Институт президентства и его влияние на мировую политику
Еще более он ограничен в такой специфической модели государственного устройства, которая установилась в Исламской Республике Иран (ИРИ). В ней верховную власть осуществляет высший религиозный иерарх, который имеет титул Руководителя Исламской Республики Иран. В свою очередь президент Ирана и все другие органы государственной власти, по крайней мере формально, подчинены Руководителю ИРИ.
Следует отметить и то, что в ряде азиатских и африканских стран вся полнота власти фактически принадлежит руководящему органу правящей партии, который определяет кандидатуру на пост президента страны, а в дальнейшем направляет его действия. Подобная ситуация была характерна и для ряда бывших социалистических стран Восточной Европы, учредивших у себя пост президента. Все принципиальные решения по вопросам внутренней и внешней политики принимались в этих странах на' заседаниях высших органов правивших коммунистических партий. Во главе партийных органов стоял Генеральный секретарь, который к тому же был президентом страны. Очевидно, что при такой модели партийно-государственной власти решения, оформлявшиеся как исходящие от президента, предварительно обсуждались в кругу партийного руководства.
Помимо определения правового статуса президента как главы государства или как главы высшей исполнительной власти, многие конституции содержат ряд общественно важных морально-политических и гражданских обязательств, которым должен следовать президент на протяжении всего срока своих полномочий. Прежде всего от него требуется, чтобы во всех своих действиях он неуклонно соблюдал Конституцию и другие законы своей страны. Так, в Италии при вступлении в должность президент приносит присягу не только на верность Республике, но и на соблюдение Конституции. Президент Финляндии в своей присяге заявляет: "...находясь в должности Президента, я буду честно и верно соблюдать и сохранять в силе Конституцию и законы республики..." В том же ключе выдержаны и присяги: президента Португалии ("Клянусь честью... защищать и проводить в жизнь Конституцию Португальской Республики"); президента Индии ("...сделаю все, что в моих силах, для сохранения, защиты и охраны Конституции и закона..."); президента ФРГ ("...клянусь...блюсти и охранять Основной закон и законы Федерации..."); президента США ("Я торжественно клянусь, что... в полную меру своих сил буду поддерживать, охранять и защищать Конституцию Соединенных Штатов"). Конституция Франции также закрепляет за главой государства обязанность следить за соблюдением Конституции (ст. 5)1.
При всей своей декларативности торжественное обязательство, даваемое президентом перед лицом своего народа, при всех обстоятельствах соблюдать Конституцию и другие законы своей страны, имеет большое общественно-политическое значение. Это обязательство является одним из ключевых элементов легитимности всего института президентства, неотъемлемым условием доверия народа к главе государства и важным моральным ограничителем для президента, если он окажется перед искушением нарушить те или иные правовые нормы.
Согласно конституциям многих стран, президент в силу своего должностного статуса обязан также быть гарантом суверенитета, национальной независимости, территориальной целостности и безопасности государства. Такие положения закреплены, в частности, в конституциях Франции, Польши, Румынии, Греции. Кроме того, Конституция Италии обязывает президента представлять национальное "единство (ст.87).
Конституции некоторых стран закрепляют за главой государства роль арбитра между различными силами в государстве и обществе. По Конституции Франции, "президент... обеспечивает своим арбитражем нормальное функционирование публичных властей" (ст. 5). Аналогичную роль отводит главе государства в современная Конституция Румынии: "президент... обеспечивает соблюдение Конституции и нормальное функционирование публичной власти. С этой целью президент действует в качестве посредника между органами государственной власти, а также между государством и обществом" (ст. 80.2).
Конституционные нормы многих стран предусматривают, что президент в своей деятельности должен не защищать интересы каких-то отдельных социальных групп и слоев, а добиваться достижения блага всего общества. В этом плане характерен официальный текст присяги, которую произносит президент Финляндии при своем вступлении в должность. Он обязуется "... прилагать все свои силы для содействия успеху народа Финляндии". Президент Греции также обязуется "... защищать права и свободы греков и служить общим интересам и прогрессу греческого народа". И, наконец, от президентов ожидается, что они при выполнении своих служебных обязанностей будут соблюдать высокие этические нормы. Например, президент ФРГ обязуется при вступлении в должность "... добросовестно исполнять свои обязанности и соблюдать справедливость по отношению к каждому". В свою очередь президент Австрии клянется, что он будет "выполнять свои обязанности, используя все знания и следуя доброй совести".
