Ядерные исследования в странах Латинской Америки
СССР и США разошлись в вопросе о возможности транспортировки ядерного оружия через зону применения Договора. Советский Союз принял к сведению толкование Договора, данное в заключительном акте подготовительной комиссии по объявлению Латинской Америки ЗСЯО, о том, что транспортировка ядерного оружия сторонами Договора охватывается запрещениями, предусмотренными в статье 1. В заявлении СССР была подтверждена советская позиция: «допущение транзита в любой форме противоречило бы целям Договора»[7]. США подчеркнули, что документ не затрагивает прав договаривающихся сторон разрешать или отказывать в транспортных и транзитных привилегиях не участвующим в Договоре государствам. В самом тексте договора этот вопрос обойден, а в заключительном акте подготовительной комиссии дана трактовка Договора в том смысле, что выдача разрешения на транзит ядерного оружия по просьбе государств, не являющихся участниками Договора, входит в компетенцию каждой отдельной страны-участницы. Мексика и Панама, ключевые в плане транзита государства региона, приняли обязательства о запрещении транзита ядерного оружия через свои территории.
С советской стороны было также отмечено, что подписание Дополнительного протокола II «никоим образом не означает признания возможности распространения действия Договора, как это предусматривается в пункте 2 статьи 4, за пределы территории государств-участников, включая воздушное пространство и территориальные воды, установленные в соответствии с международным правом»[8]. Ситуация, предусмотренная в этом пункте, возникнет в случае вступления Договора в силу для всех государств региона (остальные условия уже соблюдены).
Возможность денонсации сформулирована в Договоре несколько расплывчато. Право на денонсацию появляется, если у любой стороны «возникли или могут возникнуть» связанные с содержанием Договора или протоколов обстоятельства, которые затрагивают ее высшие интересы, мир и безопасность одной или более стран-участниц (ст. 30). Любопытно, что нарушение Договора, согласно статье 20, не связывается с этими обстоятельствами, и должно вызывать, в случае угрозы миру и безопасности, передачу информации об этом одновременно СБ и ГА ООН, а также Совету Организации американских государств (ОАГ).
Дополнительный протокол I, подписанный и ратифицированный США, Великобританией, Францией и Нидерландами, как государствами, несущими де-юре или де-факто международную ответственность за территории в регионе, обязывает их применять статус ЗСЯО на этих территориях. Дополнительный протокол II, также вступивший в силу для США, Великобритании, Франции, а также СССР/России и Китая как ЯОГ, содержит обязательство «не содействовать в какой-либо форме тому, чтобы на территориях, к которым применяется Договор, согласно его статье 4, осуществлялись акты, являющиеся нарушением обязательств, изложенных в статье 1». Правительства ЯОГ предоставили негативные гарантии безопасности участвующим в Договоре государствам, т.е. обязались не использовать или не угрожать использованием ядерного оружия против них (сопроводив свое согласие характерными для каждой державы оговорками). США распространили свои обязательства по Дополнительному протоколу II и на территории в пределах региона, за которые несут ответственность участники Дополнительного протокола I.
При оценке Договора Тлателолко следует иметь в виду, что это — первый документ, провозгласивший создание ЗСЯО в густонаселенном регионе Земли (еще до ДНЯО). Многие недостатки документа, например, незавершенность в вопросе о транзите ядерного оружия, вытекали из сильного внешнего влияния на регион. Творцы Договора, прежде всего мексиканский дипломат Альфонсо Гарсиа Роблес, заложили солидную базу для дальнейшего развития идеи ЗСЯО, создали важные прецеденты на будущее, среди которых:
• максимально широкое определение понятия «ядерное оружие»;
• присоединение к Договору обязывающих протоколов для нерегиональных держав;
• положение о негативных гарантиях безопасности;
• обязательное заключение соглашений с МАГАТЭ о применении гарантий; на практике — о полноохватных гарантиях по типу INFCIRC/153;
• оригинальное решение для противоречивой проблемы вступления в силу;
• бессрочное действие Договора.
