Формирование социокультурных ориентаций и нравственных ценностей государственных служащих
Но картина стратегических ориентаций и приоритетов госслужащих была бы неполной, если бы мы не учитывали еще одну категорию, которую условно называем "политическими мутантами". Им присущ особый тип стратегий - квазистратегия (Термин "квази" происходит от лат. слова Quasi - как будто, будто бы. Означает буквально "ненастоящий", "мнимый", "неподлинный".).
Квазистратегия представляет собой полный антипод нормальной жизненной стратегии госслужащего, стержнем которой выступает развитый духовно-нравственный потенциал личности, предполагающий наличие четко сформулированного социального идеала и выраженной гражданской позиции. Это, как правило, извращенная и деформированная стратегия человека с болезненным воображением и самым циничным, манипулятивным и пренебрежительным отношением к окружающим. Ему не важно то, во что верят или в чем убеждены другие. Главное - это то, чтобы они выполняли его личные пожелания и следовали его корыстным планам.
Далеко не все приведенные выше предположения имеют эмпирическое подтверждение. Попытаемся дать им предварительное обоснование, опираясь на результаты отдельных социологических исследований.
Первое, что нам предстоит показать и обосновать, - это то, что статус госслужащего предполагает, как правило, выбор стратегии благополучия.
Так, по данным социологического исследования, проведенного в 2008 году среди служащих отдела судебных приставов по г.Новый Уренгой (далее УФCCП по ЯНАО), на первом месте среди показателей мотивации деятельности госслужащего - гарантия постоянной работы и стабильности социального положения (41% опрошенных), на втором - стремление реализовать свои профессиональные качества (40%); далее идут следующие показатели: желание принести больше пользы обществу и государству (30%), стремление обеспечить перспективы служебного роста (20%), занять престижное место в обществе (12%).
Как видно из приведенных данных, госслужащие УФCCП по ЯНАО выбирают, как правило, смешанные формы жизненных стратегий, содержащие отдельные ориентации благополучия, успеха и самореализации. Соотношение между приведенными выше показателями и их отнесение к тем или иным стратегиям не закреплены жестко. Они выражают лишь общие тенденции в выборе и построении госслужащими своей стратегии жизни.
В целом большинство госслужащих УФCCП по ЯНАО стремятся к гарантированному и стабильному положению (свыше 40%), а стратегию успеха, предполагающего устойчивую ориентацию на профессиональный рост, предпочитают только 2/5 всех госслужащих.
Кстати, такое соотношение стратегических ориентаций и предпочтений госслужащих проявляется и при оценке ими причин неудовлетворенности своей работой: неуверенность людей в стабильности своего служебного положения (2/3 опрашиваемых): низкий уровень заработной платы (44%); частые структурные реорганизации; субъективизм и протекционизм при приеме на работу и продвижении по служебной лестнице (3/4 опрашиваемых).
На выбор жизненной стратегии госслужащего существенное влияние оказывают ценности и нормы (нормативные требования и рамки) организационной системы, будь то системы госуправления в целом или конкретного государственного учреждения, в котором он работает.
Большинство опрашиваемых при выполнении служебных обязанностей ориентируются прежде всего на собственный опыт и понимание решаемых задач (52%). На втором месте их ориентирования находятся корпоративные ценности (должностные нормативные инструкции - 46%: нормативно-правовые акты - 45%: установки и требования непосредственного руководителя - 40%: интересы ведомства - 18%). Примечательно, что ценности государственного и национального характера занимают в системе личностного ориентирования госслужащих лишь третье место (государственные интересы -18%: конституционные права граждан - 12%). Столь же незначительную роль в выполнении служебных обязанностей играют такие показатели, как собственные этические нормы (17%), внутриорганизационные традиции (10%) и личные интересы (2%).
Для выявления мотивационной тенденций госслужащих автором дипломной работы были использованы опросник аффиляции, тест-опросник А. Мехрабиана, методика изучения направленности личности (Б.Басс) и методика ценностных ориентаций М.Рокича.
По полученным результатам госслужащие УФCCП по ЯНАО обладают уравновешенным профилем развития мотивов «стремление к людям» и «боязнь быть отвергнутым», что является необходимым атрибутом позитивного развития и формирования успешной профессиональной карьеры (Рис. 1).

