресса при чрезмерной активации подкорковых структур. Вопреки ошибочному мнению о возможности полного торможения эмоции кора головного мозга способна подавлять, как подчеркивает П. К. Анохин, «только то или иное проявление эмоции, большей частью внешнее; сама же эмоция, раз возникнув как субъективное состояние человека, не может быть устранена». Кортикальный контроль над возбуждением, например, моторных нейронов лицевого нерва (вследствие которого едва заметная мимолетная улыбка сигнализирует порой о «весьма обширных внутренних процессах человеческой психики») не распространяется на остальные эффекторные компоненты функциональной системы, соответствующей данной эмоции; соматические (сердечно-сосудистые, желудочно-кишечные и т.д.) ее компоненты практически всегда заканчивают «эмоциональный эффект» даже при полном отсутствии видимых моторных проявлений последнего. «Современный цивилизованный человек путем работы над собой приучается скрывать свои мышечные рефлексы, и только изменение сердечной деятельности все еще может нам указать на его переживания. Таким образом, сердце осталось органом чувств, тонко указывающим наше субъективное состояние и всегда его изобличающим». (И.П. Павлов)

Подавление эмоции в целом (точнее - предупреждение еще не успевшей развиться эмоции) возможно только в самом начале возникновения регистрируемого корой эмоционального разряда в гипоталамической области. Задержка целостной психовегетативной реакции со всеми ее компонентами (осуществляемая, по-видимому, посредством ряда процессов лобной коры) встречается в отдельных случаях лишь при совершенно исключительном развитии воли и самообладания и требует достаточно последовательной воспитательной работы.

Подавление осознанного чувства тревоги или тоскливости ни в коей мере не ослабляет, таким образом, вегетативных влияний эмоций на соматические процессы. Речь идет, в конечном счете, лишь о переводе выражения эмоции с одних эффекторных аппаратов на другие, о явном доминировании вегетативных и соматических компонентов эмоции над собственно психическими ее проявлениями.

«Длительное вмешательство в целостный эмоциональный комплекс и переадресовка всей силы эмоционального выражения на внутренние, внешне не констатируемые процессы создает стойкое патологическое повышение тонуса ряда внутренних органов»,— пишет П. К. Анохин, трактуя именно в этом плане все разнообразие психосоматических страданий (так называемые неврозы сердца, эссенциальную гипертензию, язвенную болезнь двенадцатиперстной кишки, спастические состояния кишечника и т.д.). Физиологически закономерным результатом последовательного культивирования так называемых задержанных эмоций (подавления или вытеснения одних компонентов эмоций и чрезмерной активации других) становится при известных условиях различная висцеральная патология — плата современного цивилизованного человека за умение властвовать над собой (15).

Таким образом, эмоциональные состояния, которым приписывают нередко хаотичность и дисгармонию, в действительности подчиняются жестким причинно-следственным связям и протекают в рамках строгих нейродинамических отношений. Все новое, оригинальное, творческое, не поддающееся предсказанию, представляет собой результат сознательных намерений и самостоятельной программы действий, т. е. работы мышления, опирающегося на законы логики. Все, что обусловлено эмоциями, отличается стереотипностью, устойчивостью и, несмотря на разнообразие форм, сходством.

Одним из решающих компонентов афферентного синтеза, является долгосрочная память. Эти компоненты подвергаются обработке на уровне нейрона с одновременным формированием акцептора действия (завершающего механизма функциональной системы, сличающего рабочий эффект приспособительной реакции с ожидаемым на основании предшествующего опыта результатом). Мобилизация прошлого опыта через избирательные синаптические связи (один из наиболее интимных и универсальных компонентов афферентного синтеза, без которого он вообще невозможен) неизменно включается в процесс обработки всей информации, поступающей от внешних и внутренних источников в центральную нервную систему (15).

Одним из частных проявлений способности головного мозга фиксировать, хранить и воспроизводить при известных условиях аффективно заряженные следы через любые отрезки времени становятся «афферентные образы» всех перенесенных на протяжении жизни аномальных состояний с «чувством болезни». Даже полная компенсация физического и психического состояния человека после перенесенного заболевания (не говоря уже об относительной компенсации за счет постоянного напряжения резервных возможностей организма) не исключает оживления следов под влиянием эмоциональных стимулов (особенно на фоне астении любого происхождения). Наличие энграмм долгосрочной памяти («готовых моделей» перенесенных ранее патологических процессов) предполагает, следовательно, возможность воспроизведения соответствующей симптоматики по законам центральной интеграции. Крайне избирательное распределение определенных комплексов восходящих эмоциональных возбуждений со специфической (болевой или ориентировочной) модальностью означает непроизвольную мобилизацию всего имеющегося у человека прямого и опосредованного «опыта болезни». Чрезвычайно широкие масштабы систем и структур мозга, вовлекаемых в процессы фиксации следов, обусловливают возможность воспроизведения пережитого психофизиологического нарушения с любого узлового механизма функциональной системы (под влиянием любого по существу эмоционального стимула, связанного хотя бы косвенно или даже неосознанно с перенесенным некогда соматическим или психосоматическим страданием).

