Интеграция в арабском мире
Арабский фонд технической помощи африканским и арабским странам, созданный в 1975 году и финансирующий проектно-сметные работы по объектам.
В общем можно отметить, что у арабских стран существуют обширные предпосылки к интеграции, однако интеграция функционирует довольно слабо, в первую очередь из-за политических разногласий и военных конфликтов. О причинах неудач и препятствий на пути к единству можно, в теоретическом плане, судить, учитывая два важнейших фактора – внутренний и внешний. К первому из них относится отсутствие объективных предпосылок объединения разрозненных в экономическом, социальном и политическом отношении частей арабского мира. Внешний фактор заключается в позиции международного сообщества, члены которого далеко не всегда проявляли заинтересованность в интеграции одного из сложнейших регионов мира.
2.2 Специфика интеграции в арабском мире
Тенденция к экономической интеграции, которая проявляется в арабском регионе, является одним из направлений всестороннего сотрудничества. Это тенденция является прогрессивной, поскольку ее цель – ликвидация экономической разобщенности, существующей между отдельными арабскими государствами, налаживание производства на основе межарабского разделения труда специализации, повышении коллективной самообеспеченности, в отстаивании своих интересов в отношениях с индустриально развитыми странами.
К факторам, которые могли бы способствовать интеграционным процессам в арабском мире, можно отнести общий язык, религию, историческое прошлое, культурные традиции, исторические связи, географическое положение, богатые природные ресурсы и т.д. В этом регионе есть то, чего нет во многих других регионах развивающегося мира – финансовые ресурсы стран-нефтеэкспортеров.
Расширение хозяйственных связей между арабскими государствами, совместное использование ими ресурсов всего арабского мира и региональное размещение производительных сил в рамках региона, наряду с ускорением экономического прогресса, ростом благосостояния народа этих стран может способствовать ослаблению их зависимости от мирового рынка с его неустойчивой конъюнктурой, содействовать росту эффективности контактов арабских стран с экономическими партнерами.
Анализируя процессы межарабского сотрудничества, можно отметить, что арабский народ предпринимал многочисленные попытки по формированию институциональной системы и консолидации. Еще 50 лет назад, Лига, стремясь к укреплению политического, экономического, социального и культурного сотрудничества, с целью достижения всеарабской интеграции, коллективной безопасности, взаимопомощи, политической координации по экономическим, социальным, культурным, образовательным и научным вопросам, были образованны специализированные агентства, типа – арабская организация труда, арабская лига образования, культуры и научных организаций, арабская организация сельскохозяйственного развития и т.п.
В 20–30-е гг. ХХ в. концепция арабского единства получала все большее распространение. Стремление арабов к объединению усилий во имя общих интересов под эгидой одного из арабских суверенов составляло суть данной концепции. На роль лидера этого политического союза претендовали разные государства: Саудовская Аравия, Ирак, Трансиордания и др. Однако данные проекты не получали всеобщее одобрение в арабском мире. Более успешной оказалась инициатива Египта.
22 марта 1944 г. на конференции в Каире было провозглашено образование Лиги арабских государств, принят ее основной документ v Устав, подписанный делегатами арабских государств: Египта, Ирака, Сирии, Ливана. Трансиордании, Саудовской Аравии и Йемена. Согласно Уставу ЛАГ основными целями данной организации являются: координация действий арабских стран в политической, экономической, социальной, культурной и внешнеполитической сферах в направлении тесного сотрудничества между ними, сохранения их независимости и суверенитета. На сегодня ЛАГ – старейшая региональная организация освободившихся стран Азии и Африки, ставшая важным элементом международных отношений в арабском мире и Ближнем Востоке в целом. Все арабские государства являются ее членами. Тем не менее, Лиге арабских государств не удалось превратить арабский мир в прочную интегрированную систему. Причина, конечно, не в ЛАГ, а в самом арабском мире, в наличии в нем глубоких противоречий, которые проявляются, например, в отношении к Ираку в период войны в этом регионе. Причем раскол идет не только по линии границ арабских стран, но и внутри обществ, где элита, в основном, старается придерживаться нейтралитета, а значительные массы населения организуют антивоенные демонстрации. Объединительные процессы в арабском обществе не достигли той степени зрелости, при которой они могут служить задачам синтезирования арабов в единый конгломерат в социально-экономическом и общественно-политическом плане.