Такого рода обязательства и официально установленные стандарты деятельности президента направлены на всемерное укрепление авторитета и достоинства поста главы государства. Как известно, далеко не всегда президенты в своей политической практике выдерживают эти обязательства и стандарты, и в этих случаях в условиях демократии различные политические институты, средства массовой информации и общественное мнение в целом подвергают их обоснованной критике. Если же президент, вопреки взятому на себя обязательству, допускает серьезное нарушение конституции или законодательства, то в отношении его на вполне законных основаниях могут быть применены различные санкции, вплоть до отстранения от должности. Поэтому вполне оправданны те высокие общественно-политические обязательства и морально-этические нормы, соблюдения которых требует от президента конституционное право многих стран.
1.3. Соотношение институтов президентства и политического лидерства.
Взаимодействие различных политических лидеров в борьбе за достижение государственной власти является одним из основных вопросов функционирования политического лидерства. Пост президента является высшей целью деятельности многих политических лидеров. Сегодня очевидно, что власть для абсолютного большинства населения персонифицирована. В связи с этим, представляет несомненный интерес вопрос о соотношении институтов президентства и политического лидерства1.
Политическое лидерство предполагает как формально-должностной статус, связанный с обладанием властью, так и субъективную деятельность лидера, предполагающую рассмотрение его личностных качеств и поведения. В то же время, субъективная деятельность лидера выступает лишь предпосылками получения властной должности. Следовательно, политическое лидерство неотделимо от его институционального статуса.
Особенностью развития ситуации в постсоветских республиках явилось то, что здесь зачастую вся конструкция политической власти выстраивалась под конкретного президента: Утвердившейся точкой зрения является то, что формирование сильной президентской республики в Казахстане связывается, прежде всего, с выдающейся личностью Н.А. Назарбаева.
Исследователи отмечают, что задачами, стоящими перед национальным лидером в транзитный период, являются: интеграция общества и объединение масс; нахождение и принятие оптимальных политических решений; защита граждан от беззакония и самоуправства бюрократии; поддержание порядка и борьба с преступностью; предотвращение отчуждения граждан от власти; инициирование обновления, генерирование оптимизма и социальной энергии; мобилизация масс на реализацию реформ переходного периода2.
Консолидировать общество, вывести его из кризиса возможно только на основе всесторонне обоснованной и системной реформаторской концепции. Такая концепция должна соответствовать задачам исторического периода, раскрывать его смысл и содержание, прогнозировать социальные последствия изменений в обществе, определять приоритеты и критерии проводимых реформ. Только такой системный, последовательный подход обусловливает успешность преобразований социума.
Безусловно, особенности и характер политического лидерства зависят от личности лидера и условий, в которых оно реализуется. Однако, несомненно важным аспектом в этом ключе выступают механизмы, посредством которых осуществляется лидерство, инструменты политического лидерства.
Таким образом, под инструментами лидерства понимаются структуры, с помощью которых лидер реализует свои властные полномочия с целью сбалансированного представления интересов группы, партии (движения), страны.
Понятно, что президент как политический лидер, имеет в своем арсенале средства влияния, теснейшим образом связанные с его формальным положением главы государства. Как мы уже говорили это — легитимная власть, возможность распределения материальных, финансовых и других ресурсов, государственный аппарат, средства поощрения и принуждения и, конечно же, закон. Помимо этого, глава государства располагает средствами личностного влияния. Одним из основных понятий здесь является имидж лидера. При этом, наиболее влиятельными личностными характеристиками предстают: представления политического лидера о себе самом, потребности и мотивы, влияющие на политическое поведение, система важнейших политических убеждений, стиль принятия политических решений, стиль межличностных отношений, устойчивость к стрессу1. Зачастую те или иные политические процессы, явления, события персонифицируются с личностью лидера.
Следует еще раз отметить, что личностное влияние главы государства -уникальный инструмент в руках президента. Оно дает возможность эффективно его использовать как в отношении государственных политических лидеров (глав и членов правительства, парламента, региональных лидеров и т.д.), так и в отношении партийных и общественных деятелей.
Средства и механизмы влияния, используемые и избираемые политическим лидером, во многом обусловлены конкретными политическими задачами и располагаемыми ресурсами.