С физиологическими аспектами долгосрочной памяти смыкается проблема преимущественной локализации психосоматических расстройств, возникающих под воздействием одной и той же стрессовой ситуации в виде сердечно-сосудистых или респираторных нарушений у одних больных, мочеполовых или псевдоаллергических – у других. Центром тяжести психосоматического страдания оказывается всегда орган, наиболее уязвимый и важный в представлении индивида для жизнедеятельности организма и его существования вообще. «Выбор органа» свидетельствует практически о преимущественной направленности защитно-приспособительных механизмов (вызывающих известный повреждающий эффект по мере нарастания психосоматической дезинтеграции в условиях тяжелой или затянувшейся стрессовой ситуации).

Инициатива в выборе органа принадлежит всегда корковым связям, «заряжающим» определенным образом эмоциональные подкорковые аппараты и программирующим степень вовлечения тех или иных органов и их комбинаций в стрессовую ситуацию. Какой именно эффекторный путь окажется предпочтительным для выхода на периферию эмоциональных возбуждений, зависит, в конечном счете, от особенностей данной эмоции, от особенностей нервной конституции человека и от всей истории его жизни. В результате мы будем иметь, по П. К. Анохину, в каждом отдельном случае различного рода психосоматические расстройства: «Они могут коснуться гладких мышц (пилороспазм, кардиоспазм), могут иметь преимущественное выражение на сосудах (гипертензивные состояния), могут иметь выход к сердцу и т. д.».

Нужно отметить особую роль астенической симптоматики, которая сопутствует, а нередко и предшествует развитию психосоматических расстройств. Именно астения выступает между тем в качестве основного фона любого соматического, неврологического или психического заболевания, любого патологического процесса вообще. Вызываемая не только физической нагрузкой, но и резким эмоциональным возбуждением как отрицательного, так и положительного знака, астения - особое устойчивое патологическое состояние, связанное с адаптацией к новому уровню существования при снижении всех функциональных резервов организма,- становится в свою очередь важнейшим фактором, порождающим и поддерживающим негативные эмоции.

Снижение биологической активности организма при одновременной мобилизации защитно-приспособительных механизмов отражается на всех этапах обработки поступающей в мозг информации - ее восприятия, формирования и преобразования, передачи по каналам связи и, наконец, хранения и использования в ходе афферентного синтеза. Клиническим проявлением возросшей информационной значимости сигнала (независимо от его характера и конкретных параметров) становится общая психическая гиперестезия с отчетливой реакцией индивида на импульсы, в норме не ощущаемые или остающиеся за порогом сознания. Даже естественные для данной системы раздражители (например, перистальтика кишечника или сердечные сокращения) трансформируются при этом в условный сигнал болевой или ориентировочной доминанты. Возрастающая в связи со снижением порогов восприятия болевая чувствительность свидетельствует, таким образом, не столько о каких-то конституциональных особенностях пациента, сколько об измененном функциональном состоянии коры головного мозга и готовности этого организма к развитию определенной симптоматики.

Нарушение формирования и преобразования афферентации при астенических состояниях сопровождается образованием патологической обратной связи, уже не отражающей действительно протекающие во внутренних органах и средах процессы. Несоответствие этой новой афферентации ожидаемым на основании прошлого опыта результатам приводит к бесконечному воспроизведению якобы недостаточного физиологического акта. Клиническим проявлением измененного афферентного синтеза становятся в таких случаях, например, императивные ложные позывы к мочеиспусканию или дефекации, когда больные буквально не отходят от туалета. Возможно, однако, и заметное повышение возбудимости центральных структур условного рефлекса, обусловливающее хроническую ирритацию органа (развитие, например, синдрома раздраженной толстой кишки или мочевого пузыря) либо его функциональное перенапряжение (возникновение стойкой синусовой тахикардии, гипервентиляции и т. д.) (15).