В 50–70 гг. ХХ в. в арабском мире вновь усилились центростремительные тенденции, которые нашли свое выражение в появлении различных, иногда очень парадоксальных, альянсах. Например, произошло объединение Египта и Сирии в 1958 г. в унитарное государство Объединенную Арабскую Республику, просуществовавшую до сентября 1961 г. Вслед за созданием ОАР в феврале 1958 г. по инициативе Англии и США была создана Арабская Федерация, объединившая Ирак и Иорданию, которая закончила свое существование в июле того же года. В апреле 1963 г. была принята Хартия Федерации арабских республик в составе Египта, Сирии и Ирака. Однако внутренние разногласия привели к тому, что в июле того же года соглашение о создании Федерации было аннулировано.
В 70–80 гг. ХХ в. в арабском мире превалировала центробежная тенденция. Этот же период отмечен и резким всплеском исламизма. Заключение Египтом мирного договора с Израилем привело к исключению Египта из ЛАГ и фактическому расколу Лиги. На обострение межарабских отношений в это время повлияли и внутриливанский конфликт, и проблема Западной Сахары, и Ирано-Иракская война. Война в Заливе привела к расширению масштабов вмешательства в дела региона внешних сил, возросло американское присутствие на Ближнем Востоке, усилилось давление Израиля.
В 70-е гг. ХХ века тенденции к интеграции получили развитие в зоне Персидского залива, где на месте Британских протекторатов появились независимые государства – монархии Бахрейн, Катар, ОАЭ, Оман. Эти тенденции нашли свое отражение в создании в 1981 г. специального Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ). Решение было принято главами Саудовской Аравии, Кувейта, ОАЭ, Омана, Бахрейна и Катара. Основа объединения 6 аравийских монархий составляют общность исторического прошлого, языка, культуры, религии, сходства общественно-политических структур. ССАГПЗ осуществляет тесное сотрудничество с ЛАГ. Углубление интеграционных процессов в рамках ССАГПЗ находит свое отражение в таких сферах его деятельности, как образование, здравоохранение, информация и коммуникация, охрана окружающей среды, борьба с организованной преступностью и наркотиками.
Объединительные движения в Персидском заливе оказали позитивное влияние на североафриканский регион, в котором в предшествующие десятилетия превалирующей была идея создания Великого Арабского Магриба. Страны Магриба занимают обширный регион на севере и северо-западе Африки. Эти страны за исключением Ливии являются бывшими французскими владениями, что определяет их зависимость от прежней метрополии и привязанность к Европе. В 1989 г. на основании данных интеграционных тенденций был создан Союз арабского Магриба, в который вошли 5 стран Северной Африки: Марокко, Алжир, Тунис, Ливия и Мавритания. Несмотря на внутренние разногласия и несхожесть этих стран, САМ был провозглашен. Помимо сотрудничества с арабскими странами Союз арабского Магриба развивает связи с ЕС. Однако в настоящее время можно говорить о низкой эффективности САМ.
Процесс глобализации дал в конце 90-х гг. новый импульс интеграционным тенденциям в арабском мире. Доминирование здесь промышленно-развитых стран вызывает озабоченность у арабов, которые воспринимают проявления глобализма как процветание экономических гигантов, превращающих развивающиеся страны в объект экономической оккупации.
