Узкое
Когда после завершения польской кампании Е.А. Голицын, заслуживший Георгиевский крест 4-й степени, вернулся в Москву, о его посещениях Узкого Николай Михайлович счел необходимым поставить в известность и В.Б. Голицына. 29 февраля 1795 г. в очередном письме он сообщил следующее: "Князь Егор Алексеевич, будучи здесь, два раза был в Уском и один раз в Акулове; строение ему в Уском отцово полюбилось и все положение места, и он сделал мысленно разные прожекты, как бы насадить сад и протчим украшениям..." Возможно, при Е.А. Голицыне в Узком были сооружены ныне существующие Большие оранжереи.
Аннотация к портрету князя работы знаменитого А. Молинари, впервые опубликованному в издании великого князя Николая Михайловича "Русские портреты XVIII и XIX столетий", в числе других уже известных читателю сведений любезно сообщает: "Парижское воспитание дало ему прекрасное знание французского языка, но совершенно испортило его, сделав развратным человеком и игроком, и довело до преждевременной смерти". Е.А. Голицын скончался в Москве 21 декабря 1811 г. Холостым. Его наследницами стали сестры: графиня Мария Алексеевна Толстая (1772-1826), графиня Софья Алексеевна де Сент-При (1776-1815) и графиня Елизавета Алексеевна Остерман-Толстая (1779-1835), уже давно нашедшие себе мужей среди молодых блестящих гвардейских офицеров. Однако до Отечественной войны 1812 г. крестьяне села Узкого и деревни Нижние Теплые Станы не знали, чьей собственностью они оказались после смерти Е.А. Голицына, так как новые помещицы не удосужились известить об этом местных жителей. Имя Е.А. Голицына в качестве владельца обоих населенных пунктов значится еще в составленной в 1813 г. "Ведомости, учиненной в Московском земском суде о владельческих селениях с показанием претерпенных ими от нашествия неприятеля разорении" по Московскому уезду. В ней отмечено, что в этом имении "отнято неприятелем хлеба 2500 четвертей, сена 4700 пудов, лощадей 28, коров 30, баранов, овец 90, разграблена церковь, господский дом, имущество дворовых людей и крестьян, хлеб и весь скот, всего на сумму 124 877 рублей". Как видим, нанесенный французами ущерб был грандиозным, однако вполне логично предположить, что пострадавшие крестьяне могли довершить разграбление, пользуясь отсутствием владелиц.
Оставленные или забытые французами в Узком ковер и подсвечник, впоследствии переделанный в лампу, долгое время сохранялись в стенах барского дома как своеобразные реликвии Отечественной войны. Помимо них свидетельством пребывания французов в усадьбе был след от пушечного ядра на одном из колоколов, висевших на колокольне церкви, откуда, по преданию, сам Наполеон наблюдал за движением "великой армии".
Достаточно скоро после войны наследницы Е.А. Голицына разделили между собой его имения. Узкое досталось - М.А. Толстой, впоследствии увековеченной А.С. Грибоедовым в образе "княгини Марьи Алексевны". Не будучи красавицей, Мария Алексеевна Толстая, по свидетельству историка П.Ф. Карабанова, имела"... ум оригинальный с необыкновенными странностями", искупавший недостатки внешности. Имя М.А. Толстой запомнилось и в Узком. Находящаяся за прудами западная часть имения до сих пор носит название Марьина роща.
Муж владелицы Узкого генерал-лейтенант граф Петр Александрович Толстой во время Отечественной войны возглавлял один из трех округов ополчения - Низовой, центр которого находился в Нижнем Новгороде, куда в то время съехалась вся московская знать, бежавшая от неприятеля. В 1813 г. отряды, возглавляемые П.А. Толстым, выступили в поход и приняли участие в боевых действиях. После возвращения на родину уже генералом от инфантерии граф в 1816 г. был назначен командующим 5-м пехотным корпусом, расквартированным в Москве и ее окрестностях. А рядом с местом новой службы оказалось такое великолепное место для приложения своих сельскохозяйственных навыков, как большое имение жены - Узкое, ставшее ее единоличной собственностью. Оранжерейное хозяйство было увеличено и стало вестись, что называется, на широкую ногу. Появились новые хорошо оборудованные теплицы и оранжереи.
В московском доме Толстых, находившемся в Леонтьевском переулке, сформировался кружок из лиц, осознавших необходимость развития земледелия и сельского хозяйства как основы народного благосостояния, от которого, в конечном счете, зависит и судьба страны. Кружок культурных помещиков, тесно связанный с военной и гражданской администрациями города, "легализовался" в 1820 г. в виде Императорского Московского общества сельского хозяйства - тогда единственной организации такого рода на всю Россию. П.А. Толстой стал его вице-президентом. Его соседями по подмосковному имению оказались не менее деятельные члены общества сельского хозяйства: князь С.И. Гагарин (Ясенево), генерал-майор А.И. Герард (Большое Голубино), полковник князь Н.С. Меншиков (Черемушки-Знаменское) и коллежский асессор А.А. Бекетов (Зюзино-Борисоглебское). Их труды обусловили экономический подъем этой части Подмосковья.
После смерти жены, скончавшейся в конце 1826 г., П.А. Толстой унаследовал Узкое вместе с детьми: Алексеем (1798-1854), Александром (1801-1873), Егором (1803-1874), Владимиром (1805-1875), Иваном (1811-1852), Евдокией (1795-1863), к тому времени уже бывшей замужем за бывшим одесским градоначальником графом А.Д. Гурьевым (1787-1865), Софьей (1800-1886), впоследствии графиней Апраксиной (1800-1886), Анной (1802-1883), впоследствии Бахметевой, и Александрой (1804-1858), впоследствии графиней Мордвиновой. Несмотря на общность владения имением, хозяйством в нем, как и раньше, занимался П.А. Толстой, что дало повод А.С. Пушкину иронически назвать его "Толстой-Узкой", выделив этим из многочисленных представителей разветвленного рода Толстых, живших в то время.
Даже переехав в Петербург (сразу же после восстания декабристов П.А. Толстой возглавил комитет, определявший степень виновности каждого из них, а затем получил ряд других ответственных назначений), он периодически присылал в усадьбу свои распоряжения, а то и редкие растения. "Сейчас получил записку садовника Дементия, которой уведомляет меня, что присланные из Петербурга два Тосканских жасмина тотчас по получении посажены были в горшочки и поставлены в тенвизе, - писал П.А. Толстому 25 сентября 1828 г. молодой дворянин С.И. Любимов, которому владелец Узкого покровительствовал. - Вчера граф Иван Петрович [младший сын ПА Толстого. - М.К.] получил Ваше трогательное для него и приятнейшее письмо, а при оном разные ваши приказания насчет Узкого, из коих некоторые прежде еще были исполнены. Впрочем обо всем донесено будет вашему сиятельству подробно при представлении двухнедельной ведомости". Поскольку хозяйство в Узком было достаточно большим, в усадьбе постоянно проводили небольшие ремонтно-строительные работы. Летом 1833 г. господский дом в Узком был "исправлен" по случаю приезда из орловского имения Брасово (ныне Брянская область) одной из дочерей П.А. Толстого Софьи Петровны Апраксиной и ее детей Надежды (1820-1853) и Виктора (1822-1898).
После того как Узкое вместе с московским домом в Леонтьевском переулке перешло в полную собственность П.А. Толстого по разделу с детьми, состоявшемуся в 1836 г., масштаб строительства в усадьбе увеличился. Так, до 1839 г. в Узком был сооружен нынешний северный флигель, в документах того времени названный "маленький дом" или "флигель к церкви". В нем Петр Александрович устроил новый кабинет с достаточно скромной обстановкой, в которой, однако, можно было удобно работать. На столе стояла чернильница (их не было больше ни в одном помещении) - графу приходилось достаточно много писать. Помимо обыкновенных по тому времени вещей в кабинете находились барометр и ящик с инструментами. На стене висели икона Богородицы и "картина цветком", выдававшая основное увлечение хозяина Узкого -цветоводство. В 1839 г. вышедший тогда в отставку Толстой реконструировал террасу господского дома: внутри него переложили две печи, оштукатурили помещения, настелили полы и вставили новые стекла в переходах. Портик и балконная решетка на восточном фасаде были заново окрашены.
Издаваемый историком М.П. Погодиным журнал "Москвитянин" отмечал, что в тот период П.А. Толстой вел размеренный и спокойный образ жизни: "Лето проводил обыкновенно в подмосковной, в своем Уском, посреди сельских работ и занятий, напоминая самою простотою своей жизни что-то древнее. Досуги свои он посвящал семейству и тем, с которыми любил беседовать". Лицейский товарищ Пушкина М.А. Корф также свидетельствовал, что: "Последние годы своей жизни Толстой проводил опять постоянно в Москве или в подмосковном своем имении Узком, имев позволение не приезжать в Петербург и заниматься страстно цветами - единственной вещью в мире, которую он не считал "плевым делом"".
Граф не оставил и деятельность в Обществе сельского хозяйства. По текущим делам к нему в Узкое неоднократно наведывался экономист С.А. Маслов, бывший секретарем этой организации. "Издание журнала и сношения общества внутри и вне России, возложенные на непременного секретаря, обязывали меня докладывать графу П[етру] Александровичу] о предметах переписки общества, как официальной, с инистерством государственных имуществ, так и частной, а потому я нередко приезжал к нему в его подмосковное село Уское и имел утешение видеть, как он принимал к сердцу все относящееся до чести общества и пользы общественной", - писал позднее С.А. Маслов. Однако возраст А.П. Толстого все больше давал о себе знать. Уже в 1843 г. его здоровье было неважным. "Все прошлое лето граф чувствовал в себе какую-то слабость, неловкость, но каждый день и во всякую погоду ходил в свои богатые оранжереи, занимался садом и опытами с посевом новых растений, присылаемых ему как охотнику от прежних сослуживцев", - вспоминал тот же С.А. Маслов. Гордость не позволила графу отказаться от избрания в президенты общества сельского хозяйства после смерти Д.В. Голицына. Но силы его уже были на исходе.
Граф скоропостижно скончался 28 сентября 1844 г. в своем московском доме. В тот день он, по свидетельству С.А. Маслова, собирался съездить в Узкое для того, чтобы "посмотреть, как поставили в оранжереи и простенки растения и подышать дней пять свежим воздухом". "Не задерживайтесь, граф, в деревне, - сказал я ему, - уже время позднее, осеннее, да и нам без вас скучно". "Нет, брат, я скоро возвращусь, а там начнем и наши заседания". Провожая, он взял меня за руку и с сердечной добротою сказал: "Прощай, брат Степан Алексеевич, до свидания". Можете себе представить, как поразило меня, случайно долетевшее на другой день известие, что гр[аф] П[етр] Александрович] скончался; я не верил слуху, пошел в дом графа, и нашел его на столе, спокойно сомкнувшего глаза навеки". На похоронах крестьяне села Узкого по собственной инициативе несли гроб с телом своего барина от его московской приходской церкви Николы в Хлынове до Донского монастыря, где он нашел последнее пристанище, рядом со своей женой (памятник на их могилах не сохранился).
Наследниками П.А. Толстого стали его сыновья. К ним перешли Узкое и дом в Леонтьевском переулке со всей обстановкой. Младший сын, Иван Петрович Толстой (1811-1852), счел благоразумным тут же отказаться от наследства за себя и за своих потомков в пользу остальных братьев: Алексея, Александра, Егора и Владимира Петровичей Толстых. 13 июня 1845 г. они юридически оформили раздел отцовского имущества. По нему единственным хозяином Узкого стал Владимир Толстой - тогда еще полковник лейб-гвардии Уланского полка, ранее, очевидно по протекции отца, бывший одним из адъютантов московского генерал-губернатора Д.В. Голицына: "Я, граф Владимир Толстой, беру себе имение Московской губернии и уезда село Богородское Узское [так в тексте. - М.К.] тож с деревнею [Нижние] Теплые Станы в коих по восьмой ревизии дворовых восьмнадцать, крестьян восемьдесят итого девяносто восемь мужеска пола душ с женами их, и с рожденными после восьмой ревизии обоего пола детьми, и со всем[и] их семействами, со всеми господскими и крестьянскими строениями, заведениями, разного рода пахотными землями, лесом, сенными покосами и со всеми угодьями, что значатся по плану генерального земель размежевания, а равно и отхожими пустошами, принадлежащими к оному имению..."
По условиям раздела В.П. Толстой должен был заплатить Алексею и Егору Петровичам Толстым в общей сложности 34 285 рублей 72 копейки. (В пользу последнего отказался от своей доли брат Александр.) Чтобы добыть эту достаточно большую по тем временам сумму, новый помещик был вынужден заложить Узкое в Московской сохранной казне и из денег, вырученных за него, заплатить остальным наследникам. Лишь более чем через двадцать лет он смог выкупить имение из заклада.
Как явствует из многочисленных хозяйственных документов, в Узком во время его перехода к В.П. Толстому, впоследствии ставшему генерал-майором, существовало хорошо развитое оранжерейное хозяйство, приносившее значительные доходы. В многочисленных оранжереях выращивались ананасы, персики и абрикосы, а также другие культуры, экзотические для средней полосы России. Много редких растений росло на открытом воздухе. Имелся вишневый сад. В прудах разводили рыбу. В господском доме было много мебели красного дерева. По стенам висели картины и портреты, очевидно, фамильные.
Любопытно, что в северном флигеле тогда и, видимо, некоторое время после, сохранялся кабинет П.А. Толстого, со всеми принадлежавшими ему вещами. Очевидно, что для нового хозяина усадьбы он имел мемориальную ценность и поэтому не был сразу использован по другому назначению.
Супруга В.П. Толстого наверняка принимала участие в оформлении интерьеров усадьбы, которую часто посещала. "К приезду ея сиятельства графини Софьи Васильевны по назначению вашему в оранжереях и во всех местах все будет исполнено и приготовлено", - доносил 14 января 1846 г. приказчик села Узкого Василий Воробьев Александру Акимовичу Гневышеву - управляющему московской домовой конторой В.П. Толстого.
Согласно одному из рапортов В. Воробьева своему помещику, в Узкое 6 февраля 1846 г. приехал "архитектур" В.В. Александров, в то время бывший смотрителем Запасного дворца в Москве, и поселился для наблюдения за работами по реконструкции усадьбы. 4 марта в своем очередном рапорте В.П. Толстому Воробьев сообщил, что "...архитектор принес размер раньжевому залу", то есть составил план, возможно, и Больших оранжерей. Известно, что в том же году в Узком разобрали деревянный "купальный флигель", находившийся на берегу одного из прудов, переделали террасу господского дома и проводили другие строительные работы.
На время своих длительных отлучек из Москвы В.П. Толстой оставлял за себя статского советника Ивана Михайловича Ираклионова. Он жил в северном флигеле усадьбы со своею женой Натальей Петровной, а "средний дом" (господский) пустовал в ожидании хозяина. Управляющий А.А. Гневышев и приказчик В. Воробьев переподчинялись И.М. Ираклионову, что тем не менее не снимало с них обязанностей периодически писать донесения владельцу. А.А. Гневышев каждую неделю ездил в Узкое для осмотра имения. "Как было при покойном батюшке, так и теперь никаких растений и вещей из Узкого никому не отпускать без моего на то приказания, в противном случае с тебя взыщется", - напутствовал В.П. Толстой своего приказчика 25 мая 1849 г. перед отъездом из города на юг.
В следующем году по распоряжению владельца в его имении количество оранжерей было сокращено до одной, которая существует и в настоящее время (ранее их было более десятка.) Вероятно, оранжереи стали приносить меньше дохода, поэтому было принято кардинальное решение разобрать обветшавшие строения. Вскоре аналогичная судьба постигла оранжерейное хозяйство многих подмосковных имений, поскольку строительство железных дорог, связавших город с южными губерниями страны, сделало привозные цветы, фрукты и овощи более дешевыми, нежели выращиваемые в Подмосковье.
После смерти В.П. Толстого, скончавшегося 8 февраля 1875 г., Узкое унаследовали его ближайшие родственники