Перестройка интерорецептивной сигнализации и формирующаяся при этом патологическая обратная связь способствуют в итоге дальнейшему нарастанию психосоматической дезинтеграции – не только углублению функциональных расстройств того или иного органа либо физиологической системы, но и рассогласованию их с другими висцеровегетативными процессами (как измененными, так и не претерпевшими еще изменений в постстрессорном периоде).

Таким образом, теория функциональных систем П. К. Анохина позволяет увидеть каким образом такие невротические симптомы как ипохондричность, астенические расстройства, эмоциональная лабильность и эмоциональная напряженность участвуют в развитии и течении психосоматических заболеваний.

2. Материалы и методы исследования


Исследование проводилось на базе Железнодорожной больницы, в кардиологическом отделении. В исследовании приняли участие 20 человек с ГБ (2-й и 3-й степени) в возрасте от 35 до 70 лет (7мужчин и 13 женщин).

Материалы исследования:

Методика СМИЛ (71 вопр.).

Опросник невротических расстройств (ОНР).

Позволяет выявить невротические и неврозоподобные нарушения в соматической и психической сферах. Состоит из 300 утверждений, относящихся к формам поведения, личным характеристикам и симптомам. Содержит 15 клинических шкал, 7 – личностных, 6 – специальных и 2 контрольные шкалы.

3. Опросник невротических расстройств – симптоматический (ОНР-Си).

Количественное и качественное определение невротических расстройств. Состоит из 158 утверждений, относящихся к различным недомоганиям. Содержит 13 шкал.

4. Уровень невротизации (УН).

Оценивается уровень невротизации. Состоит из 38 вопросов.

5. Уровень невротической астении (УНА).

Производится количественная оценка степени выраженности невротической астении. Состоит из 45 утверждений.

6. Также использовался метод беседы, для выявления психотравмирующих обстоятельств, которые могли послужить причиной для возникновения невроза.

Методика СМИЛ позволяет получить многосторонний портрет личности, который включает богатый спектр таких структурных компонентов личности, как мотивационная направленность, самооценка, стиль межличностного поведения, черты характера, тип реагирования на стресс, защитные механизмы, когнитивный стиль, ведущие потребности, фон настроения, сексуальная ориентация, степень адаптированности индивида и возможный тип дезадаптации, наличие психических отклонений, выраженность лидерских черт, склонность к суициду, предрасположенность к алкоголизму, а также количественные и качественные характеристики устойчивых профессионально важных свойств. ОНР является методикой, позволяющей выявить проявления невротических нарушений в соматической и психической сферах, а также особенности личности, потенциально значимые для генеза невроза и психосоматических заболеваний. ОНР-Си позволяет увидеть, в каких именно симптомах выражаются невротические расстройства. Методики УНА и УН являются вспомогательными.

3. Результаты


В результате проведенного исследования было обнаружено, что для 60% больных в профиле СМИЛ характерно повышение по 3-й шкале, эмоциональная лабильность.

Ведущий пик по 1-й шкале, невротический сверхконтроль выявляется у 20%.

У 55% обследуемых выявлено наличие в профиле СМИЛ конверсионной пятерки. Профиль при этом характеризуется сочетанием высоких 1-й и 3-й шкал с относительно низкой 2-й.

Для 35% от числа обследуемых характерно повышение по 6-й шкале ригидности, которое в большинстве случаев, сочетается с конверсионной пятеркой.

У 55% низкие показатели по 9-й шкале оптимистичности в сочетании с конверсионной пятеркой и повышением по 3-й шкале.

Приблизительно у 85% в профилях выявляется смешанный тип реагирования.

У 5% - ведущий пик по 8-й шкале итндивидуалистичности.

По результатам методики ОНР имеются следующие данные:

Клинические шкалы:

Степень ухудшения общего самочувствия:

повышенные показатели – 25%

высокие показатели – 45%

Колебание интенсивности жалоб:

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 60%

очень высокие – 25%

Расстройства в сфере пищеварения:

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 20%

очень высокие – 15%

Расстройства сердечно-сосудистой деятельности:

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 35%

Нарушение общей чувствительности:

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 45%

очень высокие – 5%

Нарушение моторики:

повышенные показатели – 5%

высокие показатели – 30%

Психическая истощаемость:

повышенные показатели – 30%

высокие показатели – 35%

Нарушение сна:

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 15%

очень высокие – 35%

Повышенная возбудимость:

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 10%

Переживание своей малоценности:

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 10%

Пониженная работоспособность:

повышенные показатели – 30%

Навязчивые мысли и действия:

повышенные показатели – 5%

высокие показатели – 20%

Немотивированный страх:

высокие показатели – 30%

Фобические расстройства:

повышенные показатели – 30%

высокие показатели – 20%

Нарушение социальных контактов:

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 5%

Личностные шкалы:

Неуверенность в себе:

повышенные показатели – 5%

высокие показатели – 70%

Познавательная и социальная пассивность:

повышенные показатели – 40%

высокие показатели – 35%

Невротический «сверхконтроль» поведения:

повышенные показатели – 30%

высокие показатели – 35%

Аффективная неустойчивость:

повышенные показатели – 30%

высокие показатели – 65%

Интровертированная направленность личности:

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 40%

очень высокие – 35%

Ипохондричность:

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 30%

очень высокие – 10%

Социальная неадаптивность:

повышенные показатели – 5%

высокие показатели – 85%

очень высокие – 5%

Таким образом, у большинства больных клиническая картина невротических нарушений представлена в виде следующей симптоматики: степень ухудшения общего самочувствия, колебание интенсивности жалоб, нарушение общей чувствительности, психическая истощаемость, нарушение сна. У половины отмечаются расстройства в сфере пищеварения, расстройства сердечно-сосудистой деятельности, фобические расстройства.

По личностным шкалам для большинства характерны следующие особенности: неуверенность в себе, познавательная и социальная пассивность, невротический «сверхконтроль» поведения, аффективная неустойчивость, интровертированная направленность личности, социальная неадаптивность.

Результаты ОНР-Си.

Тревожно-фобические расстройства

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 30%

очень высокие – 5%

Депрессивные расстройства

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 40%

очень высокие – 10%

Аффективная напряженность

повышенные показатели – 25%

высокие показатели – 15%

очень высокие – 20%

Расстройства сна

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 30%

очень высокие – 45%

Аффективная лабильность

повышенные показатели – 10%

высокие показатели – 25%

очень высокие – 20%

Астенические расстройства

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 35%

очень высокие – 15%

Сексуальные расстройства

повышенные показатели – 15%

высокие показатели – 20%

Дереализационные расстройства

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 20%

Обсессивные расстройства

повышенные показатели – 25%

высокие показатели – 10%

Нарушение социальных контактов

повышенные показатели – 10%

высокие показатели – 25%

Ипохондрические расстройства

повышенные показатели – 20%

высокие показатели – 20%

очень высокие – 25%

Ананкастические расстройства

повышенные показатели – 25%

высокие показатели – 5%

очень высокие – 5%

Сомато-вегетативные расстройства

повышенные показатели – 25%

высокие показатели – 25%

Таким образом, для большинства обследуемых характерно повышение по следующим шкалам: депрессивные расстройства, расстройства сна, аффективная напряженность, аффективная лабильность, астенические расстройства, ипохондрические расстройства.

Результаты УН:

низкие показатели – 30%

умеренные показатели – 35%

высокие показатели – 30%

очень высокие – 5%

Результаты УНА:

низкие показатели – 20%

умеренные показатели – 30%

высокие показатели – 35%

очень высокие – 15%

В результате проведенной беседы можно выделить две основных группы причин возникновения невроза. В первом случае имела место сильная психотравмирующая ситуация (чаще всего, потеря близкого человека), во втором – многократно действующие слабые раздражители (напряженная работа, неприятности на работе, напряженная обстановка в семье). В первом случае говорят об острых, а во втором об хронических психических травмах.

4. Обсуждение


С помощью СМИЛ обнаружено, что для больных ГБ, с ведущим пиком в профиле по 3-й шкале эмоциональная лабильность характерным является неустойчивость эмоций и конфликтное сочетание разнонаправленных тенденций, а так же признаки эмоциональной незрелости, более характерные для женского типа поведения с известным инфантилизмом, жеманством, иждивенческими тенденциями. Несмотря на выраженный эгоцентризм и склонность жалеть себя, эти личности стремятся к нивелировке конфликта и придают большое значение семейному статусу.

Для личностей с высокой 3-й шкалой характерна повышенная нервозность, слезливость, избыточная драматизация происходящих событий. В ситуации стресса им свойственны выраженные вегетативные реакции. Защитные механизмы проявляются двояким путем: 1) вытеснение из сознания той негативной информации, которая является конфликтогенной или наносит урон здоровью личности, субъективному образу собственного «Я»; 2) трансформация психологической тревоги на организменном (биологическом) уровне в функциональные нарушения. Эти механизмы, дополняя друг друга, создают почву для психосоматических расстройств, то есть таких физических заболеваний, которые развиваются в тесной связи с негативными эмоциональными переживаниями.