«Противостоять столь незавидной исторической перспективе, считают арабы, можно лишь укреплением региональной экономической интеграции, которая должна способствовать включению арабских стран в процесс глобализации и одновременно быть средством обеспечения выживаемости арабского единства. Наибольшую активность в развитии процесса экономической интеграции арабских стран проявляют сегодня Сирия и Египет. К этому их во многом подтолкнула политика ЕС и США, направленная на объединение Средиземноморья, а так же действия США по созданию Нового Ближнего Востока в составе Турции, Израиля с подключением к ним арабских стран после окончательного урегулирования арабо-израильского конфликта, что в Сирии оценивается как попытки внешних сил расколоть арабский мир, поставить его в еще большую экономическую и финансовую зависимость от Запада».
Сирийское руководство считает, что экономическая интеграция в арабском мире является прогрессивным средством отстаивания арабских интересов, способствующим развитию арабского мира и призванным помочь им успешнее адаптироваться к вызовам глобализации.
«Экономический блок арабских стран, полагают сирийцы, должен быть одним из крупнейших в мире, ибо для этого существуют все необходимые предпосылки: территориальные (10% земли на двух континентах), демографические, природные ресурсы (здесь сосредоточено 64% мировых запасов нефти и 22% природного газа), финансовые (на Западе размещено, по экспертным оценкам, свыше 700 млрд. ам. долл.). К тому же Ближний Восток является стратегически важным в природно-географическом и военно-политическом отношении».
Экономическое сближение арабских стран на уровне создания Арабского общего рынка представляется арабам средством защиты от негативных последствий глобализации.
Арабские страны через Лигу Арабских государств предпринимали за последние 50 лет целый ряд неудачных попыток по созданию Арабского Общего Рынка. Самой первой попыткой как-то интегрировать арабские страны в экономическом плане стал Договор о транзитной торговле от 1953 г., когда были введены льготные тарифы на ряд сельскохозяйственных и промышленных товаров. В 1957 г. было подписано Соглашение об Экономическом Единстве (Agreement of Economic Unity), в 1964 г. был образован Арабский Общий Рынок, а в 1981 г. подписано Соглашение об упрощении и развитии межарабской торговли (Facilitation and Promotion of Inter-Arab Trade Agreement или «Facilitation Agreement»). Но, если первые два договора попали в историю, Соглашение об упрощении межарабской торговли получило свое второе рождение. Основной целью этого Соглашения, которое, кстати, подписали все страны-члены ЛАГ, было освобождение всех товаров перемещаемых между арабскими странами от таможенных тарифов и нетарифных торговых ограничений. 16 лет Соглашение пребывало в латентном состоянии, но в феврале 1997 г. 18 арабских стран-членов ЛАГ реанимировали рабочий график этого Соглашения, и только Алжир, Мавритания, Джибути и Коморы его не подписали. Полное название этого графика довольно громоздкое: Исполнительный График по упрощению и продвижению межарабского торгового Соглашения по созданию Арабской Свободной Зоны Торговли («The Implementation Schedule of the Facilitation and Promotion of Inter-Arab Trade Agreement to Establish an Arab Free Trade Zone»).Сокращенное название: Соглашение об Арабской Зоне Свободной Торговли (Arab Free Trade Zone Agreement (AFTZA). AFTZA предусматривает, что таможенные сборы и налоги действующие в странах-подписантах этого Соглашения начиная с 1 января 1998 г. будут ежегодно снижаться на 10% до полного обнуления к 31 декабря 2007 г. Был выработан единый национальный принцип отношения к общим товарам арабского происхождения как к свои собственным. AFZA был ратифицирован 13 из 18 стран-подписантов (Иорданией, Сирией, Ираком, ОАЭ, Бахрейном, КСА, Оманом, Катаром, Кувейтом, Марокко, Тунисом, Египтом и Ливией). Между многими арабскими странами таможенные барьеры были сняты задолго до обозначенного срока на базе двухсторонних договоров. Например, с 1 января 1999 г. между Египтом и Ливаном все таможенные платежи аннулированы.