Разработчики ранних теорий модернизации, отождествляя ее с вестернизациеи, делали акцент на смене традиционных политических институтов западными структурами. Убежденность в правильности калькирования и механического переноса западного опыта исчезла, после того как раз за разом в восточных государствах стали рушиться режимы, принявшие на себя роль модернизаторов и начавшие с коренного изменения институциональных основ. Дело в том, что первые государства, которые начали предпринимать модернизаторские усилия, совершенно правильно определив одной из стратегических целей замену институтов, оказались в плену теоретического положения, что это и есть главная мишень политической модернизации, достигнув которой можно говорить о закреплении западных стандартов. Только череда неудач в процессе модернизации показала, что параллельно с модернизацией институтов необходимо обновлять и общественное сознание, особенно, в части восприятия политической системы.
Одним из главных направлений политической модернизации является демократизация политической системы. Однако процесс демократизации сталкивается с серьезной проблемой преодоления природы реформируемого общества. В традиционных, авторитарных и тоталитарных обществах зачастую очень мала степень структурно-функционального разделения институтов. Функциональная неразделенность в традиционных обществах проистекала из того, что политические, социальные, экономические и религиозные функции сосредотачивались в руках одного человека - лидера общины. Собственно, этот момент и был основной отличительной чертой традиционной политической системы.
К.Л. Сыроежкин, Исследуя особенности государственности, подчеркивает, что «... Казахстан не явился исключением из общего правила, наследуя те общие закономерности, которые присущи переходным обществам стран Востока»1.
Вопрос о необходимости внедрения западных политических институтов в процессе модернизации восточных стран до сих пор вызывает много споров. Как показала практика, большинство стран, вставших на путь «догоняющей модернизации», во главу угла которой был поставлен приоритет достижения демократических стандартов, в своем конституционном устройстве закрепили президентскую форму правления.
Первая причина этого лежит в специфике политических систем модернизирующихся обществ, которые были свойственны им до начала преобразований. Как правило, эти государства имели авторитарные, либо тоталитарные политические системы. Строго иерархизированная структура политической власти не могла быть изжита за короткий срок. Более того, переход к системе с демократическим устройством зачастую приводил к потрясениям, которые сводили на нет усилия реформаторов и приводили общество к очередному витку авторитарного развития. Типичные примеры - Иран и Индонезия. Поэтому, вплоть до начала 80 годов XX века существовала идейная установка на то, чтобы признать за некоторым усилением авторитарных тенденций, в период модернизации, роль необходимого условия для обеспечения стабильности и консолидации общества. Последнее, до сих пор предстает в качестве главенствующей причины в выборе института президентства как системообразующей структуры.
Вторая причина имеет более глубокие основания и лежит в поле политико-культурных предпочтений модернизирующегося общества, и связана с уровнем легитимности новых, внедряющихся структур. В обществах с традиционными политическими ценностями, в большинстве своем более высокий уровень легитимности имеет политический институт, выстроенный вокруг личности одного человека. Коллективный институт, хотя бы и избранный всенародным голосованием на прямых выборах, не имеет такого уровня легитимности. Очевидно, что это происходит из-за того, что коллективные институты политического управления в традиционных обществах исполняли роль только лишь законодательных собраний, на которых лежала функция легитимации существующего режима. Это стало существенной причиной для того, чтобы в большинстве модернизировавшихся стран не были установлены республики парламентского типа.
Таким образом, весь комплекс преобразований в институциональной подсистеме в период модернизации направлен на замену устаревших политических институтов. В чистом виде структурные реформы в политической сфере почти всех модернизирующихся обществ на начальном этапе схожи. Соответственно, они несут в это время одинаковые функции с аналогами в других политических системах. Различия политических структур в разных странах проявляются тогда, когда с течением времени происходит их адаптация к «местным» условиям.
Глава II. Современные модели президентства.
2.1. Полномочия президента при президентской, полу президентской и парламентарной республиках
Возникновение тех или иных систем правления в различных странах обусловлено многими факторами. Значительный отпечаток на этот процесс накладывают особенности исторического развития страны, специфика ее политической культуры, традиции государственности, соотношение различных политических сил в период разработки и принятия конституции. Большую роль в выборе системы правления может сыграть субъективный фактор в лице ведущего политического лидера, под которого в значительной степени выстраивается вся конструкция государственной власти и управления. В силу этого в одних странах утвердилась парламентарная система правления, при которой функции главы государства исполняет конституционный монарх или президент, но реальная исполнительная власть сосредоточена в руках правительства, подотчетного парламенту, а в других - возобладала линия на создание сильной президентской власти, уравновешенной другими политическими институтами или превосходящей по своим полномочиям законодательную и судебную власти. На современной политической карте мира есть и такие страны, которые вообще обходятся без поста президента, что еще раз подтверждает все многообразие форм государственности.
Как уже отмечалось, институт президентства зародился в США. Введя у себя пост президента, «отцы-основатели" заложили фундамент для формирований модели, которую можно с уверенностью назвать американской моделью президентства1. Как показали последующих два столетия, эта модель в законченном виде осталась явно специфической и в своем полном объеме она воплотилась только в США, хотя многие ее элементы были заимствованы политическими системами других стран.
Творцы Конституции США создали не просто сильную, но единоличную президентскую власть, совместив в одном лице полномочия и главы государства, и главы правительства. Одновременно для того, чтобы воспрепятствовать превращению единой исполнительной власти в режим личной власти, чреватой диктатурой и произволом, "отцы-основатели" закрепили принцип разделения законодательной, исполнительной и судебной властей, дополнив его системой взаимных "сдержек" и "противовесов"1 этих властей в отношении друг друга. На практике американская модель президентства по своим основным параметрам выглядит следующим образом:
1. Президент, избираемый на всеобщих выборах, не зависит от Конгресса США, члены которого избираются от штатов и избирательных округов. Таким образом, президент получает мандат на осуществление своих полномочий от всех граждан, а не от парламента. Конгресс не вправе путем вотума недоверия отправить администрацию (правительство) президента в отставку, но и президент не имеет права распустить Конгресс США и назначить внеочередные парламентские выборы.
2. Правительство формируется президентом, но его персональный состав утверждается одной из палат Конгресса – сенатом. Только президент имеет право назначать на высшие должности в аппарате исполнительной власти. Однако ни один из назначенцев президента (за исключением сотрудников его личного аппарата) не может вступить в свою должность без утверждения его кандидатуры сенатом Конгресса США.
3. Вся законодательная власть принадлежит Конгрессу США. Законы, принятые Конгрессов, обязательны для безусловного исполнения всеми должностными лицами, начиная с президента. Со своей стороны, президент может стать противовесом законодательной власти в том случае, если он наложит вето на закон, принятый Конгрессом, а Конгресс при повторном голосовании не сможет набрать требуемые Конституцией две трети голосов для отклонения президентского вето. В свою очередь, Верховный суд США вправе признать неконституционным любой закон, принятый Конгрессом и подписанный президентом, и тем самым отменить его.
4. Президент - полномочный глава всей федеральной исполнительной власти. Все государственные служащие обязаны неукоснительно выполнять его решения. Кабинет министров имеет лишь совещательный статус при главе государства и правительства. Со своей стороны, Конгресс постоянно, в осуществление своей контрольной функции над деятельностью исполнительной власти, следит за тем, как администрация президента исполняет законы и расходует ассигнованные Конгрессом средства.
5. Президент имеет право издавать исполнительные приказы (указы), которые касаются главным образом сферы деятельности органов федеральной исполнительной власти. Конгресс не вправе отменять указы президента, но Верховный суд США полномочен аннулировать их, если сочтет, что они не соответствуют Конституции.
6. Важнейший инструмент президентской власти - государственный бюджет. Только президент имеет право ежегодно представлять проект госбюджета на рассмотрение Конгресса. Однако окончательный вариант госбюджета принимается высшим законодательным органом страны.
7. Президент - верховный главнокомандующий вооруженными силами. Он руководит армией и флотом, но право объявления войны и заключения Мира принадлежит Конгрессу, который к тому же утверждает все расходы на содержание вооруженных сил и на все программы вооружений.
8. Президент представляет страну в сфере международных отношений и подписывает международные договоры, но эти договоры утверждаются или отклоняются сенатом Конгресса США1.
9. Президент может по своему усмотрению использовать внутренние войска и вооруженные силы для обеспечения общественного порядка, но он имеет право вводить по всей стране чрезвычайное положение только с санкции Конгресса.
10. Верховный суд может признать неконституционным любой закон, принятый Конгрессом, и любой указ, изданный президентом, но действует он не по своей инициативе, а только в ответ на апелляцию по поводу решения нижестоящей судебной инстанции, уже определившей свое отношение к действиям законодательной или исполнительной власти. Судебная власть, согласно Конституции, независима от законодательной. Президент может повлиять на деятельность Верховного суда путем назначений на появившиеся в нем вакансии сторонников своего политического курса. В свою очередь Конгресс может принять закон или предложить поправку к Конституции, изменяющие юрисдикцию Верховного суда.
11. Президент может уволить в отставку любого члена своей администрации, но он не полномочен увольнять в отставку высших лиц исполнительной власти штата или местных органов власти, избранных местными избирателями.
12. Конгресс не может уволить в отставку кого-либо из должностных лиц исполнительных органов власти, но он вправе путём процедуры импичмента отстранить от должности президента и других должностных лиц, включая федеральных судей.
13. Срок полномочий президента ограничен 4 годами, и он может переизбираться только один раз. Члены сената Конгресса США избираются на 6 лет, а члены палаты представителей - на 2 года, и они могут переизбираться на новый срок. Члены Верховного суда назначаются пожизненно. Таким образом, высшие должностные лица всех трех ведущих органов государственной власти имеют различные, не совпадающие между собой сроки полномочий и не зависят друг от друга.
Такова в общих чертах американская модель президентского правления. Как видно, президент по этой модели наделен широкими и разнообразными полномочиями, но он действует лишь в пределах федеральной исполнительной власти и в силу конституционного принципа разделения властей не может единолично управлять всем государственным аппаратом. Его полноправными партнерами и противовесами в этой сфере выступают не зависимый от президента Конгресс и не менее независимый Верховный суд. При всей силе своей власти, помноженной на личную активность, ни один президент США не был в состоянии добиться сколько-нибудь значительных перемен во внутренней и внешней политике американского государства без поддержки высшего законодательного органа страны. Политическая система США позволяет сильному президенту сосредоточить в своих руках огромную власть, но только при одном условии: его должно поддерживать большинство членов Конгресса. В этой тесной зависимости президентской политики от позиций и действий парламента - одно из важнейших отличий американской модели президентства от авторитарных моделей президентской власти.
Можно спорить о степени демократичности американской политической системы в целом, но бесспорно, что и президент, и Конгресс, и Верховный суд постоянно испытывают на себе давление со стороны самых разнообразных общественно-политических сил - предпринимателей, фермеров, профсоюзов, других многочисленных и влиятельных общественных организаций. Кроме того, мощное воздействие на политику американского президента оказывает межпартийное противоборство и наличие эффективной оппозиции в Конгрессе. В действия президента может незамедлительно вмешаться Верховный суд. К тому же каждый публичный шаг главы государства находится под пристальным вниманием средств массовой информации, чья свобода от правительственной цензуры узаконена Конституцией. В целом над деятельностью президента со стороны различных политических и общественных институтов в США осуществляется весьма серьезный контроль1.
В силу всех этих достаточно надежных ограничителей и противовесов президентская власть в США, независимо от субъективных желаний того или иного президента, не может превратиться в режим личной власти. Любые стремления нарушить баланс властей в свою пользу получают эффективный отпор. Наиболее четко этот механизм саморегулирования американской политической системы сработал тогда, когда президент Р. Никсон попытался резко усилить прерогативы высшей исполнительной власти и ослабить контроль над правительством со стороны высшей законодательной власти. Такие действия президента, усугубленные грубыми нарушениями законности, допущенными рядом сотрудников его администрации, а также яростная борьба оппозиции против ряда инициатив Никсона во внутренней и внешней политике, сплотили в мощную антиниксоновскую коалицию Конгресс, Верховный суд, прессу и различные общественные группы. В результате президент Никсон оказался перед реальной угрозой импичмента и в 1974 году был вынужден уйти в отставку.
Будучи единоличным главой исполнительной власти, президент США не располагает какими-то явно силовыми рычагами воздействия на Конгресс, оппозиционную и свою собственную партию, прессу, органы власти в штатах и на местах. Президент Г. Трумэн как-то высказался в том смысле, что у президента США нет никакой иной власти, кроме власти убеждения Конгресса, партий, прессы, широких кругов общественности в правильности его политики. Это утверждение Трумэна явно упрощает сложную и многогранную модель президентской власти, в арсенале которой имеется достаточно эффективных средств политического, экономического и морального воздействия и на сторонников, и на противников президента. Однако в то же время, очевидно, что благодаря самой конституционной конструкции политической системы США и ее дальнейшей эволюции глава американского государства по существу обречен искать и находить взаимодействие и с Конгрессом, и с оппозиционной партией, и с различными общественно-политическими группировками.
Американская модель президентства также отличается своей рациональностью: в ней отсутствует присущий ряду других стран дуализм исполнительной власти, при котором президент и премьер-министр часто соперничают за преобладающее влияние на правительственную политику. Кроме того, эта модель доказала свою высокую степень устойчивости с точки зрения преемственности президентской власти. За всю историю США, несмотря на различные политические и экономические кризисы, войны и другие потрясения, президентские выборы в этой стране ни разу не были отменены или перенесены и всегда проводились в установленные Конституцией США сроки. В случае внезапной смерти того или иного президента правовой механизм передачи власти также срабатывал неизменно четко. Даже убийство нескольких президентов США не создало в стране политического вакуума, смуты или борьбы за власть. В случае смерти того или иного президента его место незамедлительно занимал вице-президент, и его легитимность ни у кого не вызывала сомнений1.
Американская модель президентства не допускает и возникновения двоевластия в политической системе США, когда президент проводит свою политику, а Конгресс осуществляет свой курс. Система разделения и баланса властей даже в условиях, когда президент представляет одну партию, а большинство в Конгрессе принадлежит оппозиционной партии, обеспечивает единство государственной политики. Результатом любого, даже самого острого, политического противоборства в этой стране является принятие того или иного закона, который иногда вступает в силу против воли президента или многих парламентариев, но с этого момента его исполнение становится обязательным для всех - от президента и его министров до законодателей и рядовых граждан. При этом и должностные лица, и американское общество в целом признают и соблюдают конституционные и иные правовые нормы, определяющие объем и пределы полномочий президентства и других политических институтов в этой стране. Наконец, специфика политической культуры в США такова, что американцы привыкли рассматривать своего президента не как всемогущего "отца нации", единолично правящего страной и отвечающего за все, что в ней происходит. В то же время президент воспринимается в Соединенных Штатах как глава федеральной исполнительной власти, который должен быть ведущим общенациональным политическим лидером, проявлять инициативность в осуществлении государственной политики и обеспечивать эффективное руководство правительством.
Президентская модель, сформировавшаяся в США, по многим своим атрибутам была внедрена и в ряде стран Латинской Америки. Там так же конституционно утверждена республиканская форма правления, президент совмещает функции главы государства и главы правительства, законодательная власть представлена Конгрессом, а судебная -Верховным судом. В то же время латиноамериканская модель президентства существенно отличается от модели президентского правления в США.
Прежде всего, в латиноамериканских странах институт президентства явно доминирует над всеми остальными, а парламенты этих стран не имеют того контроля над исполнительной властью, каким располагает Конгресс США. В отличие от президента США латиноамериканские главы государств по собственному усмотрению формируют свои правительственные кабинеты, и утверждение парламентом президентских назначений на правительственные посты в конституциях этих стран не предусмотрено. Несмотря на то, что несколько латиноамериканских стран по форме своего государственного устройства провозгласили себя федерациями, президенты в этих странах имеют узаконенную возможность осуществлять так называемые федеральные интервенции в дела субъектов федерации, вплоть до смещения губернаторов штатов, чего не вправе делать президент США. Значительно больше власти у президентов латиноамериканских стран и в сфере экономической политики государства. Это обусловлено тем, что для многих латиноамериканских стран характерно наличие большого количества государственных компаний, находящихся под прямым контролем правительств, возглавляемых президентами.
Несмотря на то, что в большинстве стран Латинской Америки еще в XIX веке установилась президентская система правления, легитимность и статус президентской власти неоднократно нарушались в результате многочисленных военных переворотов. В политической истории практически всех стран этого континента более-менее продолжительные периоды президентского правления прерывались военными переворотами, в результате которых армейская верхушка свергала законно избранных президентов, передавала власть военной хунте, один из членов которой провозглашался президентом. И в прошлом, и в настоящем Латинской Америки бывали такие случаи, когда президенты сами становились во главе государственного переворота, разгоняли парламенты и устанавливали режим личной диктатуры. В целом для политических систем стран Латинской Америки до сих пор характерна большая зависимость всех политических институтов, и в том числе института президентства, от армии и генералитета.
Вместе с тем в современной латиноамериканской модели президентства есть несколько важных демократических элементов. Во-первых, в ряде стран этого континента президент избирается на один срок и лишен права на переизбрание, что сужает возможности для установления режима личной власти. Во-вторых, во многих латиноамериканских странах издавна действуют многопартийные системы, что создает условия для возникновения парламентской и внепарламентской оппозиции президентской власти. В-третьих, судебная власть явно усиливает свою независимость, и убедительным свидетельством тому стало недавнее отстранение от власти по решению парламентов и судебных властей президентов Бразилии и Венесуэлы. Импичмент этих президентов на основе соответствующей правовой процедуры создает новый важный прецедент в Латинской Америке, где президентов обычно смещали лишь путем военных переворотов1.
Еще одним существенным признаком демократизации президентской власти и усиления ее правового статуса в Южной Америке является повышение ее контроля над военными. Со своей стороны, военная верхушка, оставаясь до сих пор одной из ведущих политических сил в латиноамериканских странах, демонстрирует в последнее время большую лояльность по отношению к законно избранным президентам. В целом в Южной Америке прочно утвердилась президентская система правления в ее латиноамериканском варианте.
Во многих государствах Азии и Африки также сложилась не парламентарная, а президентская модель правления. Афро-азиатская модель (за редким исключением) отличается еще большим авторитаризмом, нередко принимающим формы откровенно тоталитарного режима. Президенты в большинстве этих стран не только объединяют в своих руках функции главы государства и главы правительства, но и являются лидерами правящих партий. Сами эти партии во многих африканских и азиатских странах являются или единственными, или господствующими в политической жизни этих стран, что позволяет президентам формировать из числа своих сторонников не только правительство и местные органы власти, но и парламенты. Сами-парламенты во многих афро-азиатских странах по существу не играют самостоятельной роли и фактически не обладают реальными законодательными полномочиями. Вследствие этого они не только не являются противовесом президентской власти, но и безропотно поддерживают все его решения, оформляя их в виде законов. Конституционно парламенты не защищены от произвола правящего президента и могут быть распущены по его указанию.
Правительство при афро-азиатской модели президентства также не обладает самостоятельностью в своих действиях, хотя во многих странах Азии и Африки наряду с постом президента существует и пост премьер-министра. Премьер назначается президентом из особо доверенных ему лиц и подотчетен только ему, а не парламенту. И премьер, и любой другой член правительства, как и каждый государственный чиновник, может быть в любой момент уволен президентом.
Судебная власть, так же как и законодательная, сильно зависит от президента, который лично назначает судей и контролирует их деятельность. Кроме того, для афро-азиатской модели президентства характерен суперцентрализм исполнительной власти, при котором президент ставит во главе местных администраций своих наместников, призванных проводить президентскую политику. Автономия же местных властей от всемогущего центра крайне незначительна.
Политическая система многих новообразовавшихся государств находится в процессе становления.
Президентская власть во многих странах Азии и Африки не терпит никакой, даже легальной, оппозиции. Для этих стран обычным делом является ситуация, когда президент объявляет чрезвычайное положение на территории всей страны или в отдельных ее регионах, распускает парламент и правит посредством не законов, а собственных указов. Вообще ставка на неприкрытую силу и подавление любых форм протеста является одним из главных инструментов многих президентов в Азии и Африке, которые опираются, прежде всего, на репрессивный аппарат в проведении своей политики1.
В результате афро-азиатская модель президентства в большинстве случаев становится режимом личной власти. Президенты-диктаторы, благодаря их заслугам в национально-освободительной борьбе за независимость своих стран или под воздействием массированной официальной пропаганды, приобретают статус "отцов нации" с полномочиями, которые можно сравнить с полномочиями неограниченного монарха. При этом президенты нередко стремятся превратить собственные семьи в правящие династии, назначая на многие ключевые правительственные посты своих родственников. К тому