У 55% обследуемых выявлено наличие в профиле СМИЛ конверсионной пятерки, поэтому отдельно следует выделить клинические проявления при неврозе. Профиль при этом характеризуется сочетанием высоких 1-й и 3-й шкал с относительно низкой 2-й. Термин «конверсия» в данном случае обозначает перевод эмоциональной напряженности в соматические (физические) расстройства. В ответ на неблагоприятную ситуацию, нарушающую целостность, конгруэнтность образа «Я», у индивида возникают нарушения двигательной сферы, речевой деятельности, слуховой или зрительной чувствительности, причем эти расстройства носят на себе отпечаток условной «желательности» в связи с субъективной невозможностью разрешить конфликт конструктивным путем. Свойства, присущие 3-й шкале, выступают на первый план, поглощая в значительной степени признаки 1-й шкалы. Вытеснение из сознания внутреннего конфликта, связанного с противоречивой структурой мотивации, происходит неосознанно, как невротическая зашита от стресса. Это механизм непроизвольный, не поддающийся контролю сознания.

Поглощение 3-й шкалой характеристик 1-й не отменяет ориентации на социальные нормативы, которые лишь маскируют эгоцентрические тенденции личности, а трансформация невротической тревоги в функциональные соматические расстройства в известной степени служит способом завоевания удобной социальной позиции или ухода от ответственности.

Повышение по 6-й шкале, в большинстве случаев, сочетается с конверсионной пятеркой.

В профилях больных с невротическими и психосоматическими расстройствами повышение 6-й шкалы отражает наличие повышенной раздражительности, переживания чувства обиды и косвенно связано со склонностью к артериальной гипертензии, что подчеркивают наличие тесной связи между соматическими и психологическими факторами. В данном случае и на биологическом, и на психологическом уровнях просматривается общая тенденция стеничного противодействия вторжению чего-либо инородного, чуждого как в духовный мир своего «Я», так и в физиологический мир своего организма.

У 55% низкие показатели по 9-й шкале в сочетании с конверсионной пятеркой и повышением по 3-й шкале выявляют снижения уровня оптимизма, жизнелюбия и активности, повышенную утомляемость, астению.

Ведущий пик по 1-й шкале невротического сверх контроля выявляется у 20%. При показателях 1-й шкалы, превалирующих над 3-й, выявляется пассивное отношение к конфликту, уход от решения проблем, эгоцентричность, маскируемая декларацией гиперсоциальных установок. Как правило, это лица, страдавшие в детстве от недостатка эмоционального тепла со стороны близких, и лишь в периоды, связанные с какой-либо болезнью, их окружали вниманием, что способствовало укреплению механизма защиты от проблем «бегством в болезнь». Наличие такого механизма защиты свидетельствует об эмоциональной незрелости, что особенно явно в структуре переживаний невротической личности, когда компенсирующая роль защитного механизма перерастает в устойчивый неконструктивный стиль переживания, снижающий уровень свободноплавающей тревоги, но оставляющий достаточно выраженной эмоциональную напряженность.

В поведении лиц данного типа борьба с болезнью трансформируется, по сути дела, в борьбу за право считаться больным, так как статус больного для них (как правило — неосознанно) представляет собой нечто вроде алиби по отношению к чувству вины за недостаточную социальную активность. Отсюда нередко возникающее стремление быть более социально защищенным и поддерживаемым в качестве хронически больного со стороны различных общественных институтов (лечебных, профсоюзных, социального обеспечения) или членов семьи.

В данном случае низкие показатели 9-й шкалы отражают наличие ипохондрических включений.

По полученным данным приблизительно у 85% в профилях выявляется сочетание разнонаправленных тенденций, т. е. показателей как гипо-, так и гиперстенических свойств, выявляет смешанный тип реагирования, при котором высокая потребность самореализации сочетается со столь же высоким самоконтролем и тенденцией к оттормаживанию, сдерживанию поведенческих реакций. Для больных гипертонической болезнью характерна непродуктивная форма контроля эмоций, которые подавляются, а не регулируются. В этом случае оказываются перекрытыми каналы как невротического, так и поведенческого отреагирования, что сказывается на общем перенапряжении и проявляется соматизацией внутреннего конфликта, т. е. психосоматическим вариантом дезадаптации, мишенью которой оказывается наиболее слабое звено той или иной функциональной системы организма человека. В данном случае таким звеном является сердечно-сосудистая система организма.