Попытки добиться более полной интеграции, к сожалению, успеха не имели из-за отсутствия политической воли.
В ХХI в. арабский мир вступил с весьма непростым багажом. Действие объективных закономерностей поступательного развития, глобализация мировых процессов подталкивают арабские страны к объединению, порождают интеграционные тенденции. В настоящее время они получили свое воплощение в созданных региональных и субрегиональных организациях – Лиги арабских государств, Совете сотрудничества арабских государств Персидского залива, Союзе арабского Магриба, Совете арабского сотрудничества, охватывающих подавляющую часть населения арабских государств. Однако интеграция не пустила глубоких корней и продолжает действовать скорее как тенденция. Многочисленные планы, программы, соглашения сохраняют декларативный характер, медленно воплощаясь в конкретные дела. Происходит это потому, что центростремительные силы здесь уравновешиваются центробежными. Арабский мир по-прежнему отягощен грузом не получивших разрешения проблем, сохраняется резкий разрыв в уровне экономического развития, его разделяют политические противоречия, борьба за лидерство, амбициозные притязания политических руководителей. Все это мешает развитию интеграционных процессов.
2.3 Проблемы интеграции в арабском мире
Арабский регион, раскинувшийся от Атлантического до Индийского океана, и насчитывающий около 290 млн. жителей, идет к объединению неторопливыми шагами. Примеры ССАГПЗ и САМ, несмотря на противоположные результаты их деятельности, показывают, что сегодня это происходит путем создания региональных организаций внутри арабского сообщества.
По причине затянувшегося на более чем полвека арабо-израильского конфликта, роста социально-экономических проблем в большинстве арабских стран, в последние годы все чаще стали звучать нотки ностальгии по идее панарабизма. К сожалению, знамя арабского единства, поднятое в свое время президентом Египта Гамалем Абдель Насером, после его смерти в 1970 г. никто из арабских лидеров так и не смог перенять. Неудовлетворенность жизнью и разочарование в политике нынешних властей вынуждают новые поколения арабов вставать на путь политического ислама – как формы протеста против социальной несправедливости.
Серьезным испытанием на прочность для арабского сообщества стали два кризиса вокруг Ирака – 1990–91 и 2003 годов. Если в первом случае Ирак, оккупировав Кувейт, был агрессором, и участие некоторых арабских стран в военной антииракской операции было с точки зрения международного права вполне логичным, то в 2003 году ситуация оказалась иной. Бездоказательные обвинения США и их союзников в адрес Ирака и последовавшая вслед за этим военная агрессия дали возможность, проследив реакцию арабских стран, сделать выводы относительно будущего арабского сообщества. Так или иначе, оба этих кризиса поставили под сомнение тезис об единстве арабов, замкнутости их рядов перед лицом прямой угрозы.
Ирак 90-х представлял собой большую пробоину в корпусе общеарабского корабля. Жесткие санкции ООН поставили на грань вымирания эту некогда процветавшую арабскую страну на берегах Тигра и Евфрата. Несмотря на помощь зарубежных государств и международных организаций, гуманитарная и экономическая ситуация в Ираке в 90-е гг. XX – начале XXI века продолжала оставаться весьма и весьма тяжелой. Программа ООН «Нефть в обмен на продовольствие» не удовлетворяла всех потребностей иракцев в продуктах питания и медикаментах.
Саддам Хусейн в течение 90-х гг. наращивал свои вооруженные силы, к началу нового столетия ставшие вновь самыми лучшими и по количественным показателям, и по качеству в арабском мире. Было очевидно, что Соединенные Штаты собираются и впредь использовать «иракский повод» для проявления своей мощи и укрепления в регионе позиций, прежде всего военных. США постоянно держал ситуацию вокруг Ирака в состоянии напряжения, не жалея средств для зачастую искусственного нагнетания обстановки. Операция «Лиса в пустыне», проведенная США в декабре 1998 года подтвердила намерения Вашингтона силовым методом подчинить себе режим одиозного Саддама Хусейна.