Рис. 1.1 Выраженность мотивов «стремление к людям» и боязнь быть отвергнутыми у государственных служащих
В качестве защитного механизма преодоления затруднений в государственной службе в связи с ее специфичностью (осуществление посреднических функций между властью и населением, необходимость самопрезентации, постоянной демонстрации позитивного образа административной власти, временной и информационный дефицит для принятия ответственных решений) преобладает яркая выраженность мотива «стремление избегать неудач» (93,4% опрошенных).
По гендерному признаку мотив стремления к успеху доминирует у большего количества мужчин (8,6%), чем у женщин (2%), а мотив стремления избегать неудач – у женщин (97,3%), чем у мужчин (91,3%).
Вероятно, что полученный низкий показатель мотива стремления к успеху связан с тем, что респонденты нашей экспериментальной выборки уже достигли определенных позиций и высот в профессии.
Исследования направленности личности показали приоритетность значения для большинства респондентов самой профессиональной деятельности (42,3%). Реализация «Я» в профессии (направленность на себя) (24% опрошенных) и социальное взаимодействие (направленность на общение) (24,6%) являются второстепенными по значимости (Рис. 2).

Рис. 1.2 Направленность личности государственных служащих
Изучение ценностных ориентаций государственных служащих позволило выявить приоритетную значимость таких терминальные ценности как здоровье, любовь, уверенность в себе, что является обоснованным, т.к. первые две ценности (здоровье и любовь) являются своего рода психологической подпиткой личности в данной профессии, а третья (уверенность в себе) – способствует успеху в профессии.
Наиболее значимыми инструментальными ценностями для данной группы являются независимость, аккуратность, широта взглядов. Данные ценности являются одними из значимых для достижения успеха в профессии. Порядок в делах, способность действовать независимо, самостоятельно и решительно, широта взглядов, любознательность, высокая профессиональная культура помогают госслужащему выстроить успешную стратегию профессионального взаимодействия.
Для составления психологического портрета госслужащего УФCCП по ЯНАО применялась методика личностного дифференциала.
Психологический портрет по фактору Оценки: непривлекательный, эгоистичный, несправедливый, неискренний, добросовестный, отзывчивый, дружелюбный.
Психологический портрет по фактору Силы: уступчивый, нерешительный, неуверенный, сильный, независимый, напряженный, самостоятельный.
Психологический портрет по фактору Активности: молчаливый, пассивный, невозмутимый, открытый, энергичный, суетливый, общительный.
Набор черт, выявленный в ходе экспериментального исследования, характеризует государственного служащего как уверенную в себе личность, удовлетворенную своим «реальным-Я», проявляющую эмоциональную устойчивость в стрессовых и конфликтных ситуациях, зависимую от внешних условий и оценок, что является значимым для реализации профессиональной деятельности госслужащих. Так же можно говорить о наличии влияния атрибутов занимаемой должности (социальный статус, материальная независимость, «известность») на формирование определенного набора черт, которые в условиях выполняемой деятельности могут реализовываться в чрезмерной выраженности (независимый, самостоятельный, напряженный).
Ранговые приоритеты личностных качеств были определены с помощью критерия Спирмена. Выявлено следующее распределение значимости личностных черт (расположены в порядке убывания их приоритетности): отзывчивый, несправедливый, непривлекательный, сильный, открытый, эгоистичный, общительный, пассивный, энергичный, нерешительный, молчаливый, неуверенный.
Данный психологический портрет свидетельствует о наличии противоречий между личностью государственного служащего (общительный, энергичный) и требованиями профессии (нерешительный, молчаливый).
Для выделения профессионально-важных качеств государственных служащих была применена методика многофакторного исследования личности Р.Кеттелла. По результатам выборочного исследования в качестве модели структуры личности у госслужащих оказались эмоциональная устойчивость, властность (доминантность), радикализм, напряженность.
Далее представим результаты сравнительного анализа комплекса личностных характеристик мужчин и женщин. В данный комплекс вошли следующие личностные параметры: система ценностных ориентаций (инструментальные и инструментальные ценности); система отношений личности (самоотношение, самооценка личности, аффилиативные тенденции); интернальность/экстернальность; направленность и мотивация достижений личности. Вышеназванные параметры у мужчин и женщин были изучены с помощью ряда методик, затем к полученным с их помощью данным был применен критерий Манна-Уитни, позволяющий выявить значимость различий.
В табл. 1 приведены значимые на уровне значимости ≤ 0,05 различия личностных параметров респондентов.
Полученные данные позволили сконструировать психологический портрет мужчин и женщин, принявших участие в исследовании.
Так, в системе ценностных ориентаций мужчин более значимыми являются такие ценности, как творчество, жизненная мудрость, непримиримость к недостаткам в себе и других. Мужчины имеют в целом более низкую самооценку, чем женщины, в частности по шкалам «обаятельный – непривлекательный», «отзывчивый – черствый», «справедливый – несправедливый», «спокойный – суетливый», «дружеский – враждебный», «невозмутимый – раздражительный». Также мужчины значительно ниже, чем женщины, оценивают ценность своего «Я», имеют менее позитивное ожидаемое отношение со стороны других людей и менее выраженные аффилиативные тенденции.
При этом мужчины более интернальны в сферах семейных отношений и здоровья; считают, что они, а не внешние обстоятельства, являются источником достижений и неудач в этих сферах, и имеют более высокую мотивацию достижения.
Таблица 1
Значимые различия личностных параметров мужчин и женщин по критерию Манна-Уитни
| № п/п | Личностный параметр |
Средний ранг 1-й группы (мужчины) |
Средний ранг 2-й группы (женщины) | Уровень значимых различий |
| I. Система ценностных ориентаций | ||||
| 1. | Инструментальные ценности | |||
| 1.1. | Непримиримость к недостаткам в себе и других | 128,33 | 172,67 | 0,000… |
| 1.2. | Терпимость (к взглядам и мнениям других, умение прощать другим их ошибки и заблуждения) | 160,15 | 140,85 | 0,053 |
| 1.3. | Широта взглядов (умение понять чужую точку зрения, уважать иные вкусы, обычаи, привычки) | 165,00 | 136,00 | 0,004 |
| 2. | Терминальные ценности | |||
| 2.1. | Жизненная мудрость (зрелость суждений и здравый смысл, достигаемые опытом) | 140,10 | 160,90 | 0,037 |
| 2.2. | Творчество (возможность творческой деятельности) | 140,55 | 160,45 | 0,046 |
| 2.3. | Уверенность в себе (внутренняя гармония, свобода от внутренних противоречий) | 163,03 | 137,97 | 0,012 |
| II. Система отношений личности | ||||
| 1. | Самооценка личности | |||
| 1.1. | Шкала обаятельный - непривлекательный | 129,63 | 171,37 | 0,000… |
| 1.2. |
Шкала отзывчивый - черствый |
138,26 | 162,74 | 0,012 |
| 1.3. | Шкала справедливый - несправедливый | 138,15 | 162,85 | 0,010 |
| 1.4. |
Шкала спокойный – суетливый |
137,86 | 163,14 | 0,010 |
| 1.5. |
Шкала дружелюбный – враждебный |
140,86 | 160,14 | 0,044 |
| 1.6. |
Шкала невозмутимый – раздражительный |
137,82 | 163,18 | 0,010 |
| 2. | Аффилиативные тенденции | |||
| 2.1. | Стремление к людям | 135,58 | 165,42 | 0,003 |
| 3. | Самоотношение личности | |||
| 3.1. | Отраженное самоотношение (зеркальное ожидаемое Я) | 133,28 | 167,72 | 0,000… |
| 3.2. | Самоценность | 138,02 | 162,98 | 0,011 |
| III. Интернальность / экстернальность, направленность и мотивация достижений личности | ||||
| 1. | Интернальность | |||
| 1.1. | Интернальность в семейных отношениях | 161,96 | 139,04 | 0,021 |
| 1.2. | Интернальность в отношении здоровья и болезни | 161,57 | 139,43 | 0,021 |
| 2. | Направленность (значимых различий нет) | |||
| 3. | Мотивация достижения | 165,34 | 135,66 | 0,003 |
У женщин, напротив, в системе ценностных ориентаций преобладают (по сравнению с мужчинами) терпимость, широта взглядов и уверенность в себе (внутренняя гармония). Женщины имеют более высокую самооценку, приписывая себе большее обаяние, отзывчивость, справедливость, спокойствие, дружелюбие и невозмутимость. Женщины больше ценят свое «Я» и ожидают более позитивного отношения со стороны других людей. При этом они сами стремятся к общению с другими людьми.
Женщины менее, чем мужчины, склонны приписывать себе ответственность за происходящее в их семейных отношениях и в их состоянии здоровья; менее мотивированы на достижение успеха, чем мужчины.
Итак, реальная картина стратегических предпочтений госслужащих УФCCП по ЯНАО такова.
1. Содержание и направленность жизненной стратегии госслужащего зависит, с одной стороны, от уровня развития личностного потенциала, а с другой - от социокультурных и социально-политических условий его жизнедеятельности.
2. Структура стратегии жизни преобладающего типа госслужащего ("карьерный тип", "профессионал" и т.д.) определяется непосредственно состоянием и развитием духовно-нравственного потенциала его личности. Эта зависимость прослеживается и устанавливается в большинстве исследований и опросов. "Служение Отечеству", "понимание государственных интересов", "польза обществу и государству" - вот далеко не полный перечень идеологом, определяющих направленность жизни и деятельности подавляющего числа госслужащих профессионального и карьерного типов.
3. Мы не можем со всей очевидностью утверждать, что стратегии успеха и стратегии реализации менее всего присущи госслужащим, большинство из которых явно предпочитают устойчивое социальное положение и материальное благополучие.
Скорее всего, здесь можно выявить другую тенденцию: чем выше статус госслужащего в государственно-бюрократической иерархии и чем более неопределенной становится его жизненная и профессиональная ситуация, тем более он склонен к выбору и построению стратегии жизненного успеха. В этих условиях стратегия благополучия и поддержания "статус-кво" оказывается менее всего эффективной.
Выбор же стратегии самореализации зависит от мировоззренческой позиции личности и, как правило, не связан с конечными результатами управленческой деятельности госслужащего и с его карьерным ростом. Для сторонника данной стратегии не столь важны достижения и успехи, ведущие к повышению его шансов на более высокое положение в системе государственного управления. Это - "профессионалы" госслужбы, не озабоченные своей карьерой. Стремление реализовать свои профессиональные качества у них преобладает над стремлением обеспечить перспективы своего служебного роста.
4. Соединение стратегических ориентаций госслужащих, работающих в рамках одной организации или системы, и организация их эффективного взаимодействия ради выполнения общих функций являются важным требованием совершенствования кадровой политики в сфере государственной службы Российской Федерации.
Резюмируя вышесказанное, сделаем выводы. Различие между рассмотренными типами стратегий жизни является весьма условным, но оно четко разделяет жизненные позиции, которые занимает личность в процессе своей жизнедеятельности и во взаимоотношениях с окружающими ее людьми. Особенностью профессиональной деятельности госслужащего является принятие профессионального решения, от которого зависит темп развития других людей, является транслятором ценностей, социальных ролей, профессиональных смыслов, социально-одобряемого имиджа. Поэтому его жизненные стратегии должны выступать идеалом, эталоном. Выявленная картина стратегических предпочтений госслужащих УФCCП по ЯНАО оказалась следующей. Содержание и направленность жизненной стратегии госслужащего зависит, с одной стороны, от уровня развития личностного потенциала, а с другой - от социокультурных и социально-политических условий его жизнедеятельности. Соединение стратегических ориентаций госслужащих, работающих в рамках одной организации или системы, и организация их эффективного взаимодействия ради выполнения общих функций являются важным требованием совершенствования кадровой политики в сфере государственной службы Российской Федерации. Определим общие ценности, которые характерны для всех государственных служащих, как основные элементы корпоративной культуры, которые направляют деятельность служащих.
ГЛАВА 2. ценности в структуре деятельности государственных служащих
2.1 Корпоративные ценности как управленческий ресурс государственной гражданской службы
Повышение уровня организационной культуры российской государственной службы, формирование в ней целесообразных ценностных ориентаций, установок, норм, отношений является важным условием эффективного функционирования государственной службы на благо общества.
Ценностную основу формирующейся модели государственной службы и служащих депутатского корпуса составляет не только динамично развивающаяся совокупность общецивилизационных ценностей, нормативных ценностей Конституции Российской Федерации, ценностей российской ментальности, но и организационные ценности, ориентированные на цели и стратегии демократического и правового государства.
Ценности профессиональной деятельности государственных служащих и служащих депутатского корпуса, являясь фундаментом их организационного поведения, представляют собой потенциальный объект управления. Знания о закономерностях формирования и функционирования этих ценностей могут быть использованы на макроуровне – при выработке и реализации общегосударственной концепции развития государственной службы, на мезоуровне – при осуществлении кадровой политики на государственной службе региона и на микроуровне – в повседневных управленческих практиках руководителей.
Государственная служба является связующим звеном между государством и обществом и представляет собой сферу профессиональной деятельности по защите прав и интересов граждан; форму проявления общественных связей и отношений; способ и средство приближения конституционного идеала государства к объективной реальности; не только политико-правовую, но и этическую систему властных отношений.
Престиж государственной службы – необходимое условие повышения роли всего государственного управления, ибо госслужба рассматривается как его часть, связанная с реализацией целей, задач и функций государства; как деятельность по выполнению в пределах полномочий прерогатив государственной власти и управления; как «практическое и профессиональное участие граждан в осуществлении целей и функций государства посредством исполнения государственных должностей, учрежденных в государственных органах».1
Оценки престижа государственной службы имеют тенденцию институализироваться, то есть они являются той совокупностью формальных и неформальных принципов, установок и традиций, которые регулируют отношения на государственной службе и к государственным служащим; заданным образом организуют поведение членов общества.
Изучение престижа госслужбы, с точки зрения социологии культуры, духовной жизни, обусловлено необходимостью решения социокультурных проблем и противоречий духовной жизни общества и государства, а именно: преодоления моральной деградации, безнравственности части населения, помощи в создании единой непротиворечивой картины общественных норм, ценностей, идеалов, сохранения культурных традиций и обычаев жителей России и т.д. В этих условиях государственная служба должна быть духовно-культурным ориентиром в обществе. Именно она имеет возможность оказывать целенаправленное, регулирующее, организующее, контролирующее воздействие государства на поведение, сознание и мнения членов общества, культивируя высокие духовные, морально-нравственные качества. К сожалению, современная государственная служба с такой ролью не справляется.
Более того, актуальна потребность развития духовно-культурной стороны самой государственной службы. Характерные для чиновников морально-нравственные аномалии и девиации служебного поведения (формализм, коррупция, псевдодуховность, имитация активной деятельности и т.п.), материально-прагматическая направленность мотивации, их отношение к государственной службе как к «институту кормления» позволяют смело говорить о недостаточной состоятельности государственной службы как духовно-культурного института.
Проведенный социологический опрос государственных и муниципальных служащих в ЮФО выявил существенный разрыв в их представлениях об идеальной профессиональной культуре и о ее наличном состоянии. Это позволяет вынести ряд суждений. С одной стороны, полученные результаты подтверждают предположение о культурной неадекватности, присущей данному управленческому сообществу, обусловленной нынешним кризисным состоянием управления, с другой – прослеживаются прогрессивные тенденции в осознании самими чиновниками уровня состояния их профессиональной культуры. В одних случаях значительное отклонение (со знаком «+») означает, что имеется представление о вполне хорошей развитости данного качества в их культуре. В других − отклонение со знаком «−», напротив, означает, что этого элемента культуры, в их представлении, им не достает.
Судя по результатам отклонений, заметную роль в представлениях российских чиновников ЮФО начинают играть элементы, присущие новой культуре, обусловленные рыночными реформами российской экономики. При этом наиболее заметны потребности: в знаниях психологии управления, логических основ построения управленческой деятельности, стратегических путей развития и изменения организации; в умениях делать удачные заключения при дефиците информации, овладении инновационными управленческими технологиями. В числе составляющих управленческой культуры, которые, по мнению респондентов, в меньшей степени нуждаются в корректировке, оказались: умения отстаивать разумные, основанные на правовой основе, правила внутреннего распорядка; предприимчивость; умения организовать работу, стимулировать и развивать самоуправление; умения мотивировать сотрудников к эффективной трудовой деятельности; умения передавать информацию; умения оценивать реакцию окружающих. Это дает основание для вывода о том, что на профессиональную культуру в значительной степени оказывают влияние внешние факторы воздействия: изменение государственной политики в области проведения рыночных реформ, активизация субъектов экономической деятельности, трансляция экономических знаний и др.
Изучение ценностного аспекта профессиональной культуры государственных и муниципальных служащих ЮФО показало, что они ориентированы на авторитарные и бюрократические ценности. Это проявляется в том, что достаточно большой процент руководителей в отношениях с подчиненными предпочитает жесткую субординацию, не поощряет свободный обмен мнениями на совещаниях, считает, что метод делегирования полномочий должен быть скорее исключением, чем правилом, а также сравнительно немного тех, кто считает, что к работнику нужно относиться как к главному ресурсу фирмы. Такие качества, как повышенная ответственность за порученное дело, стремление все делать самому, говорят о высоко развитом чувстве долга у данной категории управленцев, но также могут свидетельствовать и об отсутствии доверия к подчиненным, что характерно для автократической ориентации. Подтверждением этому является также и то, что чиновники ценят в работнике «безотказность в выполнении любого поручения», «умение выполнить даже не интересную работу на уровне высоких стандартов». Одновременно установлено, что государственные и муниципальные служащие ЮФО ценят безопасность и стабильность, выбирают лично преданных и уважительных сотрудников, заметно отличаются приверженностью идеям коммунтаризма. Выявленные особенности профессиональной культуры в значительной степени объясняются влиянием факторов, обусловленных спецификой региона (разнообразие этнической палитры, существование казачества как субэтноса, наличие фактора северокавказского риска, приверженность населения традиционным идеям государственного строительства и др.).
Анализ деятельности государственных и муниципальных служащих ЮФО выявил наиболее типичные установки, связанные с готовностью следовать нормам права, инструкциям и служебным традициям. Их согласованность с такими ценностями, как дисциплинированность, безотказность в выполнении любого поручения, жесткий контроль объясняется общей связанностью с ключевым понятием долга, присущим чиновнику как адепту рациональности. Вместе с тем, в большинстве случаев такой корреляции не обнаруживается. По ряду позиций у чиновников сложилось благоприятное представление о собственной профессиональной культуре, но не обнаружено соответствующих ценностных ориентаций и установок. В других случаях, напротив, выявлена потребность в формировании элементов профессиональной культуры, совпадают ценностные ориентации, но отсутствуют установки. Как показали исследования, государственные и муниципальные служащие демонстрируют неприятие инноваций, имеют смутное представление о содержании инновационных процессов, одновременно выражая позитивное отношение к возможности творчества в работе. Налицо противоречие между ценностями и установками, сложившимися в старых традициях и являющимися тормозом для принятия новых ценностей.
Выявлены условия формирования профессиональной культуры государственных и муниципальных служащих, которые обладают различными возможностями воспроизводства ее компонентов. Основанием для их типологии служит характер размещения и движение культурного материала. В одних условиях это размещение и движение формализовано, содержательно и организационно оформлено, определено количественно, ему заданы последовательность прохождения и временные рамки. В других - движение культурного материала инициируется в большей степени потребностью самой личности, обусловленной ее включенностью в профессиональную деятельность. В связи с этим выделяются два основных вида условий: профессиональное образование как «воспроизводство» профессиональной культуры и профессиональная среда как «деятельностное воспроизводство».
Как показывают результаты эмпирических исследований, у госслужащих наиболее востребованными оказались такие составляющие профессиональной культуры, как знание гражданских и профессиональных прав, знание основ законодательства о государственной службе, знание основ экономики, знание особенностей хозяйственного механизма в системе государственного управления, знание теории управления, умение строить концептуальную модель управления (прогнозы, программы, планы) и др. На рис. 3 отражены представления государственных и муниципальных служащих о потребностях в формировании профессиональной культуры.
Особенно интересен вывод, по мнению автора, о потребностях в овладении инновационными управленческими технологиями, умениями делать удачные заключения при дефиците информации, знаниями психологии управления, логических основ построения управленческой деятельности, стратегических путей развития и изменения организации.
В числе составляющих управленческой культуры, которые, по мнению респондентов, в меньшей степени нуждаются в корректировке, оказались умения отстаивать разумные, основанные на правовой основе, правила внутреннего распорядка; предприимчивость; умения организовать работу, стимулировать и развивать самоуправление; умения мотивировать сотрудников к эффективной трудовой деятельности; умения передавать информацию (вести телефонные переговоры, правильно составлять документы); умение оценивать реакцию окружающих (психологическая проницательность); и др. Качества, отмеченные как положительные, т.е. не нуждающиеся в существенной корректировке, занимают значительное место в содержании деятельности госслужащего. Причиной этому является, по мнению автора дипломной работы, тот факт, что названные составляющие профессиональной культуры − это, по сути, его основные служебные обязанности, которые он выполняет изо дня в день. Возможно, именно с этим связано представление чиновника об их развитости и доступности в овладении.

Рис. 3. Векторы потребностей в формировании профессиональной культуры в оценках государственных и муниципальных служащих
По аналогии можно объяснить и то, почему в число неразвитых, нуждающихся в формировании попали стороны профессиональной культуры, имеющие лидерскую инновационную направленность. При этом объяснения могут быть двоякого рода: первое – управленцы не связаны с выполнением функций, требующих наличия данных элементов профессиональной культуры, второе − напротив, сталкиваются часто, но не могут выполнить качественно управленческие функции из-за отсутствия необходимых для этого качеств.
Для сравнения проанализированы представления о своей профессиональной культуре управленцев, занятых в промышленном производстве, санаторно-курортной деятельности, бизнесе. Управленческому персоналу организаций были предложены аналогичные анкеты, содержащие небольшие корректировки, учитывающие специфику деятельности. Как выяснилось, по ряду позиций оценки чиновников и менеджеров совпадают. Это потребность в знании психологии управления, гражданского и трудового права, экономики. Так же как и госслужащие, менеджеры испытывают потребность в умениях делать удачные заключения при дефиците информации, разрабатывать сценарий в соответствии со стратегическими задачами организации, владения инновационными управленческими технологиями. При этом наблюдаются близкие по значению индексы неудовлетворенности. Это свидетельствует о том, что заметную роль в представлениях российских управленцев всех сфер деятельности и форм собственности начинают играть элементы, присущие новой культуре, обусловленные рыночными реформами российской экономики.
Полученные в исследовании данные также говорят о том, что в представлениях чиновников и менеджеров имеются расхождения. Например, в большей степени необходимыми оказались менеджерам умение делать удачные заключения при дефиците информации, способность к концептуально-стратегическому целеполаганию, осознание необходимости ноосферного пути развития человечества, умение развивать коллектив и создавать благоприятный социально-психологический климат, умение убедительно создавать и воспроизводить роль в деловой игре. В меньшей степени − знание теории управления, владение приемами творческой неалгоритмируемой управленческой деятельности, умение входить в необходимый образ. Автор считает, что эти расхождения обусловлены различием выполняемых социально-профессиональных ролей и спецификой профессиональной среды как основного фактора влияния на профессиональную культуру.
С целью исследования комплекса факторов отношения к себе депутатов городской думы МО г.Новый Уренгой были использованы методики УСК и методика самоотношения С.Р. Пантелеева.
При изучении субъективного контроля у испытуемых по всем семи шкалам получены высокие показатели, что свидетельствует о высоком уровне субъективного контроля над любыми системами регуляции жизнедеятельности.
Для выявления ранговых приоритетов интернальности был применен критерий Спирмена. В особенности выявлено яркое проявление интернальности в таких социальных сферах как область здоровья (средний ранг – 0,476) и семейных отношений (средний ранг – 0,489). На последнем месте в ранговом ранжировании – интернальность в области достижений (средний ранг – 0,759). Так же была найдена значимая корреляционная зависимость между сферой семейных отношений и такой личностной чертой как невозмутимость, а так же такими модальностями самоотношения как самоуверенность, конформность и саморуководство. На последнем месте в ранговом ранжировании – интернальность в области достижений (средний ранг – 0,759).
В системе самоотношений госслужащих УФССП по ЯНАО (С.Р. Пантелеев) высокие показатели получены по такому параметру самоотношения как самооценка (124 респондента) и саморуководство (96 респондентов) (Рис. 4). Значимые различия в системе самоотношений по гендерному признаку отсутствуют.

Рис. 4. Соотношение количества (чел.) высоких и низких показателей в экспериментальной выборки
Выявлены значимые корреляционные зависимости между шкалой самооценивания и проявлением интернальности в области межличностных отношений и такими личностными чертами как непривлекательный (средний ранг – 0,271), молчаливый (средний ранг – 0,235), открытый (средний ранг – 0,154), пассивный (средний ранг – 0,278), отзывчивый (средний ранг - 0,212), нерешительный (средний ранг - 0,200), энергичный (средний ранг – 0,222), общительный (средний ранг – 0,221).
Согласно мнению немецкого исследователя Л. Розенштиля, понятие "корпоративная культура" в значительной степени отражает усвоенные нормы, которые определяют поведение работников данной фирмы. А американские экономисты Р.Пэскэйл и Э.Этос понимают под этим "высшие цели" и "духовные ценности", которые в Японии, например, имеют корни, уходящие в дзен-буддизм. Американец японского происхождения У.Оухи по образу известной "теории "Х" и "У"", разработанной МакГрегором, создал "теорию "Z"". Для Оухи культура состоит из собрания символов, церемоний и мифов, которые сообщают членам организации важные представления о ценностях и убеждениях. Антрополог М.Мид характеризует культуру, в том числе корпоративную, как основу усвоенного поведения, которую группа людей, имеющих общее прошлое, передает новым членам коллектива. Корпоративная культура включает в себя:
• Объединяющие и отделяющие нормы - то, что общее у членов данного коллектива, по ним легко отличать "своих" от "чужих".
• Ориентирующие и направляющие нормы - то, что определяет функционирование коллектива, отношение к "своим", "чужим", равным, нижестоящим и вышестоящим, ценности, потребности, цели и способы их достижения, комплексы необходимых для существования в данном коллективе знаний, умений, навыков, типичные для данного коллектива способы воздействия на людей и т.д. Корпоративные ценности являются важнейшим структурным элементом предприятия, так как они обеспечивают теснейшую связь между эмоциями и поведением, между тем, что мы чувствуем и тем, что мы делаем.
Вот как определяет систему корпоративных ценностей американский теоретик менеджмента Джеймс Чемпи в своей книге "Перестройка управления": "Трудно постоянно сохранять рабочий дух и доброту, находясь в гуще бесконечных перемен, - если только этот дух не поддерживается соответствующей системой ценностей. Когда все вокруг нас стремительно меняется, мы крайне нуждаемся в чем-то надежном и неизменном - Полярной звезде или заповедях, лозунгах или афоризмах - чтобы ухватиться за это, опереться, найти свою линию поведения и успокоить нервы. Система ценностей - это наш навигационный инструмент в сфере морали".
Точно так же ценности служат навигационным инструментом и в бизнесе. В качестве иллюстрации приведем пример, вошедший в историю американского бизнеса как "тайленоловый кризис". Когда отравленные таблетки тайленола привели к ряду смертельных случаев среди американцев, Джим Берк, председатель совета директоров компании "Джонсон и Джонсон" заявил, что в соответствии со строгими принципами, которые исповедует его компания, она без малейшего колебания изымает из торговли и со складов все таблетки тайленола. Эта акция принесла корпорации миллионы долларов убытка, однако выгода, которую она при этом получила была бесценна. "Вот чем является система ценностей - точкой пересечения порядочности и больших прибылей, - резюмирует Дж. Чемпи, - вот в этой точке и должна строиться культура корпораций. Таким образом, создание системы корпоративных ценностей - это ответы на вопросы:
• Что мы делаем?
• На что мы годны?
• К чему мы способны?
• Каковы наши жизненные установки?
• Какой у нас план?
• Какой интерес наш бизнес представляет для клиентов, сотрудников компании, наших партнеров?
• Где лично мое место в общем плане развития?
Ценности должны отвечать потребности людей получать подтверждение в том, что дело, которым они занимаются, имеет значение, выходящее за рамки конкретной деятельности, конкретной должности, конкретных коллег по работе, и конкретного оклада. Как мы видим, нравственные ценности – одна из составляющих корпоративной культуры.
2.2 Нравственные ценности государственной гражданской службы
В условиях реформируемой России вместе с решением экономических, политических, социальных, духовных задач актуализируется проблема управления (менеджмента), вследствие чего возрастает роль культуры государственного регулирования общественного строительства и корпоративных факторов в нем. На этой основе естественно выдвигаются на первый план идеи: «рангов» (И.А.Ильин), социальной стратификации (М.Вебер, Т.Парсонс, А.Радклиф-Браун) и социокультурной, этнокультурной идентификации (Б.Барбер, А.Я. Флиер, И.В.Малыгина).
Особую значимость здесь приобретает система государственной службы. Она, как показывает социокультурный опыт, не может успешно функционировать вне факторов профессионализма, нравственной, правовой и политической культур, находящихся во взаимной причинно-следственной связи. В своей регулятивной деятельности государственный служащий вступает в сложные взаимоотношения со всеми социальными структурами и институтами. Одной из важнейших детерминант этих отношений является социальная престижность государственного служащего.
В иерархии государственной службы в России специфическое место занимает офицерский корпус. Социальная престижность российских офицеров является составной частью престижа государственного служащего и традиционно служила образцом культуры взаимоотношений государства и чиновничества. Она выражается в различных формах, моделях и видах, важнейшим стержнем которых выступает феномен чести вообще, и офицерской – в частности. Очевидно, что проблема формирования офицерской чести как формы социальной престижности государственной службы приобретает общегражданское значение и вызывает необходимость культурологического анализа.
Традиционно в России гражданский чиновник был более коррумпирован и в общественном мнении уступал военному чиновнику – офицеру, который, как правило, олицетворял честное служение Отечеству и являлся одной из наиболее уважаемых фигур. Тем самым возникло противоречие между отношением населения к гражданской и военной прослойкам госслужащих.
Поскольку феномен чести госслужащего как формы социальной престижности является комплексным социокультурным явлением, то исследование его требует анализа широкого круга источников: культурологических, философских, психолого-педагогических, социологических, исторических и др.
Сложность и многогранность исследуемого феномена позволяет обозначить специфические направления развития теории, в той или иной мере