Теперь рассмотрим подробнее результаты, полученные по ОНР. У большинства больных клиническая картина невротических нарушений представлена в виде следующей симптоматики: степень ухудшения общего самочувствия, колебание интенсивности жалоб, нарушение общей чувствительности, психическая истощаемость, нарушение сна. У половины отмечаются расстройства в сфере пищеварения, расстройства сердечно-сосудистой деятельности, фобические расстройства.

По личностным шкалам для большинства характерны следующие особенности. Высокое значение оценок по шкале неуверенность в себе характеризуется повышенной тревожностью, неуверенностью, наличием трудностей при принятии решений и в ситуациях выбора, склонностью к тщательному обдумыванию поступков, самоанализу; неудовлетворенностью собой, пониженной самооценкой; робостью в социальных отношениях, зависимостью, ожиданием неудач, неуспеха, неприятия; отсутствием стеничности и самостоятельности в поведении.

Познавательная и социальная пассивность: низкая интеллектуальная продуктивность, замедление ассоциативных процессов, склонность к длительному обдумыванию; ограниченный круг и недифференцированный характер интересов; низкая социальная активность, недостаточная
общительность, затруднения в установлении контактов, отсутствие потребности в широких и разнообразных межличностных связях.

Невротический «сверхконтроль» поведения: неуверенность в сочетании с повышенной интроспективностью, сознательным контролем поведения, утрированной склонностью к обдумыванию, планированию, рационализации; инертность и «застреваемость» переживаний; в поведении и социальных контактах – «зажатость», отсутствие раскованности, спонтанности, естественности и непринужденности.

Аффективная неустойчивость: несдержанное, плохоконтролируемое поведение, преобладание аффективных форм реагирования, раздражительности, вспыльчивости; неконформность и необдуманность поступков; плохая переносимость стресса с возможностью
дезадаптивных форм поведения, агрессивности.

Интровертированная направленность личности: социальная дистанцированность, потребность в одиночестве, дискомфорт в ситуациях широкого социального взаимодействия, индивидуальный рисунок
поведения и способов деятельности.

Социальная неадаптивность: плохая приспособляемость в социальных ситуациях, снижение социальной перцепции и понимания нюансов межличностных отношений, отсутствие критичности в отношении правильности и принятия окружающими своего поведения.

У 55% отмечается наличие высоких показателей по шкале ипохондричность: чрезмерная сосредоточенность на состоянии здоровья, отдельных психических и соматических функциях, стремление поддерживать правильный образ жизни с целью избежать заболевания, тревожные опасения в связи с риском заболевания.

Невротическая симптоматика по данным ОНР-Си схожа с данными полученными по ОНР. Также имеет место повышение по шкалам расстройства сна, аффективная напряженность, аффективная лабильность, астенические расстройства, ипохондрические расстройства. А также обнаруживают себя депрессивные расстройства, проявляющиеся в чувстве печали, угнетенности настроения, пессимизме, предчувствие неудач, чувстве вины, самообвинении, в утрате веры в свои силы.

При высоком уровне невротизации (методика УН) может наблюдаться выраженная эмоциональная возбудимость, продуцирующая различные негативные переживания (тревожность, напряженность, беспокойство, растерянность, раздражительность) и легкую фрустрируемость различными "внешними" и "внутренними" обстоятельствами. Эгоцентрическая личностная направленность таких лиц проявляется как в склонности к ипохондрической фиксации на неприятных соматических ощущениях, так и в сосредоточенности на переживаниях своих личностных недостатков. Это, в свою очередь, формирует чувство собственной неполноценности, затрудненность в общении, социальную робость и зависимость и, в конечном итоге, дезадаптированность в общесоциальном плане, что подтверждается данными остальных методик (СМИЛ и ОНР).

Повышенный и высокий уровень невротической астении, который имеется у 50% больных. Невротическая усталость характеризуется своей инертностью, неспособностью исчезать после отдыха. Кроме того, собственно астения проявляется в ухудшении памяти и внимания, в свою очередь снижение способности к концентрации внимания приводит к рассеянности и вторично к затруднениям запоминания. Указанные нарушения сопровождаются, как правило, повышенными возбудимостью, раздражительностью, в частности, повышенной чувствительностью к внешним и внутренним раздражителям. Для таких больных характерны эмоциональная неустойчивость, эмоциональные реакции, неадекватные по силе вызвавшим их причинам, нетерпеливость, плохая переносимость ожидания. При астении также наблюдается лабильность настроения, которое неадекватно повышается при незначительной удаче и ухудшается при малейшей неудаче.