И, тем не менее, говоря об отношении к Ираку внутри арабского мира и со стороны ведущих европейских стран, следует сказать, что болезненная рана на теле арабского сообщества под названием Ирак к началу XXI века потихоньку стала затягиваться.
Пожалуй, 2002-й год стал одним из наиболее удачных с точки зрения сближения позиций арабских стран по актуальным вопросам международных отношений в ближневосточном регионе. Арабские страны выступили единым фронтом по проблеме ближневосточного урегулирования, поддержав мирный план принца Саудовской Аравии Абдаллы, который предусматривал нормализацию отношений арабских стран с Израилем в обмен на возвращение территорий, захваченных в 1967 году. К сожалению, Израиль отверг это предложение, за что был подвергнут суровой критике не только арабской общественностью, но и рядом еврейских общин за рубежом.
2002-й год ознаменовал улучшение отношений Ирака как с некоторыми странами Востока, так и Европы. Так, при посредничестве главы ЛАГ Амра Мусы, были сделаны серьезные шаги по примирению Ирака со странами Персидского Залива, которые ухудшились после войны в Персидском Заливе 1990–1991 гг. На прошедшей в ноябре 2002 г. 35-й Международной торгово-промышленной ярмарке в Багдаде участвовало свыше 1200 фирм и компаний из 49 стран, – показатель близкий к тому какой был до войны в Персидском заливе 1990–91-х гг. Форум проходил на фоне обнадеживающей новости о согласии властей Ирака допустить инспекторов ООН по разоружению в страну. На ярмарку съехались фирмы из многих стран Европы /больше всего из Германии и Франции/, что было воспринято как желание представителей Старого Света как можно скорее вернуться на один из самых перспективных рынков Арабского Востока. Весьма важным событием для Ирака стало то, что активное участие на ярмарке приняли фирмы /свыше 40/ из соседней Саудовской Аравии, – страны, с которой у Ирака были прерваны отношения во время войны в Персидском заливе 1990–91 гг.
Активизация деятельности иностранных фирм в Ираке происходила на фоне явного политического потепления в отношениях между Ираком и его ближайшими соседями. В октябре 2002 г. на границе Ирака с Саудовской Аравией после 12-летнего перерыва был открыт таможенный терминал «Арар», ставший важным пунктом для ввоза в Ирак гуманитарных грузов в рамках программы «Нефть в обмен на продовольствие».
В ноябре 2002 г. участники самой продолжительной войны XX века – ирано-иракской войны 1980–1988 гг. – подписали протокол о сотрудничестве – первый после окончания военных действий. Он предусматривал развитие партнерства двух стран в области транспорта и коммуникаций, нефти и энергетики, промышленности и сельского хозяйства, туризма и трудовых ресурсов. Как заявили стороны по итогам встречи «этот поворотный шаг в двусторонних отношениях отвечает интересам народов Ирака и Ирана». К тому моменту наметилось явное сближение между Багдадом и Тегераном на фоне усилившегося давления на Ирак и Иран со стороны США, чей госдепартамент причислил два этих государства к пресловутой «оси зла».
Потепление отношений осуществлялось и на самом сложном участке для внешней политики Багдада – ирако-кувейтском направлении. Ведь именно с оккупации Ираком этого небольшого эмирата на берегу Персидского Залива и началась война в 1990 году, закончившаяся поражением, а затем и международной изоляцией Ирака. В конце октября 2002 г. Ирак вернул Кувейту государственные архивные документы, вывезенные из эмирата во время той самой войны 1990–1991 годов. Эта акция Багдада была призвана снять одну из основных проблем на пути нормализации отношений между двумя странами.
Помогая Багдаду восстанавливать свой международный имидж и налаживать экономические связи, арабские страны исходили из того, что изолированность такого потенциально сильного регионального игрока как Ирак делала планы по объединению арабов не столь убедительными. Надо сказать, что в большинстве арабских столиц не скрывали своего отрицательного отношения к режиму Саддама Хусейна. Личность иракского диктатора не устраивала умеренные арабские режимы, но в тоже время там понимали, что иметь дело придется именно с этими властями. Все же Ирак с его колоссальным экономическим потенциалом /запасы углеводородного сырья, развитая индустриальная и научно-техническая база и др./ рассматривался как необходимый участник интеграционных процессов в арабском регионе. На одном из межарабских совещаний иракский премьер Тарик Азиз предложил создать единое экономическое пространство между четырьмя арабскими государствами – Ираком, Сирией, Ливаном и Иорданией.
После обвинений США в адрес Ирака по поводу наличия у последнего оружия массового поражения, и начала пропагандистской войны перед вторжением, арабские страны выступили против силового метода смены власти в Багдаде, опасаясь того, что военный исход подорвет достижения арабских стран в области строительства межарабских отношений, и весьма негативно скажется на их экономике. Однако, несмотря на многочисленные народные протесты, призывы арабских лидеров найти политическое решение кризиса, американцы и их союзники совершили военную агрессию в Ираке. Агрессия США и их союзников против режима Саддама Хусейна весной 2003 г., выбила Ирак из общеарабских схем и расчетов по созданию единого экономического пространства.
Возвращение Ирака в начале XXI века к тесному сотрудничеству с арабскими странами было болезненно встречено противниками межарабской интеграции. С постепенным ренессансом международного положения Ирака в начале XXI века обозначилась реальная перспектива создания сильной региональной оси Дамаск-Тегеран-Багдад, что, безусловно, не могло не вызвать негативной реакции в Вашингтоне, который желал бы видеть в этих столицах более лояльные ему власти, а не центры арабо-мусульманского возрождения и единства.
Как показали последующие события, именно на эти три государства, которые вполне могли бы стать объединительным ядром на Ближнем и Среднем Востоке, обрушили свой удар Соединенные Штаты. Маятник американской угрозы раскачивается в регионе с угрожающей силой. Оккупировав Ирак, США начали нападки на соседние с Ираком Сирию и Иран, стремясь создать у них под боком очаг напряженности и тем самым оказывать прямое давление на официальные власти.
В своих выступлениях представители американских властей стараются обвинить эти страны, используя любой предлог. Реальная же причина – их отказ от американского видения «нового Ближнего Востока». Речь идет, прежде всего, о Сирии, которая как считают в Вашингтоне, представляет угрозу для ближайшего союзника США – Израиля. Дамаск демонстративно проводит независимый, патриотичный курс, открыто противодействуя американской гегемонии в арабском регионе. Кроме того, власти Сирии проявляют твердость в вопросе о возращении Израилем оккупированных в 1967 г. Голанских высот и поддерживают палестинскую интифаду. Поэтому почти ни у кого не вызвало особого удивления, когда в ноябре 2003 г. сенат США проголосовал за введение широких санкций против Дамаска.
Так или иначе, то, что случилось в Ираке и нынешняя ситуация в регионе Ближнего Востока вызывают серьезные опасения у тех, кто рассчитывал на скорое оформление прочного межарабского союза. Арабские страны весьма болезненно переживают военный исход кризиса вокруг Ирака. Он свидетельствовал о слабости арабского сообщества, о расколе в его рядах и неспособности повлиять на нежелательный для большинства арабских стран ход развития событий в регионе.
Очевидно, что США и Израиль не заинтересованы в создании арабской коалиции, способной проводить единую, независимую политику в регионе. Тесный союз Сирии и Ливана они стремятся представить как навязанное Дамаском военное и политическое присутствие на территории соседнего арабского государства. Во второй половине 2003 г. усилились нападки на Иран, налаживающий с ведущими арабскими странами тесные отношения. Объектом инсинуаций стала ядерная программа Тегерана, которая, по мнению Вашингтона, «угрожает всему миру». Ну а тот факт, что у Израиля имеется свыше 200 ядерных боеголовок, нацеленных практически во все части арабо-мусульманского мира, Соединенными Штатами, разумеется, в расчет не принимается.
Надо сказать, что сначала арабский мир в целом положительно отреагировал на приход в 2001 году к власти в Белом доме республиканцев. Арабы надеялись, что новая администрация отойдет от произраильской позиции, станет нейтральным посредником, будет смотреть на региональный конфликт с точки зрения «права и справедливости». Однако вскоре выяснилось, что администрация Буша-младшего не собирается менять внешнеполитической линии своих предшественников по отношению в ближневосточному региону. США по-прежнему поддерживают еврейское государство и выступают за такое решение арабо-израильского конфликта, какое устроило бы Израиль. Превалирование «ястребиных тенденции» в президентской администрации привело к тому, что на Арабском Востоке взоры американских гегемонистов-неоконсерваторов устремились на Ирак. Госдеп стал с завидной регулярность повторять, что не сомневается в необходимости поддерживать и активизировать режим международных санкций, чтобы Ирак не смог вновь угрожать региону.
США рассматривают Ближний Восток как зону своих жизненно важных интересов, а с другой стороны именно в этом регионе на сегодняшний день наиболее сильны антиамериканские настроения. Доктрина «силовой демократии» Вашингтона, которая, по мнению ее авторов, должна опираться на альянс прозападных арабских правителей, встречает протест большей части населения в арабском мире. За годы арабо-израильского противостояния и постепенного укрепления позиций Соединенных Штатов в регионе среди населения арабских стран накопился большой багаж неприязни к США, который вряд ли уменьшится в обозримом будущем. Вызов, брошенный в адрес ряда арабских стран, общественное мнение в регионе воспринимает как вызов арабо-мусульманской цивилизации, самой исламской концепции, ее системе ценностей. Именно поэтому заигрывание той или иной арабской страны с США получает весьма негативную оценку в тех арабских странах, где политика Вашингтона расценивается как враждебная и губительная для арабо-мусульманского мира.
По окончании войны в Ираке в большинстве арабских столиц все громче стали звучать голоса сомнения относительно эффективности существующих форм межарабского взаимодействия. Стрелы критики были выпущены, в частности, в адрес ЛАГ. Египет, претендующий на лидерство в арабском мире, выступил со своим пакетом предложений по реформированию этой крупнейшей межарабской организации. Было предложено создать в рамках ЛАГ Совет Безопасности. Египетские предложения рассматривают «превентивную дипломатию» в качестве «наиболее предпочтительного средства предотвращения арабо-арабских кризисных ситуаций», а для урегулирования арабо-арабских кризисов и противостояний предлагается создать «арабский трибунал справедливости». В египетском проекте реформирования ЛАГ подтверждается «важность арабской экономической интеграции», которая позволит вывести арабскую систему из кризиса. Проект предусматривает также осуществление совместных экономических проектов, как залог более тесного взаимодействия арабских стран.
Египет, имея в виду и солидный политический вес, и выгодное географическое положение стремится стать крупнейшим центром силы в Арабском мире. Еще одним свидетельством весомой роли Египта стало избрание на пост генерального секретаря ЛАГ министра иностранных дел АРЕ Амра Мусы, произошедшее на 25-м общеарабском саммите в Аммане в марте 2001 г. Он стал пятым египтянином из шести на должности генерального секретаря ЛАГ со времени ее основания в 1945 г.
Приоритетной задачей для арабских стран является создание собственного экономического сообщества. В арабских странах понимают, что лишь создав свой общий рынок можно противостоять вызовам глобализации. Процессы глобализации и интеграции, сопровождаемые снятием всевозможных ограничений и повсеместным взаимопроникновением экономических субъектов, для арабских стран сулят больше проблем, нежели выгод. Неразвитость промышленного сектора, структура экспорта, привязанность к нефтяной и газовой «игле» делают экономики арабских стран менее гибкими перед лицом транснациональных корпораций. Существует реальная опасность установления однополюсного мирового экономического порядка, который приведет к маргинализации Ближнего Востока в случае, если арабы не сплотятся экономически. Об этом все чаще говорят арабские лидеры с трибун саммитов и конференций.
Выступая на заседании Экономического и социального совета Лиги арабских государств в Дамаске в октябре 2000 г., президент Сирии Башар Асад подчеркнул необходимость хозяйственной интеграции членов этой организации. По его мнению, она будет способствовать преодолению последствий процесса глобализации мировой экономики. Учреждение зоны свободной торговли в регионе, свободное перемещение капиталов, товаров и трудовых ресурсов, постепенное унифицирование таможенных тарифов, являются важными шагами на пути осуществления экономической стратегии ЛАГ. Появившийся в конце XX века проект большой зоны свободной торговли охватывает 14 из 22 арабских государств, в которых проживают 180 млн. человек. На сегодняшний день наглядным примером интенсивного развития в арабском регионе может служить экономика ОАЭ. За 2000 г. ОАЭ заключили соглашения о льготном налогообложении и тарифах, поощрении взаимных инвестиций и торговом обмене с Египтом, Иорданией, Ливаном, Сирией и Тунисом.
На современном этапе развитию интеграционных процессов препятствует ряд факторов. Среди основных стоит выделить: различный уровень экономического развития в арабских странах, наличие горячих точек в регионе, дезинтеграционные процессы внутри- и внешнеполитического характера.
Как было сказано в докладе Союза Арабских банков, «спасение арабов в образовании единого экономического организма». Для этого необходима реализация целого комплекса мер, таких как модернизация банковского сектора, универсализация торговых и тарифных законодательств. Также отмечалась настоятельная необходимость консолидации финансовых ресурсов арабских стран перед «глобальным натиском». Согласно данным этой организации, совокупный арабский банковский капитал в 1999 г. достиг 619,7 млрд. долларов.
Для того чтобы Арабский Восток быстро и динамично развивался, имеется все необходимое: богатые природные ресурсы /свыше 60 проц. мировых запасов нефти и 25 проц. – газа/, дешевая рабочая сила и свободные капиталы, которые хотя по большей части и хранятся в зарубежных банках, но могут послужить претворению в жизнь межарабских экономических проектов. Перед правительствами арабских государств стоит задача коренной модернизации и реформирования экономики, банковского сектора, сферы услуг, создания современной инфраструктуры, обновления законодательной базы, что позволит привлечь инвестиции не только из арабских стран, но и из-за его пределов.
Участие одних арабских стран в широкомасштабных проектах на территории другой арабской страны позволяет создать базу для реального взаимодействия арабов на международной арене. Весьма важными с точки зрения развития межарабских экономических связей представляются проекты в области наиболее развитых секторов экономики – в частности, поставок углеводородного сырья, осуществление которых активно ведется и в начале XXI века. В июле 2003 г. был запущен межарабский газопровод, по которому газ из Египта пойдет сначала в Иорданию, Сирию, Ливан, а в дальнейшем предполагается расширить этот проект на Кипр, Турцию и некоторые другие страны Европы. Помимо решения насущных задач в области энергетики, он позволит привлечь в регион солидные иностранные инвестиции. Это самый масштабный межарабский проект за последние годы. На Арабском Востоке нет недостатка в эпитетах в его адрес, но чаще сами арабы называют его «важнейшим проектом межарабского сотрудничества, который значительно повышает экономические возможности арабов и устремлен в будущее».
Как уже было сказано, в недрах земли в арабских странах сосредоточены большие запасы углеводородного сырья,