Первый проект текста Договора Тлателолко был подготовлен ночью 1 июля 1965 г. с 17 часов вечера до 5 часов утра по настоятельному указанию Альфонсо Гарсиа Роблеса, председателя Подготовительной комиссии по объявлению Латинской Америки ЗСЯО. После внесения поправок он был одобрен Подготовительной комиссией за два дня до начала подписания. Именно Альфонсо Гарсиа Роблес предложил ряд оригинальных инициатив, важнейшей из которых стала идея статьи 28.2: специальная декларация (waiver) для введения готовыми к этому государствами договора в силу без соблюдения сложных условий статьи 28.1 (не выполненных полностью даже тридцать с лишним лет спустя). Необычным аспектом этого положения стало право подписавших государств (например, в течение многих лет до 1990-х гг. — для Бразилии и Чили), которые не сделали соответствующей декларации, участвовать в механизме осуществления Договора по статье 6. Он же выступил с инициативой о выделении обязательств внеконтинентальных держав в отдельные протоколы. В 1982 г. деятельность Альфонсо Гарсиа Роблеса была отмечена Нобелевской премией мира.
Позиция Кубы
Позиция Кубы по отношению к международным документам в сфере ядерного нераспространения, а именно к ДНЯО и Договору Тлателолко, постоянно доводилась до сведения международного сообщества. Позиция страны в пользу достижения ядерного разоружения, а также выдвижение в качестве конечной цели всеобщего и полного разоружения под строгим международным контролем хорошо известны в мире с самого начала проведения соответствующих дискуссий по Договору о нераспространении – еще с 1968 г.
14 сентября 2002 г. министр иностранных дел Кубы в своем выступлении на Генеральной Ассамблее Организации Объединенных Наций в Нью-Йорке заявил: «В качестве сигнала о четкой политической воле правительства Кубы, о приверженности государства процессу эффективного разоружения и достижения мира во всем мире наша страна приняла решение присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия. Тем самым мы вновь подтверждаем нашу надежду на то, что все виды ядерного оружия будут полностью уничтожены под строгим международным контролем».
Кроме этого, на Генеральной конференции МАГАТЭ в Вене 17 сентября 2002г. Куба заявила о ратификации Договора Тлателолко, завершив таким образом процесс, охвативший все страны региона Латинской Америки и Карибского бассейна с образованием там безъядерной зоны. Это заявление Кубы было тепло воспринято всем международным сообществом, работающим в области нераспространения. Генеральный директор МАГАТЭ М. Эльбарадей приветствовал эти решения, прокомментировав их следующим образом: «С реализацией намерения Кубы присоединиться к ДНЯО мы продвинулись на шаг вперед к созданию всеобщего режима ядерного нераспространения». Кроме того, он добавил, что «Договор Тлателолко являет собой очень хорошую модель, которая может стать образцом для создания других региональных безъядерных зон… Всеобщее и строгое соблюдение всеми странами в своих регионах соглашений по безъядерным зонам важно для дальнейшего усиления режима нераспространения». Министерство иностранных дел России дало следующие комментарии: «Мы надеемся, что данное решение повлияет на позицию других государств, которые все еще находятся вне рамок обязательств данного краеугольного документа в сфере разоружения».
В дальнейшем Кубой был предпринят ряд весьма важных шагов: 23 октября 2002 г. правительство Кубы сдало ратификационные грамоты Договора Тлателолко, а 4 ноября того же года им были вручены ратификационные грамоты Договора о нераспространении ядерного оружия. 18 сентября 2003 г. Куба приняла решение подписать Соглашение о полноохватных гарантиях и Дополнительный протокол к нему. Кроме того, в ноябре 2003 г. в Гаване проводилась Генеральная конференция ОПАНАЛ – Организации по запрещению ядерного оружия в Латинской Америке и странах Карибского бассейна.
Таблица 1. Членство Кубы в международных и региональных организациях, договорах и конвенциях
| Членство в договорах и организациях | Республика Куба |
| МАГАТЭ | 1957 г. |
| Договор Тлателолко |
Подписание: 25 марта 1995 г. Сдача ратификационных грамот: 23 октября 2002 г. |
| ДНЯО | Присоединение: 4 ноября 2002 г. |
| Дополнительный протокол МАГАТЭ | Подписание: 15 октября 1999 г. |
Вышеуказанные шаги были предприняты Кубой как доказательство ее приверженности многостороннему подходу, они вновь ясно показывают нашу политическую волю к реализации эффективного хода процесса разоружения, что будет способствовать достижению мира во всем мире. При всем этом правительство Кубы рассматривает ДНЯО как недостаточный инструмент, имеющий ряд дискриминационных аспектов с учетом следующего:
данный договор делит мир на две категории государств: те, которые обладают ядерным оружием, и те, которые таковым не обладают;
он позволяет создать клуб ядерных держав, которые не стремятся искренне выполнять реальные и конкретные обязательства по разоружению. Тот факт, что до сих пор не были поставлены конкретные цели по всеобщему, безусловному и контролируемому ядерному разоружению, делает современный режим нераспространения несостоятельным и является свидетельством его дискриминационного характера;
ядерному оружию сегодня дозволено стать «главной валютой мощи» во всем мире.
Таким образом, единственно честной основой для выстраивания надежного и последовательного режима ядерного нераспространения может стать только всеобщее, безусловное и контролируемое разоружение. С другой стороны, оговорки Кубы в отношении Договора Тлателолко были указаны в декларации, обнародованной 25 марта 1995г. во время подписания этого документа. Несмотря на то, что каких-либо благоприятных изменений в плане безопасности Кубы не произошло, она в качестве жеста доброй воли приняла решение подписать данный договор. Поддерживая благородные цели Договора Тлателолко, Куба полагает, что значение термина «запрещение» гораздо шире, чем значение термина «нераспространение». По этому случаю было заявлено следующее: «Правительство Республики Куба провозглашает, что те преграды, которые существовали до настоящего дня, препятствовали тому, чтобы Республика Куба стала полноправным членом Договора о запрещении ядерного оружия в Латинской Америке и Карибском бассейне, – остаются, продолжая серьезным образом влиять на безопасность нашей страны. Единственная ядерная держава в данной части мира – Соединенные Штаты Америки – проводит враждебную политику по отношению к Кубе, она ужесточает экономическую, коммерческую и финансовую блокаду, усиливает враждебную кампанию против нашей страны, продолжая – с использованием силы и действуя против воли кубинского народа – незаконно оккупировать часть нашей национальной территории, причем туда заходят корабли, имеющие на борту ядерное оружие. Все это является проблемой, решение которой в будущем должно рассматриваться как условие того, чтобы наша страна оставалась в рамках упомянутого Договора».
С точки зрения Кубы такие действия совершенно ясно показывают, что наша национальная безопасность не может быть гарантирована подписанием международных соглашений и договоров, но она весьма зависит от враждебных, дискриминационных политических действий другого государства. Принятые в США «Закон о кубинской демократии» 1992 г. (Закон Торричелли) и Закон Хелмса–Бертона 1996 г. специальным образом запрещают оказание любой помощи Кубе по выполнению ее ядерной программы. Эти документы запрещали, помимо прочего, всякое сотрудничество американских и зарубежных фирм с Кубой в деле достройки АЭС Хурагуа. Дискриминационный по своей сути Закон Хелмса–Бертона, в частности, особо отмечал нежелание Кубы присоединиться к Договору о нераспространении ядерного оружия и ратифицировать Договор Тлателолко и, в связи с этим, нежелательность строительства атомной электростанции. Тексты этих законодательных актов указывают, что Соединенные Штаты могут ввести экономические санкции против любого торгового партнера Кубы на основании того, что им было нарушено американское законодательство. Более того, эти юридические документы содержат положения о том, что необходимо сократить масштабы помощи в объеме «доллар за доллар» любому государству, которое оказывает помощь Кубе и сотрудничает в осуществлении ее программы. Далее, в упомянутом Законе указано следующее: «Любое возобновление усилий какого-либо из независимых государств бывшего Советского Союза ввести в действие любые ядерные объекты на Кубе… с учетом угрозы национальной безопасности, которую представляет эксплуатация любого ядерного объекта… будет рассматриваться как акт агрессии, на который будет дан ответ соответствующим образом так, чтобы обеспечить безопасность национальных границ Соединенных Штатов, равно как здоровье и безопасность американского народа». Ирония здесь состоит в том, что данная «угроза» была использована как основа для получения федеральных средств, создания и развертывания сети постов раннего обнаружения ядерной радиации (радиационного контроля) вдоль побережья Флориды и Мексиканского залива в конце 1990х гг. – в то время как Куба не вела строительства ядерных реакторов, не ведет его и не имеет каких-либо планов по возобновлению такой деятельности.
Ввиду упомянутых выше экономических санкций со стороны Соединенных Штатов Куба не может рассчитывать на внешнюю помощь в виде инвестиций и займов от международных финансовых организаций, международного банковского сообщества или международной ядерной промышленности без полной нормализации отношений с Вашингтоном. Вскоре после вступления Дж. Буша в должность президента американская администрация стала усиливать эмбарго против Кубы, она прекратила все официальные контакты по вопросам кубинской программы развития ядерной энергетики между кубинскими и американскими должностными лицами на любом уровне – как формальном, так и неформальном. Куба провела переговоры с широким кругом потенциальных партнеров для успешной реализации ее усилий по завершению выполнения ядерной программы; в течение определенного времени после подписания Договора Тлателолко предполагалось, что одна из российских компаний или какая-либо иная заинтересованная фирма сможет помочь Кубе в этой работе. К сожалению, мы обнаружили, что в действительности интерес к данному проекту весьма невелик, но тем не менее поиск инвестиций продолжался. В конечном счете, в декабре 2000 г. кубинское руководство заявило, что для Кубы нерационально пытаться продолжить строительство АЭС, тем самым официально завершив продолжавшиеся в течение 18 лет работы на объекте в Хурагуа, предназначавшемся для создания ядерно-энергетических мощностей в стране. Тем не менее, Куба инвестировала обширные ресурсы в создание человеческого капитала в сфере ядерных приложений. Это было сделано с целью создания определенной базы компетентности в области ядерной науки и техники, которые повысили возможности Кубы в области национальной энергетики и науки[9].
Глава 3. Состояние ядерной энергетики в странах региона
3.1 Аргентина
Среди стран Латинской Америки Аргентина обладает наиболее развитой ядерной промышленностью. Страна располагает надежной сырьевой базой для развития атомной энергетики, строит и эксплуатирует действующее АЭС имеет хорошо подготовленные высококвалифицированные научные кадры и центры ядерных исследований, обладает технологиями обогащения урана. С середины 2006 года реализует целенаправленную национальную программу развития атомной индустрии.
Аргентина не только первой из южноамериканских стран создала собственную атомную отрасль, но и стала крупным экспортером передовых атомных технологий. Недавно она поставила атомный реактор Австралии, продукцию национальной ядерной промышленности Аргентины импортируют также Алжир, Южная Корея, Бельгия и Германия. Радиоизотопы аргентинского производства, в частности медицинского назначения, поставляются более чем в 20 стран мира.
Международное сотрудничество Аргентины в ядерной области
В 1974 году Аргентина заключила соглашение с Ливней о поставке оборудования для добычи и переработки урановой руды. Хотя в это время Аргентина имела технологию переработки ОЯТ и выделение плутония, неизвестно, предполагало ли это соглашение поставку этой технологии в Ливию.
В 1985 году Аргентина и Алжир заключили соглашение о поставке в эту страну исследовательского ядерного реактора мощностью в 1 МВт, который начал действовать с 1989 года. По второму соглашению от 1990 года Аргентина должна была поставить в Алжир eщe один реактор для наработки изотопов, однако это соглашение не было выполнено из-за внутриполитических изменений, произошедших в стране. В конце 80-х годов велись переговоры и с Сирией, которые не имели успеха благодаря жесткой позиции вашингтонской администрации.
Аргентина также поддерживала развитие ядерной программы Ирана. В 1987 году с этой страной было подписано соглашение о строительстве пилотной установки по очистке урана, от выполнения которого аргентинцы впоследствии отказались. Решение Буэнос-Айреса было принято под непосредственным давлением США, явно обеспокоенных принимающим все большие масштабы развитием иранских атомных исследований (при этом Аргентина получила компенсацию за «упущенную выгоду»).