Характерные для астенического синдрома расстройства сна в виде нарушения засыпания, частых пробуждений и легких проявлений диссомнии сопровождаются чувством разбитости, отсутствием ощущения бодрости. Больные часто жалуются, что "не отдохнули за ночь" и тревожно ожидают наступление следующей ночи. Субъективная оценка ночного сна как неполноценного часто является для больных основанием считать его причиной снижения работоспособности. В то же время выраженной сонливости днем у подавляющего большинства больных не наблюдается.

Вегетативные расстройства при астеническом синдроме выражаются
в лабильности пульса и артериального давления, часто отмечаются головные боли. П.К. Анохин в своей теории функциональных систем отмечает особую роль астенической симптоматики в развитии психосоматических расстройств.

Основная концепция психосоматических расстройств, разработанная на основе теории функциональных систем, указывает на то, что всякая эмоция представляет собой единство «внешнего» и «внутреннего» компонента, а потому подавление «внешнего компонента» эмоций, характерное для большинства больных, оказывается существенной проблемой поддержания соматического благополучия, поскольку, в конечном счёте, происходит своеобразный «перевод» выражения эмоции с одних эффекторных аппаратов (обеспечивающих «борьбу» или «бегство») на другие, в результате явно начинают доминировать вегетативные и соматические компоненты эмоции над собственно психическими её проявлениями.

Разъясняя существенное разнообразие психосоматических страданий, П.К. Анохин указывал, что длительное вмешательство в целостный эмоциональный комплекс и переадресовка всей силы эмоционального выражения на внутренние, внешне не констатируемые процессы, создаёт стойкое патологическое повышение тонуса ряда внутренних органов, и, прежде всего – сердечно-сосудистой системы. Физиологически закономерным результатом последовательного культивирования так называемых задержанных эмоций (подавления или вытеснения одних компонентов эмоций и чрезмерной активации других) становится при известных условиях различная висцеральная патология.

Стоит отметить, что в исследовании приняли участие больные гипертонической болезнью II-й и III-й стадии. Вероятно это связано с тем что незначительное и нечастое повышение артериального давления не вызывает сильного беспокойства за свое здоровье. К тому же по началу связь эмоционального напряжения и повышение АД представлена человеку достаточно четко. В дальнейшем соматические нарушения могут приобретать более стойкий характер, развивается психосоматическое заболевание, а психологическая их составляющая, (внутренний конфликт) отходит на второй план. В результате все внимание человек сосредотачивает на своем физическом состоянии, начинает беспокоится за свое здоровье, обращается за помощью к врачам с жалобами на высокое давление. Однако медицинская помощь в данном случае не является достаточно эффективной, так как не устраняется истинная причина заболевания.

Как уже было отмечено в результатах, в ходе проведенной беседы были выделены две основные группы причин возникновения невроза. В первом случае имела место сильная психотравмирующая ситуация (чаще всего, потеря близкого человека), во втором – многократно действующие слабые раздражители (напряженная работа, неприятности на работе, напряженная обстановка в семье). В первом случае говорят об острых, а во втором об хронических психических травмах. Наличие психотравмирующих обстоятельств в этиологии данного заболевания является еще одним доказательством того, что таким больным наравне с медицинской помощью должна оказываться и психологическая.

Например, при лечении таких больных может применятся гипнотерапия. С ее помощью наряду с уменьшением невротических и неврозоподобных нарушений, отмечается снижение или даже нормализация артериального давления. Подчеркивается целесообразность длительного лечения. Считается, что наиболее выражена зависимость эффективности гипнотерапии больных гипертонической болезнью не от глубины гипнотического сна и его продолжительности, а от ее длительности (10).

Кроме того, при лечении гипертонической болезни используется аутогенная тренировка, с помощью этого метода удается достичь быстрого парасимпатического эффекта. Широко применяется при лечении гипертонической болезни методы релаксации и психологического воздействия. Психотерапия при этом не должна ограничиваться освоением лишь методов релаксации, что ее следует направлять также на изменение неправильных позиций в отношениях больного к разным сферам жизни, используя различные формы групповой психотерапии, что содержанием психотерапевтической работы с больными должны быть психотерапевтические воздействия, имеющие симптомо-, личостно- и социо-ориентированную направленность (9).

