Правовое положение юридических лиц в международном частном праве
Министерство просвещения молодежи и спорта
Республики Молдова
Славянский Университет
Юридический факультет
Кафедра частного права
Регистрация
№
Курсовая работа
Правовое положение
юридических лиц в МЧП.
Выполнил
Пысларь Виталий
Дневное отделение
Специальность: «Право»
Специализация: Экономическое право
_______________
Научный руководитель:
Преподаватель
Райская Т.А,
_______________
КИШИНЭУ
2006
Содержание.
Введение
Раздел 1 правового положения юридических лиц
1.1 «Национальность» и «личный статут»…………………………….5
1.2 Основные доктрины определения личного статута………………6
1.2.1 Теория инкорпорации………………………………………....7
1.2.2 Теория оседлости………………………………………………8
1.2.3 Теория центра эксплуатации……………...……………...….10
1.2.4 Теория контроля…………………………………………...…11
Раздел 2 ТНК как субъект международного права
2.1 Понятие ТНК……………….……………………………..…….14
2.2 Качественные признаки ТНК……………………….…………15
Раздел 3 Правовое положение иностранных юридических лиц в Республике Молдова
3.1 Правовой статус иностранного юридического лица………....18
3.2 Правовое регулирование иностранных инвестиций……........19
3.3 Регистрация предприятий с иностранным капиталом…….…21
Заключение
Список сносок
Библиография
Введение
Юридические лица, как в законодательстве Республики Молдова, так и в законодательствах зарубежных стран – это, прежде всего различного рода предпринимательские объединения, играющие решающую роль в экономике любого развитого или развивающегося государства.
Юридические лица создаются на территории определенного государства. Однако их деятельность не ограничивается территорией этого государства и может распространяться на территорию других стран. Они вправе заключать договора и с иностранными партнерами, то есть осуществлять внешнеэкономическую деятельность.
При осуществлении такой деятельности возникают два вопроса: во-первых, о признании правосубъектности иностранного юридического лица и, во-вторых, о допуске его к хозяйственной деятельности на территории данного государства и об условиях такой деятельности. Правосубъектность иностранных юридических лиц обычно признается на основании двусторонних договоров. Вопрос о допуске иностранного юридического лица к хозяйственной деятельности на территории государства решается законодательством этого государства. В большинстве стран такая деятельность иностранного юридического лица возможна, но при выполнении определенных правил, условий, установленных национальным законодательством.
Правовое положение иностранных юридических лиц определяется и торговыми договорами, в которых устанавливается общий режим для юридического лица. Этот режим может быть основан либо на принципе наибольшего благоприятствования либо на принципе национального режима.
Поэтому важно определить национальность юридического лица, его личный закон, который устанавливает объем правоспособности юридического лица, порядок его создания и ликвидации, а также рассмотреть правовое положение юридических лиц в других станах.
Перечисленные выше вопросы и рассматриваются в первом разделе данной работы, причем в первую очередь мы сочли нужным рассмотреть вопрос, касающийся национальности юридического лица, так как он является решающим для определения статута юридического лица.
Второй раздел данной работы посвящен транснациональным корпорациям. Постоянно расширяясь, и увеличивая влияния на ключевые отросли экономики той или иной страны ТНК тем самым вмешивается во внутренние дела государства, отрицательно воздействуя на систему национальных, социальных и культурных ценностей. Круг вопросов связанных с деятельностью ТНК достаточно обширен, поэтому мы решили остановиться лишь на некоторых его моментах, затронув понятие, сущность и выявление ряда отличительных критериев ТНК.
Третий раздел посвящен правовому статусу иностранных юридических лиц, а также правовому регулированию иностранных инвестиций в республике Молдова. Наиболее важным в этом вопросе является определение правового статуса юридического лица в национальной системе права. Только ответив на предыдущий вопрос, мы сможем определить каким образом происходит создание и реорганизация юридического лица, определить содержание его правоспособности и способность отвечать по своим обязательствам в республике Молдова. Эти и другие вопросы будут рассмотрены в третьем разделе настоящей работы.
Раздел 1 Основы правового положения юридических лиц
1.1 «Национальность» и «личный статут»
В современных условиях хозяйственная деятельность юридических лиц не ограничена пределами одного государства, причем число таких юридических лиц все время возрастает. Экспорт капитала приводит к тому, что предприятия, созданные в одном государстве, принадлежат полностью или частично компаниям другого государства. Основная деятельность крупных монополий осуществляется вообще в нескольких странах. Поэтому представляется наиболее важным определение национальности юридического лица, его личного закона, который устанавливает объем правоспособности юридического лица, порядка его создания и ликвидации; а также рассмотреть правовое положение юридических лиц в других станах.
«Привязанность» юридического лица к определенному государству и его правопорядку именуется в международном частном праве «национальностью» юридического лица. Принадлежность юридического лица к определенному государству и соответственно его правопорядку отличается от гражданства физических лиц. Гражданство физического лица — это институт государственного права и применяется исключительно к гражданам того или иного государства. Национальность юридического лица — понятие, которое применяется условно, поскольку оно не может иметь исходного содержания – т. е. особой правовой связи лица с государством, выражаемой в институте гражданства, - но используемое в определенной мере лишь в целях удобства, краткости, обиходного употребления, и в юридическом отношении не может рассматриваться как надлежащее для целей обращения к нему при характеристике юридических лиц. Тем не менее обращение к нему (понятию) в связи с юридическими лицами не вызывает возражений, если стоит задача отграничения отечественных правосубъектных образований от таковых иностранных [1, с.221]. И в первую очередь это необходимо, чтобы знать, какое государство может оказывать дипломатическую защиту таким лицам [3, с.74].
Как уже было отмечено характерной чертой в правовом регулировании отношений в рассматриваемой области, равно как и в некоторых других институтах МЧП выступает разделение всех лиц действующих на данной территории на отечественных - национальных и иностранных. Существенным фактором при данном разделении является то обстоятельство, что на иностранных юридических лиц воздействуют, по крайней мере, две регулирующие системы – система национального права государства, считающегося для данного юридического лица «своим», и государства, на территории которого оно действует или предполагает действовать (территориальный закон) [1, с.221].
Например, Правилами иностранных капиталовложений 1985 г. Новой Зеландии предусмотрено, что иностранное юридическое лицо, т. е. компания не зарегистрированная в Новой Зеландии, должно получить разрешение на инвестицию Комиссии по иностранным инвестициям в отношении определенных видов деятельности или действий (приобретение имущества новозеландской компании стоимостью свыше 10 млн новозел. долл., приобретение новозеландской компании стоимостью свыше 10 млн новозел. долл., инвестиций в создание нового бизнеса превышающего 10 млн. новозел. долл. и пр.), в отличие от отечественных юридических лиц, которым подобное разрешение не требуется. Другой пример. В ОАЭ на основании Закона о компаниях № 8 1984 г. (с изменениями и дополнениями, внесенными Законом № 13 от 1988 г.) 51 % акций компаний, создаваемых на территории ОАЭ, может владеть только физическое или юридическое лицо отечественного правопорядка [1, с.222].
Помимо установленных ограничений во внутреннем законодательстве соответствующим двусторонним международным договором может быть установлено, что юридическим лицам, принадлежащим к договаривающимся государствам, предоставляется на основе взаимности национальный режим (либо режим наибольшего благоприятствования) для целей осуществления деятельности на территории другого договаривающегося государства. В этом случае необходимо разграничить своих, т. е. национальных юридических лиц, иностранных, т. е. принадлежащих к договаривающемуся государству и «чужих» - принадлежащих к недоговаривающимся государствам [1, с.223].
Что же касается понятий, правомерно и юридически точно употребляемых применительно к иностранным юридическим лицам, то к ним, прежде всего, следует отнести категорию «личного статута» юридического лица. В Республике Молдова легально категория личного статута юридического лица закреплена в Книге Пятой, второго раздела, главы второй Гражданского Кодекса РМ (далее ГК РМ) [6, с.120]. В частности ст. 1596 ГК РМ впервые закрепила понятие «личный закон юридического лица», указав, что личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо.
1.2 Основные доктрины определения личного статута
Нормы национального права различных государств не совпадают по своему содержанию в определении того, какое лицо является «принадлежащим» данному государству, вследствие чего их законодательство, доктрина и практика (прежде всего судебная) по-разному решает задачу отыскания правопорядка, в рамках которого данное юридическое лицо будет квалифицироваться «своим», т. е. национальным. Однако, несмотря на это, в мире были выработаны несколько признаков, руководствуясь которыми законодатель или судья квалифицировали соответствующее образование в качестве правосубъектного лица собственного или иностранного правопорядка. К их числу относятся критерии учреждения, или регистрации, местопребывания головных органов юридического лица, а также центра эксплуатации. Кроме того, в некоторых ситуациях, особенно при рассмотрении конкретного дела судом, когда соответствующее юридическое лицо обладает несколькими признаками одновременно и ни один из них не квалифицируется решающим, может быть применен критерий «контроля».
Следует сказать, что поскольку данные критерии разрабатывались доктриной, принято различать и соответствующие теории, в основу которых положен тот или иной признак: теорию «инкорпорации», теорию «оседлости» - местонахождения административного центра, «центра эксплуатации».
1.2.1 Теория инкорпорации.
В современном международном частном праве основными критериями, которые закрепляются в законодательстве и (или) судебной практике различных государств, выступают категории инкорпорации, т. е. место учреждения юридического лица или иными словами, где юридическое лицо создано и где утвержден его устав [3, с.74]. Согласно английскому праву юридическое лицо считается домицилированным (согласно традиционному пониманию «домицилия» в Великобритании) в стране, где оно было учреждено – инкорпорировано. А для определения статуса в рамках другой правовой системы применяется понятие «квази-домицилия» [2, с.136]. Торговая компания, например, имеет квази-домицилий в стране, где осуществляется ее основная деятельность, или место нахождения ее центра, откуда контролируется ее деятельность, место нахождения ее «мозгового центра» — центра управления [2, с.137]. Однако в любом случае, согласно английскому праву, если юридическое лицо (корпорация) будет иметь местом нахождения и Великобританию, где оно было инкорпорировано, то даже при наличии органа управления в любом ином государстве, эта компания «всегда будет считаться компанией, инкорпорированной по закону Великобритании (или какой-либо ее части), и будет рассматриваться как компания, имеющая местом нахождения Великобританию»[2, с.137].
Принято считать, что данный признак для определения личного статута иностранного юридического лица свойственен странам, принадлежащим к англо-саксонской системе права: США (кроме штата Луизиана), Великобритания, государства входящие в Британское Содружество Наций, т. е. бывшие английские колонии – Индия, Нигерия, Пакистан, Цейлон, Непал, Кения, Кипр, Зимбабве, Уганда, Танзания, и т. д. доминионы – Австралия, Новая Зеландия, Южно-Африканская Республика, Канада (кроме провинции Квебек и др.), Сингапур, Филиппины, Западное Самоа, Багамские, Виргинские, Нормандские острова и т. д. Вместе с тем, ныне и государства так называемой континентальной системы права в своем законодательстве и судебной практике активно используют рассматриваемый признак. Достаточно сказать, что Молдова, Россия, Беларусь, Казахстан, Китай, Чехия, Словакия, Нидерланды и другие отсылку к закону места инкорпорации закрепляют как необходимый коллизионный принцип для отыскания личного статута. Только в последние десятилетия он получил распространение в качестве легально зафиксированного в нормативном материале соответствующих государств [1, с.224].
Законодательство стран использующих данную теорию неоднородно, поэтому имеются варианты этой теории. Так, скандинавские страны придерживаются того, что компания подчиняется закону той страны, в которой сделана первая запись о ее регистрации (была занесена в реестр). В большинстве случаев это будет совпадать с государством, согласно закону, которого компания была создана, поскольку обязательность первой записи в реестр связывается с получением статуса правосубъектного образования [1, с.225].
Имеются примеры законодательных актов, которые устанавливают целые «цепочки» норм, в силу которых на последовательной основе возможно определение личного закона юридического лица. В частности, в венгерском Законе о международном частном праве 1979 г. устанавливается иерархия коллизионных правил для целей отыскания правопорядка, являющегося личным статутом иностранного юридического лица. «Личным законом юридического лица является закон государства, на территории которого юридическое лицо было зарегистрировано. Если юридическое лицо было зарегистрировано согласно законодательству нескольких государств, или если согласно закону, действующему по местонахождению его административного центра, указанному в уставе, регистрации не требуется, то его личным законом является закон, применяемый по местонахождению, указанному в уставе. Если юридическое лицо согласно уставу не имеет местонахождения или имеет несколько местонахождений, и оно не было зарегистрировано по закону ни одного из государств, то его личным законом является закон государства, на территории которого находится место осуществления центральной администрации».
1.2.2 Теория оседлости (или нахождения административного центра).
В континентальных государствах Западной Европы применяются другие принципы определения «национальности» юридического лица. Господствующая тенденция сводится к тому, что в качестве критерия для установления «национальности» юридического лица применяют закон места его нахождения. Под местом нахождения юридического лица понимается то место, где находится его центр управления (совет директоров, правление, иные исполнительные или распорядительные органы). Такой принцип принят, в частности, во Франции, ФРГ, Австрии, Швейцарии, Польше, Литве, Латвии, Эстонии, Испании [3, с.74]. В доктрине существует мнение, что в этом случае не имеет значения, где осуществляется деловая активность такого юридического лица. Анализируемый признак, как правило, закрепляется в уставе, поэтому считается, что, руководствуясь им, легко установить принадлежность данного юридического лица к соответствующему правопорядку. Однако то же самое можно сказать и о критерии инкорпорации, так как внесение в реестр компаний, корпораций или юридических лиц в иной правовой форме сопровождается выдачей свидетельства (сертификата) о регистрации с указанием в нем того, что рассматриваемое образование создано в соответствии с законами данного государства [1, с.225].
Так, в Латвии и Литве правоспособность и дееспособность юридического лица определяется законом места нахождения его органа управления, а в соседней Эстонии предусмотрены более подробные правила. Согласно Закону об общих принципах Гражданского кодекса установлено, что при учреждении юридического лица в Эстонии применяется закон Эстонии (§ 133 Закона 1994 г.). Во-вторых, иностранные юридические лица признаются в Эстонии и обладают правоспособностью и дееспособностью наравне с эстонскими юридическими лицами, если иное не предусмотрено законом или договором (§135 Закона 1994 г.). В-третьих, к правоспособности и дееспособности иностранного юридического лица применяется закон страны, где расположен орган управления такого лица. Если основная деятельность иностранного юридического лица не ведется в стране, где расположен его орган управления, применяется закон страны, в которой ведется основная деятельность юридического лица (§ 134 Закона 1994 г. [3, с.75].
Критерий местонахождения общества, компании, товарищества или корпорации имеет значение и для стран, придерживающихся в своей законодательной и судебной практике теории инкорпорации. В частности, Закон № 218 «Реформа итальянской системы международного частного права» от 31 мая 1995 г. в принципе закрепляет критерий инкорпорации: «Общества, товарищества, ассоциации, фонды, а также любые другие правовые образования, как открытые, так и закрытые… регулируются правом страны, на территории которой был завершен процесс их учреждения» (п.1 ст.25). Однако далее следует положение, устраняющее для определенного рода случаев действие приведенного правила, что, безусловно, превращает Италию в страну, разделяющую наряду с прочими и теорию оседлости: «…в случае, когда их основная деятельность осуществляется на территории Италии, применению подлежит итальянское право» [1, с.226].
1.2.3 Теория центра эксплуатации (или места деятельности).
Еще одним критерием определения личного статута юридического лица выступает признак осуществления основной деятельности, который соответственно использован в «теории эксплуатации». Ее смысл достаточно прост; юридическое лицо в качестве личного закона имеет статут той страны, где оно проводит производственную (в широком смысле слова) деятельность. Этот критерий весьма свойственен практике развивающихся стран для целей объявления «своими» всех образований, которые ведут свои деловые операции на территории данного государства. Это имеет определенные корни как политического, юридического, так и экономического характера. Дело в том, что именно развивающиеся страны заинтересованы в привлечении иностранного капитала для развития национального хозяйства и, следовательно, облечении его в соответствующие отечественные организационно-правовые формы. С другой стороны, поскольку за счет повышенной нормы прибыли функционирование в пределах их юрисдикции является достаточно выгодным и для иностранных контрагентов, их приток оказывается весьма существенным. В том же, что касается обеспечения контроля со стороны национальных органов государства пребывания за подобными юридическими лицами, то «привязку» их к отечественному правопорядку развивающееся государство может осуществить наиболее простым образом - с помощью именно критерия «центра эксплуатации». В результате указанного специальные акты по корпоративному праву многих стран, традиционно именуемых «развивающимися», используют в своем законодательстве именно этот принцип [1, с.226]. Так, в Законе о компаниях 1956 г. Индии применительно к иностранным компаниям особо оговаривается, что компания, учрежденная в соответствии с законами иностранного государства, может зарегистрироваться в Индии как «иностранная компания, имеющая местом осуществления бизнеса Индию».
Обзор теорий и подходов, закрепленных в праве различных государств в области решения вопроса о личном статуте юридического лица, при том, что имеются самостоятельные критерии, определяющие соответствующий выбор, позволяет, однако, констатировать, что в современном мире ни один из них не применяется изолированно от других. Для иллюстрации указанного целесообразно провести сопоставление некоторых законоположений ряда стран. Так, согласно Гражданскому кодексу Египта 1948 г., правовой статус иностранных юридических лиц подчиняется закону государства, на территории которого находится местопребывание основного и действенного органа управления юридического лица. Однако если это лицо осуществляет свою основную деятельность в Египте, применимым является египетский закон [3, с.75]. Различные коллизионные привязки определения национальности юридического лица применяет с своем законодательстве и Италия (см. выше).
Обращение к любому из упомянутых выше коллизионных критериев с целью определения «национальности» юридического лица, его государственной принадлежности ставилось практикой под сомнение на том основании, что их применение не выявляет действительной принадлежности капиталов юридического лица и потому носит формальный характер. Эта точка зрения легла в основу теории контроля.
1.2.4 Теория контроля.
В ряде случаев в законодательстве и судебной практике упомянутые критерии установления национальности юридического лица отбрасываются со ссылкой на то, что эти критерии исходят из формальной точки зрения, а подлинную принадлежность капитала по таким формальным признакам определить нельзя. Когда нужно установить, кому в действительности принадлежит юридическое лицо, кто его контролирует, используется «теория контроля» [4, с.124].
Начало использования этой теории связывается в истории и науке международного частного права с периодами I и II мировых войн. Дело в том, что во время вооруженных конфликтов проблема иностранных юридических лиц принимает новые очертания, а именно приобретает характер так называемых «враждебных иностранцев». Воюющие государства закономерно заинтересованы в том, чтобы любые контакты с последними, прежде всего экономические, были сведены к нулю. Формальные же признаки определения фактической и эффективной связи данного юридического лица с тем или иным правопорядком оказываются недостаточными. Еще в циркуляре французского министерства юстиции от 24 февраля 1916 г. указывалось в связи с данным вопросом, что когда речь идет о вражеском характере юридического лица, нельзя довольствоваться исследованием «правовых форм, принимаемых компаниями: ни местонахождение административного центра, ни другие признаки, определяющие в гражданском праве национальность юридического лица, недостаточны, так как речь идет о том, чтобы... выявить действительный характер деятельности общества». Вражеским, говорилось в документе, надо признать юридическое лицо, если его управление или его капитал в целом или большей части находится в руках неприятельских граждан, ибо в этом случае за фикцией гражданского права скрываются действующие физические лица [1, с.229].
А прецедентом, иллюстрирующего направленность теории контроля стало дело Daimler Co v. Continental Tyre and Rubber Co, рассматриваемое английским судом в 1915 г. Суд, при разбирательстве данного дела стал выяснять, кто является действительными участниками данного юридического лица, к какому государству они принадлежат и кто стоит во главе управления им. В ходе этого выяснилось, что из 25 тысяч акций, составляющих акционерный капитал компании «Даймлер», только одна принадлежала британскому подданному, а остальные находились в собственности германских держателей. Несмотря на то, что компания была инкорпорирована в Англии, зарегистрирована согласно английским законам, суд признал на основании выясненных обстоятельств данное юридическое лицо «вражеским», т. е. принадлежащим Германии [1, с.230].
Другим примером обращения к приведенной выше доктрине выступают законы Швеции от 30 мая 1916 г. и от 18 июня 1925 г., использующих терминологию «контроля» в целях препятствования приобретению земли и рудников компаниями, которые хотя и были созданы в Швеции, но контролировались иностранцами [5, с.217]. Согласно же канадскому закону о налогообложении доходов (Tax Revenue Accrued Act) компания, действующая за рубежом, для целей налогообложения считается канадской, если 10% её акций контролируются канадскими резидентами [1, с.230].
В заключении раздела следует отметить, что категория личного статута чрезвычайно важна для юридического лица, поскольку, как было подчеркнуто, именно он отвечает на главный вопрос - является ли данное лицо юридическим, т. е. обладает ли волей, относительно независимой от воли лиц, объединяющихся в нем, иными словами, самостоятельным субъектом права. Таким образом, каждое иностранное юридическое лицо подчиняется иностранному (своему) правопорядку в вопросах возникновения, существования, деятельности и ликвидации, а также возможных способов и форм преобразования. Тем же правопорядком регулируется и объем правоспособности юридического лица, устанавливаются ее пределы. Личный закон юридического лица, кроме того, указывает формы и порядок выступления юридического лица во внутреннем и внешнем хозяйственном обороте. Содержание личного статута дает ответы на вопрос о том, вправе или не вправе рассматриваемое юридическое лицо в своей деятельности выходить за рамки отечественной юрисдикции и каковы условия, формы и специальные требования, предъявляемые к такому выходу. Следовательно, решение проблем личного статуса, личных прав в отношениях данного юридического лица с третьими лицами находится всецело в сфере действия личного статута.
При ликвидации юридического лица, действующего за границей и имеющего на территории иностранного государства имущество, в том числе и недвижимое, личный закон, а не закон места нахождения вещи, как это обычно бывает в международном частном праве, будет решать судьбу последнего. В отдельных случаях обязательственных отношений, т. е. тогда, когда личность стороны в определенного рода обязательствах приобретает особое значение (например, при выдаче гарантии или поручительства, имеющих акцессорный характер), содержание прав и обязанностей сторон в таком отношении будет также подчиняться личному закону юридического лица, являющегося подобной стороной, а не закону, избранному сторонами для регулирования взаимоотношений в рамках основного обязательства, или закона, применимого к существу отношения в силу коллизионной нормы [1, с.232].
Высказанное выражение подкрепляются конкретными нормами материального права соответствующих государств. Так, в части второй статьи 1596 ГК РМ даны исчерпывающие ответы о том, что входит в сферу действия lex societatis (личный закон). На основе личного закона юридического лица определяется, в частности:
Правовой статус организации в качестве юридического лица;
Организационно-правовая форма юридического лица;
Требования к наименованию юридического лица;
Вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства;
Содержание гражданской правоспособности юридического лица;
Порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей;
Отношения внутри юридического лица, включая отношения лица с его участниками;
Ответственность юридического лица;
Таким образом, в данном разделе мы рассмотрели основные критерии определения личного статута и сравнили внутреннее законодательство некоторых государств, выявив при этом существенные различия определения данного личного статута.
Раздел 2 ТНК как субъект международного права
2.1 Понятие ТНК
Процессы централизации и концентрации капитала выходят за рамки государственных границ, приобретают международный характер. Наиболее важным их отражением в последнее время явился стремительный рост могущества транснациональных корпораций, транснационального монополистического капитала.
Этот капитал «подминает и монополизирует целые отрасли производства или сферы, как в масштабе отдельных стран, так и мирового хозяйства в целом» [1, с.15]. «За последние четверть века, - отмечают эксперты ООН, - мир явился свидетелем драматического превращения многонациональной корпорации в главный феномен международных экономических отношений» [2, с.1]. Достаточно привести лишь несколько цифр, которые показывают роль этих сверхмонополий в экономике. К началу 80-х гг. на их долю в рамках мирового капиталистического хозяйства приходилось примерно 40% промышленного производства, около 60% внешней торговли, 80% всей разрабатываемой технологии, а также обмена ею между странами. Эти корпорации контролировали около 90% прямых иностранных инвестиций [3, с.57].
В литературе дается множество определений ТНК, но мы пожалуй остановимся на определении группы экспертов ООН, определяющих многонациональную корпорацию как «предпринимательскую единицу, владеющую или осуществляющую контроль над производством товаров или услуг за пределами страны, в которой она базируется» [4, с.25].
Но надо отметить, что международный характер деятельности корпорации не может всегда являться достаточным основанием для отнесения такой корпорации к числу ТНК. Некоторые компании осуществляют производство на территории одной страны, а экспортируют свою продукцию во множество других государств. Такой способ захвата внешних рынков был, кстати, характерен для международных монополий «первого поколения», существовавших в начале нашего столетия. Для современных транснациональных корпораций характерным является не столько вывоз товаров за границу, сколько вывоз капитала в форме прямых инвестиций, что ведет к созданию на иностранной территории подконтрольных материнскому обществу предприятий.
2.2 Качественные признаки ТНК
Первым и основным признаком транснациональной корпорации, по мнению большинства исследователей, является то, что производственная (точнее, предпринимательская) деятельность такой корпорации осуществляется на территории нескольких стран. Советский экономист П. Хвойник верно подчеркивает, что международный характер монополий следует понимать не как международность капиталов, т.е. не как объединение капиталов из различных стран, а в смысле осуществления предпринимательской деятельности на территории нескольких государств. Он пишет: «Отличительной чертой этих монополий является международность, но уже не по признаку происхождения капитала, а по району его деятельности. На авансцену здесь выходит вопрос не откуда, из каких стран поступает капитал, а куда он устремляется, где оперирует [5, с.100]. «Если рассматривать с точки зрения необходимости международно-правового регулирования все корпорации, имеющие международные связи, то из их числа следует исключить те, в которых эти связи ограничены продажей товаров в других странах и их послепродажным обслуживанием, а также банки, имеющие лишь корреспондентские связи с зарубежными партнерами» [6, с.80]. Т. е. как уже было сказано в предыдущем разделе, для ТНК характерным является вывоз не сколько товара, сколько капитала.
Вторым важнейшим признаком транснациональных корпораций является то, что они подчиняются вполне определенному государству и гораздо реже - двум или нескольким государствам [7, с.2].
В подавляющем большинстве ТНК господствует капитал какой-то одной страны. Зависимость ТНК от страны, субъекты которой владеют контрольным пакетом акций данной компании, всегда обнаруживается в критических ситуациях.
Широкий резонанс получило дело с дочерней компанией американской корпорации, расположенной в Канаде. Канадское дочернее общество заключило с кубинским внешнеторговым объединением договор на поставку грузовых автомобилей и запасных частей на Кубу. Госдепартамент, узнав об этой сделке, указал материнской корпорации, расположенной в США, на необходимость соблюдать американское законодательство, в том числе решение президента США, объявившего Кубу в 1962 г. вражеским государством, а согласно американскому Закону 1917 г. о торговле с врагом торговые операции с государством или лицами государства, объявленного вражеским, являются противозаконными. В результате американская компания дала указание своей дочерней фирме в Канаде аннулировать сделку. По вполне понятным причинам эта акция американского правительства и американской компании вызвала отрицательную реакцию в Канаде.
Еще более скандальный характер имело решение правительства США летом 1982 г. запретить поставку оборудования для строящегося газопровода «Уренгой-Ужгород». Запрет распространялся и на операции филиалов американских корпораций, расположенных на территории стран Западной Европы. Более того, запрет должен был действовать и в отношении поставки в Советский Союз газового оборудования, которое производится западноевропейскими компаниями по лицензиям, выданным фирмами США [8, с.144].
Однако не только государство воздействует на «свои» ТНК, но и ТНК очень часто используют «свое» государство для оказания давления на правительства тех стран, которые проводят ограничительную политику, например национализацию, по отношению к данной корпорации.
Третьим признаком ТНК является то, что отношения между материнской компанией или штаб-квартирой и зарубежными предприятиями построены на системе экономической зависимости, обычно системе участий. Финансовый контроль штаб-квартиры усиливается технологическим, патентно-лицензионным контролем. Для подчинения компании ТНК может использоваться и все чаще используется на практике заключение различного рода договоров (лицензионных, о промышленно-экономическом сотрудничестве и т.п.) [9, с.3]. Так, согласно определению Организации экономического сотрудничества и развития, «многонациональные предприятия - это компании, находящиеся в частном, государственном или смешанном владении, созданные в различных странах и соединенные таким образом, что одна или более из них могут осуществлять значительное влияние на деятельность других и, в частности, делиться технологией и ресурсами с другими» [10, с.3].
Четвертый признак транснациональных корпораций - это объединения монополистического капитала. Отсюда следует, что это не просто компании, имеющие прямые инвестиции за границей, а компании гигантские, с интересами, выходящими за пределы данной страны, превосходящие другие компании и по размеру капитала, и по уровню конкурентоспособности. Западные исследователи считают обычно компанию крупной, если она имеет объем ежегодных продаж не менее 100 млн. долл. или же включена в список 500 лидирующих компаний, составляемый каждый год журналом «Форчун». Иногда этот список сокращают до 200 самых значительных корпораций.
Практически любая крупная монополия стремится вложить свои капиталы в иностранное производство, т.е. пытается стать многонациональной или транснациональной. На 50 крупнейших американских корпораций в середине 70-х гг.