Четыре года спустя Аргентина построила исследовательский реактор в Аншасе к востоку от Каира (Египет), а в начале 1992 года была заключена сделка на поставку в эту страну еще одного реактора аргентинского производства мощностью 22 МВт (пущен в эксплуатацию в 2005 году).
В 2000 году аргентинцы в жесткой конкурентной борьбе выиграли тендер на сооружение ядерного реактора в Австралии. Стоимость проекта оценивается в 200 млн. долларов, реактор был сдан в эксплуатацию в апреле 2007 года.
В середине 2005 года в средствах массовой информации появилась информация о том, что представители венесуэльской государственной компании PDVSA обратилась к Аргентине с просьбой продать ядерный реактор средней мощности. При этом незамедлительно последовала реакция американской администрации, которая выразила уверенность в том, что Аргентина не пойдет на продажу Венесуэле реактора или иной технологии, которая может вести к разработке ядерного оружия.
В 2006 году Ливия возобновила переговоры с Аргентиной в области сотрудничества в атомной сфере (для их ведения в страну прибыл сын М. Каддафи). В итоге был заключен контракт на модернизацию системы контроля ливийского реактора советского производства построенного нашей страной в 70-х годах в Таджура. Стоимость проекта составляет около 10 млн.долларов. Ожидается, что сотрудничество с Ливией в атомной области будет расширяться. В частности с данной страной ведутся переговоры о продаже аргентинского реактора КАРЕМ (мощность 25 МВт), который ливийцы планируют использовать для производства электроэнергии и опреснения морской воды.
В настоящее время аргентинцами также осуществляются консультации с польскими и голландскими специалистами по вопросу возможности строительства в этих странах исследовательских реакторов мощностью 30 - 40 МВт, основным назначением которых будет производство изотопов (Аргентина пока не располагает действующим прототипом подобною реактора).
Аргентина является участником ряда международных соглашений, касающихся вопросов ограничения распространения ядерных технологий военной направленности. В январе 1994 года страна присоединилась к договору о создании в Латинской Америке зоны, свободной от ядерного оружия (Договор Тлателолко), в феврале 1995 года - к Договору о нераспространении ядерного оружия. Аргентина подписала также Конвенцию о физической защите ядерных материалов и заключила специальное соглашение с Бразилией и МАГАТЭ, предусматривающее распространение полномасштабных гарантий Агентства на ядерную деятельность этих стран.
Аргентина присоединилась к реализуемому с 2000 года международному проекту по инновационным ядерным реакторам и топливным циклам (ИНПРО). Целью проекта является объединение усилий заинтересованных стран - членов МАГАТЭ по поддержке развития и использования ядерных технологий в соответствии с глобальными энергетическими проблемами человечества. В ходе реализации первого этапа проекта проведена практическая апробация методологии ИНПРО, в том числе и на реальных инновационных технологиях представленных Аргентиной (реактор КАРЕМ - X с незамкнутым урановым топливным циклом).
Вместе с тем страна не принимает участия в разработке ведущими странами-поставщиками критериев ядерной экспортной политики и в целом реализует свою национальную ядерную программу по двум направлениям. С одной стороны, создается ядерный топливный цикл при содействии промышленно развитых государств и под контролем МАГАТЭ, с другой собственными силами строятся ядерные установки малой производительности пока не поставленные под международный контроль.
В 2006 году «Группа восьми» под председательством России приняла усилия по убеждению 28 неприсоединившихся к Дополнительному протоколу к Соглашению о гарантиях с МАГАТЭ государств т.н. приоритетною списка (в их число входит и Аргентина) заключить с данной международной организацией соответствующие соглашения. Аргентинская сторона пообещала рассмотреть вопрос о присоединении к Договору, однако до настоящего момента позитивного ответа получено не было. Свою позицию Аргентина увязывает с позицией Бразилии, которая затягивает подписание Доппротокола, ссылаясь на занятость внутриполитическими проблемами страны.
Основные элементы ядерной инфраструктуры Аргентины
В настоящее время в стране действует (открыто в 1979 году) одно предприятие по добыче и переработке урановой руды Сан Рафаэль производительностью в 120 тонн в год (в пересчете на уран). В различные периоды времени в Аргентине действовали еще шесть предприятий по добыче урановой руды, которые в настоящее время законсервированы. Производство двуокиси урана в Кордобе действует с 1982 года и имеет производительность в 150 т. урана в год. Производство по переработке U02 в UF6 в Пилканьесе действует с 1984 года и имеет производительность 62 т. урана в год. Предприятие по производству тяжелой воды в Арроито работает с 1993 года, его производительность составляет 200 т. в год. Производство топлива для действующих в стране ядерных реакторов PHWR расположено в Буэнос-Айресе с 1982 года, производительность составляет 160 т. урана в год. Кроме того страна располагает собственным хранилищем для ОЯТ, которое находится в местечке Атуча.
В состав ядерной инфраструктуры Аргентины входят 5 действующих исследовательских ядерных реакторов. RA-0 расположен в Кордобе, имеет мощность 0,01 кВт и относится к классу легководных, 20% U-235. Реакторы RA-1 и RA-3 расположены в столице (реактор RA-2 в настоящее время остановлен). Первая из установок имеет мощность 40 кВт и относится к типу легководных, 20% U-235, а вторая - 4,5 МВт класса легководных, НОУ. RA-4 расположен в Росарио, его мощность - 0.001 кВт. класс - легководный. 20% U-235. RA-6 построен в Барилоче, мощность 500 кВт, класс - легководный ВОУ.
Реактор RA-8 в Пилканьесе (легководная критсборка, НОУ) подготовлен в настоящее время к введению в действие. Запланировано также создание peaктора RA-9 мощностью 20 MBт (уран-графитовый 20% U-235) в Кордобе.
В состав ядерно-энергетического комплекса Аргентины входят два промышленных энергетических тяжеловодных ядерных реактора, использующих в качестве топлива природный уран. Первый из них - Атуча-1, введен в эксплуатацию в 1974 Году, имеет электрическую мощность около 357 МВт и расположен в провинции Буэнос-Айрес. Второй Эмбальсе построен в 1984 году, расположен в Рио-Терсеро (провинция Кордоба) и имеет электрическую мощность в 648 МВт. Третья АЭС - Атуча-2 уже 26 лет находится в стадии строительства. Проект был разработан германским концерном Сименс, сооружение станции началось в 1981 году, но по причинам экономического характера застопорилось в 1992 году, когда было выполнено около 80%. работ.
В ноябре 2006 года аргентинское правительство заключило соглашение о сотрудничестве с канадской компанией Атомик Энерджи, которая взяла на себя обязательства по завершению строительства АЭС Атуча-2, Стоимость проекта оценивается в 600 - 800 млн. долларов, срок сдачи объекта в эксплуатацию - 2010 год. В связи с растущей нехваткой энергоресу|5сов Аргентина намерена продолжать переговоры с канадской компанией относительно строительства четвертой атомной станции. Ожидается, что Атомик Энерджи также возьмет на себя обязательства подготовить проект продления срока эксплуатации атомной электростанции Эмбальсе, который истекает в 2018 году.
Координирующие органы, исследовательские центры
Национальная комиссия по атомной энергии Аргентины (CNEA) отвечает за разработку и реализацию государственной политики в ядерной области. CNEA была образована правительственным декретом в 1950 году, что послужило отправным моментом начала в стране активных работ в области расщепляющихся материалов. CNEA является самостоятельной организацией под эгидой Секретариата по энергетике Министерства федерального планирования, государственных инвестиций и услуг.
На CNЕA возложены следующие задачи:
- оказывать помочи, исполнительной власти в Определении ядерной политики:
- способствовать подготовке высококвалифицированных кадров и науки и технологий в ядерной области;
- создавать, усовершенствовать и управлять экспериментальными
ядерными реакторами;
- нести ответственность за безопасность захоронения радиоактивных отходов;
- развивать применение радиоизотопов и радиации в биологии, медицине и промышленности;
- внедрять программы базовых и прикладных научных исследований в области ядерных технологий;
- осуществлять разведку полезных ископаемых для применения в атомной промышленности.
В 1983 году CNEA официально объявила о том, что обладает собственной технологией полного ядерного цикла. Вскоре после этого усилиями МАГАТЭ (инициатором кампании выступили США) ядерная программа страны была существенно сокращена, и акцент в ней был сделан на развитии исследовательских ядерных реакторов и технологий промышленного производства радиоизотопов.
Текущая государственная программа Аргентины в области ядерной энергии, предусматривает проведение НИОКР по 6 основным направлениям: реакторы и АЭС, топливный цикл, ядерные отходы, радиоизотопы и источники радиационного излучения, фундаментальные и прикладные исследования, адаптация ядерных технологий в различных отраслях промышленности. Основные исследовательские программы реализуются в трех ядерных центрах - «Эсейса", "Барилоче" и "Конституентес". В состав CNEA также входят технологический комплекс Пилканьесу, горнорудный комплекс Фабриль и четыре филиала в центре страны, северо-востоке и Патагонии. Также CNEA осуществляет контроль за деятельностью и оказывает методическую и технологическую поддержку нескольким созданным под ее началом коммерческим структурам, в частности, госпредприятию ИНВАП
Производство радиоизотопов в Аргентине
Работы в области расщепляющихся материалов ведутся в Аргентине с момента образования в 1950 году на основании специальною правительственного декрета № 10.936 Национальной комиссии по атомной энергии - CNEA (Comision Nacional de energia Atomica)
Активное развитие CNEA при действенной поддержке правительства позволило Аргентине уже к 1983 году официально объявить о том, что она обладает собственной технологией полного ядерного цикла. Однако после существенного сокращения (под давлением МАГАТЭ и непосредственно правительства США, опасавшихся появления у Аргентины собственною ядерного оружия) масштабов проводимых исследовательских и опытно-конструкторских работ, акцент в последующих национальных ядерных программах был сделан, главным образом, на развитии исследовательских ядерных реакторов и технологий промышленного производства радиоизотопов.
Аргентина располагает для этого всеми необходимыми условиями. На ее территории в провинциях Мендоса, Неукен, Кордоба, Катамарка, Чубут и др. открыто более 50 месторождений, содержащих урановую руду различной концентрации. Наиболее значимыми считаются залежи в Sierras Pampeanas, Bloque de San Rafael, Cordillera Neuquina, Andes Patagonico-Fueguinos, Somuncura и др. Среди продолжающихся проектов фигурируют месторождения Yacimiento Uranifero Las Termas (Catamarca), Cateos Mineros Uraniferos (Chubut), Manifestation Uranifera La Negra (Cоrdoba). Их суммарная мощность в топливном эквиваленте оценивается в 6 тыс. МВт.
На сегодня производство радиоизотопов и источников радиационного излучения является одним из ключевых направлений действующей ядерной программы страны. Аргентина уверенно располагается в числе лидеров среди государств Латинской Америки по применению радиоизотопов в национальной экономике.
Годовые объемы производства и реализации основных изотопов приведены в следующей таблице:
| Радиоизотопы и радиоактивные смеси | Объем производства в Ci (Кюри) |
Объем реализации в долларах |
|
|
6 500 000 | 3 500 000 |
|
|
6 574 | 262 600 |
|
|
10 | 106 754 |
|
|
0,15 | 3 432 |
|
|
780 | 232 352 |
|
|
166 | 36 908 |
|
|
2,9 | 7 440 |
|
|
0,15 | 2 083 |
|
|
0,22 | 1 452 |
Коммерческий интерес имеет также наработка изотопов Sr-90, Cs 137, Хе- 124, Хе-133, 1-123, F-18 и производимые с его использованием маркеры фтордезоксигюкозы (18-FDG).
На протяжении ряда лет Аргентина успешно экспортирует технологии и свою радиоизотопную продукцию промышленного и медицинского назначения более чем в 20 стран мира, в том числе в США и промышленно развитые европейские государства.
По отдельным изотопам, например, кобальт-60, страна имеет уникальные наработки и входит в тройку крупнейших производителей в мире. В отношении другого важнейшего изотопа молибдена-99 Аргентине первой удалось перейти к