Актуальность решения проблем бедности (на примере г. Иркутска)
Утилитаристский принцип (его разработал во второй половине XIX века английский экономист и правовед Иеремия Бентам) считает справедливым такое распределение доходов, при котором максимизируется общественное благосостояние, представленное суммой индивидуальных полезностей всех членов общества. Во-первых, утилитаристский подход предполагает возможность межличностного сравнения индивидуальных функций полезностей различных членов общества. Во-вторых, функции индивидуальной полезности, согласно утилитаристскому подходу, могут быть:
а) одинаковыми у всех людей,
б) различными у различных членов общества. В последнем случае мы подразумеваем различную способность людей извлекать полезность из их дохода (денежного или натурального). Трудно не согласиться с тем, что для богатого предельная полезность его денежного дохода вовсе не такая, как у бедного человека. Поставьте себя на место миллионера, а затем на место скромного конторскою служащего: у кого будет выше предельная полезность дополнительной денежной единицы дохода? Очевидно, у последнего из названных субъектов. Тогда предполагается, что уменьшение полезности например, у "В", должно компенсироваться в ходе распределения не точно таким же, а большим приращением полезности у "А". Такой вывод не должен показаться странным, если, напомним, речь идет о максимизации суммы индивидуальных полезностей. Индивидуальные полезности дохода, следовательно, у этих двух членов общества совершенно одинаковы. Таким образом, согласно утилитаристскому подходу, общество может считать справедливым как равное, так и неравное распределение доходов, в зависимости от представлений о характере индивидуальных функций полезностей разных членов общества. Нетрудно заметить, что в случае а) утилитаристская концепция совпадает с эгалитаристской: поскольку все люди обладают совершенно одинаковой способностью извлекать предельную полезность из своего дохода, то справедливым будет его уравнительное распределение.
Рыночный принцип. Считается справедливым распределение доходов, основанное на свободной игре рыночных цен, конкурентном механизме спроса и предложения на факторы производства. Распределение ресурсов и доходов в рыночных условиях производится безличностным процессом. Этот способ никем не придумывался и не создавался. В этом смысле этот принцип точно описывает Ф. Хайек: "Эволюция не может быть справедливой". "При подавлении дифференциации, возникающей в результате везения одних и невезения других, процесс открытия новых возможностей был бы почт полностью обескровлен". [21, С.130]
Итак, последний из рассмотренных принципов справедливости вновь заставляет нас задуматься о том, следует ли государству вмешиваться в процесс перераспределения доходов, если блага в свободном рыночном хозяйстве достаются только тем, кто обладает "денежными голосами"? Правительства промышленно развитых стран не стали дожидаться окончания теоретических споров относительно справедливого распределения доходов, тем более, что в дискуссии по вопросам нормативного характера некому вынести суждение, обладающее статусом абсолютной истины. Практика показала, что существование обширных зон нищеты чревато многими отрицательными последствиями для стабильного и устойчивого роста экономики, правопорядка, морального здоровья и т. п. В сущности, это очевидно в рамках здравого смысла и политического прагматизма лидеров, не желающих социальных потрясений в обществе.
Еще одна проблема, связанная с дилеммой эффективности и справедливости, заключается в парадоксальном явлении, подмеченном многими экономистами: количество людей, относимых к категории бедных, может возрасти в результате усилий по борьбе с бедностью. Дело в том, что перераспределение доходов вообще и трансферты, в частности, меняют экономическое поведение людей. Государство в силах изменить правила игры, вводя новую систему налогообложения. Но кто может с уверенностью сказать, национальный доход потечет от богатых к наиболее бедным.
Например, если государство повышает предельную ставку налога, люди начинают вести себя так, чтобы законно или незаконно уклониться от уплаты налогов. И в результате государство может и вовсе не собрать нужных сумм для социальных программ. Сплошь и рядом мы видим, что целью трансферта является сам трансферт! Это происходит потому, что люди часто стараются так изменить свое поведение, чтобы получить именно социальный трансферт, а не так, чтобы повышать свои стимулы к труду при помощи государственной поддержки.
Особые трудности возникают и при определении того, кто именно имеет право на государственную помощь. Так, американские экономисты подчеркивают и то негативное явление, которое связано в США с программой помощи неполным семьям с детьми, нередко это способствует распаду семей (так как программа, в сущности, поощряет уход из семьи безработных отцов). Указанная программа предоставляет помощь и внебрачным детям. Конечно, это гуманно, но многие исследователи считают, что такая система ведет к упадку нравственности и подрыву института семьи.
Таким образом, как слишком глубокое неравенство подрывает стабильность общества, так и нивелировка доходов подрывает эффективность, а также стимулы к труду и предпринимательству. За большее равенство нередко приходится платить снижением эффективности. Самое сложное в осуществлении социальной политики государства заключается в нахождении приемлемой "социальной цены", или платы за более равномерное распределение доходов.
В России для определения бедности отдается предпочтение расчету прожиточного минимума. Нормативно- статистический метод его расчета, используемый в настоящее время, предполагает оценку составляющих нормативного набора продуктов питания по средним ценам покупки, а затраты на непродовольственные товары, услуги и т.д. определяется по их фактической доле в общих расходах 10% наименее обеспеченных семей. Считается, что объем и структура расходов прожиточного минимума дают возможность удовлетворить необходимые потребности различных категорий населения при минимальных затрат.
Теоретически прожиточный минимум является чертой, ниже которой государство не должно допускать снижение жизненного уровня своих граждан, обеспечивая им материальную поддержку. Поэтому самое сложное - примирить в его величине и наборе компонентов требованья научной обоснованности, ресурсной обеспеченности и социальной допустимости. В сегодняшней социально - экономической ситуации указанные принципы находятся в весьма заметном противоречии друг с другом.
Что касается финансовых возможностей государства, то оно не может гарантировать всем даже этот усеченный физиологический минимум, быстро растущий в связи с инфляцией. Финансовые ограничения являются самым серьезным препятствием к формированию эффективной системы социальной защиты населения.
Удовлетворение таких социокультурных потребностей, как образование, поддержание здоровья, обеспечение отдыха и проведение досуга, стало в условиях разрушения института общественных фондов потребления проблематичным для большей части населения, не говоря уже о малообеспеченных. Казалось бы, переход ко всеобщей платности должен был заставить включить затраты на такого рода потребности в набор услуг прожиточного минимума, но экономически возможности государства не позволяют этого. Сиюминуточный результат - обострение криминальной обстановки, долговременные последствия - снижение образовательного уровня населения, ухудшение его здоровья и разрушение системы культурных ценностей. Поэтому приходится констатировать, что использование в качестве точки отсчета физиологического прожиточного минимума свидетельствует не о приверженности теоретической концепции абсолютной бедности, а о тревожных экономических реалиях.
Что касается непосредственно денежных доходов, то для исследования явления малообеспеченности важен не только их конечный уровень, но и процесс формирования: из каких составляющих они складываются и в каких пропорциях. Соотношение заработной платы, доходов от индивидуальности трудовой или предпринимательской деятельности, пенсий, стипендий, пособий, льгот, налогов и прочих обязательных платежей имеет важное значение для понимания реальной ситуации в низкодоходных группах населения.
Показатели душевого денежного или совокупного дохода образуются в результате внутрисемейного перераспределения и, естественно, зависят от типа и размера семьи, соотношения в ней работающих и иждивенцев. Однако с развитием рыночных отношений, в частности фермерского хозяйства и малого предпринимательства, возможно придется по опыту зарубежных стран переходить к учету в качестве доходной ячейки домохозяйства, независимо от того, является ли оно семейным, или его члены объединены только совместным проживанием.
Естественно, что в условиях ограниченных ресурсов социальная политика направлена в первую очередь на поддержание уровня жизни нетрудоспособных. Однако нельзя упускать из виду необходимость создания для трудоспособных благоприятных условий для самообеспечения.
Слабость распределительной политики заключена и в самой системе назначения социальных выплат, из-за чего нарушается принцип адресности и происходит распыление ресурсов. В этом повинно в первую очередь несовершенное законодательство. Чтобы оценить масштабы необоснованных расходов, достаточно отметить выплату пенсий в полном размере работающим пенсионерам, индексацию общего размера пенсии, а не прожиточного минимума в ее составе, выплату надбавок к пенсиям, компенсации на удорожание товаров для детей, без учета материального положения семей.
Система социальной защиты не определяется только поддержкой малообеспеченных слоев населения или тех, кто не включен в общественное производство (учащиеся, пенсионеры, инвалиды). Она включает в себя защиту и лиц, участвующих в общественном производстве и прежде всего людей, работающих по найму. Осуществляется и через регламентирование в законодательной форме труда (продолжительность рабочей недели, продолжительность и порядок предоставления отпусков, охраны труда и др.) и его оплаты (установление минимальных ставок заработной платы и др.), а также определение прав работников при приеме на работу и увольнение.
1.2 Определение, методы измерения и оценки уровня бедности
Социальная политика, прежде всего, имеет в виду проблему бедности, определяя пути ее ограничения и предупреждения, институты и формы помощи нуждающимся, поскольку бедность рассматривается государством как кризисное состояние в области уровня и образа жизни, преодолеть которое индивид не может полностью собственными силами.
Развитие научного подхода к изучению бедности начинается с момента смены традиционного общества индустриальным, когда она становится проблемой, связываемой с процессами индустриализации и социального реформирования. С этого момента происходит смена установок по отношению к бедным и бедности вообще в массовом сознании и социальной мысли, выделение проблемы в особую сферу познания и поиск научных методов ее видения и разрешения. Законченную формулировку нового видения бедности индустриальной эпохи представила социальная мысль XIX века, заложившая фундамент современной теории бедности и считавшая бедность либо нормой, либо отклонением от норм.
Признание функциональной связи капитализма и бедности привело к рассмотрению явления либо через экономические факторы, сквозь призму экономических отношений и универсальных критериев нужды, выраженных в количественных показателях (сумма дохода, стоимость средств существования и т.д.); либо через физиологические факторы, представленные в виде количества средств существования, необходимых для поддержания физической дееспособности; либо через социальные факторы. Исследователи, обозначив проблему бедности, искали универсальные, абсолютные и количественные характеристики ее проявлений. Общим принципом было рассмотрение бедности через определение ее причины. А в зависимости от точек зрения по этому вопросу предлагалось либо реформировать общество и его социальную структуру, либо изменить человека, самих бедных и их семьи. Качественное изменение восприятия и объяснения бедности происходит с середины XX века, когда оказались тщетными все попытки преодолеть ее экономическими и политическими методами. Было признано, что бедность — это системное, многомерное явление и постоянно меняющаяся величина. [5, С.15]
Критериями ее определения стали признавать возможность и способность следовать преобладающим стандартам потребления и образу жизни большинства населения, а также удовлетворенность своим социальным положением. Очевидно, это более сложная характеристика бедности, чем материальные ресурсы или экономические отношения, или социальные факторы. В 90-ые годы XX века восприятие бедности все более соотносится со стилем (образом) жизни. Образ жизни бедного человека представляется как наличие проблемной связи с первичной группой (семьей), профессиональной группой, социальными службами и местом обитания, вследствие чего наступает невозможность или (и) неспособность включиться в динамику изменений, происходящих в обществе. Ряд авторов в последние годы относит бедность в обществе к этическим категориям. В рамках традиционной культурной семантики, быть бедным — значит быть менее способным, неудачником. Бедный — неудачник с точки зрения естественного отбора. А значит, современное государство не должно включать бедность в свою культуру, оставляя ее в собственном замкнутом пространстве. Бедный для автора этой концепции — носитель культуры, которая не может быть включена в другую культуру.
Следует признать, что современная бедность имеет, в самом деле, широкое многообразие форм, специфических для разных социальных групп, проживающих в зонах бедности и в этом смысле, очевидно, возможно формирование и функционирование субкультуры бедных. Но это означает, что для изучения современной бедности нужны теории и измерительные инструменты, адекватные ее сложной структуре. Россия, с точки зрения проблем бедности, в научном плане представляет особый интерес. Специфика, степень распространенности и длительность бедности населения советского государства придают этой проблеме особый оттенок. Очевидно, что применительно к территории бывшего СССР бедность нельзя рассматривать вне контекста особенностей сложившейся социально-политической системы. Для бывших социалистических стран проблема бедности сегодня, как представляется, в значительной степени не экономическая, а общественно-политическая и социально-психологическая. Несомненно, также, что бедность — это состояние общества, которое, наряду с экономическими, социальными, психологическими характеристиками, имеет исторические корни.
Российскими социологами определение понятия бедности наиболее продуктивно рассматривается во взаимосвязи с понятием богатства, где бедность и богатство трактуются в рамках теории социального развития и благосостояния общества. При этом, благосостояние общества есть совокупность материальных, духовных и социальных благ, находящихся во владении, распоряжении и пользовании отдельных субъектов, социальных групп, общества в целом, предназначенных для удовлетворения потребностей личности. В любом обществе складывается обусловленное представление об уровне и качестве благосостояния, достаточных для нормальной жизнедеятельности человека, для обеспечения условий его физиологического, нравственного и социального воспроизводства. Это представление выступает как социальная норма, а обеспеченность благами ниже нормы, принятой данным обществом, рассматривается как малообеспеченность.
Таким образом, состояние бедности — это несоответствие уровня потребностей и возможностей их удовлетворения. При этом, это несоответствие может наступать в силу разных причин: из-за нарушения социальных связей или из-за неразвитости потребления. Но тогда единственно возможным механизмом установления соответствия между возможностями и потребностями в данной модели будет наличие "третьей" силы. В роли последней может выступать государство, партия, церковь или все вместе, либо в разных комбинациях. Однако, к примеру, государство может представлять группы, которые не заинтересованы в преодолении такого несоответствия, но таким образом преодоление бедности в таком обществе становится невозможным. Следует признать, что главным ресурсом и фактором социального развития любого общества является личность. В том случае, когда интересы личности деформируются (например, подавляются государством, партией или социальной группой), когда она не имеет возможности формировать собственное благосостояние, потому что не имеет доступа ко всей совокупности материальных, социальных и духовных благ, которыми располагает в данный момент данное общество, для нее наступает состояние социального дискомфорта. При этом, последнее трансформируется вначале в чувство социальной несправедливости, а затем состояние социальной напряженности.
Таким образом, бедность — это состояние, которое характеризуется отсутствием доступа личности к совокупности материальных, социальных и духовных благ, имеющихся в данном обществе в данное время, и на основе которого формируются чувства социальной несправедливости, социальной напряженности. И в этом смысле, бедность — это социально-психологическое состояние.
При этом, представляются очевидными внешние формы такого социального явления как бедность. Основными проявлениями бедности как социально-психологического состояния будут являться социальное самочувствие, и социальная напряженность личности во всех ее модусах: семья, социальная группа и т.д.
Основных методов измерения бедности в мировой практике несколько: [5, С.25]
нормативный (по нормам питания и иным стандартам минимального потребительского набора) иначе — минимальной потребительской корзины;
статистический, когда в качестве бедных рассматриваются либо 10-15% в общем ряду распределения населения по размерам получаемых душевых доходов, либо часть этого ряда;
стратификационный, когда к бедным относятся люди, априорно ограниченные в возможностях самообеспечения (старики, инвалиды, неполные и многодетные семьи, дети без родителей, безработные, мигранты и т.п.);
эвристический, определяющий, исходя из оценок общественного мнения или с позиций самого респондента, достаточный или недостаточный уровень жизни;
экономический, который определяет категорию бедных возможностями государства в подержании их материальной обеспеченности.
В конце 90-х годов в России был опробован новый методологический подход к верификации проблемы бедности, основанный на оценке деприваций — лишений и исключений в потреблении разных социально-демографических групп населения.
Появились попытки использовать комбинированные методы измерения бедности. Наибольшее распространение в этом плане получил "нормативно-эвристический метод", представляющий сопоставление доходной структуры населения, полученной на основе размера прожиточного минимума и степени удовлетворенности своим "доходным положением" той или иной группой населения.
Отдельно в ряду подходов измерения бедности стоит подход, который можно назвать "непосредственное определение бедности". В этом случае рассматривается какая-то группа или категория людей, жизненная ситуация которых характеризуется рядом признаков, позволяющих на интуитивном уровне признать их бедными. Аналогичным образом определяются бедные и при "административном определении бедности", когда выделяются специальные группы населения — люди пожилого возраста, нетрудоспособные, безработные, одинокие матери, многодетные семьи — как нуждающиеся в социальной помощи.
Определение бедности как социально-психологического состояния, формируемого отсутствием доступа к совокупности материальных, социальных и духовных благ, позволяет для измерения этого состояния использовать комбинированный подход. Очевидно, уровнем благосостояния, уровнем "доступа к благам" выступает размер среднедушевого дохода в тот или иной момент времени: Границей, определяющей доступность или недоступность к совокупности благ, может являться прожиточный минимум. Но эти два, взаимосвязанных друг с другом и однотипных показателя должны быть соотнесены с субъективными оценками своего благосостояния, со степенью удовлетворенности своим положением различных социально-демографических групп, отдельных членов общества сложившимися в условиях доступа или его отсутствия к совокупности располагаемых обществом благ.
Развитие бедности в российском обществе на разных этапах определяли разные факторы. В советское время к бедным относился довольно узкий круг лиц, в основном по демографическим признакам: возрасту, здоровью, утрате кормильца, повышенной иждивенческой нагрузке на работающего. В пореформенный период семейно- демографические факторы, идентифицирующие зону бедности, сменились социально-экономическими факторами: низкий уровень образования, низкий уровень оплаты труда, отсутствие занятости, высокий коэффициент иждивенчества, принадлежность к аграрным группам населения, либо к работникам военно-промышленного комплекса и др.
Некорректная социальная политика, проводимая российским государством в области социальной защиты населения, в ряде случаев усугубила действие некоторых факторов, определяющих бедность и привела к формированию "ловушек" бедности.
В мировой практике преодоления бедности под "ловушкой" бедности понимается такое положение, при котором находиться в состоянии бедности становится более выгодным, чем предпринимать усилия по её преодолению. Сегодня в России более "выгодно" быть безработным, чем работником ряда отраслей; более "выгодно" иметь пять детей, а не три; более "выгодно" быть бедным в сельской местности, а не в городской и т.д. Не способствует сегодня уходу от бедности в России система среднего и среднего специального образования.
Влияние различных по характеру, интенсивности и степени воздействия на положение тех или иных групп, факторов ведет к формированию в обществе различных типов бедности. Определяя структуру бедности, выделяют, традиционную (материальную) и новую (символическую) бедность; либо абсолютную и относительную бедность, в рамках которых различают социальную и производственно-трудовую бедность. Однако, для преодоления бедности в России особенное значение имеет определение природы бедности. В этой связи будет продуктивным подход к определению структуры бедности, когда одним из оснований классификации выступает характер использования индивидом ресурсов для своего жизнеобеспечения. Согласно этому основанию в структуре бедности можно выделить три формы: [5, С.30]
"паразитическая" бедность;
"пассивная" бедность;
"активная" бедность.
"Паразитическая" бедность — это состояние, при котором индивид, семья, группа имеют крайне низкие доходы и крайне ограниченные ресурсы и , при этом, их основная часть предоставляется им обществом. В российском обществе сегодня достаточно распространенными фактами являются бродяжничество, попрошайничество, "профессиональное нищенство" и т.п., что подтверждает необходимость выделения этой формы бедности, поскольку это позволяет говорить об особой субкультуре целой группы населения, а значит и формах преодоления ее.
Следующая форма бедности, которую называют "пассивной" бедностью, имеет другой характер потребления ресурсов. В этом случае количество ресурсов, которое потребляется для жизнеобеспечения также крайне незначительное, но в данной форме речь идет об использовании собственных ресурсов. А ограничение ресурсов связано с некоторыми — объективно заданными условиями существования индивида или семьи: врожденная или приобретенная инвалидность, проживание на территории, относящейся к экономически депрессивным районам, либо территории, перенесшей природные, техногенные и социальные катаклизмы (например, события в Чечне и т.п.).
Третья форма бедности, которая получила название "активная" бедность, также базируется на потреблении, в основном, собственных ресурсов. Но для этой группы населения характерна совокупность действий, позволяющих расширить количество этих ресурсов, а, значит; существует возможность преодолеть состояние бедности.
Еще один подход к определению структуры бедности позволяет определять причины возникновения в обществе этого явления. В этом смысле представляется возможным деление бедности на "институциональную" бедность и "фоновую" бедность. Причины институциональной бедности связаны с невозможностью выполнения индивидом функций занятости и создания необходимых ресурсов. Это может иметь как объективные, так и субъективные основания: болезнь, инвалидность, старость, нежелание работать, склонность к алкоголизму и т.д.
Фоновая бедность связана с проблемами развития "внешнего мира". В основе такой бедности лежат процессы экономической и политической трансформации обществ: смена форм собственности, изменение приоритетов экономического развития, политические и социальные конфликты, природные и техногенные катаклизмы и т д. Большинство специалистов и управленцев сходятся сегодня в том, что основной "поток" бедности в России обусловлен причинами социально-экономического развития общества. В этом смысле мы имеем, прежде всего, дело с фоновой бедностью. Но длительное воздействие причин внешнего порядка, отсутствие государственного регулирования в сфере занятости, приводит к усилению институциональной бедности. В социальной структуре бедных выделяют как традиционные, так и нетрадиционные группы Наиболее продуктивными будут подходы, представляющие структуру бедных в России, включающую три основных элемента: традиционные группы бедных, "трансформационные" группы бедных (имея в виду связь возникновения этих групп с процессами реформирования общества) и "социальное дно" (схема 1). [5, С.15]
В целом, для преодоления бедности как "российского" социального явления необходимо, прежде всего, воздействовать на причины, порожденные экономическим и социально-политическим развитием. Нужно устранить условия и механизмы "расширенного воспроизводства" бедности.
Характеристика бедности как социальной проблемы предполагает анализ соотношения между бедностью и богатством, между социальным равенством и неравенством, которые трансформируются в пропорции между высокообеспеченными, среднеобеспеченными и малообеспеченными слоями населения. Нарушение объективно обусловленной пропорции между данными социальными группами ведет к обострению противоречий в их интересах, а, следовательно, к социальным конфликтам, дисгармонии социального развития общества. Все это способствует тому, что скрытое противоречие в феномене бедности превращается в явное в форме противодействия тех, кто недоволен своим положением, и тех, кто, по мнению первых, ответственен за возникновение такой ситуации. Как правило, это недовольство проявляется в виде требований (выступления в СМИ, митинги, протесты, забастовки и т.д.), адресуемых социальным институтам, конкретным организациям или социальным группам.
Таблица 1.1 Структура бедных в России
-
Группа 1 Группа 2 Группа 3 "Традиционные бедные"
"Трансформационные бедные"
"Социальное дно"
Многодетные семьи Работники бюджетных сфер Бездомные Неполные Пенсионеры Бывшие заключенные Одинокие пенсионеры Дети "Бомжи"
Низкооплачиваемые работники Безработные Нищие Инвалиды Работники ВПК Алкоголики Работники низкой квалификации Узкоквалифицированные работники
Наркоманы Мигранты Кадровые рабочие Беспризорные дети Сельские жители Проститутки Вынужденные переселенцы Беженцы
Представляется, что угрозой для функционирования и развития российского общества сегодня стали такие последствия бедности (в том виде, в котором она присуща этому организму), как дисгармония социального самочувствия большинства социальных групп, социальная напряженность, значительной части членов социального сообщества. Для бедных групп населения более характерно либо депрессивно- апатичное, либо депрессивно-агрессивное состояние, они отличаются крайне высоким уровнем пессимизма в оценках своего будущего. Состояние бедности формирует высокий уровень тревожности, в значительной степени определяет уровень агрессии и уровень самоорганизации человека.
Именно состояние бедности формирует ситуацию в которой индивиды и группы лишены возможности пользоваться социальными правами, соблюдение которых гарантировано международными, национальными и местными нормативно-правовыми актами.
Доступ к основным политическим правам сегодня в равной степени обеспечен для всех групп населения. Более того, в конце 90-х годов бедными группами населения активно используются возможности этих прав для реализации своих радикальных настроений.
Иным образом выглядит картина использования бедными группами социальных прав: право на образование, право на создание семьи, право на медицинское обслуживание и т.д. В отличие от политических прав, возможности пользоваться социальными правами, соблюдение которых гарантировано и международными, и российскими законами, для ряда групп и индивидов крайне ограничены и эти ограничения связаны с их материальным положением.
Невозможность пользоваться основными социальными правами приводит эту часть общества к отказу от соблюдения принятых в данном сообществе норм и правил социального поведения. Следует признать социальной девиацией ориентацию бедных групп населения в случае ухудшения материального положения на радикальные действия и борьбу с властью, тогда как другие группы в этой ситуации предпочитают искать возможности дополнительного заработка. Именно для групп бедных характерно состояние фрустрации, то есть утраты у значительной части членов общества представлений о "правилах игры", связанной с улучшением своего положения. Заметное, но не решающее влияние оказывает бедность на формирование таких "крайних" социальных девиаций в обществе как наркомания и бродяжничество. Более того, то массовое состояние фрустрации, что присутствует у групп бедных, скорее всего будет усиливать скорость распространения именно таких девиаций.
Ситуация социальной эксклюзии ведет бедные группы населения к формированию социальных девиаций. Отклонение от принятых норм поведения исключает их участие в социальном развитии общества. Это главное противоречие бедности. Разрешение этого противоречия или смягчения его действия в условиях массового состояния бедности, должно стать основной целью российского государства.
Методы измерения и оценки уровня бедности. [7, С.45]
В настоящее время в России идентификация бедности официально осуществляется только по одному показателю — среднедушевому доходу семьи. В качестве индикатора бедности выступает величина прожиточного минимума, методические рекомендации по расчетам которого были окончательно утверждены Правительством РФ в ноябре 1992 года. Используемая методика в значительной степени обусловлена, с одной стороны, ограниченными возможностями информационной базы (социальной статистики), с другой — спецификой социально-экономической ситуации в стране.
Прожиточный минимум исчисляется на основе минимального потребительского бюджета и представляет собой уровень денежного дохода, обеспечивающего приобретение определенного набора материальных благ и услуг, минимально допустимого для поддержания активного физического состояния человека. Его расчеты проводят как в целом для всего населения, так и дифференцированно для различных групп, а именно: для детей до 6 лет, подростков 7 — 15 лет, трудоспособных граждан и пенсионеров.
Расчеты прожиточного минимума базируются на минимально необходимом наборе продуктов питания. В основе продуктовых наборов для всех возрастных групп заложены нормы физиологических потребностей в пищевых веществах и энергии. Наборы продуктов в натуральном выражении включают 11 агрегированных групп продовольственных товаров. Для стоимостной оценки наборов используются средние цены покупки соответствующих товаров, определяемые по данным статистики семейных бюджетов.
Так как минимальный потребительский бюджет помимо расходов на питание включает расходы на непродовольственные товары, услуги и налоги, окончательная величина прожиточного минимума исчисляется путем досчета. На стоимость продуктового набора накладывается фактически сложившаяся структура расходов у 10% наименее обеспеченных семей, которая предварительно несколько корректируется. Корректировка структуры потребительских расходов состоит в исключении расходов, выходящих за рамки минимально допустимых (алкоголь, сбережения и т.д.). Поскольку объем и структура потребления материальных благ и услуг, зафиксированных в наборе, предельно ограничены, исчисляемый в настоящее время прожиточный минимум близок к физиологическому.
Помимо общереспубликанского показателя по той же методике исчисляются региональные уровни прожиточного минимума. Предполагается, что при этом органы исполнительной власти на местах исходят из особенностей потребления и ресурсных возможностей своих территорий.
Несмотря на то, что официальная методика утверждена достаточно недавно, некоторые ее положения уже устарели и приводят к систематическим ошибкам в расчетах.
В кризисной экономической ситуации структура потребления, особенно наиболее уязвимых слоев населения, очень подвижна и неустойчива. Поэтому построение расчета прожиточного минимума на устаревшей структуре потребительских расходов без какой-либо корректировки означает получение заведомо искаженного конечного результата. В фактических расходах населения в последнее время из-за отмены дотаций существенно выросла доля затрат на оплату жилья и коммунальных услуг. Принципиальные изменения в социальной политике государства привели к появлению новых, но неизбежных и достаточно весомых видов расходов: на медицинское обслуживание, образование. Упразднен ряд льгот. Все это оказывается неучтенным при расчете прожиточного минимума по официальной методике. Серьезным просчетом является и то, что в методических рекомендациях не оговорены необходимость и регулярность обновления базовой статистической информации. В настоящее время базовая величина прожиточного минимума ежемесячно корректируется в соответствии с ростом потребительских цен.
Ограниченность официальной методики привела к тому, что территории Российской Федерации, а в ряде случаев и общественные организации, дополнительно рассчитывают локальные величины прожиточного минимума без увязки с официальной методологией. Однако, даже уточненные цифры при отсутствии других критериев определения бедности и в условиях неразвитости социальных служб не позволяют достаточно полно выделить группы населения, находящиеся за порогом нищеты, и организовать эффективную работу по преодолению или хотя бы смягчению бедности.
Очевидно, существует необходимость решения ряда методологических проблем идентификации бедности в условиях слабой статистической базы, неконтролируемости ряда процессов в социальной сфере при стремительном ухудшении показателей уровня жизни населения.
Для ситуаций, подобных российской, видимо, целесообразно использование специальной системы индикаторов бедности, включающей не только экономические, но и социальные, демографические, психологические характеристики, которые в дальнейшем может быть можно свести в интегральный показатель бедности. Более того, не исключено, что в России такая экономическая характеристика бедности, как доход, вообще не является доминирующей, поскольку на протяжении последних десятилетий уровень благосостояния человека измерялся отнюдь не официальным заработком, а доступностью материальных благ и различного рода льгот, не учитывающихся в доходах. Это существенно искажает картину бедности. Бедными зачастую считаются не те, кто на самом деле беден, и в то же время значительные группы действительно нуждающегося населения оказываются вне системы государственного вспомоществования.
Социальные группы населения, традиционно считающиеся у нас бедными — пенсионеры, студенты, неполные семьи — в действительности не так однородны и не составляют основной части нуждающихся. В последнее время перечень групп риска пополнился безработными и вынужденными мигрантами. Вообще, как показывают российские исследования, не существует четко очерченных социально-демографических групп бедных. Границы бедности размыты, и правильнее было бы говорить о факторах риска, толкающих часть населения за её порог. Основным из таких факторов сегодня, безусловно, является наследственный, т.е. рождение в бедной семье. Особой проблемой в нестабильной социально-экономической ситуации становится маргинальная группа, представляющая потенциальную угрозу резкого увеличения масштабов бедности. Следует обратить внимание на то, что в стране, гордившейся в прошлом равенством доходов, эта группа населения очень велика. И изменения ее экономического положения в ходе реформ становятся фактором не только социальной политики, но и социальной стабильности.
Очевидно, применяющиеся сегодня в России критерии бедности дают лишь условную характеристику распространенности и структуры бедного населения. Эти данные не позволяют проанализировать корни бедности и не могут служить действенным инструментом социальной политики государства. Однако, на сегодняшний день они остаются основными характеристиками, описывающими существенные процессы в социальной жизни российского общества.
Осуществление экономических реформ в 90-ые годы, привело к массовой бедности целых слоев и групп населения и четко отделило в России новое время от предыдущего. В то