Так как в этиопатогенезе гипертонической болезни важную роль играют невротические нарушения, для больных гипертонией характерны астенические расстройства, ухудшение общего самочувствия, слабость, расстройства в сфере пищеварения и сердечно-сосудистой деятельности, аффективная лабильность, расстройства сна. В связи с этим в первую очередь должен использоваться метод релаксации с целью достижения общего самочувствия, повышения общего энергетического потенциала человека, уравновешивания нервной системы. В тексте должны использоваться фразы направленные на нормализацию работы сердечно-сосудистой и пищеварительной системы, а также на уменьшение напряжения, возникновения состояния покоя.

В процессе психотерапии человек должен осознать причинно-следственные взаимосвязи своего заболевания, изменить отношение к болезненным проявлениям и к болезни в целом, у человека должно появиться желание жить дальше без соматического расстройства. Возможно, применение аутогенной тренировки с целью обучения человека приводить себя в оптимальное состояние и закрепление этого состояния. Важно, что бы человек научился адекватно реагировать на стрессовую ситуацию, пытался продуктивно разрешать ее, а не действовать по принципу «уход в болезнь».

Патогенетическая психотерапия, которую применяют при лечении невроза, может быть применимой также и к гипертонической болезни, так как в ее этиопатогенезе невроз играет существенную роль. Она может проводиться с целью выявления индивидуальных особенностей личности, которые могли повлиять на развитие именно гипертонии в результате невротических расстройств. Важно понять, что именно из жизненного опыта, из пошлого больного могло повлиять на возникновение этого заболевания, какова природа стрессовой ситуации, которая послужила запуском развития невротических расстройств, так как наиболее важным для лечения является устранение не симптомов, а истинных причин невротических и соматических расстройств.

Заключение


Для данной группы больных характерно наличие внутреннего конфликта. Пассивное отношение к конфликту, его подавление, уход от решения проблем, приводят к возникновению невротической симптоматики, которая проявляется в психической, социальной и биологической сферах жизни человека.

Внутренняя конфликтность больного неврозом и его неразрешенная эмоциональная проблематика находят свое выражение в нарушении отношений с ближайшим социальным окружением. Вследствие искажений в области социального восприятия (возникших в результате конфликтной самооценки) больной неверно истолковывает мотивацию партнеров по общению, недостаточно адекватно реагирует на возникающие межличностные ситуации, все его внимание сосредотачивается не на разрешении реальных проблем, а на сохранении представления о значимости своего «я» как в собственных глазах, так и в глазах окружающих. Для больных гипертонией характерна чрезмерная ориентация на социальные нормы, социальная пассивность, робость и зависимость, сдерживание поведенческих реакций и в то же время отмечается высокая потребность в самореализации и самоконтроле.

Невротические расстройства сопровождаются нарушением эмоциональной сферы человека. Преобладают в основном негативные эмоции, человек становится тревожным, неуверенным в себе, раздражительным, напряженным. Эмоции, как бы, находятся на границе между психическими явлениями и соматическим. Физиологическими коррелятами негативных эмоций становится преимущественно повышение системного артериального давления, а так же повышение секреторной и моторной активности пищеварительного тракта. Это выражается в жалобах больных на расстройства сердечно-сосудистой деятельности и пищеварительной системы.

Нужно отметить особую роль астенической симптоматики, которая предшествует развитию психосоматических расстройств. Для данной группы больных она характеризуется нарушением сна, раздражительностью, эмоциональной неустойчивостью, вегетативные расстройства при астении выражаются в лабильности пульса и артериального давления, часто отмечаются головные боли.

Следует подчеркнуть, что всякая эмоция представляет собой единство «внешнего» и «внутреннего» компонента, а потому подавление «внешнего компонента» эмоций, характерное для большинства больных, оказывается существенной проблемой поддержания соматического благополучия. Длительное вмешательство в целостный эмоциональный комплекс и переадресовка всей силы эмоционального выражения на внутренние, внешне не констатируемые процессы, создаёт стойкое патологическое повышение тонуса ряда внутренних органов, и, прежде всего – сердечно-сосудистой системы. Центром тяжести психосоматического страдания оказывается всегда орган, наиболее уязвимый и важный в представлении индивида для жизнедеятельности организма и его существования вообще.

Выводы


В ходе проведенного исследования по данным СМИЛ, было установлено наличие невротической симптоматики у больных гипертонической болезнью. Невроз преимущественно проявляется в форме неврастении и истерического невроза. В первом случае человек в ситуации стресса реагирует по типу «бегство в

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: